Дракон и сосиски или Путь к сердцу тёщи

Глава 13.

Покои, в которых поселили Аньку, были поистине принцесьими. Дорого, шикарно, роскошно и … отвратительно розово. Вот прямо до поросячьего вида.

– Что? – строго спросила сестра, заметив, что на меня напал столбняк, и пожала плечами: – Они тут все немного с приветом. Издержки, так сказать, драконьего восприятия реальности. Так мама говорит. Рюкзак положи на кресло, – это она Антошандру, – и можешь идти. Дальше мы сами.

Влюблённый деть безропотно выполнил приказ, затем повернулся и, глядя телячьими глазами, неуверенно спросил:

– Аня, а ты завтра со мной завтракать будешь?

На что сестрица повела бровью и выдала в очередной раз фразу, от которой у меня внутри закопошилось сомнение: её, действительно, подменили, или какой-то апгрейд мозговой провели?

– Нет, конечно. Это ты завтракаешь с нами! Мы с сестрой давно не виделись, соскучились, а ты ещё предлагаешь время на сборы к твоему завтраку тратить. Приходи сам. Так и быть, – она царственно кивнула, – форма одежды нормальная. Нормальная, я сказала, – повторила Анька, сведя бровки, – а не расфуфыренная!

– А на занятия? Пойдёшь?

Мелкая подумала, посмотрела на меня и продолжила вбивать гвоздь в крышку моего представления о своём характере:

– Если Саша не будет против! Я же не могу оставить сестру на растерзание невестам твоего братца? Видела я их, ящерицы тощие.

– Ве… ой! – деть испуганно прикрыл рот ладошкой. – Саша, ты же не будешь против?

– Ань, тебе интересно? – Я всё же решила узнать мнение сестры.

– Ну-у-у, там прикольно, – Анька шаркнула ножкой и потупила глазки.

Оба на! Это что? Она умеет смущаться? Или у меня уже самые настоящие галлюцинации? Причём триД? Ей хочется пойти на занятия с Антошкой, но сказать об этом прямо «девичья скромность» не позволяет!

– Тогда, не буду, – не стала разочаровывать мелкую.

– Ура! – просиял Антошандр, даже подпрыгнул. – Леди, – сразу став серьёзным, выпрямился он, – после завтрака я приглашаю вас на прогулку по саду. А сейчас, спокойной ночи!

И с достоинством покинул покои.

– И как тут тебе?

Анька красноречиво обвела рукой розовое безобразие. Хотя, может быть, именно эта розовость и повлияла так на её стревозность? Если так, то пусть подольше остаётся здесь, глядишь, и мозги нормально работать будут, без выкрутасов.

– Не знаю, Ань. Как-то …

– Сплошная безвкусица! – топнула ногой сестрица. – У этих драконов точно нет дизайнера! Как можно в одно помещение напихать столько одного цвета? Просто ужасно! Зато твоя комната нормальная. Пошли, сама посмотришь!

И потянула меня к неприметной дверце. А сестра оказалась права. Комната была и, правда, уютная. Небольшая, всего примерно три на три метра. Здесь помещались широкая кровать, тумбочка и шкаф. Над тумбочкой висело небольшое зеркало, на другой стене обнаружилась узенькая дверь. Как оказалось – в санузел, совмещённый с душем. И всё в приятных бежевых тонах.

– Когда ты говорила, что надо быть ближе к природе, я этого не понимала, – вздохнула Анька, примостившись на кровать, так как стульев не было. – А теперь вижу. Бежевый, коричневый, жёлтенький, – перечислила она все цвета в комнатушке, – они не действуют на нервы, как деревья в лесу.

– Ты же любишь розовый.

– Да, но не так много! Я словно объелась сладкого! Я хотела тут спать, а мама не разрешила. Сказала, что надо соответствовать положению. Саш, наше положение такое плохое? Мы когда домой попадём?

– Не знаю, Ань, – честно ответила я. – До бала мы тут точно. А потом, у нас некоторые трудности обнаружились.

Открыв шкаф, где висели несколько платьев, а внизу стояли несколько пар обуви, я переложила содержимое рюкзака на полочки. Бельё тут тоже имелось. Хвала всевышнему, никаких панталон и чулок. Обыкновенные трусики, носки, высокие гольфы, маечки. Носить можно. Теперь бы умыться. Зашла в ванную, – буду эту комнатку так называть, привычнее, – повернула ручку на кране и с облегчением выдохнула: вода тёплая, значит, никаких артефактов, что магией управляются, тут нет. Я бы сразу и душ приняла, но надо перед этим мелкую спать утолочь.

– Ты ужинала? – спросила я сестру. Кто знает, может детей ещё и на ночь кормят.

– Ужинала, с Антошкой, – ответила та, так и не слезая с кровати. – Са-а-аш, как думаешь, если на неприятности не обращать внимания, они обидятся и уйдут? А нас домой отпустят?

Сейчас Анька стала похожей на обыкновенного ребёнка, даже боязно нарушить это состояние. Сидит, ноги поджала, нахохлилась вся, как воробей по дождю. Маленькая такая, жалкая.

– Нет, Анют, – я села рядом и обняла мелкую. – Даже, если они обидятся, то не уйдут.

Мы немного помолчали.

– Знаешь, – доверительно стала шептать сестрёнка, – они тут все такие злые! Я домой хочу. Там бабуля. Хоть у неё и не забалуешь, но она добрая. И в садик хочу.

Ещё немного и она разревётся.

– Анют, ты же в школу идёшь в этом году. Забыла? – я попыталась приободрить сестру.

– Нет, но в классе почти вся наша группа садиковская. А тут вокруг только противные девицы, их мамаши и дядьки ядовитые! Мама говорит, что нужно держать ухо востро, не то сожрут, не подавятся! Саш, а что, правда, они нас съесть могут?

– Нет, конечно! Это мама так образно выразилась. Пойдём, умоешься, почистишь зубки и спать! Покажешь мне свою ванную?

– Пойдём! – встрепенулась Анька. – Там хоть и розовый кафель, но красиво!

И первая побежала на выход.

Спать я её уложила не сразу. Мы ещё долго шептались, вспоминая смешные истории из «того, нашего» мира, я тихонько радовалась сближению с сестрой. Оказалось, не такая она уж и вредина. Просто избалованный любимый младший ребёнок, за которым присмотреть кроме старшей сестры не возникает желание ни у кого.

– Знаешь, – засыпая, пробормотала Анька, – я так по тебе соскучилась! Ещё с моря. Ага. А тут вообще, думала, всех загрызу, если они тебя не привезут. А невесты у Рэя красивые, но вредные. А ты красивая, но бестолковая-а-а-а, а мама сказала, что …

Что сказала мама, я не услышала, так как сестрица засопела, уткнувшись мне в бок. Осторожно встала, поправила одеяло и на цыпочках пошла в свою комнату. Спа-а-ать.