Брак на поражение

ГЛАВА 31: Охота на призрака

Особняк леди Викхамерли (Виола)

Я щёлкнула пальцами, подзывая столик со сладостями и принялась внимательно изучать ассортимент. Больше всего меня заинтересовали необычные слоёные корзиночки с орехами, политые мёдом и посыпанные кокосовой стружкой.

Элоиза сказала, что это традиционные саваханские сладости, их в Лавии готовят только в одной кондитерской и то под заказ. Что ж, если десерт оправдает мои ожидания, возьму у русалки адрес магазинчика.

Выбрав самую толстенькую корзиночку, я аккуратно переложила её на свою тарелку и, на всякий случай, прихватила ещё несколько конфет с вишнёвым ликёром и один эклер с инжирно-шоколадной начинкой.

Сладостей много не бывает! Особенно с нашей работой. Чтобы проанализировать такой объём информации, нужно хорошо подкрепиться. А сладкое и чашечка кофе — бодрят лучше любого магического эликсира.

— Почему вы раньше не сказали, что любите саваханские сладости? — обиженно поинтересовалась Делия, едва я надкусила тающую во рту корзиночку. — Я тоже умею их готовить!

Моя ж ты прелесть!

— Обожаю! — проникновенно сообщила, расправившись с божественным десертом. — Буду счастлива, если вы согласитесь готовить их для меня!

— Соглашусь, конечно, — довольно мяукнула кошечка. — И, уверяю вас, я приготовлю намного вкуснее!

— Даже не сомневаюсь, — рассмеялась Элоиза. — Наслышана о ваших талантах, леди Делия. Буду рада, если вы и для меня приготовите какой-нибудь сладкий презент.

— Сочту за честь, леди Викхамерли, — мурлыкнула пушистохвостая красавица.

Вот и замечательно!

Воспользовавшись тем, что кошечка отвлеклась на разговор с Элоизой, я цапнула ещё одну корзиночку. Странный липкий десерт оказался до невозможного вкусным! Воздушное, пропитанное мёдом тесто, прослойка из сиропа с корицей и мускатным орехом, кокосовая стружка и дроблёный миндаль… всё это создавало абсолютно неповторимый вкус и оторваться было нереально.

Даже представить сложно, что этот десерт можно сделать ещё вкуснее! Но кошечка слов на ветер не бросает. Если она пообещала, значит нас ждёт что-то абсолютно невообразимое!

Правда… если дело и дальше так пойдёт, мне придётся больше ходить пешком и ещё активнее участвовать в расследованиях, иначе не влезу ни в одно платье.

— Леус, ты закончил изучать список подозреваемых? — спросила Элоиза, переводя разговор в деловое русло.

Отдых закончился. Пора вернуться к работе.

— Почти, — растерянно кивнул Витторио, — и пока результат вызывает у меня двоякие чувства.

— А поподробнее? — нахмурилась русалка.

— Я не нашёл ни единого совпадения с нашими списками, — пояснил инквизитор, — позже проведу анализ аур, не исключено, что убийца изменил внешность и имя. Но не думаю, что будут совпадения.

Ох… а я так надеялась на эти списки!

— Зато я узнал, что вначале шах подозревал нашего посла и его окружение, а также ивлийских магов, гостивших в это время в султанате, — добавил Леус, — впоследствии они были оправданы.

— Всё равно будет не лишним их проверить, — немного подумав, сказал Себастьян, — уверен, Каратель не саваханец. Он — ивлиец, и в султанат приехал вслед за Ташей, а после её смерти вернулся.

— Мне тоже так кажется! — воскликнула я. — И меня беспокоят слова посла о хромоте Зверя. В воспоминаниях Летиции Зверь не хромал! Что, если дело не в иллюзии, скрывающей увечье, а в том, что ритуал поправил его здоровье?

— Хм…, — в этом что-то есть! — поддержал меня Доминго. — Особенно, если учесть, что Саваханские лекари считаются одними из лучших в мире. И многие ездят туда на лечение.

— Значит проверим не только магов с увечьями, но и тех, кому удалось внезапно поправить здоровье, — сказал Себастьян, сделав несколько пометок в магическом блокноте, — и предлагаю кратко пройтись по всем известным фактам. Нужно совместить их с докладом посла и проанализировать общую картину.

Прекрасная идея! Пусть у нас до сих пор и не хватает многих переменных, но уже достаточно фактов, чтобы обрисовать общую картину дела и составить первичный список подозреваемых.

Я наспех вытерла руки салфеткой и достала блокнотик. Не только у Себастьяна была привычка делать пометки и записывать важную информацию. Правда после того, как я согласилась участвовать в расследовании, мне пришлось сдать свои записные книжки безопасникам Алого Ордена для установки магической защиты.

И эту процедуру следовало выполнять каждый раз при заведении нового блокнота. Ужасно неудобно, но ничего не поделаешь — безопасность превыше всего!

— Кстати, по поводу фактов! — Леус отставил чашку и повернулся к русалке, — тебе удалось найти что-нибудь в архивах Академии Теневых искусств?

— К сожалению, о случаях скверны у полукровок ничего не известно, — вздохнула Элоиза, — возможно, дело в том, что они менее подвержены Зову пары, поэтому реже сходят с ума из-за отказа. А может никто не исследовал этот момент, сложно сказать.

Эх… обидно! Я возлагала большие надежды на архивы…

— Зато нашла кое-что интересное о горгульях, — продолжила ведьма, — не могу утверждать наверняка, работает ли это при наличии скверны, но…

— Элли, не тяни! — с чувством выдохнул Леус.

— Терпение, мой друг, великая добродетель! — фыркнула русалка перед тем, как вернуться к докладу. — Дело в том, что горгульи обладают одним редким и необычным умением. Получив серьёзные повреждения, они превращаются в камень, выпускают наружу эмпатические щупы и начинают высасывать магию из окружающих. В таком состоянии они находятся до тех пор, пока полностью не восстановятся.

— Энергетический вампиризм запрещён законом, — нахмурился Себастьян. — Странно, что приезжающих в Ивлию горгулий не заставляют надевать стабилизаторы и становиться на учёт к целителям.

— Это умение активируется спонтанно и только при тяжёлых, угрожающих жизни повреждениях, — пояснила Элоиза. — К тому же, как я поняла, они не опустошают жертв, а лишь вытягивают излишки энергии, чтобы восстановиться. Поэтому Совет и не внёс их в реестр потенциально опасных магических существ.

— А что насчёт болезней? — уточнила я, сделав несколько пометок. — Этот навык помогает справиться с ними?

— Я не нашла чёткого ответа на этот вопрос, — покачала головой русалка, — но от тяжёлых отравлений он спасает. Правда, в этом случае горгульи пускают эмпатические корни и отравляют ближайшие растения.

— А горгулий вообще можно как-то убить? — осторожно поинтересовался Кусини. — Просто, если Зверь — горгуль или горгулий… кстати, как правильно назвать горгулью мужского пола?

— Гаргуйль, — продолжила Элоиза, — и убить их можно, хоть и безумно сложно. Броню горгульи можно пробить лишь клинком из заговоренного эльфийского серебра. А если они превратились в камень, нужно вначале найти и обрубить все эмпатические щупы, а затем разрушить каменную оболочку.

— Прекрасно! — обречённо мявкнул Берти. — То есть, нам ещё придётся потратиться на зачарованные клинки?

— Оружие нам выдадут за счёт Ордена, — хмыкнул Леус, — правда, не уверен, что наши мастера смогут изготовить для вас накладные когти из эльфийского серебра. Поэтому предоставьте бой нам. Вы, господа фамильяры, и так оказываете нам бесценные услуги.

— Поддерживаю, — кивнул Себастьян, — столь ценные сотрудники не должны пострадать в бою.

Слова инквизиторов попали в цель. Вольные пушистики горделиво расправили хвосты и, ощутив собственную важность, перестали рваться в бой.

— Как прикажете, Ваша Светлость, — смиренно мяукнул Кусини, — но, если передумаете, мы готовы и к бою!

На последней фразе кот бросил беглый взгляд на Делию, но та лишь смешливо фыркнула и покачала головой. Что ж, уже неплохо! Можно сказать, что в кошачьих отношениях наметилось заметное потепление.

Осталось закрепить успех красивым подарком!

— В любом случае, я не уверена, способны ли горгульи противостоять скверне, используя этот навык, — продолжила Элоиза, — и не знаю, насколько он развит у полукровок.

— У полукровок все видовые умения либо напрочь отсутствуют, либо развиты на порядок слабее, чем у чистокровных особей, — вспомнила я, — а учитывая живучесть Карателя, думаю, он частично унаследовал этот навык.

— Если Зверь действительно гаргуйль, то это рабочие версии — добавил Леус, — но мы пока не знаем наверняка, кто он.

— Не знаем, — согласилась я, — но давайте исходить из того, что нам уже известно. Каратель заражён скверной, а она поражает только нагов, тритонов, демонов, виверн и горгулий. При этом, он в совершенстве владеет магией Иллюзий и отличается безграничной живучестью.

— Более всего к иллюзорной магии предрасположены наги, тритоны и русалки, — подхватил мою идею Себастьян.

— Но тритон бы зачах ещё на подъезде к султанату, — добавила русалка, — Таша и Венди выдержали переезд лишь благодаря крови нагов. Змеелюды прекрасно чувствуют себя в пустыне.

— Тогда вычёркиваем тритонов из списков подозреваемых, — согласилась я, — и возвращаемся к версии, что Каратель наг или наполовину наг.

— Скорее всего, наполовину, — сказал Вергилий, — иначе бы он моментально загнулся от скверны. Значит можно предположить, что на полукровок она действует слабее, чем на чистокровных особей.

— А горгульи отличаются уникальной регенерацией, поэтому полунаг-полугаргуйль вполне мог столько лет восстанавливаться за счёт чужой магии и прятать истинный облик под мощной иллюзией, — сказал Себастьян, сделав несколько пометок в блокноте. — Не удивлюсь, если эта тварь убивала не только для ритуала, но и просто ловила магов для подкормки шайе и пополнения своих резервов.

— Эту версию мы проверяем, — кивнул Витторио, — думаю, к утру будет полный отчёт. Но меня смущает ещё один момент.

— Какой? — уточнили мы.

— Последние две тысячи лет гаргуйли живут изолированно и редко общаются с представителями других рас, — вздохнул инквизитор, — а их дамы и вовсе не покидают Туманный край. Поэтому забеременеть нагесса могла лишь от посла, приезжавшего в Ивлию с дипломатической миссией. А, чтобы у неё не отобрали ребёнка, вероятнее всего, не указала в реестре видовую принадлежность отца.

— А магические тесты? — удивилась я.

— Их не все проводят, — пояснила Элоиза. — Это очень дорогостоящая процедура и, по сути, если нагесса не преследовала цели получить откуп за ребёнка, в ней не было смысла.

— Поэтому в реестрах бесполезно искать гаргуйля полукровку, — добавил Леус, — конечно, попытаться стоит. Но, думаю, придётся ориентироваться на нага.

Эх… жаль… это могло существенно сузить круг подозреваемых. А так, учитывая плодовитость и любвеобильность змеелюдов, нам предстоит колоссальная работа.

— Для начала предлагаю начать с тех, кто находился в султанате на момент смерти Таши, — сказал Себастьян, — Витторио, среди подозреваемых были наги?

— Были, — инквизитор достал информационный кристалл и вывел на стену одиннадцать иллюзий.

К счастью, пятеро подозреваемых были женщинами, что сразу снимало с них подозрения.

— Наш посол Арман дэ Треви, — сказал Витторио, увеличив иллюзорный портрет красивого мужчины с длинными серебряными волосами и пронзительно сапфировыми глазами, — чистокровный наг. Уже тридцать лет работает в Савахане.

— Он сразу вне подозрений, — отрезал Себастьян, — за последние двадцать лет Арман ни разу не покидал султанат.

— Зато его окружение не раз менялось, — криво усмехнулся Леус, выведя на стену портрет плечистого смуглого брюнета со шрамом над левой бровью, — за исключением одного телохранителя. Дерек Карута связан с хозяином клятвой крови и не смог бы выехать за пределы Савахана без него.

Отлично! Ещё минус один подозреваемый.

— Что касается секретаря посла, Мигеля Риока. Он покинул султанат через три года после смерти Таши, — на стене возник портрет красивого молодого человека с длинными каштановыми волосами, собранными в высокий хвост, смуглой кожей и медовыми глазами. — Из-за сухого климата у него начались проблемы с лёгкими и его перевели обратно в Лавию. Сейчас он работает личным секретарём Её Величества.

— А когда он и остальные подозреваемые прибыли в Савахан? — уточнил Доминго. — Думаю, тех, кто приехал туда за годы до переезда Таши можно сразу исключить.

— Этой информации нет на кристалле, — сказал Леус, — но её можно узнать из наших архивов. Следующий подозреваемый — Рамиро Лаварра, личный целитель Армана.

Господин Рамиро оказался приятным мужчиной средних лет. Добродушное веснушчатое лицо, ясные голубые глаза, короткие рыжие волосы и аккуратная бородка. Ничего выдающегося или отталкивающего.

— Господин Лаварра женился на саваханке и сейчас преподаёт зельеварение в султанатской Академии Высшего целительства.

А следовательно, исключается из списка подозреваемых.

— Диего Верона, — на стене появился портрет бледного молодого человека с пронзительно зелёными глазами и красивым, аристократичным лицом. — Боевой маг из личной охраны посла. Был в числе главных подозреваемых по делу Чумы. Немного хромает на левую ногу из-за старой боевой травмы, что не помешало ему заслужить славу лучшего дуэлянта Ивлии и Савахана. Вернулся в Лавию через три месяца после смерти Таши. Сейчас служит в личной охране короля.

— А почему его вычеркнули из списка подозреваемых? — поинтересовался Фреди.

— Во время второго убийства он дрался на дуэли с телохранителем шаха Эмина, — ответил Леус, — они не поделили какую-то даму.

Что ж, неплохое алиби, но не идеальное, учитывая изобретательность и хитрость Карателя.

— И наш последний саваханский подозреваемый, Родгер Сальви, — инквизитор вновь сменил иллюзию и на стене возникло изображение статного красавца, чем-то напоминающего чёрного льва.

Смуглая кожа, чёрные как смоль волосы и бездонные тёмно-карие глаза, высокие скулы и красивые губы, искривлённые в надменной улыбке. Родгер был красив как Бог и, наверняка, разбил немало женских сердец.

А такие ловеласы ой как не любили отказов…

— Ещё один боевой маг из свиты посла, — зачитал Леус, — вернулся в Лавию через год после смерти Таши и сейчас возглавляет службу безопасности Белого Ордена. Кстати, все четверо — полукровки.

— Так, определённо есть чем поживиться, — удовлетворённо кивнул Себастьян, — если шах лично проверял всех Ивлийских гостей, не думаю, что наши списки будут разниться. Поэтому предлагаю начать с этой четвёрки. Доктора тоже проверим, нельзя исключать вариант, что его брак фиктивный и служит прикрытием.

— Свой список магов, покидавших Ивлию незадолго до смерти Таши, мы все равно составим, — сказал Леус, — насколько я понял, шах проверял только дипломатический корпус, а обычных гостей проверка не коснулась.

— Странное решение, — удивилась я, — разве не логичнее было начать с менее приметных личностей? Не думаю, что Каратель смог бы провернуть подобное, постоянно находясь на виду.

— Эмин отталкивался не от гибели Таши и ритуала, — возразил Себастьян, — а от того, что убийца смог беспрепятственно проникнуть во дворец и похитить его дочь.

Хм…, пожалуй, если смотреть на дело с этой стороны, то решение начать с дипломатов выглядит логично.

Вот только…

— Когда появляются первые симптомы скверны? — спросила я. — Если убийца действительно вхож в ближайшее окружение посла, почему его никто не вычислил по запаху?

— Вначале запахом скверны пропитывается не тело, а магия, — пояснила Элоиза.

— Значит, тогда на площади источником вони был не сам Каратель, а его боевое заклинание? — уточнила я.

— Да, — кивнула русалка, — тело проклятого начинает источать запах скверны лишь на поздних стадиях. Незадолго до смерти обречённого.

— Выходит, Родгер Сальви вне подозрений? — поинтересовался Элвис. — Как начальник службы безопасности Белого Ордена он должен постоянно использовать магию. И кто-то давно бы унюхал исходящий от него болотный запашок. Да и Диего Верона не смог бы охранять короля, не используя магию!

— Хочу напомнить, что мы не знаем, как на проклятье действует регенерация горгулий, — с видом знатока добавил Кусини. — Возможно, запах появляется только при сильной усталости? Или, скажем, после третьего-пятого мощного заклинания?

— Отличная мысль, Альберто! — одобрил Себастьян, сделав пометку в блокноте. — Это вполне объясняет, почему Каратель смог столько лет скрываться, оставаясь у всех на виду.

И это самое страшное…

За всё время Зверь ни разу не залёг на дно. Он всегда был на виду и не прокололся, не оставил ни одной улики! Даже сейчас мы вышли на его след лишь благодаря помощи Венди. Она намеренно совершала грубые ошибки и оставляла зацепки.

Правда, я до сих пор не понимала, как вышло, что именно она управляла шайе. Что связывало русалку с пустынным Пожирателем? И почему тварь считала Венди своей госпожой?

— Кстати, а что с алиби остальных подозреваемых? Почему с них сняли подозрения? — пискнул Фреди. — Вы рассказали только о хромом маге, подравшемся на дуэли с телохранителем шаха.

— Мигель Риока слёг с пустынной лихорадкой и на момент первого убийства находился в лазарете, — ответил Леус, — лекарь вообще не покидал пределов дворца, а Рамиро Лаварра во время второго убийства играл в шахматы с тёщей шаха.

Выходит, у всех четверых было алиби. И лишь одно — липовое. Только как понять, какое именно?

— Предлагаю начать с секретаря королевы, — сказала я, — мы всё равно хотели попросить леди Викхамерли встретиться с королевой и узнать о тех странных розах. Заодно и попытаемся собрать информацию о Мигеле.

— Да, Витторио рассказал о вашем плане, — кивнула Элоиза, — это не проблема. Катарина обожает рассказывать о своих розах и выманить её в сад не составит труда. Но не уверена, что информация окажется полезной. А что до Мигеля… я не раз встречалась с ним. Очень тихий и вежливый молодой человек, да и свою работу выполняет безупречно.

— Ты сама знаешь, что это не оправдание, — вздохнул Леус, — многие маньяки с виду услужливые и доброжелательные.

— Знаю, — кивнула русалка, — поэтому обещаю присмотреться к нему ещё раз.

— Хорошо, — Себастьян убрал блокнот и поднялся с кресла, — и на сегодня предлагаю закончить. Уже поздно, а завтра предстоит проделать огромную работу.

— Поддерживаю, — сказал Доминго, — я на ходу засыпаю. А на рассвете у меня плановая засада!

— Засада? — удивилась я.

— Я вместе с фамильярами буду следить за теми, кто попытается вновь подкупить вашу «кухарку», — усмехнулся некромант. — А с учётом того, что Каратель лишился своего главное козыря — шайе, не удивлюсь, если он совершит парочку грубых ошибок.