Бумажная империя 6

Глава 13

Квартира Даниила Уварова

Я проснулся от раннего телефонного звонка. Хотя нет, вовсе не раннего. Часы показывали половину одиннадцатого. Последние дни мой организм активно восстанавливал силы и я ему не препятствовал.

— Даниил, мои юристы подготовили документы о создании холдинга, — сообщил мне Распутин. — Я подъеду к вам в офис и мы подпишем бумаги.

— Это отличные новости, буду там через пару часов, — ответил я.

— И ещё один момент, — спросил Распутин, когда я уже собирался повесить трубку. — Ты не знаешь, куда пропала Алиса? Её телефон недоступен.

— Может быть она уже в офисе? — предположил я, на что он лишь хмыкнул и сказал:

— Ладно, если увидишь её, передай чтобы немедленно со мной связалась.

Повесив трубку, я зевнул и потянулся. Надо восстанавливать режим и перестать ложиться спать под утро.

— Хватит притворяться спящей, — легонько шлёпнул я по одеялу рядом с собой. — И хватит прятаться от отца, он же волнуется.

— Если бы он действительно не знал где я и волновался, то над городом бы уже кружил десяток вертолётов, а все загородные шоссе перекрыты, — раздался приглушённый голос Алисы из-под одеяла.

— Тем более к чему эти игры с побегами? — удивился я.

— А может мне нравится прятаться? — игриво спросила она, высунув голову.

— Ну тогда и дальше прячься, а я займу душ, — усмехнулся я и, накрыв её одеялом, вскочил с кровати.

— Эй, чур я первая! — слышались приглушённые возгласы возмущения, когда я уже заходил в ванную.

Закончив умываться, я зашёл в кухню, где обнаружил Алису, до сих пор завёрнутую в одеяло. Она стояла, словно загипнотизированная и смотрела телевизор.

— Что, гороскоп показывают? — усмехнулся я, но она никак не отреагировала на мой подкол, чем привлекла внимание ещё сильнее. Взяв пульт, я прибавил громкость.

— Напоминаем только что подключившимся телезрителям, что мы ведём экстренное включение из Зимнего дворца, где считанные минуты назад, Император Александр Пятый подписал долгожданный мирный договор с Австрийской империей, — сбивчиво рассказывала ведущая. — По непроверенной информации, это стало возможным, благодаря недавней поимке английского шпиона, который вскрыл многолетний заговор Соединённого королевства, направленный против обеих наших стран.

Из рук Алисы выскочила керамическая кружка, но я, заворожённо слушая выпуск новостей, даже не шелохнулся.

— От имени нашего канала, мы ещё раз хотим поздравить всех жителей страны с окончанием многолетней войны. По сообщениям пресс-службы его Величества, в ближайшие дни будут подписаны договоры о взаимном ненападении и разделе территорий. Австрия согласна уступить восточные территории в обмен на гарантии России по невмешательству в будущие военные кампании австрийцев на северо-западном направлении, — сообщала ведущая, стоя на фоне Зимнего.

— Северо-Западном? — наконец отмерла Алиса и посмотрела на меня. — Неужели они…

— Ага, — улыбнувшись, кивнул я. — Похоже, они собираются выбить англичан с континента и вернуть северные территории Франции, захваченные теми полвека назад.

А затем взял телефон и набрал Гагарина:

— Илья Андреевич, уже видели? Срочно ищите в штат политолога и военного обозревателя.

— А как же «мне нравится прятаться»? — усмехнулся я, когда Алиса уверенно пошла к моей машине.

— Разблокируй двери, шутник, — фыркнула она, дёргая за ручку.

У меня аж глаз начал дёргаться при виде того, как она намеренно ломает мою машину.

— Блин, а ты видел что нас заблокировали? — воскликнула она, обратив внимания, что выезд перегородил новенький красный кабриолет с откидной крышей. — Что за невоспитанные пижоны у вас тут живут?

Я ничего не ответил, заведя двигатель, чтобы прогреть его после морозной ночи.

— Смотрите-ка, номер под стеклом оставили, — саркастически сказала она. — Ну что же, сейчас я им объясню, почему так не стоит делать.

Она начала набираться цифры, написанные на лежащей на торпедо бумажке.

— С кем можно постоянно разговаривать? Вечно занято, — возмутилась она, сев на пассажирское сидение, а затем с горящими глазами повернулась ко мне: — Давай их протараним!

— Девушка, с вами всё в порядке? — опешил я.

— Нет, ну а что они себе позволяют? — разгневанно указала она на блокирующий проезд машину. — Небось блондинка какая-то. Права купила, а ездить не купила.

— Почему не рыженькая например? — усмехнулся я, за что был награждён уничижительным взглядом.

Алиса выхватила мой телефон, лежащий на центральной консоле и набрала написанный на бумажке номер, который видимо уже запомнила. И как только нажала на кнопку вызова, то номер на экране сменился надписью «Сумасшедшая».

— О! У тебя номер этой клуши записан как сумасшедшая! — выкрикнула она. — Это что, соседка?

И в этот момент произошла кульминация этой ситуации. Телефон в кармане Алисы завибрировал, она недовольно достала его.

— Чего-о-о? — нахмурилась она и убрала мой телефон от уха.

На экране её мобильника красовалось имя звонящего: «Даниил Уваров».

Девушка непонимающе переводила взгляд с одного телефона на другой, пытаясь понять что происходит, а затем медленно повернулась ко мне, её ноздри расширились и она воскликнула:

— Это я-то сумасшедшая⁈

Не в силах больше держать серьёзное лицо, я рассмеялся до слёз.

— Что хохочешь, гад? — начала она лупить меня двумя ладонями. — А ну говори быстро!

Я же не мог этого сделать, потому что у меня никак не получалось унять смех. Именно поэтому, буквально со слезами на глазах, я достал из кармана ключи положил ей на колени.

— Что это? — так и замерла она с занесённой рукой.

— Твоя новая машина, — с трудом успокоившись, сказал я.

— Моя машина? — повернулась она и медленно вышла на улицу.

Я же остался сидеть за рулём, наблюдая как Алиса медленно и осторожно ходила вокруг её новой игрушки. Она походила на кошку, которая обнаружила огурец и осторожно обнюхивала его. Наконец, она нажала кнопку на ключе и машина, два раза моргнув аварийкой, приветственно расправила сложенные зеркала заднего вида. В этот момент лицо Алисы просияло. Это было лицо ребёнка, что получил игрушку, о которой даже не мечтал.

— Нравится? — спросил я, садясь на пассажирское сиденье.

— Ещё бы! — улыбнулась она, не сводя взгляда с руля, на котором красовался логотип с бегущей пумой. — Но что это?

— Твоя новая машина, — пожал я плечами. — Колька ненароком сжёг твою, а я отвечаю за него, как глава рода, где он будет служить. Да и признаться, тебе давно надо было пересесть на что-нибудь более элегантное.

Она благодарно посмотрела на меня, а затем хитро спросила:

— Но если эта не будет также рычать как та…

— О-о-о, поверь, ещё как будет, — усмехнулся я, пристёгиваясь.

В её глазах сверкнул огонь, она завела могучий мотор и добавила:

— Смотри не испачкай мой новый салон. И свои штаны.

С этими словами Алиса поставила свой идеальный сапожок на педаль газа и от души нажала на неё. На улице раздались раскаты грома, из выхлопной трубы послышались прострелы и все машины вокруг заорали сигналками.

— О-о-о, пробирает до мурашек, — с придыханием сказала Алиса.

— А теперь гони быстрее отсюда, пока Нестор Павлович не вышел, — рассмеялся я.

Алиса тоже улыбнулась и хихикнула, но я обернулся и с тревогой взглянул на двери парадной:

— Я вообще-то не шучу, надо быстрее уезжать!

Мы мчали к зданию, которое через несколько часов официально перейдёт под мой контроль, когда я подумал о том, что забыл кое-что сделать.

— Останови у киоска, — попросил я Алису, но она так была увлечена новой машиной, что даже не обратила внимания на мои слова.

Тогда я повторил уже громче:

— Девушка, на остановочке тормозните пожалуйста.

— А? Что? Ага, сейчас, — спохватилась она и прижалась к обочине.

Я улыбнулся от мысли, что в другом мире она могла быть водителем маршрутки.

— Чего смешного? — буркнула она.

— А можешь сказать: «Передаём за проезд»? — не удержался я.

— Уваров, ты совсем дурак? — фыркнула она.

Едва я вышел из машины и подошёл к газетному киоску, как Алиса с пробуксовкой рванула с места. Пожав плечами, я невозмутимо подошёл к окошку и попросил свежий номер журнала Голубая кровь.

Продавщица, передавая его, очень пристально разглядывала меня, а потом не выдержала и спросила:

— А вы не тот самый барон Уваров?

— Ой, нет, что вы! — рассмеялся я. — Мне вообще синий цвет не идёт.

Схватив журнал, я поспешил уйти, потому что продавщица завопила, словно сирена:

— Это точно вы! Господи, это же сам Даниил Уваров! Зинка с соседней улицы лопнет от зависти!

Я быстрым шагом пошёл вдоль по улице, где через сто метров стояла на аварийке красная машина Алисы.

— Даня, она сломалась, — испуганно сказала она, когда я сел внутрь.

— Бросить меня вздумала? — строго посмотрел я на неё, а затем достал из кармана небольшую пластиковую коробочку, чуть меньше флешки и положил на центральную консоль. — Заводи.

— Но она заглохла и не заводится… — растерянно повторила Алиса.

Ничего не объясняя, я положил руку на её левое колено и нажал. Она ойкнула и подала ногу вперёд, нажав на тормоз, после чего я нажал кнопку запуска двигателя. По кузову пробежала вибрация и мотор услужливо заурчал.

— Как? — округлились её глаза.

— Не пытайся обмануть фокусника, — щёлкнул я её по носу и добавил: — Поехали, а то твой отец будет там раньше нас.

Надо будет объяснить ей что такое иммобилайзер и для чего он нужен.

Офис агентства Уваров и Распутина

— Дань, а что в том журнале написано? — шепотом спросила меня Алиса, замечая множество устремлённых на нас глаз, едва мы вошли в офис.

— Про поместье, — спокойно ответил я. — На приёме один из официантов был ряженым журналистом.

— Кошмар… — выдохнула она, прикрыв лицо руками.

— Почему же? Вовсе нет, Леонид написал ровно то, что я и хотел, — пожал я плечами, ставя две фарфоровые чашки перед кофемашиной.

— Это ты его пригласил⁈ — расширились её глаза.

Кивнув, я объяснил ей зачем там был нужен журналист жёлтой прессы, упустив момент про то, что мой недоброжелатель — сам Император, а причиной конфликта скорее всего является именно Алиса.

— А почему тогда все так на нас смотрят? — покосилась она на сотрудников и подошла к кнопке, чтобы затемнить стеклянные стены и избавиться от назойливых взглядов.

Но я остановил её:

— Не рекомендую. Это вызовет лишь больше слухов.

— Слухов? — удивилась она.

— Мы вчера ушли, а сегодня пришли вместе, — объяснил я. — И ты впервые появилась в той же самой одежде, что и накануне.

Алиса посмотрела на сотрудников, изображающих активную работу, на свою юбку, а затем её лицо покраснело, она схватила кофе и спешно ушла в свой кабинет.

— Даниил Александрович, к вам посетитель без предварительной записи, — зашла в мой кабинет девушка с ресепшн.

Я взглянул на часы. До прихода Распутина было полчаса. В целом, этого времени должно было хватить, чтобы выслушать человека, но мне было очень важно, чтобы подписание документов с князем не сорвалось, поэтому я аккуратно спросил у девушки:

— По шкале от одного до ста, насколько оцениваешь клиента?

— Определённо тысяча, не меньше, — выпалила она и услышала единственный ответ, который можно было дать в этой ситуации:

— Пригласи его.

Вскоре в мой кабинет зашёл кряжистый мужичок. Такого можно встретить в продуктовом или в трамвае, выдавал его разве что костюм. Идеально сшитый чёрный костюм-тройка. Опытный взгляд мгновенно уловил в нём работу превосходного мастера.

— Даниил Александрович, я человек деловой, так что оставим светские прелюдии для балов, — в его голосе буквально сочилась решительность и энергия. — Я здесь сугубо из-за моего доброго друга — Михаила Морозова. Его успехи на вашем столичном рынке наделали много шума среди московского купечества и он уверяет, что успех этот напрямую связан с вашими… кхм… весьма специфическими методами работы.

— Мне очень лестно слышать подобные характеристики из уст столь уважаемого человека, — кивнул я.

— Сказать по правде, мы, представители старой школы ведения бизнеса, не одобряем ваших методов. Но результаты и слово Михаила вынудили меня рискнуть и поработать с вами, — сказал посетитель, не пытаясь скрывать своего истинного отношения.

— Тогда позвольте поинтересоваться, что именно вы хотите, чтобы я сделал? — прямо спросил я.

— Я хочу создать самый крупный бренд кормов для животных. Абсолютно с нуля, — невозмутимо сказал он, словно говорил о списке продуктов на ужин. — У меня есть производственная база, налаженная цепочка поставок, мне не хватает только…

— Клиентов, — улыбнулся я.

— Именно, — кивнул он и продолжил: — Мне нужна ваша народная газета, а точнее авторы, связанные с животными. Я готов выкупить их целиком.

— Что вы хотите сделать? — поднял я одну бровь.

— Купить их, чтобы они рекламировали мой новый корм, — спокойно сказал он. Наверное также спокойно эту фразу когда-то произносили работорговцы.

— Позвольте уточнить, что наша реклама работает не совсем так, — аккуратно возразил я, но мужчина жестом остановил меня:

— Даниил, я сижу здесь не потому что мне нужна помощь, а потому, что Михаил убедил меня, что вы — ключ к быстрому и гарантированному результату. У меня есть деньги и я не привык, когда мне указывают как их тратить.

Голос его при этих словах был мягок, спокоен и вежлив, что было весьма удивительным.

— Миллион, — коротко сказал я, но на его лице не дрогнул ни один мускул. — Столько вам придётся заплатить, если вы захотите размещаться у всех требуемых авторов в течении трёх месяцев.

Мужчина хотел что-то ответить, но я не дал ему этого сделать, подняв вверх указательный палец:

— Или за эти деньги вы можете создать поистине революционный маркетинговый продукт, который выделит ваше имя среди конкурентов.

Он вновь попытался что-то сказать, но я продолжил:

— Или… вы можете сделать это абсолютно бесплатно.

Моя последняя фраза заставила его бровь чуть приподняться и я слегка улыбнулся, видя что добился своего.

— И прежде, чем вы узнаете суть, вы должны подписать со мной контракт, — невозмутимо сказал я.

— Предлагаете купить мне кота в мешке? — ухмыльнулся он.

— Да, — спокойно ответил я. — Причём, если вас этот кот не устроит, то вы не заплатите ни копейки.

— Звучит как предложение, от которого глупо отказываться, — нахмурился мужчина. — Где же ваше «но».

Улыбнувшись его проницательности, я добавил:

— Но! В случае успеха, вы вложите такую же сумму в благотворительность.

И вот тут я действительно смог его удивить:

— Позвольте узнать зачем это вам?

Я пожал плечами:

— А почему бы и нет? И поверьте, после того, что мы с вами сделаем, вы сами полюбите благотворительность.

— Очень в этом сомневаюсь. Я люблю деньги, а они с благотворительностью не очень то сочетаются, — рассмеялся он.

Поднявшись со своего кресла, я протянул ему руку и спросил:

— Работаем?

Он пожал мою руку и в этот момент за его спиной раздался голос Распутина:

— Верное решение, Леонид Георгиевич.

Мужчина вздрогнул и повернулся.

— Сергей Олегович, какая неожиданная встреча, — тут же подошёл он к князю, что последние десять минут покорно сидел на моём диване, наблюдая за переговорами.

— Даниил, позволь раскрыть что же ты придумал для захвата рынка кормов для животных? Право мне самому стало интересно, — обратился ко мне Распутин и оба аристократа с интересом стали ждать ответа.

— Кошачьи и собачьи конкурсы красоты, — ответил я. — Да хоть для попугайчиков. Вы должны сделать свой бренд именем нарицательным. Чтобы когда думали о животных — на ум сразу приходило имя вашего бренда. Вы станете титульным спонсором и организатором, а ведущими будут известные и публичные люди.

— Что за глупость? Это по-вашему сработает? — нахмурился он.

— Если нет, то для вас это будет бесплатно, — пожал я плечами. — Но! В противном случае вы построите приют для животных.

Аристократы расхохотались, а затем Леонид Георгиевич сказал, что будет с нетерпением ждать столь необычного контракта и ушёл.

— Это показательное выступление передо мной? — спросил Распутин, когда мы остались в кабинете вдвоём.

Я вопросительно посмотрел на него, а затем спросил:

— А как бы вам хотелось?

— Мне бы хотелось услышать правду, — резко ответил он. — Для чего тебе всё это? Почему просто не взять деньги и не сделать то, что потребовал клиент? Он ведь уже пришёл со стойким намерением заплатить, для чего было с ним спорить и переубеждать?

— Я считаю, что у каждого человека, у каждой компании должна быть миссия, — посмотрел я ему в глаза. — И моя заключается в том, чтобы реклама не превратилась в нечто противное, назойливое и раздражающее. Это должно быть чем-то полезным и приятным для всех сторон. Мостом, соединяющим продавца и покупателя.

— Звучит крайне наивно, — хмыкнул сидящий на моём диване князь. — Неужели ты считаешь, что это возможно?

— Абсолютно. Нужно лишь показать, что это работает лучше традиционных, топорных методов, — уверенно кивнул я. — Вот увидите, этот человек, едва ощутит результаты такой рекламной кампании — придёт ещё. И я снова приложу все силы, чтобы сделать лучший результат. И когда конкуренты наконец поймут, что такие методы работают куда лучше, то начнут делать также.

— Ты говоришь как будущий монополист, — усмехнулся Распутин.

— Здравый смысл, креативность и понимание человеческой психологии нельзя монополизировать, — возразил я. — Более того, я мечтаю о том дне, когда у меня появятся конкуренты, действующие теми же методами, что и я. Это будет означать, что я добился того, чего хотел.

— Всё это прекрасные слова, но пока что ты взял на себя очень сложную работу и собираешься делать её бесплатно, — сухо заметил Распутин.

— С чего вы так решили? Я бы не предлагал такого, не будучи уверенным в результате на сто процентов, — улыбнулся я.

— Почему тогда ты просто не убедил заказчика в том, что это сработает лучше? — не понял он. — К чему эти рискованные споры?

— Ну-у-у, как минимум это весело, — рассмеялся я. — К тому же, так мы закончили быстрее, заказчик ушёл довольным, и ещё он откроет новый приют для животных. И готов поспорить уже с вами, что деньги, вложенные в приют, который будет работать под вывеской нового бренда кошачьего корма, окупятся сполна. Это будет куда более выгодное вложение, нежели сотни рекламных статей.

Сделав паузу, я хитро посмотрел ему в глаза и добавил: — Ну а если для вас и это не аргумент, то можете считать, что я просто люблю котиков. Ведь как, в конце-концов, их можно не любить?

На моих последних словах Распутин пристально посмотрел на меня. Он наверняка сейчас думал: «неужели он знает?».

— Получается, сейчас я воочию увидел, как рождается твоя стратегия «выигрыш для всех сторон»? — протянул он. — Впрочем, я опытный бизнесмен и не разделяю твоего оптимизма, так что готов заключить пари.

Тогда я довольно улыбнулся и назвал своё условие.