Бумажная империя 6

Глава 26

Вова подполз в темноте к тому месту, куда бандиты швырнули пленника. В его голове металась мысль о том, что Даниил был его последней надеждой на спасение и теперь эта надежда лежит без сознания рядом с ним.

И тут внезапно раздались шорохи и включился неяркий фонарик. Вова хотел вскрикнуть, но чужая рука уверенно зажала ему рот, не дав это сделать.

— Тихо, не привлекай внимание, — строго сказал я и Вова медленно кивнул, после чего я убрал руку.

— Как ты… — начал он, но я тут же шикнул на него, требуя говорить тише. — … здесь оказался? И как блин уже освободился?

Я стоял во весь рост, разминая затёкшие руки и ноги, попутно осматривая скромное убранство контейнера.

— Здесь нет большого количества еды и воды? — спросил я у Вовы, увидев только пару бутылок минералки и пачку хлеба на полу.

Он отрицательно покачал головой и я улыбнулся.

— Ты чего такой довольный? — удивился он.

— Мы нужны им живыми, иначе нас бы просто убили, не рискуя с похищениями, — спокойно сказал я, отчего глаза Вовы испуганно расширились. — А раз так, то эта дверь откроется как минимум ещё один раз и это будет нашим шансом на план «Б».

— План «Б»? — тут же переспросил он. — А в чём тогда состоит план «А»?

Ответом ему стал решительный стук по корпусу контейнера, отчего Вова вздрогнул. А затем послышался металлический лязг открывающегося засова и контейнер залился тусклым светом уличного фонаря.

В открывшемся проёме стоял знакомый силуэт.

— Ты так впечатал меня в стену, что я подумал будто ты переметнулся на их сторону, — сказал я, выходя из контейнера.

— Я уже второй раз за сегодня слышу это, — усмехнулся Роман.

— Всё получилось как мы задумывали? — уточнил я, видя лежащих замертво людей у него за спиной.

— Должен признать, что ты оказался прав, если бы мы напали в открытую, то они бы использовали этот артефакт, — он протянул мне небольшой предмет, больше всего напоминающий фонарик. — Мощная вещь, редкая. Создаёт поле антимагии, по сути выключая способности в определённом радиусе.

Я покачал головой, осматривая добычу. Действительно, если лишить нас способностей, то было бы крайне сложно выстоять против толпы бандитов с огнестрельным оружием.

Внезапное нападение Романа с самого начала было предложено мной. Я убедил его так сделать по нескольким причинам.

Во-первых, нам нужно было выяснить где держат Вову. Искать среди тысячи контейнеров было просто нереально.

Ну а во-вторых, я просто не верил, что англичане были столь наивны и не подумали о том, что мы можем напасть с Никитиным первыми. Я догадывался, что просто быть не может и артефакт, что я держал в руке был тому лучшим доказательством. Именно поэтому нам надо было усыпить их бдительность и эта сценка, где именно Роман одолеет меня убедила их в том, что он на их стороне и позволила затем напасть неожиданно. Собственно именно он должен был завязывать мне руки и ноги, чтобы я мог легко освободиться, или…

— А что за план «Б»? — спросил меня Вова.

— План «Б»? — удивился Роман, а затем на его лице появилось понимание. — Ты не верил мне…

— Ещё недавно ты пытался меня убить! — возразил я. — После такого сложно безгранично доверять.

— Убить⁈ — воскликнул уже окончательно растерянный Вова.

— Знакомься, Роман Никитин, — представил я аристократа. — Человек, кто самым первым пытался меня убить.

— Ой, ну скажешь тоже, — отмахнулся Рома, протягивая руку ничего не понимающему Вове. — Кто старое помянет…

— Тот будет мудрым и предусмотрительным человеком, — усмехнулся я, а затем добавил уже серьёзно: — Спасибо тебе, Рома. Ты доказал, что стал другим человеком.

Мы крепко пожали друг другу руки, скрепив возникшую дружбу и доверие.

— А теперь давайте уже уедем отсюда, мне тут не по себе, — нарушил этот момент Вова.

Несколькими часами ранее. Зимний дворец

В кабинете было тихо. Слишком тихо. Отчего внезапный звон телефона прозвучал особенно пронзительно.

Тут же в помещение осторожно заглянул секретарь:

— Ваше Величество, звонок из Лондона.

Император нахмурился:

— Кто?

Секретарь замялся:

— Вызов выполнен из Букингемского дворца. Но это не официальная линия связи.

— Королева, — произнёс себе под нос Император. — Соединяйте.

Он сел за рабочий стол и на его лице мелькнула лёгкая улыбка. Он уже предвкушал как королева будет пытаться заручиться поддержкой России в их противостоянии с Австрией. Александр Пятый ожидал этот звонок, даже прокручивал у себя в голове то, с каким пренебрежением будет общаться, какие условия выставит.

Император знал, что у Англичан нет козырей в рукаве, поэтому он готовился говорить с позиции силы, с позиции человека, что стоит во главе единственной страны, кто смог дать отпор австрийской армаде.

Телефон на столе коротко звякнул и он поднёс трубку к уху. Несколько секунд в трубке было слышно только тихое потрескивание линии, пока, наконец, не раздался холодный, чёткий женский голос:

— Александр, благодарю за скорый ответ. Я связываюсь с вами неофициально и, полагаю, вы знаете почему.

Император слегка удивился и тактично ответил:

— Позвольте всё же поинтересоваться причиной.

После паузы раздался совершенно не вежливый голос королевы. Это не был голос просителя.

— Нам известно о провокации с ракетой. Вы подстроили всё очень аккуратно и прекрасно знаете, что мы не можем обвинить вас официально, — с нажимом сказала королева.

Александр слегка опешил от подобного. Он совершенно не понимал о чём идёт речь:

— Не имею ни малейшего представления о чём вы говорите.

— Не стоит притворяться, — холодно продолжила она. — Нам прекрасно известно, что это была русская операция. Ваши люди устроили побег заключённого, вынудили наши силы открыть огонь и тем самым спровоцировали конфликт между Англией и Австрией.

Император забарабанил пальцами по столу. Внутри него поднималась холодная ярость. Названные королевой фамилии были ему прекрасно известны. Но особенно выделялась фамилия Уварова.

«Русская операция», «Ваши люди».

Он не заметил, как машинально сжал трубку в руке, отчего та протяжно хрустнула. Ему хотелось рассмеяться, вот только было не до смеха.

Осознание пришло мгновенно. Это действительно сделали его люди. Вот только без его ведома. А это… это было предательство.

Он тихо ответил:

— Это очень серьёзные обвинения.

— Я не обвиняю, — сказала королева. — Я предупреждаю о том, что будут последствия. И даю вам один шанс их избежать. Вы должны вступить в войну на стороне Англии.

Император опешил от услышанного. Он ожидал, что Англия будет просить подобного. Но тут было ключевое слово «просить», а не «требовать».

Тем временем голос королевы стал жёстче:

— Вы решили сыграть в опасную игру. И вам это с рук не сойдёт. Если вы откажетесь от моего щедрого предложения, то сейчас мы уничтожим Австрийскую империю. А затем возьмёмся за вашу.

Александр не выдержал и рассмеялся. Подобного оскорбления он терпеть был не в силах.

— Уничтожите? — сухо спросил он, а затем поднёс трубку так близко, что его губы касались пластика и прошипел: — Вам не по зубам Россия. Вы обломаете ваши кривые зубы о русского медведя.

Его ярость прорывалась даже сквозь тысячи километров. Королева чувствовала это, сидя на другом континенте.

— И поверьте то, что вы сидите на своём острове, вас не спасёт, — процедил Александр Пятый. — Придётся бежать в Америку, как делали ваши предки.

В трубке повисла долгая пауза, а потом королева тихо произнесла:

— Вы пожалеете о своих словах.

А затем раздались короткие гудки. Император медленно и аккуратно положил телефон и проревел на весь дворец:

— Меньшикова ко мне! Немедленно!

Всё то время, что он ждал светлейшего князя, Император не отходил от окна. Он смотрел на бурное течение Невы. Ещё недавно лёд сковывал могучую реку, а теперь бурные воды унесли его прочь, не оставив и следа. Лёд казался нерушимым, вечным, но прошёл месяц и он пал.

Александр не мог не проводить параллелей со своей властью. Император имел власть над половиной континента, но иногда всё чаще ловил себя на мысли, что власть эта начинает расползаться между чужими руками.

Слишком многое в последнее время происходило без его участия. Слишком многие люди начинали играть в собственные игры. Слишком часто ему приносили готовый результат, а не спрашивали разрешения.

Наконец, дверь распахнулась и в кабинет вошёл Меньшиков. Он шёл быстро, но без суеты. В его движениях не было страха или нервозности.

— Ваше Величество, вызывали? — безэмоционально произнёс он.

Император продолжал стоять у окна, так и не повернувшись к подданному.

— Какого чёрта я узнаю обо всём последним? — его голос был тихим, отчего звучал лишь страшнее.

Внезапно телефон светлейшего зазвонил, отчего Император резко обернулся. Его посетитель держал мобильный в руках, внимательно смотря на экран.

— Там нечто важнее этого разговора? — раздражённо спросил Александр Пятый.

— Нет, ничего важного, — невозмутимо произнёс Меньшиков и сбросил звонок.

Император указал на него пальцем:

— Ты знал? Это было твоё решение выкрасть Долгопрудного?

Меньшиков молчал. В его глазах не было ни страха, ни вины, ни раскаяния.

— Если я узнаю, что ты участвовал в этом — я лишу тебя титула светлейшего! — с угрозой добавил Александр.

— Вы этого не узнаете, — сухо произнёс тот.

— Ты забываешь, что разговариваешь со своим Императором, Гриша! — со злостью произнёс Александр.

Он был в ярости. Сначала Долгопрудный, потом этот чёртов побег, а теперь международный скандал. И всё это происходило без него. Без императора. Он остановился и резко повернулся к Меньшикову:

— В моей империи уже можно устраивать международные операции без моего ведома? Развязывать войны, не ставя меня в известность?

В голове императора мелькнула неприятная мысль. Если сегодня они действуют без него, то завтра могут действовать против него. Голос его стал ниже:

— Я что, стал декоративной фигурой? Может быть мы перешли к парламентской монархии? Или я больше не могу рассчитывать на твою преданность и верность?

— Моя преданность Российской империи не может подвергаться сомнениям, — строго ответил Меньшиков.

Но Александр отметил опасную для себя формулировку. Меньшиков поклялся в верности империи, но не ему лично. Он холодно взглянул на него:

— Немедленно схватить Уварова. Он до конца жизни будет гнить в казематах Петропавловской крепости.

Император смотрел прямо в глаза светлейшему князю, словно стараясь понять, выполнит ли он его приказ, или уже слишком поздно и Александр пропустил, как у него за спиной второй человек в столице сговорился с опальным бароном.

— Сегодня же. Это приказ, — закончил Император.

— Будет исполнено, — невозмутимо кивнул Меньшиков и вышел из кабинета.

Едва за ним закрылась дверь, как Александр взял трубку и набрал номер генерал-командующего преображенским полком. Того самого, которого планировал разжаловать.

— Генерал, зайдите ко мне в кабинет немедленно. Для вас есть дело государственной важности, — властно приказал Император и не дожидаясь ответа повесил трубку.

Кто же на самом деле отец Уварова? Станет ли Даниил реальной угрозой для власти и «народным» императором? Что всё-таки скрывает Мечников? Узнайте всё это в финальном томе: https://author.today/reader/563038