Запечатанный во тьме. Том 4

Глава 15

За сутки до появления дракона

Мэрайя влетела в поместье, едва переводя дух. Воздух пах свежестью, а низ её платья было запачкано грязным снегом. Но девушке было плевать на это. В её голове всё ещё звенели радостные известие по поводу её предстоящего обучения в столице. Она скинула пальто на руки безмолвного слуги и побежала в кабинет отца, желая поделиться новостями.

Девушка уже представляла, как дрогнут углы его строгих губ в подобии улыбки.

Дверь в кабинет была приоткрыта. Оттуда доносились приглушенные, но резкие голоса. Мэрайя замерла на пороге, заглянув в щель.

В тот же миг сердце упало и замерло где-то в районе пят.

Грег, её всегда такой надменный брат, стоял на коленях посреди комнаты. Его плечи тряслись, по лицу струились слезы, оставляя блестящие дорожки на щеках. Он вцепился в край отцовского стола, его костяшки побелели.

— Отец, умоляю! Они… они сделают со мной… ты же знаешь! Мне не выжить там! — его голос был поломанным, чужим. — Ты же понимаешь! Меня буквально продадут в рабство!

— Это позор! — голос барона Телана рубанул воздух. Он сидел за своим столом, стискивая зубы так, что его желваки буквально дрожали от напряжения. — Ты опозорил нашу семью. Уже не в первый раз. Но всему есть предел.

Рядом, в этом же помещении находились ещё двое мужчин, которых Мэрайя никогда не видала. Но аура вокруг них создавалась зловещая. По крайней мере, ей так показалось с первой же секунды.

Один, высокий и сухопарый, перебирал пальцами костяные четки. Второй, коренастый, с лицом, покрытым шрамами, смотрел то на заплаканного парнишку, то на его отца. И по его выражению лица становилось понятно, что он и сам не доволен таким исходом. Но от их холодных взглядов у девушки побежали мурашки по спине.

— Ты проиграл целое состояние, не думая о последствиях. — Продолжал говорить барон. — Ты бряцал моим именем, как погремушкой, думая, что оно откроет все двери и оплатит все твои глупости. Ты втаптывал в грязь честь нашей семьи, не понимая, как всё это скажется в будущем. Но теперь… настало время платить по долгам.

— Пожалуйста… — буквально прошептал Грег. — Я не думал…

— Заберите его, — Резко произнес Телан, и в его голосе прозвучало отречение. — Если вы пришли сюда в надежде, что я стану расплачиваться за его глупости, то вы ошиблись. Выход там!

Он бросил свой взгляд на дверь и заметил там Мэрайю, отчего тут же скривился и цыкнул.

— ОТЕЦ! — крик Грега был полон такого ужаса, что девушка невольно отшатнулась.

Коренастый незнакомец молча шагнул вперед, его тяжелая рука легла на плечо молодого парня. Тот вздрогнул и попытался высвободиться, но у него не хватило сил. Из-за чего мужик только сильнее сдавил его плечо, а Грег болезненно скривился.

Высокий мужчина с четками наклонил голову.

— Лорд Телан. Ваша позиция… принята к сведению. Долг вашего сына остается за ним.

Они повернулись, чтобы вывести Грега. И в этот момент взгляд высокого незнакомца скользнул по девушке в дверном проеме. На мгновение ей показалось, что уголок его губ дрогнул, напоминая улыбку.

Затем они вышли, уводя за собой её рыдающего брата. Дверь закрылась, и на какое-то время в кабинете возникла гробовая тишина.

Мэрайя стояла, вжавшись в косяк, не в силах пошевелиться. Веселье испарилось, оставив после себя ком ледяного ужаса в груди. Она только что стала свидетелем того, как отец… просто взял и вычеркнул ее брата из семьи. Да, он всегда был проблемным из-за своей любви к алкоголю и азартным играм. Но не настолько же…

Переборов оцепенение, она ворвалась в кабинет. Воздух в нем был тяжелым и горьким, пахнущим коньяком и стыдом.

— Отец! — ее голос прозвучал слишком громко, почти истерично. — Что ты делаешь⁈ Это же Грег! Мой брат! Твой сын! Как ты мог так поступить с ним?

Лорд Телан тяжело втянул воздух носом, а потом шумно выдохнул. Его лицо стало багрового цвета, а сосуды в глазах полопались, но видимо ещё до её прихода.

— Он сам сделал свой выбор. — Наконец-то на выдохе произнес барон.

— Но… как же? Неужели ты не мог заплатить за его долг? Это ведь всего лишь деньги. Неужели это был единственный выход?

— Ты не понимаешь… эта сволочь… он уже лишился нашего родового перстня. Он уже продал нашу семью. Теперь он никто.

— Н-но… — вырвалось из груди Мэрайи, но она тут же замолчала понимая, что всё это дело начало дурно пахнуть. — Даже так… это не повод… Ты бы мог выгнать его из семьи, но перед этим заплатить.

— Ты не расслышала⁈ — Неожиданно вспылил Телан и тяжело задышал. Пожалуй, Мэрайя впервые видела отца в таком состоянии. — Я всё сказал! Он сам сделал свой выбор. Да и к тому же… — чуть смягчившись, продолжил лорд. — Даже у меня нет таких денег. Будь его воля, Грег пропил бы всё наше королевство. Продал бы и тебя и меня в рабство лишь бы было что ставить на кон.

— В смысле? — Не поняла девушка. — Что это значит?

— Ты вроде бы раньше не отличалась глупостью. Что же с тобой стало? — С ироничной усмешкой произнес он. — У нас нет денег. Ты не понимаешь? Давно ли ты была за пределами стен нашего поместья?

— Ну… я… только вернулась. — Слишком буквально поняла девушка, а потом замолчала. — Ты имеешь ввиду, что люди в городе начали бедствовать?

— Бедствовать? — Чуть ли не рассмеялся Телан. Но в его голосе чувствовал истеричная нервозность. — Люди скоро начнут голодать. Большая часть уже покинула город. Как только гора Толук лишилась своего «сердца» и «золотых жил», мы лишились стратегического ресурса. Нам больше нечем торговать. Нечего добывать. Не на что надеяться. Но только вот и это не самое плохое. Ты многого не знаешь… — С обреченностью в голосе закончил барон. — Всё… слишком сложно.

— Чего не знаю⁈ — Зато в голосе Мэрайи звучал вызов. Все слова от которых любой другой человек мог поникнуть действовали на неё противоположно. — Всё зависит только от нас! Мы можем сделать так, чтобы люди не голодали, и не покидали наш город!

Телан усмехнулся, при этом посмотрев на дочь как-то снисходительно.

— От нас уже ничего не зависит. Толук «потух», но это произошло не случайно. Мы находимся на стыке… — в этот момент барон замолчал и задумался. — Скоро спокойные времена останутся позади. И все недовольные нынешним положением начнут молить богов о том, чтобы всё снова вернулось на свои места.

— Давай вернемся к нашему Грегу. Они убьют его! Или продадут. И я не знаю что хуже.

— Всем нам тяжело.

— Но…

— Я покрывал его выходки снова и снова. Вытаскивал из долгов, откупал от скандалов. Но сегодня он перешел черту. Полагаю, он и сам не понимает с какими людьми связался. Но это только его проблема.

— Но отец… — ее голос стал тихим, поломанным. — Он… он же добрый. Помнишь, когда я была маленькой, и так боялась грозы? Он всегда пробирался ко мне в комнату и читал сказки, пока я не засыпала. Он… он хороший человек, он просто заблудился.

— Доброта не оплачивает долги, Мэрайя, — отрезал отец, и в его тоне не осталось ничего, кроме усталой, беспощадной правды. — А воспоминания — и вовсе бесполезная валюта. А теперь ступай в свою комнату и постарайся больше не думать об этом.

Последняя фраза повисла в воздухе приговором. Девушка стояла, чувствуя, как горячие слезы позора и жалости заливают ей лицо. Но она понимала, этот мост уже сожжен. Отец принял решение задолго до её появления.

Не сказав больше ни слова, она развернулась и вышла, притворив за собой дверь.

Мэрайя не пошла в свою комнату. Она прислонилась к холодной каменной стене коридора, вслушиваясь в завывание ветра снаружи. Перед глазами стояло бледное, искаженное страхом лицо Грега.

Даже если он не такой хороший человек, каким она его помнит… он всё ещё её брат. И он уж точно не заслужил такой участи.

А потом, сквозь гул в ушах, до нее донеслись отдаленные звуки со двора: скрип колес, фырканье лошади и один-единственный, заглушенный стон, который вонзился ей в сердце, как отравленный клинок.

Они забрали его.

Решение созрело мгновенно. Отец отказался платить золотом. Что ж. Она заплатит чем-то другим.

Мэрайя рванула по коридору в свою комнату. За портретом ее прабабки, чьи строгие глаза, казалось, осуждали ее безрассудство, был потайной люк. Она вслепую просунула руку и нащупала холодный металл.

Это был обсидиановый диск размером с ладонь, оправленный в бронзу с выгравированными рунами, которые она никогда не могла прочесть. Но она всегда знала, что это ценная вещь. Настоящий артефакт, которых было не так уж много в этих краях. Достался он ей от её бабушки перед смертью. Однажды бабушка рассказала ей, что это ключ от «залов забытых лун». Тогда она ещё не понимала, что это было маленьким преувеличением. Но он выглядел… древним. И ценным. Достаточно ценным, чтобы выкупить одного заблудшего брата.

Диск тускло поблескивал в свете, пробивавшемся сквозь пыльные шторы. Девушка провела по нему рукой и засунула себе за пояс, под складки платья. Его холодок приятно обжег кожу на животе.

Плана не было. Точнее был, но максимально расплывчивый. Сперва найти своего брата с этими «бандитами», а потом… что будет потом, Мэрайя пока что предпочитала не думать.

Но ведь они пришли сюда за деньгами, так? Значит, с ними можно будет договориться. Вопрос лишь в цене!

Покинуть поместье незамеченной оказалось проще, чем она думала. Весь дом был в оцепенении, слуги прятали глаза. Повсюду ходили шепотки о случившемся.

Девушка выскользнула через дверь на кухне, ведущую на задний двор, и пустилась бежать по грязной дороге, что вела в город.

Сердце колотилось в такт ее шагам. Она бежала, пока в легких не стало жечь, пока не показались высокие стены и центральные ворота. Караул должен был недавно смениться. Девушка остановилась, но не смогла произнести ни слова. Ей требовалось отдышаться хотя бы пару секунд.

Увидев её, стражники переглянулись и заулыбались.

— Эй, красавица! — один из стражников, добротный мужчина с щетиной, свистнул, посмотрев на её раскрасневшееся лицо и забрызганное грязью платье. — Ты куда так спешишь? Может, ко мне? У меня есть кое-что повеселее, чем беготня по этой каше.

Его напарник, помоложе, похохотал, оценивая тоненькую талию девушки взглядом.

Мэрайя выпрямилась, расправила плечи, чуть приподняла подбородок, вдохнула полной грудью, а ее взгляд тут же изменился. Стал строгим и холодным на манер отцовского, когда тот разговаривал с подчиненными.

— Я — Мэрайя Телан. Дочь лорда Телана. И… — Девушка выждала паузу, оценив, как с лиц стражников тут же слетели улыбки и они поменялись в цвете. — Я сделаю вид, что из-за столь быстрого бега мне заложило уши, и я ничего не услышала. А теперь давайте заново.

— М-миледи! Простите! Мы не узнали…

Эффект был действительно моментальным. Но девушка просто отмахнулась рукой, чтобы не тратить время и продолжила говорить.

— Прямо передо мной, только что, проезжали ли здесь двое мужчин с… ещё одним юношей? Один из них высокий и худой, другой — коренастый, в шрамах. Они не из нашего города и должны здесь быть лишь проездом.

Стражи переглянулись.

— Нет, миледи. Точно не в нашу смену, — бойко ответил молодой. — Никаких карет и повозок с подобными людьми не было. Час уже как сменились, и тишина. Торговцы предпочитают выезжать на рассвете. Так что…

— Ясно. — Перебила она, сдерживая радость. Ведь если они не покинули город, то шанс ещё есть. — Мне необходимо поговорить с ними. Как мне их найти?

— Э?.. — На лице молодого стражника отобразилось недоумение. — Мы… э…

— Миледи… может, вам в «Тоска Морана» спросить? Таверна такая, у Рыбного рынка. Туда заходит всякий сбро… Кхм, мелкие торгаши, наемники и тому подобное… — Он понизил голос. — Но если те, кого вы описали, решили остановиться у нас на ночь, то наверняка именно туда и пойдут.

— Ага. Спасибо. — Коротко кивнула она и бросилась бежать, оставив стражников в полнейшем недоумении.

Тоска Морана или, как эту таверну ещё часто называли, Тоска Моряка, хотя моряков тут и в помине не было, оказалась именно такой, как Мэрайя и представляла: темной, пропахшей дешевым пивом, рыбой и чем-то кислым. Так уж сложилось, что девушка была здесь впервые. И сразу же почувствовала дискомфорт от чужих взглядов. Но она сделала глубокий вдох, поджала губы и уверенно шагнула вперед.

В воздухе висели клубы табачного дыма, а скупой свет от ламп в вечернее время, не освещал и половины пространства, отчего становилось ещё более неуютно.

Она пока что сама не понимала кого именно ищет, но надеялась, что найдет того кто мог бы ей помочь.

Проходя мимо одного из столов, она услышала разговор.

— Да я тебе говорю, тут что-то не чисто. Не бывает вот так всё просто.

— Ну, подумаешь какой-то пацан в маске. Тебе-то чего? Тем более нам не обязательно самим всё делать. Он ведь умрет что так, что эдак.

— Тихо. — Шикнул на него мужик и бросил косой взгляд на Мэрайю. — Позже обсудим. Иначе Руркам сам с нас шкуру сдерет.

Их голоса тут же стихли, а девушка продолжала идти, делая вид, что ничего не слышала. Мэрайя прошла между несколькими столами и буквально уперлась взглядом в того самого высокого и сухопарого из их поместья. В руках он держал всё те же костяные четки, которые сейчас медленно перебирал.

Он о чем-то негромко говорил с усатым мужчиной в кожаных доспехах, которого она видела впервые. Сердце Мэрайи заколотилось ещё быстрее. Её брата нигде видно не было. Никогда бы она не подумала, что в принципе осмелиться находиться в подобном месте одна, да ещё и поздно вечером. Однако страх придавал решимости.

Когда она остановилась напротив их стола, высокий поднял на неё свои глаза и вопросительно посмотрел. А вот усатый явно начал разглядывать более оценивающе, отчего Мэрайя даже поежилась. Она бы могла сравнить его взгляд с чем-то липким и неприятным.

— Нам надо поговорить. — Твердо произнесла девушка, глядя на уже знакомого мужчину.

— Нам? Или тебе. Сомневаюсь, что мне есть дело до твоих разговоров. — Ответил он, и Мэрайя поняла, что он догадался кто она такая. Он знает, но при этом старается не подавать виду раньше времени.

— Мне есть, что тебе предложить. За моего брата.

Мужчина хмыкнул и еле заметно кивнул головой, показывая усатому собеседнику, чтобы тот оставил их наедине. Тот не раздумывая поднялся, при этом забрав свою кружку, и направился к барной стойке, что-то насвистывая под нос.

— Я хочу сама выкупить своего брата! — Набравшись смелости, произнесла Мэрайя. — Я…

— Садись. — Перебив её, произнес мужчина и снова кивнул, но на этот раз на место, где только что сидел его человек. — И не разговаривай так громко, особенно когда речь заходит за деньги. Это в твоих же интересах. Что же касается твоего брата. Ты просто не понимаешь, во что ввязываешься. Всё не так просто. И таких денег у тебя точно нет. Стоило послушать отца.

— У меня есть кое-что получше денег. — Ответила она и, сглотнув, осмотрелась по сторонам. После чего аккуратно достала артефакт и протянула мужчине. — Вот.

— Это что?

— Эм. Драгоценность, которая должна покрыть долг.

Мужчина иронично улыбнулся и покачал головой. Он покрутил диск в руках, после чего поджал губы.

— Выглядит настоящим. Но есть два «но». Первое, я не смогу его проверить сам. И второе, если это то о чем я думаю, то его стоимости всё равно не хватит.

Воздух невольно вырвался из груди Мэрайи. Она была уверена, что этот древний артефакт стоит целое состояние, ведь её бабушка была далеко не простой старушкой. Уж она-то знала ценность подобных вещей. Но… даже его не хватит? Какой же там долг?

Хотя теперь всё начинало складываться. Эти люди точно не простые разбойники. Девушка начала думать, что брат попал в чей-то капкан. А возможно… даже подписал контракт на крови. Что делало его чуть ли не настоящим рабом. Ведь он не сможет ни убежать, ни как-либо схитрить и, видимо, отец знал об этом.

— Я… я понимаю, — Мэрайя сглотнула, пытаясь скрыть отчаяние. — Но я могу дать задаток. Очень ценный. — Она дрожащими пальцами стянула простенькие, но качественные золотые кольца и серьги. — И это. И я добуду больше. Просто… дайте мне немного времени.

Мужчина продолжал крутить диск в руках. Мэрайе показалось, что на мгновение его глаза сузились, в них мелькнула искорка интереса. Он повертел артефакт, поднес к уху, словно прислушиваясь, потом поскреб ногтем по бронзовой оправе. А потом неожиданно бросил его обратно на стол с таким видом, будто это обычная безделушка.

— Да, старый. Да, скорее всего настоящий. Но этого… слишком мало. — Он посмотрел на ее снятые украшения и усмехнулся одним уголком рта. — Гроши. И времени у нас больше нет. Мы давали ему достаточно времени. Но твой брат слишком много болтает. А за слова иногда приходится отвечать. Это очень простой, но пожалуй самый ценный урок.

Отчаяние накатило новой, ледяной волной. Она проиграла. У нее ничего нет. Мэрайя сидела, чувствуя, как слезы снова подступают, унизительные и бесполезные. Она была глупым, наивным ребенком, который решил, что может играть в игры взрослых.

И тут, словно вспышка молнии в кромешной тьме, ее осенило.

Ее взгляд упал на четки, лежащие на столе. Костяные бусины… с вырезанными на них мелкими, едва заметными символами. Почти как руны на ее диске.

— Хорошо, — тихо сказала она. — Тогда я предлагаю кое-что другое. Я предлагаю…

Человек с четками не моргнул, но в его глазах что-то дрогнуло. Легкий, почти неуловимый интерес.

— У меня нет денег. Но у меня есть знание. Знание о том, где лежит сокровище, которое покроет долг моего брата вдесятеро.

Он медленно отпил из своей кружки.

— Продолжай.

Мэрайя сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. Она вспомнила тщеславного Дарена из младшей ветви рода Хоулов. Как он пытался произвести на нее впечатление, тайком отвел в сторону на одном из последних светских приемов. И шепотом, пахнущим вином, хвастался:

«Знаешь, мой двоюродный дядя был старшим по добыче Геодезиты. И перед тем как уехать, он мне успел кое-что рассказать. Я знаю места в пещерах Толука. Места, где можно найти кое-что невероятно ценное! О том, что гора полностью иссякла, это всё брехня! Просто… ик! Просто… ну ты поняла меня, да? Я слышал, что пещеры приказали запечатать, как раз-таки для того, чтобы эти сокровища не достались императору. А наши ик! Добыдчики… они всё продумали. Всё, да не всё! Я знаю! Знаю, где это! Думаешь я вру? Думаешь, я пьян? А вот и нет! Я запросто могу провести тебя к тому месту. Ведь у меня и карта есть. Гляди…»

Естественно она тогда не придала этому значения, списала на пьяный бред. И думала лишь о том, как бы побыстрее отделаться от его внимания. Но теперь…

— Пещеры Толука, — выдохнула она, следя за реакцией мужика.

Ничего. Ни единой мышцы не дрогнуло на его лице.

— Все знают, что они истощены, — его голос был ровным. — Именно поэтому ваш отец и такие, как он, обнищали. Герцог потерял свой золотой рудник. Там ничего нет. Только пыль и кости погибших бедолаг рабочих, которых завалило.

— Нет! Всё не так. Не правда. — Выпалила она, хлопнув ладонью по столу. Четки звякнули. — Или… полуправда. Геодезит может и иссяк. Но там есть нечто другое. Сокровище. То, из-за чего шахты были намеренно закрыты, а не заброшены. Я знаю, где и что искать.

Он изучающе смотрел на нее несколько томительных секунд. Она видела, как в его мозгу крутятся шестеренки расчета. Оценка рисков. Возможная выгода.

— Там бывали сотни искателей приключений. И они ничего не находили. А тут ты… со своими байками.

— Правильно! Ведь они не я. Я знаю куда больше. У меня есть возможности. Уж вы-то должны это понимать, откуда мне всё это может быть известно. И я сейчас говорю не просто об одном из самых востребованных ресурсов. Я говорю о чем-то более ценном.

— Звучит очень сомнительно. — Буркнул мужик.

— А что вы теряете? — парировала Мэрайя, наклоняясь вперед через стол. — Если я окажусь права… вы доставите своему господину не просто долг, а ключ к богатству, перед которым меркнет все, что было. А если я лгу… — она обвела рукой себя, с удивлением осознавая, что говорит о себе как о вещи. — … то я отправлюсь вместе со своим братом.

Слова сами собой вырвались из её груди. В таверне было шумно, но за их столом повисла звенящая тишина. Она слышала, как бьется ее собственное сердце. Он перебирал четки, его взгляд буравил ее, пытаясь понять — она лжет? Или просто сумасшедшая?

Наконец, его тонкие губы растянулись в настоящем оскале. Слишком явно.

— Договор заключается, — прошелестел он. — Ты поведешь нас в Пещеры Толука. У тебя есть три дня, начиная с завтрашнего. Если мы не найдем то, что ты обещаешь… твоя жизнь и свобода станет компенсацией.

Он протянул руку, не для рукопожатия, а ладонью вверх, ожидая.

Мэрайя на мгновение застыла, осознавая всю глубину пропасти, в которую только что шагнула. Затем, с дрожью в пальцах, она положила свою руку на его шершавую, твердую ладонь. Он крепко сжал её, после чего обвязал их ладони своими четками. А потом она почувствовала странный холодок, пробежавший по всей её руке вплоть до лопатки.

— Что она сказала? — Произнес усатый, глядя на своего товарища.

— Нам пиз… ц как повезло! — Широко улыбнулся Рамон, который только что поговорил с дочкой местного обедневшего барона. — Я и не думал, что всё так ахеренно сложится!

— Что именно? — Не скрывая своего недоумения, спросил усатый.

— Ты же знаешь про гору Толука. Там раньше добывали Геодезит. Камень, благодаря которому можно усилить свойства магических артефактов. Ну в общем очень ценная штука.

— Пфф. Ты серьезно? Ты че, решил заделаться в шахтеры? Со всем с головой не дружишь?

— Хах! Ты видимо очень плохо меня знаешь. Дело вообще не в этом. Гора давно уже иссохла. Это всем известно. Да и последние несколько лет там вообще много всего странного было. Но… дело совершенно в другом. Девчонка дурочка, которая не видела жизни. Она пошла со мной на сделку. И теперь… — Он выждал издевательскую паузу.

— Ну что? — Нетерпеливо выговорил усатый.

— У нас есть возможность завладеть одним древним артефактом. Но и это не самое главное. Девчонка оказалась настолько глупа, что дала обещание… в случае провала, она останется со своим безмозглым братцем. Короче! Если ты ещё не понял, у нас будет молодая, невинная, знатная, да ещё и настолько смазливая девица… это совершенно другое дело, которое всё меняет. Я переживал, что мы не сможем покрыть долг этим идиотом. Но вот она… дочка барона. Уухх! — Он потер ладони в предвкушении. — Ты вообще видел её? Представляешь сколько мы сможем выручить? Когда мы доберемся до восточных песков… Там её светлую кожу оценят как надо.

— Это понятно. Но… ты уверен, что нам позволят выйти с этих земель? Её отец ведь… он хоть и разорившийся, но всё ещё местный барон. Не перебор ли?

— Пфф. Плевать. Она заключила со мной договор. Пусть теперь только попробует рыпнуться.

— Хм… — Задумчиво покряхтел усатый. — Думаю, ты прав. А в чем состоял договор?

— Эта дура говорила про какое-то сокровище, спрятанное в горе Толука. Типа там ещё что-то осталось. И она должна будет показать нам это место. Но это блеф. А даже если и нет… ты знаешь что делать.

— Знаю. — Уверенно кивнул подельник. — За это можешь не переживать. Уговор она не выполнит.

Я посмотрел вдаль, удивленно провожая улетающего дракона.

Ничего себе! А ведь действительно я недооценил дракона. Вот так взял и сбросился со скалы? Ну, точнее улетел? Хм… интересно. И что мне теперь делать? Ждать его обратно?

Видимо нет. Наверное, он сам решил дождаться, когда я ослабну или вовсе умру на этой горе. Да уж…

Я посмотрел вниз и понял, что земли не видно. От слова — совсем. Высота оказалась слишком большой. В какой-то момент я почувствовал легкое головокружение и отступил от края.

Так. Надо подумать.

Можно, конечно, и спрыгнуть. После всех тренировок моё тело закалилось и стало значительное сильнее и прочнее. Только вот… боюсь, что падения с такой высоты даже я не переживу. Или нет? Проверять как-то не хочется. По крайней мере, пока что.

Я осмотрелся вокруг и с тяжелым вздохом откинул палку в сторону. Вряд ли здесь найдутся какие-либо враги.

Обойдя плато кругом, подошёл к тому месту, где только что лежал дракон. Сперва мне показалось, что вмятина, которая от него осталась, появилась непосредственно от удара и его неудачного приземления. Но вот теперь мне начало казаться, что это далеко не так.

Вполне возможно, что мы не случайно сюда прилетели, а дракон находился в спячке именно в этом месте. Кое-что мне сразу показалось странным, но сейчас мне следовало думать не об этом, а о том, как спуститься вниз, при этом не переломав себе все кости.

Отбросив из головы все самые безумные и, по моему мнению, неудачные мысли, я остановился на том, чтобы попытаться скатиться вниз на куске дерева, словно на санях. Идейка, конечно, тоже так себе, но если правильно к этому подойти, вполне возможно, что это может сработать. В одном месте у скалы наклон чуть более пологий.

Очевидно, что сама задумка невероятно опасна, но это лучше, чем просто сидеть здесь и ждать, когда у меня от холода отвалятся конечности.

План был достаточно прост. Взять хороший такой ствол дерева, и вырезать в нём углубление, чтобы я мог там поместиться. А после этого ещё слегка закруглить нос, для более безопасного скольжения.

Быстро пробежавшись по всем обломкам деревьев, я понял, что они невероятно сухие.

Нет, это никуда не годиться.

Деревья буквально сыпались в моих руках, и нет ничего удивительного, что они щепками разлетелись от того, что дракон влетел в них.

Казалось, моё недовольство на лице просачивается даже сквозь маску, но наконец-то мне попалось дерево, которое все ещё было целым, стояло и выглядело живым.

— Наконец-то! — Невольно вырвалось из меня, А когда я провел ладонью по коре, на лице тут же появилась улыбка. — Крепкое.

Достал свой кинжал и замахнулся. Сталь лязгнула. Полетело несколько мелких искр, и лезвие обломалось.

— Вот черт. — Буркнул я. — Крепче, чем я думал. Магическое что ли? Странно.

Теперь я остался без какого-либо оружия. Хотя меня это сейчас не сильно волновало. Только вот как мне осуществить свой незатейливый план, если эта кора оказалась крепче дешёвой стали.

Я немного поразмыслил, и спустя секунду подошёл к месту, куда упал дракон. Эта вмятина с самого начала привлекала моё внимание, и, как оказалось, не просто так. Я наклонился, после чего вытащил из снега небольшую треугольную пластинку. Она очень напоминала крепкий, дорогой металл. Но я сразу же понял, что это нечто другое. Нечто более ценное, чем даже работа самого дорогого кузнеца.

Это была одна из чешуек дракона.

— А вот это уже интересно.

Чешуйка оказалась невероятно твёрдой. Она переливалась на свету. А если приложить должное усиление, то об неё и пораниться можно. Но что самое интересное. Я понял, что на самом деле не эта чешуйка изначально привлекала моё внимание.

Раскидав снег ногой, обнаружил на земле ещё большее углубление. И быстро понял, что это не просто какие-то ямки, это целые туннели, которые уходили куда-то вниз, в гору. Это было похоже на достаточно широкие трубы, в которые запросто бы мог проскользнуть человек. По крайней мере, моего телосложения.

Сосредоточившись, применил отстранённое сознание. Стало ясно, что эти трубы извиваются и уходят вниз, словно это были вены самой горы. Только вот пустые… Однако всё это не сильно важно. Самым главным для меня было убедиться, чтобы эти проходы не сужались внизу. Иначе получится не удобненько. Ведь мне не хотелось бы застрять где-то.

Чуть дальше я почувствовал, что пространство внутри горы то сужалось, то расширялось. А где-то они и вовсе начали переплетаться, создавая целую сеть туннелей.

Я сел на корточки, нашел камень и бросил вниз в темное жерло. Но тот ожидаемо недалеко улетел. Отскочил всего пару раз, издав глухой стук, и замолк. Звук не улетел вниз, в бесконечную глубину, а будто утонул в мягкой, поглощающей все бархатной тишине. Это было хорошим знаком. По крайней мере, я посчитал именно так. Значит, туннель не был прямым колодцем в преисподнюю. Он извивался, возможно, был заполнен снегом или мягким мхом, что гасило падение.

— Ну, или там просто кто-то сидит, и камень приземлился ему прямо на макушку. — Усмехнулся я невеселой шутке.

Я снова сосредоточился, применяя отстраненное сознание. Разум скользил по извилистым проходам горы, ощупывая их. Хоть процесс был не быстрым, но самое главное, что картина начала постепенно проясняться. Это была не просто случайная сеть трещин. В ней была странная, почти органичная логика. Туннели действительно сужались и расширялись, некоторые были гладкими, словно отполированными, другие — усыпаны острыми выступами. И они все вели вниз. В разные стороны, с разной скоростью спуска, но направление было примерно одно и то же — от заснеженной вершины к подножию чего-то темного и влажного.

План с «санями» из дерева окончательно рассыпался в прах, уступая место новому, куда более безумному, но при этом более выполнимому.

— Фух! Ну, ладно. Поскользили?

Я ещё раз всмотрелся куда-то в неизвестность, и внутри груди что-то затрепетало от волнения. Глубоко вздохнул, словно боялся, что это последний раз, когда я дышу свежим, чистым воздухом, и принялся спускаться в темноту.

Тьма быстро сомкнулась вокруг, но для меня это конечно же не было проблемой. Окажись на моем месте другой человек, у него могла бы начаться паника. Или нечто подобное. Но я ощущал себя вполне нормально, хотя должен признать, что даже для меня был некий дискомфорт. Только вот это точно не из-за темноты. Но пока что я не мог понять, в чем именно причина.

Спустя несколько мгновений легкие заполнились спертым воздухом. А чуть позже появился запах вековой пыли с примесью чего-то тухлого. Стало неприятно, но я продолжал спускаться, скатываясь на спине по извилистому желобу.

Пальцы левой руки, сжимавшие драконью чешуйку, начали неметь от холода. Но я скреб ей по стене позади себя, оставляя царапины, просто на всякий случай, если мне вдруг потребуется найти дорогу назад. А ещё я знал, что скоро здесь начнется лабиринт. Возможно, я бы мог обойтись и без меток, но я решил подстраховаться.

Спуск казался бесконечным. Туннели начали ветвиться. Я выбирал те, что вели вниз, но они то сужались так, что камень впивался в плечи, то внезапно обрывались в черную пустоту, откуда доносился лишь далекий, зловещий шум падающей воды.

И вот сквозь тьму начало проступать нечто новое.

Сначала я наткнулся на него ногой. Деревянная балка, торчащая из стены. Не обломок природного происхождения, а срубленное и обтесанное бревно, почерневшее от времени, но все еще прочное.

— Хм. Странно. Значит, здесь были люди и не просто мимоходом…

Следующий поворот подтвердил это. Стены вокруг внезапно стали слишком ровными. Их поверхность больше не была диким камнем — ее прорезали аккуратные, параллельные борозды, оставленные кирками. Я провел ладонью по одной из них. Шероховато, но с почти идеальной точностью. Мне это напомнило работы на каменоломне, и я почему-то улыбнулся.

В моей голове сразу же начали появляться вопросы.

Кто тут был? Что здесь добывали? И почему это место заброшено?

В том, что людей здесь нет, как минимум в данный момент, я не сомневался.

Вскоре туннель вывел меня в более широкий проход. Здесь, в полной тишине, мое дыхание казалось оглушительно громким. Снова стало непривычно. А ещё что-то словно зудит внутри груди. Какое-то странное и непонятное чувство, которое постоянно отвлекает меня.

Чуть дальше показались ржавые, железные скобы, вбитые в стену. Теперь от них остались лишь бурые подтеки на камне и обломки, похожие на кости скелета.

Слева от меня валялась деревянная вагонетка, опрокинутая набок. Ее колеса сгнили, превратившись в рассыпающуюся труху, а кузов был наполнен окаменевшей грязью.

Но больше всего меня смущала порода. Стены здесь были не серыми, а темно-фиолетовыми, почти черными, и испещрены прожилками какого-то мертвенно-бледного, минерала, отбрасывая призрачное, сизое свечение. Я поднес к нему чешуйку. Свет не усиливался, но казалось, что минерал на неё «реагирует», слегка пульсируя. Однако это было настолько слабо, что даже я сомневался в этом.

Шахта снова раздвоилась. Один тоннель, более широкий и ухоженный, уходил влево и вниз. Другой, узкий и низкий, словно прорубленный в спешке, — вправо. Из левого доносился тот самый звук падающей воды, теперь более явственный. Из правого тянуло сквозняком, несущим запах… свежести? Или это лишь мерещилось?

Мне не захотелось останавливаться здесь, чтобы начать медитировать. Почему-то мне казалось это плохой идеей. Поэтому я просто двинулся дальше, но замер на развилке и прислушался.

Тишина казалась обманчивой. Будто бы она скрывала тысячи мелких шорохов — осыпающихся камешков, скрипа старых балок под собственной тяжестью и… чего-то еще…

Я двинулся вправо. А спустя несколько минут свечение в пещере начало слегка меняться. И вскоре я понял из-за чего. Впереди, перекрывая весь туннель от стены до стены, висела паутина.

Но это была не та липкая, серая сеть, что плетут обычные пауки. Нити были слишком толстыми, не как от обычных пауков. И именно от них исходило слабое свечение.

Я замер в нескольких шагах, чувствуя, как волосы на руках встают дыбом. Ощущалось присутствие магии, но это было необычно. Подобное, возможно, чувствовал впервые. Хотя в то же время было и что-то отдаленно знакомое, но я пока что не мог понять, что именно.

Не нужно быть самым умным и осторожным, чтобы понять, что лучше к этой паутине не прикасаться. А ещё меня начало интересовать, кто мог сплести подобную паутину? Точнее… насколько опасны эти пауки? Сейчас их здесь не было. Но как быстро они появятся, если поймут, что кто-то попал в их ловушку? Думаю, очень быстро.

Я мысленно проложил себе маршрут, убедившись, что смогу протиснуться между нитями, а потом двинулся вперед. Пару раз пришлось перепрыгнуть с проворотом тела в воздухе, но для меня это не составило труда. Да и шума я почти не поднял.

Дорога вывела меня в еще один узкий туннель, но здесь воздух был другим — не спертым и магически-тяжелым, а свежим. Где-то далеко впереди, за изгибами прохода, маячил едва заметный отсвет. Пещера снова раздвоилась. Я решил прогуляться по тому пути, который уходил чуть наверх, но именно оттуда веяло свежестью.

По итогу я дошел и остановился на узком маленьком карнизе, свисающем в пустоте. Это был край. Внизу находилась бездонная пустота. А вот наверху, чуть дальше над головой, в сотне метрах, зиял тот самый выход — огромное отверстие в своде, залитое холодным дневным светом. Но в данном случае до него было как до моей деревне. Примерно одинаково недосягаемо.

Это место оказалось всего лишь на уровне какого-то промежуточного яруса этой гигантской подземной полости.

— Значит, мой спуск не закончен. — Констатировал я, собираясь уже отправиться обратно, как вдруг почувствовал приближение чего-то мощного.

Мелкие камешки начали подрагивать. А потом в пещеру подул сильный ветер, которого очевидно не должно быть здесь.

Я поднял голову, и в этот момент огромная туша перекрыла солнечный диск, точнее кусочек неба. А спустя ещё мгновение дракон обрушился прямо на то место, где я только что стоял.

Кусок пещеры обвалился вниз, а я тем временем успел отскочить назад на двадцать метров в несколько прыжков.

Раздался оглушительный рёв, от которого стены и пол под ногами задрожали. А поднявшуюся только что пыль мигом смело мне за спину. Лицо обдало теплым, но смрадным воздухом. Дракон вытянул шею, обильно вдохнув воздух, и уставился на меня.

— О, так ты вернулся. Совесть замучила, что бросил меня там на вершине? — Снова я как-то неуместно пошутил.

И почему сегодня меня тянет на эти глупые шутки? Может сложившаяся ситуация так сказывается?

Дракон снова рыкнул, но на этот раз в несколько раз слабее. Словно он пытался мне ответить, но в последний момент передумал. Тут же его лапа размером с телегу поднялась вверх и обрушилась на меня. Я снова отскочил, туда где меньше пространства. У меня не было никакого оружия, кроме одной маленькой чешуйки, и в этом заключалась вся проблема.

Почему-то я даже не думал, что могу оказаться в подобном почти безвыходном положении.

Мне показалось, что дракон набрал в свои легкие воздух и чуть замер. Ещё до того, как он выпустил струю огня в меня, я уже готов был переместиться в другую сторону. Но вот к тому, что огонь буквально растопит половину пещеры, я как-то оказался не готов.

Моё лицо обдало жаром, а тело тут же покрылось испариной. Единственным верным решением, которое в принципе было, это броситься бежать назад, откуда я пришел. Но я знал, что это лишь отсрочит нашу следующую встречу. Да и тем более было у меня несколько вопросов… Вообще, в последнее время я стал достаточно любопытным. А всё потому, что могу себе позволить спрашивать.

Казалось бы… какая же мелочь, просто взять и начать задавать вопросы. Но нет. Даже это в нашем мире дано далеко не каждому. Ты всегда и везде должен доказывать, что ты достоин. Достоин, чтобы жить… чтобы дышать. Достоин, чтобы с тобой считались. Или отвечали на вопросы, как сейчас.

Дракон резко развернулся боком, вместе с этим ударив хвостом сверху вниз. Я не стал уворачиваться. Вместо этого рванул навстречу, чем на мгновение сбил с толку своего врага. Только вот в руках у меня была лишь та самая чешуйка.

Вряд ли я смогу ей пронзить такую верзилу. Хотя если метить в глаз… Хоть какой-то урон!

Во время этих размышлений уже сменил направление. Рванул в сторону и резко оттолкнулся вперед и вверх. Увидел удивление в глазах дракона, и черканул по его пасти. Из-за того, что тот начал отклоняться, мне не хватило буквально расстояния одного локтя. После этого дракон мгновенно взлетел в воздух.

— А ты отчаянная букашка! — Прорычал он в моей голове. — Но я испепелю тебя вместе с этой гробницей!

— Гробницей? — Не понял я, но тут же сменил тему. — Я думал у драконов больше чести. Но букашка здесь именно ты. Раз пытаешься победить меня такими ухищрениями. Ты слабак.

— Да что ты знаешь о силе? Ты понятия не имеешь о чем говоришь! — В его голосе почувствовалось раздражение. И, возможно, даже обида.

В этот момент он снова полыхнул огнем, но атака получилась в разы слабее. Я буквально чувствовал, как дракон слабеет с каждой секундой. Видимо сказалось то, что он только недавно вышел из спячки. Но самое большое значение всё же имела та самая душа дракона. Уверен, дело в этом. Но даже так, нельзя недооценивать столь опасного противника. Однако в данном случае, я не стал уклоняться от атаки. Просто взмахнул рукой с чешуйкой в руке, и слабый поток огня растворился в воздухе, обогнув меня.

— Ошибаешься. — Произнес я, не теряя концентрации и внимательно наблюдая за каждым его движением. — Тебе кажется, что я ещё слишком молод, но ты очень сильно ошибаешься. Я повидал… хм… хотя это не правильное выражение. Я прошел через слишком многое. И знаешь, что я понял за это время?

— И что же?

— Отчаяние — опасный союзник. Оно лишает ясности, хоть и придает сил. А тобой движет именно отчаяние.

— Человечишка… — прорычал дракон, приземлившись на край уступа. — Ты говоришь какие-то глупости… и путаешь это с вековым голодом! Я сожру тебя и заберу свою душу!

— Жаль. — Спокойно произнес я. — Придется всё же убить тебя.

Дракон оскалил пасть и утробно проревел. На этот раз звук был совершенно другим. Словно бы он давил на само сознание. В какой-то момент мне действительно стало тяжело удержать равновесие, но я устоял. А спустя несколько секунд дракон разочаровано пыхнул какой-то сажей, словно в раскаленные угли вылили ведро воды, а потом резко взлетел вверх. В небесный колодец, из которого и прилетел.

— Видимо мы с тобой ещё встретимся. — Пробормотал я, провожая его взглядом. — Ну что ж… задам свои вопросы позже. По крайней мере, он понял, с кем имеет дело. Начал догадываться.

Ветер на подступах к горе Толук был пронизывающим и злым, словно сама гора выдыхала ледяное предупреждение. Мэрайя куталась в свой походный плащ, но холод пробирался сквозь шерсть. Девушка дрожала, но не столько от ветра, сколько от нарастающего ужаса ситуации.

Впереди, не оглядываясь, шли трое — высокий с его четками, коренастый, чье молчание было красноречивее любых угроз, и третий человек, самый устрашающий из них. Хотя до этого она думала, что страшнее человека с четками она никого не встречала, но теперь девушка понимала, что очень сильно ошибалась. Лицо этого человека было замотано тряпками, а глаза словно бы горели красным. Голову он тоже прятал под капюшоном. Честно говоря, Мэрайя избегала его взгляда и старалась не привлекать внимания.

Где и с кем находился её брат, она не знала. Но его оставили в городе. А это значит, что этих людей здесь было больше, чем она думала.

— «Да кто они такие?» — Задавалась она этим вопросом. Но вслух, конечно же, не озвучивала его.

Прямо сейчас у неё была другая проблема. Её знакомый, Дарен, который как-то по пьяни рассказал ей о таинственном сокровище, отказался идти с ней. И в целом это было логично. Дело не в том, что его хвастовство и мужество мигом испарились. Ни один человек в здравом уме не пошел бы на это.

Однако на её удивление Дарен не просто рассказал ей более подробно про это место, но даже дал карту с пометкой. Правда всё там было изображено схематично, видимо он сам рисовал. Но это лучше чем ничего.

Только вот Мэрайя прекрасно понимала, что сама себя загнала в ловушку, подписав себе смертный приговор собственной рукой. Никакого сокровища там не будет. Теперь она это прекрасно понимала. Эйфория ушла, и осталось лишь ужасающие понимание неизбежности…

— «Ну… я хотя бы попробовала» — отчаянно подумала она, спотыкаясь о камень.

Эта мысль была единственным, что согревало её изнутри. Она не сдалась. Не опустила руки, как её отец. Она шла на безумный риск, чтобы спасти того самого мальчика, который читал ей сказки во время грозы. Даже если этот мальчик вырос и стал не самым лучшим человеком, он всё ещё был её братом.

Она посмотрела на заснеженные, мрачные склоны, на чёрный провал входа в пещеру, что зиял впереди, словно пасть каменного великана и внутри всё сжалось.

Гора Толука встретила их завыванием. Ещё на подходе девушка подметила, что чем ближе они приближались, тем мрачнее становились все путники. А Мэрайя и вовсе хотела развернуться и убежать. Но это её уже не спасет. Теперь остается надеяться лишь то, что они действительно случайным образом найдут в пещерах нечто ценное. Причем настолько, что этого хватит покрыть безумный долг за брата.

Коренастый мужчина обернулся, его грубое лицо исказилось в подобии ухмылки.

— Ну что, миледи, готовь свою карту к приключениям. Скоро проверим, чего стоит твоя болтовня.

Мэрайя не ответила. Она лишь сглотнула и ещё сильнее сжала пальцы под плащом, чувствуя, как дрожь от холода и страха смешивается в ней с ледяной решимостью. Она зашла слишком далеко, чтобы отступать. Оставалось только идти вперёд — в глотку тьмы, навстречу своему приговору или чуду.

Свет на входе в пещеру практически сразу исчез, словно магическим образом. Мужчины зажгли свои факелы и двинулись вперед.

Мэрайя шла в середине. Жирный факел в руках Коренастого отбрасывал пляшущие, искаженные тени на стены, превращая и без того жуткие проходы в коридоры кошмара.

— Теперь куда? — Хрипло произнес высокий по имени Рамон, остановившись перед развилкой.

Кстати, на удивление девушки, эти люди очень хорошо подготовились к походу. У них было не только оружие, но и всяческие артефакты, чтобы как минимум не заблудится. И кто знает, что ещё они могли взять с собой?

— Здесь справа должен быть спуск… — неуверенно проговорила Мэрайя, сверившись с картой.

Коренастый заглянул в карту и недовольно хмыкнул, но при этом промолчал.

Они двинулись дальше, прошли через несколько развилок. После чего свернули налево, хотя на карте обозначение было в другую сторону. Но иной дороги просто не было. Мэрайя подумала, что это всего лишь ошибка или неточность. А через десять минут они уткнулись в непредвиденный завал.

— Это ещё че за херня? — Заговорил высокий с четками. — Ты куда нас завела?

— Я… я не знаю. Здесь должен был быть проход.

— Да? А мне вот кажется, что ты нас начала кругами водить! А теперь и вовсе в какой-то тупик завела.

— Н-нет… Нет же! Вы же сами видели карту. Вот, посмотрите. Здесь обозначен проход!

— Зря мы доверились этой девчонке. — Тихо, но с угрозой проговорил коренастый. — Рамон, надо идти обратно.

— Ещё немного, — попыталась настоять Мэрайя.

— Нахер это всё, — холодно и окончательно произнес он. — Изначально это была глупая затея. Игра в авантюристов. Возвращаемся.

— Но… но ты же сказал, у меня есть три дня! — вырвалось у неё, последняя попытка ухватиться за призрачный шанс.

Рамон медленно повернулся к ней, и в его взгляде появилось что-то безумное. Как ей показалось, он не притворялся. Он действительно был напуган не меньше её. Именно поэтому сейчас в его голосе появилась нервозность. Сами стены этой пещеры давили на сознание. А звуки, которые начали появляться, лишь добавляли уверенности, что это была глупая затея…

— Вот и блуждай тут три дня. Но без нас. Мы возвращаемся. А если ты хочешь сдохнуть в этих стенах, дело твоё. Я не собираюсь рисковать жизнью из-за твоей глупости.

Коренастый злорадно хмыкнул и, развернувшись, уверенно шагнул в сторону, откуда, как им казалось, они пришли. Третий же с перемотанным лицом продолжал молчать и просто следовать за ними. Мэрайя то же поняла, что у неё нет другого выбора. Как бы там не было и на чтобы этот мужик с четками на самом деле не рассчитывал, но оказавшись в пещерах Толука у него явно поменялось настроение. Он искренне хотел выбраться отсюда. И честно говоря, она его не винила за это. Место действительно было жутким.

Прошло минут пять обратного пути, как неожиданно раздалось громкое ругательство Коренастого.

— Этого поворота тут не было! Клянусь, его тут не было! Гребанная девчонка, куда ты нас завела⁈ Мы шли прямо, по одной дороге! — Прокричал он, тыча пальцем в левый проход.

— Это новая дорога, — тихо, с ужасом осознавая это, прошептала Мэрайя. Она посмотрела на стены, но это ей ничего не дало.

— Почему тогда артефакты показывают, что мы были здесь? Они сбоят? — Уточнил высокий.

— Я не знаю. Они… возможно… не знаю.

Рамон молча поднес факел к стене, его лицо уже давно потеряло маску полного контроля, но сейчас оно и вовсе исказилось.

В какой-то момент они уже перестали полагаться и на карту и на артефакты и просто продолжали идти, лишь бы не стоять на месте. Факел коренастого теперь горел нервно, его пламя подрагивало от дрожи в его руке.

Внезапно в тишине раздался непонятный звук. Первым отреагировал мужчина с замотанным лицом и остановился. Остальные последовали его примеру, затаили дыхание.

Шорох повторился, но уже более отчетливо.

— Крыса? — Сипло прошипел коренастый, больше убеждая себя, чем других. — Да, просто крыса. Их наверное здесь полным полно.

На этот раз к шороху добавился скрежет. Уже ближе. И снова шорох, но уже не одиночный, а множественный, будто что-то мелкое и стремительное перебиралось по камням. А потом пришли голоса.

Мэрайя первой услышала его — далекий, едва различимый шепот. Непонятные слова, сливающиеся в единый поток, похожий на журчание ледяного ручья.

— Гхм… — сглотнула девушка. — Вы тоже слышите это?

Высокий поднял побледневшее лицо и осмотрелся.

— Эхо. Пещеры частенько играют с сознанием заблудших путников. Однажды я уже встречал такое. — Только вот в его голосе не было никакой уверенности.

— Нет… — шепотом произнес коренастый. — Кажется, это нечто другое.

Шепот стих, оставив после себя звенящую, давящую тишину. И в этой тишине снова послышалось поскребывание. Теперь уже прямо над их головами.

Все четверо, как по команде, резко подняли головы, подняв факел высоко.

В этом месте свод туннеля был не гладким. Он был испещрен десятками небольших, темных отверстий, словно сот. И из этих отверстий на них смотрели десятки пар крошечных, тускло горящих красных точек.

— Мать вашу… — выдохнул коренастый, отступая на шаг. — Это ещё что такое?

В этот момент из одного отверстия с оглушительным, пронзительным писком сорвался небольшой комок черной шерсти. Он был размером с небольшую собаку, но двигался с такой стремительной яростью, что казался лишь размытым пятном. А спустя мгновение он буквально врезался в лицо коренастому.

Мэрайя тут же душераздирающе завизжала и бросилась бежать. Мужик отчаянно замахал руками, пытаясь сдернуть с себя тварь. Факел с грохотом упал на камень, его пламя затрепетало, отбрасывая безумные, скачущие тени, в которых уже виднелись новые, пищащие комки, готовящиеся к прыжку из своих каменных ульев.