Бог из клетки

Глава 10

Они шли в темноте. Чёрное небо, чёрная топь под ногами и никакой радости от побега. У Таллы совсем ничего не осталось. Пусть её запасов и не хватило бы на всю дорогу до Амстрена, но по пути можно было потихоньку их восполнять, а теперь… Сколько она протянет без еды? А без воды? Можно ли пить из болота? Пока она бы точно не рискнула. Пока.

У неё, конечно, сохранились серьга и золотой кулон… Интересно, примет ли его земля, чтобы выдавить из себя родник? Кулон… тут Талла вдруг вспомнила. Не отвалилась ли иголка, пока они убегали по болоту? Нет, вот она… По-прежнему висела на рубашке. Талла нащупала её пальцами – осторожно, чтобы кончик нечаянно не вонзился в палец.

– В меня чем-то выстрелили перед тем, как тот человек напал, – подала она голос, останавливаясь.

Всё равно монотонно повторять шаги Итера стало невыносимо – слишком много требовалось сосредоточения, и Талла начала промахиваться, то и дело попадая ногой в жижу. Итер развернулся к ней:

– И ты молчала? Ранена?

– Нет… Оно ткнулось в кулон. Что-то вроде иголки...

Талла поднесла её к лицу, но даже так близко ничего особенно разглядеть не удалось. Тогда она зачем-то понюхала иглу.

– Пахнет, как в покоях дворцового лекаря. Что это?

– Дай.

Осторожно взявшись двумя пальцами, Талла положила иглу на протянутую ладонь Итера. Он схватил её без малейшей осмотрительности. Прикосновение к его руке больше не казалось таким костляво-омерзительным. Стала ли она меньшей неженкой, или бог правда менялся?

Итер вертел иголку возле лица, нюхал и… пробовал на вкус? Наверное, странно они сейчас выглядели – стоя ночью посреди бесконечного болота и изучая впотьмах иголку.

– Думаю, тебя хотели обездвижить, – наконец, произнёс Итер. – Здесь яд.

Талла вскинула на него глаза, ей показалось, будто внутри неё что-то не так, будто нечто жадное расползается сетью, отхватывая кусок плоти за куском. Могла игла вскользь царапнуть кожу, а только потом повиснуть на рубашке? Или вдруг она недостаточно аккуратно брала её пальцами и укололась, не заметив?

Словно поняв её смятение, бог добавил:

– Действует почти мгновенно.

– А ты, Итер? Не повредился, пока смотрел и… пробовал? И вообще… В тебя такой штукой не запустили?

– Нет, мне оно не навредит, – он отбросил иголку подальше, и та беззвучно ушла на дно к мириадам тонущих душ-огоньков.

– Кто это сделал, как ты думаешь? И зачем? Это ведь он, тот человек? Больше некому, но он же спасал нас, разве нет?

– Не знаю, но он определённо хотел, чтобы ты его дождалась.

Значит, он не от мамы? Или сделал это, чтобы спасённые не сбежали с перепугу, пока он занимается всадниками… Талла оглянулась – болото, болото повсюду, если бы не далёкие гребни гор, она не понимала бы даже, откуда именно они с Итером пришли. Какая теперь разница, кем был тот человек? Они всё равно не вернутся.

Знать бы ещё, как долго им брести. Может, здесь и безопаснее, чем на тракте, особенно, когда тебя ведёт бог дорог, но забившая нос вонь гнилой воды и молчаливые танцы огоньков делали голову тяжёлой, заставляли кровь болезненно давить на лоб изнутри. Скорее бы утро…

Талла мало что видела из-за спины Итера, к тому же её больше занимала хлюпающая под ногами почва, но вдруг, где-то на краю зрения, забрезжил свет. Уже заря занимается? Но нет, темнота расступалась не на небе, а внизу, на островке чуть менее тёмном, чем вода кругом.

Они приблизились ещё, и теперь не оставалось сомнений, что впереди горели огни – настоящие, а не призрачные болотные. Двигались фигуры людей. Кто мог оказаться в таком месте? И, главное, зачем?

Талла выглянула из-за спины Итера – там были не только люди, но и мулы, телеги и что-то большое, похожее на закрытый фургон. Торговцы? Здесь? Не услышав мрачное “плохой путь”, Талла заторопилась вперёд, едва не подталкивая бога в поясницу.

– Может, они попали в беду? – зашептала она ему в спину.

– Спешишь помочь?

– Нет, спешу узнать, нет ли у них еды!

Не успели они приблизиться к торговцам – это и правда были они, наваленные на телеги товары говорили лучше любых представлений – как их грубо окрикнули:

– Эй, вас Хали послал? Неужто эта ослиная задница одумалась?

– Нет, мы сами по себе, – ответил Итер прежде, чем Талла успела решить, не лучше ли прикинуться пусть неприятными, но знакомыми.

– И что же вы тут “по себе” забыли?

Талла обошла Итера, надеясь, что тут же не провалится в воду, но под ногами оказался плотный пучок травы. Теперь она смогла хорошо рассмотреть освещённых огнём людей. Говоривший оказался молодым, с хитрецой в больших тёмных глазах. На его вихрастых волосах сидела забавная цветастая шапочка. Наверняка этот парень мог быть обаятельным, когда хотел. Но сейчас уж точно даже не пытался. Рядом стояла женщина в дорожных юбках и с задранной вверх вуалью – Талла невольно отвела взгляд, будто увидела нечто непристойное. Хотя с чего бы вдруг? Наоборот! Она снова вгляделась в лицо незнакомки – красивое, полногубое с высокими скулами и рысьими глазами. Женщина недовольно поглядывала на вихрастого, будто они только что прервали спор, и ей не терпелось продолжить.

Ещё трое мужчин и один мальчишка возились с фургоном, задними колёсами ушедшим в тину. Да уж, скорее их стоило бы спросить, что они тут забыли! С грузом забраться в самое сердце болота...

– Решили не тратить время на кружной путь по тракту, – Итер приблизился к закреплённым на телегах факелам, чтобы торговцы могли рассмотреть его и убедиться в отсутствии оружия и злых намерений.

– И как ещё не утопли? Мы так, лишившись проводника, – короткий, полный злобы взгляд на женщину с поднятой вуалью, – сразу и того.

– Надо было лучше следить за тем, кого нанимаешь, Ярен! – голос у неё тоже оказался красивым, низким и глубоким. Смутно знакомым.

– Я нанял ублюдка, потому что ты меня убеждала, будто он без проблем проведёт нас в обход тракта. И что ему можно доверять! Не удивлюсь, если ты сама с ним...

– Тогда какого ж пекла я торчу здесь в вами?!

Мужчина – Ярен – первый вспомнил про чужаков, поправил свою цветастую шапочку, напоминавшую кораблик на тёмных кудрявых волнах.

– Потом, Марбл. Но я ещё с тобой не закончил!

– Я с тобой – тоже! – прошипела женщина.

– Значит, вы добрались сюда от самого Соланира? – поинтересовался Ярен, недоверчиво сводя ровные чёрные брови.

– Почти. Свернули с тракта, когда солнышко припекло.

Торговец с пониманием хмыкнул. Талла не сразу разгадала смысл слов и взглядов.

– Смотрю, неплохо вы тут ориентируетесь. Сможете провести и нас? Мы в Амстрен направлялись, так что куда-нибудь к Холодному тракту. Я заплачу.

Талла повернулась к Итеру и посмотрела в его лицо как раз тогда, когда он обернулся к ней. Хватило коротких улыбок и взглядов, чтобы она смогла озвучить их общее условие.

– Нам не надо платы, но вы возьмёте нас с собой до Амстрена. И выделите пайки, как всем. Наши припасы… м… потерялись.

– Договорились.

Ярен протянул им руку, и они с Итером по очереди пожали его большой палец – знак скреплённой сделки. Торговец с трудом сдерживал довольную улыбку – первый проводник, похоже, обошёлся им много дороже.

Из-за горящих факелов и разговора, забравшего всё её внимание, Талла не заметила, как рассвело. Вот уже и край солнца взрезал растрёпанные тучи, расплескал багрянец по лункам болотной воды. Дело сразу пошло веселее, торговцы вытолкали просевший фургон, расселись по местам. Талла пошла вместе с Итером впереди остальных. Он должен был показывать путь, а она… Она просто хотела держаться рядом, будто, потеряй его из виду, может лишиться насовсем.

Из-за повозок они двигались медленнее, иногда ожидая, пока торговцы смогут преодолеть сложный участок. На одной из таких остановок Талла пристально посмотрела на Итера. Только сейчас, когда ночь и напряжение отступили, она обратила внимание, что из-за пояса его штанов свисает мешок. Тот самый, который натянули ему на голову разъездные.

– Зачем? – вымолвила она, едва вопрос успел родиться в голове.

Итер проследил её взгляд и взял мешок в руки. Вывернул его, показывая изнанку. Она заметила не сразу, а потом коснулась пальцем нескольких длинных волосков, запутавшихся в мешковине. Они были не белёсыми, как обычная седина, а похожими на чернёное серебро.

– Не хотел оставлять им. Никому из них.

– Понимаю... – отозвалась Талла.

– А знаешь, не обратно же их втыкать в самом деле. Возьми себе.

Всего четыре, тонкие, но, она знала – прочные, как струна. Вместо скромного отказа: Ой, не стоит, да бери, да ну как я могу… Талла быстро вытянула волосины одну за другой и крепко сжала в кулаке.

Доверие? Благодарность? Не важно. Теперь это – её.