Брак на поражение

ГЛАВА 40: Переплетая нити

Через три часа (Виола)

Мозги кипели, мысли путались, а гора разбросанных по столу документов не уменьшалась…

— Прокляну Карателя и похороню под уликами, — прошипела, с отчаянием взмахнув списком магов, посещавших оперу в день исчезновения Лиолетты.

— Не самый плохой вариант, — усмехнулся Себастьян, заботливо пододвинув ко мне поднос с конфетами.

Но сладкое больше не успокаивало…

Сейчас меня вообще ничего не успокаивало!

Мы вышли на след, были уверены, что секретарь и есть Каратель, но… по-прежнему не могли арестовать проклятущую тварь! Все улики были косвенными, не одного прямого доказательства.

В суде Савински размажет нас по паркету, изничтожит и втопчет в грязь репутацию Алого и Чёрного Ордена. С такими доказательствами мы превратимся в посмешище и лишимся всех полномочий, а Зверь продолжит своё кровавое шествие.

— Это катастрофа, — озвучил мои мысли Леус, — для принудительного сканирования памяти у нас недостаточно доказательств. Нам не дадут ордер!

— Король уполномочен выдать особое разрешение в обход Кодексу, — напомнил Себастьян, — если докажем, что Зверь держит его племянника на Дороге снов…

— Слишком большой риск, — возразил Витторио, — сноходцы могут «замещать» часть воспоминаний. Если перед проверкой он скопирует свои воспоминания на кристалл, а затем сотрёт их, мы ничего не обнаружим.

— Но будем выглядеть полнейшими идиотами, — мрачно добавил Темнейший.

— Подождите, — встрепенулась я, — как это, сотрёт, а затем восстановит? А как он вспомнит, что нужно восстановить себе память?

— Он может отдать кристалл Савинских, — ответил Себастьян, — или оставить себе зашифрованное послание, которое только он и сможет прочитать.

— Кошмар…, — ошарашенно выдохнула я.

— Насколько мне известно, такое смог провернуть лишь один маг, Марио Вильганда, — сказал Темнейший, — с помощью этой хитрости он смог избежать казни по обвинению в государственной измене и шпионажу.

— А как всплыла правда? — заинтересованно уточнила.

— Он попался второй раз и не успел снова стереть себе память, — пояснил Доминго, — да, провернуть такое невероятно сложно, но, учитывая таланты Карателя…

— У нас должны быть неопровержимые улики, — вздохнула я.

— В идеале, его нужно брать с поличным, — добавил Леус.

— И «случайно» удавить во время задержания, — подсказал Доминго, — да так, чтобы его ни один некромант воскресить не смог!

— Я за последний вариант, — усмехнулась молчавшая до этого Элоиза — но всё-таки, насколько гениальная дрянь!

Это точно…

Перерыв кучу архивных записей, мы окончательно убедились в том, что в искусстве заметать следы и плести интриги Карателю нет равных!

В отчёте аналитиков, тщательно изучавших все списки поклонников оперы, секретарь упоминался лишь дважды. Первый раз он купил два билета для себя и какой-то виконтессы. А второй раз взял один билет на легендарную «Королеву молний».

Ничего подозрительного… до тех пор, пока мы не начали копать глубже и проверять списки сопровождающих.

И вот тут всплыло кое-что интересное. Мигель сорок восемь раз посещал оперу с королевой, десять раз с её сестрой, двадцать раз сопровождал племянника Катари. А ещё трижды был на закрытом концерте Таши.

Только тогда он сопровождал канцлера Лионеля, заменяя его внезапно заболевшего адьютанта.

К слову, на последнем концерте Лиолетты секретарь тоже был, но снова в качестве сопровождающего королевской четы…

— Просто невероятно, — прошептала я, — всегда быть в центре событий и никогда не выходить на первый план! Жить в тени и мастерски управлять лучшими умами королевства…

— Но-но! — возмутилась Элоиза. — Моим Лионелем он не управлял! Но согласна, я и сама подозревала Мигеля меньше всех. Такой тихий, спокойный, обаятельный…

— Идеальный маньяк, — криво усмехнулся Витторио, — вспомни, сколько убийц притворялось безупречными семьянинами и добропорядочными гражданами.

— Помню, — кивнула русалка, — но такой уровень мастерства вижу первый и, надеюсь, в последний раз!

— Все на это надеются, но…

Договорить Себастьян не успел, прямо над столом раскрылся серебристый портал и оттуда, снося всё на своём пути, вывалился дон Кусини.

— Шухер! Катастрофа! — замявчал кот, вскинувшись на задние лапы и отчаянно взмахнув передними. — Зверь пытается призвать Анжи! Он…

Темнейший подскочил, опрокинув стул, и стрелой влетел в портал. А мы рванули за ним…

Портал рассыпался искрами, ослепляя последней вспышкой, и я часто заморгала, пытаясь сфокусироваться. Где-то сбоку послышались надрывные рыдания, тихий голос Темнейшего и отчаянный мяв Делии.

— Госпожа, выпейте воды! Госпожа, молю, успокойтесь!

— Анжи, родная, он не найдёт тебя здесь, — прошептал Доминго, осторожно погладив содрогающуюся в истерике девушку по волосам, — Элоиза приготовила зелье, мы заглушим Зов…

— Не хочу-у-у-у…, — простонала сирена, захлёбываясь слезами, — ничего уже не хочу-у-у, не могу-у-у так жить! Это бесконечный кошмар, безумие… я устала… он убьёт их, а я не смогу жить с кровью на руках…

— О чём ты? — осторожно уточнил тёмный, прижимая Анжи к себе.

— Он пришёл во сне…, — всхлипнула Летта, — оглушил чужой болью, сказал, что убьёт всех, если я не выйду к нему… отпустите меня… я не хочу так жить… я…

— Каратель в любом случае убьёт пленников, — отрезал Себастьян, — ваш героизм никого не спасёт, только хуже сделает.

— Куда ещё хуже?! — с отчаянием выкрикнула Анжела.

— Госпожа, прошу, выпейте, — вновь мяукнула Делия, когда к сирене подлетел стакан с голубоватой жидкостью, — я добавила в воду успокаивающий эликсир.

— Я не хочу отключиться от зелий, — покачала головой Летта.

— Здесь всего пара капель! — возмутилась кошечка.

— Анжи, прошу, выпей, — Темнейший перехватил стакан и поднёс его к лицу дрожащей девушки, — несколько глотков. А потом мы всё обсудим.

— Нечего обсуждать, — глаза сирены неожиданно потемнели, а лицо стало отрешённым, словно она впала в транс, — я выйду к нему. Только дайте мне какой-нибудь артефакт, чтобы с моей смертью и он…

— Нет! — рявкнул Доминго, с силой встряхнув ей за плечи. — Я не отдам тебя Зверю, слышишь?!

Летта судорожно охнула, но взгляд стал чуть осмысленнее. Кажется, первая волна истерики начала отступать.

— Мы нашли его, — быстро сказал тёмный, — знаем, кто он и где держи пленников. Немного осталось…

— Им тоже осталось немного! — перебила его Анжи. — Он убьёт всех! Вы никого не спасёте… Каратель знает, что вы стали на след…

— У Карателя начинается агония, — в голосе Элоизы проскользнули мягкие, гипнотизирующие нотки. Глава Ковена решила использовать магию, вместо успокаивающего зелья, — сейчас он опаснее, чем когда-либо, но в тоже время, он впервые уязвим.

— У него нет слабостей, — с отчаянием прошептала Анжела, — он совершенное Зло…

— История знала множество гениальных чудовищ, — возразила русалка, — но все они мертвы. И Зверь не станет исключением.

— Он погубит меня, — покачала головой сирена, — я знаю. Начнёт приходить каждый раз, когда буду пытаться уснуть. Отравит мои ночи, превратит сны в кошмары, завладеет мыслями и просочится под кожу… я помню, как Он умеет сводить с ума! Как умеет доводить до отчаяния и заставлять жертву мечтать о быстрой смерти!

— Зелье Элоизы заглушит Зов, — Доминго нежно погладил Летту по плечам, пытаясь успокоить, но она, словно загипнотизированная смотрела на стену и повторяла…

— Нет… не заглушит… это не тот зов… не тот…

Бездна… и, что нам теперь делать?! Не понимаю, где мы ошиблись…

Мы думали, что всё предусмотрели. Приставили охрану ко всем потенциальным жертвам, подготовили «Яд добродетели», способный защитить Анжи от Зова, но… почему Каратель начал действовать сейчас? Ведь до Серебряной ночи ещё неделя!

— Зверь сказал, что если я расскажу вам, он убьёт одного пленника, — прошептала сирена, — если не выйду, будет убивать по одному, каждый час…

— Он блефует, — перебил её Темнейший, — Каратель может приходить во снах и заманивать жертв на Дорогу снов, но читать мысли он не в силах. Он сноходец, а не телепат. И, если ты сама ему не расскажешь, он ни о чём не узнает.

— И убить жертв до начала ритуала он не может, — добавила я, — их жизненная энергия помогает поддерживать аркан.

— Но я слышала их боль! — ошарашенно воскликнула Анжела. — Чувствовала чужую агонию, липкий холод… смерть…

— Это воспоминания духов, — сказала, подходя ближе, — я… знаю, о чём говорю. Сама не раз проходила через этот кошмар, но, поверьте, ваш подвиг никого не спасёт.

— Виола права, — задумчиво протянул Леус, — но и в ваших словах есть доля правды.

— Что?! — едва ли не хором взвыли мы.

— Я не позволю, — зло прошипел Доминго, догадавшись, к чему клонит инквизитор.

— Леди Лиолетта, идеальный проводник, — вздохнул Витторио, — это наш единственный шанс протянуть на Дорогу снов боевой отряд и разрушить аркан изнутри.

— Слишком опасно! — отрезал некромант.

— Подождите, — встрепенулась Анжела, судорожно облизав губы. — Объясните! Я имею право знать…

— Родная, прошу, — голос тёмного дрогнул от боли и отчаяния, а по руке побежало несколько серебристых искорок.

Татуировка пары?! Неужели…

— Ты не понимаешь! — воскликнула сирена. — Я правда… правда больше так не могу! Постоянно жить в страхе, скрывать, бояться каждой тени… каждого шороха… я устала, сломалась! Не могу… прости…

— Анжи…

— Нет! Дослушай! — с отчаянием взмолилась она. — Я не жила все эти годы, пряталась… сходила с ума от воспоминаний. Ни с кем не сближалась, постоянно переезжала. Меня держала только ненависть, я хотела выжить вопреки… но… я не могу так больше! Моя душа — пепелище! И у меня больше нет сил прятаться, я…кто-то должен умереть. Он, я… оба…

В гостиной повисла могильная тишина. Никто не знал, что сказать… да никто и не имел права говорить. Нельзя судить, не пройдя через такой же кошмар…

— Дай мне шанс…, — прошептала сирена, коснувшись руки Доминго, — подари надежду. Позволь попробовать… если я могу помочь уничтожить его…

— Можешь, — глухо отозвался некромант, накрыв тонкие пальцы своими, — но это опасно. Слишком…

— Мне всё равно, — криво усмехнулась Анжела, — я готова на всё, только бы освободиться от этой твари.