Я знаю, как тебя вылечить (СИ)

Глава 21.1

Веки доктора Дормера дрогнули. На лбу выступил пот. Аппарат гудел все громче.

– Сопротивление на уровне эмпатического контура, – монотонно проговорила медсестра, глядя на какие-то циферблаты. – Поле донора пытается стабилизироваться. Нужно больше фокуса, доктор.

– Лина, – голос Кайла прозвучал с усилием. – Направляй. Сейчас.

Мне пришлось повиноваться. Моя чувствительность, проклятый дар, сработал на автомате, как хорошо обученная собака. Мой внутренний взгляд сам нашел ту самую точку соединения – место, где яркое сияние эмоционального центра доктора Дормера врастало в общий энергетический каркас.

И против моей воли я указала на нее.

И щупальца аппарата устремились точно в цель.

Остановись! – я пыталась представить Кайлу картинки нашего общего будущего. Нашу любовь и совместный труд. Новые, страшные и прекрасные случаи, которые мы будем решать вместе. Его усталые улыбки после успешной операции. Наши тихие разговоры у камина. Его руку на моей щеке. И тот поцелуй… наш первый и, как он думал, последний поцелуй. Я посылала Кайлу эти образы, окутывала его ими, как теплым одеялом, пытаясь защитить его сердце от холодных щупалец машины.

Его лицо исказилось гримасой сильной душевной муки..

– Сильное… противодействие, – голос Кайла был глухим, прерывистым и совершенно чужим, будто это говорил не он, а какая-то другая сила. – Это… она. Она пытается… защитить. Увеличьте мощность отсечения.

Кайл, я люблю тебя! – это была моя последняя, отчаянная атака. Вся моя душа, сжатая в один ослепительный всплеск, полетела к нему. Я люблю тебя, и это не болезнь! Это жизнь! Наша жизнь! Не отнимай ее у нас!

В аппарате что-то захрустело. Одна из хрустальных линз дала трещину. Кайл вздрогнул всем телом, как от удара током. Его глаза широко открылись, уставились в потолок, и в них на мгновение вспыхнуло что-то – осознание? Ужас? Жалость? – и тут же погасло, уступив место пустой решимости.

– Игнорировать помехи, – прохрипел он. – Продолжать. Финальная стадия. Передача ядра.

Щупальца аппарата сомкнулись вокруг яркого сияния и начали тянуть, медленно и неумолимо. Я видела, как сияние теряло связь с каркасом энергетического поля. Как оно начинало отделяться, превращаясь в светящуюся, переливающуюся всеми цветами радуги сферу – сгусток всего, что чувствовал доктор Кайл Дормер.

И по мере того как сфера отделялась, его собственное энергетическое поле менялось. Оно не гасло, а постепенно становилось ровным, монохромным, стабильным. Совершенным. И абсолютно пустым. Как чистая, стерильная лаборатория после уборки.

В нем не оставалось ни тепла, ни холода.

Только порядок. Только функция.

Я смотрела, и мое сердце разрывалось. Человек, которого я любила, умирал на моих глазах, отдавая за меня жизнь.

А я не знала, как буду жить дальше, приняв эту жертву.

Сфера, полностью отделенная, повисла в воздухе над грудью Кайла, соединенная с аппаратом лишь тончайшей светящейся нитью. Аппарат гудел, перенаправляя невероятную энергию этого сердца.

– Теперь… реципиент, – слабо, но четко произнес Кайл. – Работаем.

Щупальца аппарата развернулись и неторопливо потянулись ко мне.

Нет, нет, нет… – но я уже не могла даже мысленно сопротивляться. Я была опустошена и полностью разбита. Видела, как частица души Кайла медленно движется вперед, чтобы соединиться со мной навсегда, и едва сдерживала крик отчаяния.

Светящаяся сфера коснулась моей груди и влилась внутрь.

Это было не больно. Всепоглощающая волна тепла, нежности, ярости, грусти, надежды, отчаяния и любви – всего, что составляло доктора Дормера, хлынула в меня. Она заполнила каждую трещинку в моем хрупком поле и залатала все прорехи и разрывы. Она сплела вокруг моей души прочнейшую живую дышащую сеть.

Я почувствовала, как мое внутреннее напряжение и вечный страх медленно и неотвратимо уходят – как будто мне впервые в жизни дали по-настоящему вдохнуть полной грудью.

Я стала цельной. Непроницаемой. Совершенной.

И абсолютно несчастной.

Я смотрела на Кайла. Он лежал на столе, его глаза были закрыты, и все в нем сейчас изменилось. Жизнь ушла, душа улетела, и ничего не осталось.

Я не знала, как могу смотреть на него и не кричать от горя.

– Стабилизация поля полная, – произнесла медсестра, пристально глядя на свои приборы. – Интеграция на уровне 99,8%. Остаточные колебания в пределах нормы. Операция прошла успешно. Доктор Дормер больше не с нами.