Ворон, который меня пленил

Глава 26. В гостях

Где живет лорд Наяр, я знала. Мы с подругами часто кружили поблизости, разумеется, косились на дом всеведущего, а потом шепотом сплетничали, у кого дом больше и лучше. Родительское гнездо Рейтора никогда не становилось на первые места в наших рейтингах. Это была лишь небольшая каменная крепость на вершине горы, с одной остроносой башней и традиционной площадкой для посадки. В похожем доме выросла и я.

Я была там уже через час. Несколько минут томительного ожидания — и ко мне вышел сам лорд Наяр. Я видела его несколько раз издалека… Высокий, стройный Ворон, с глубокими вертикальными морщинами на высоком лбу. В аккуратно зачесанных назад волосах уже блестели серебряные пряди. Рейтор был одновременно и похож, и не похож на отца. От лорда Наяра веяло холодным спокойствием многотонной скалы. Рейтор же казался мне действующим вулканом, только до поры скрытым под камнем.

— Лорд… — произнесла и я, склоняя голову. Я знала, что нарушила все правила приличия, обращаясь ко всеведущему напрямую, явившись к его дому без предупреждения. Еще и без сопровождения! Сомневалась я в своих действиях до последнего. К тому же уверенность в том, что именно я видела, значительно просела, когда я подлетела к дому лорда Наяра. Но все же отступить я не могла.

— Миса. — Лорд коротко поздоровался и приглашающе повел рукой. — Слушаю.

— Я… Я княгиня Касия, из рода… — затараторила я. От избытка эмоций слезы снова потекли ручьем. Принявшись размазывать их по щекам, я вдруг потеряла слова.

А вдруг уже поздно?

Лорд потянулся ко внутреннему карману, молча подал мне черный платок и деликатно отвернулся, дождавшись, когда я вытру нос и закончу открыто всхлипывать.

— Итак. Что у вас произошло, миса Касия? — сквозь спокойный тон мужчины послышались металлические нотки.

— Ваш сын, Рейтор, он… Понимаете, я его видела… Во сне, но не во сне! В видении. Он…

Под пристальным взглядом лорда голос окончательно сел, а я совершенно потеряла обычный темп речи. Ужасно боясь, что меня не примут всерьез, не поймут, я торопливо сыпала словами, с ужасом понимая, что несу чушь, но остановиться не могла. Несколько минут лорд молча слушал мои сбивчивые объяснения. Наконец, он остановил меня.

— Позвольте я посмотрю.

Он протянул ко мне руку. Я поняла, как именно он хочет смотреть: лорд решил заглянуть в мои воспоминания как всеведущий. Смертельно застеснявшись, что отец Рейтора увидит что-то личное, например, как я целовалась в подсобке и прочее непотребное, что я могла думать и делать, я невольно отступила к ограждению.

— Нет, зачем? Я объясню… Вы…

— Даю слово, что не буду судить вас. Не смущайтесь. Я не стану смотреть дальше необходимого, — ровно произнес лорд. — К сожалению, пока слов недостаточно. Мне нужно увидеть, чтобы понять.

Колебалась я целое мгновение, пока не вспомнила как Рейтор оглянулся, а затем…

Хруст черепа Ворона под огромной алой пастью. А потом ничего, разве что отброшенные камешки под ногами и время, которое неумолимо ведет под руку туда, где ничего нет. Из моего маленького локального «ничего» в безразмерное безнадежное «ничто».

— Хорошо… Смотрите.

Лорд Наяр не сделал ко мне ни шага, но я каким-то образом ухнула в пропасть тьмы в его глазах, будто он стоял вплотную. Не больно, не страшно, не стыдно, ничего. Только бесконечная ночь, в которой плавают серебристые точки моих воспоминаний, словно звёзды в ночном небе. Я не могла управлять ими, не могла выбрать, что показать — они кружились в хаотичном танце, ожидая, когда всеведущий выберет нужный момент. И он выбирал.

Присутствие всеведущего ощущалось как прохладное дыхание на затылке. Он двигался между моими воспоминаниями как опытный библиотекарь, выискивая то, что ему было нужно. Я чувствовала, как он аккуратно перебирает события, листая их как страницы.

Внезапно всё замерло. Одна из серебристых точек вспыхнула ярче остальных, превращаясь в видение. Издалека послышался тихий-тихий шепот Рейтора: «Забудь».

И тут же развеялся.

— Достаточно.

Тихий голос лорда вернул меня в реальность. Открыв глаза, я обнаружила, что стою там же, около ограды. Лорд Наяр возвышался в нескольких шагах от меня, задумчиво глядя вдаль. Лицо мужчины осталось бесстрастным, но что-то в поведении неуловимо изменилось.

— И что… скажете? — осторожно спросила я. — Я сошла с ума? Это просто кошмар? Я просто переволновалась?

Лорд помедлил с ответом.

— Вы переволновались и верно поступили, что прилетели ко мне. То, что вы видели, однозначно требует расследования.

— Спасибо… — То ли от радости, то ли от страха голос жалко дрожал. — Вы найдете его?

— Да. А пока — приглашаю вас в дом, — лорд неожиданно повел рукой в сторону входа. — Будет преступлением отпустить девушку в таком состоянии. Тем более, скоро закат.

В дом? Испуганно покосившись на закрытые двухстворчатые двери, я замахала руками.

— Нет, что вы! Я успею домой! Не нужно, я не…

Лорд не улыбнулся.

— Я настаиваю, миса Касия.

Он пропустил меня вперед.

Ноги подкашивались, лоб покрылся испариной, сердце билось чаще необходимого. Стараясь не выдавать волнения, я осторожно сделала шаг за порог.

— Я дам знать, когда закончу. Моя дочь Крея выйдет к вам, — коротко проговорил лорд, прикрывая за собой дверь.

Его глаза так и остались черными, без белков. Побаиваясь без надобности поднимать на всеведущего ресницы, я кивнула, старательно разглядывая цветастый ковер. Только когда черная фигура лорда скрылась на втором этаже, я позволила себя выдохнуть и оглядеться.

Внутри оказалось тепло и уютно. У длинной стены чернел массивный камин. Рядом располагался мягкий диван, по бокам которого стояли кресла с богато вышитыми подушками. На второй этаж вела крутая деревянная лестница. Между каменных блоков в разноцветных глиняных вазах пушились букеты из сухоцветов. Я с любопытством вытянула шею, задерживаясь взглядом на ярких пятнах. Мне уже было, что рассказать Мари: обстановка внутри дома главы Совета оказалась совсем не такой сдержанной, как снаружи. Похоже, декором занималась жена…

Шорох за спиной заставил меня обернуться.

— Рада доброй гостье, — сдержанно проговорила Крея, сложив руки перед собой. Мы не были знакомы. На вид младшей сестре Рейтора было лет шестнадцать-семнадцать. Хорошенькое круглое лицо украшал забавный курносый нос. Фигура показалась мне несколько нескладной — по меркам рода Крею можно было назвать пухленькой.

— Спасибо за приглашение. — отозвалась я, тоскливо осознавая, что уж Крея меня точно не приглашала. Следом пришла более тревожная мысль: я вдруг поняла, что пришла в гости с пустыми руками. Первый визит в дом Рейтора, а я — без дара! Преподносить небольшие подарки хозяевам дома было устойчивой традицией, которую я сейчас однозначно нарушала, рискуя показаться грубой, невежливой. Будто мало того, что я наполовину фадийка!

— Мое имя Касия. Княгиня Касия, — нервно представилась я, одновременно соображая, что преподнести. Бледнея, я поспешно сцепила руки на животе, затем спрятала их за спину. С собой у меня не было ровным счетом ничего, даже вязаные серьги остались дома. Повезло, что меня принимала хотя бы не хозяйка.

— Леди Крея, — смущенно отозвалась девушка. Казалось, она ждет подарка, которого я не предлагаю, и тоже не знает, куда деть руки.

— У вас очень уютно.

— Благодарю.

Мы неловко помолчали, слушая как снаружи активно переговариваются галки.

— Где я могу помыть руки? — спросила я.

Поспешно удалившись в отхожую комнату, я вцепилась пальцами в каменную чашу раковины. Из зеркала на меня смотрела осунувшаяся уродина с красными глазами, под которыми живописно темнели темные круги — последствия сложной ночи. Охнув, я поспешно умыла лицо, но лучше не стало. Еще и живот снова дернул ноющей болью.

«Что подарить?» — спросила я у отражения.

Отражение устало дернуло плечом, словно говоря: «Сама знаешь». Выдохнув, я обратилась.

Когда я вышла, то протянула на сложенных лодочкой ладонях перо, только что выдранное из собственного крыла.

— Дар вашему дому, леди Крея.

Глаза девушки округлились, а влажный рот сложился в удивленный кружок. Крея несколько мгновений молча смотрела на длинное перо в моей руке, затем перевела взгляд на меня. В глазах читалось искреннее изумление, смешанное с недоверием. Скрывая румянец, я поклонилась.

Мы вырывали перья в Храме, оставляя их как жертву Порядку. Перья были частью нас, возможностью летать, первичным признаком рода. Их дарили как ненарушаемую клятву. В данном случае, Крея могла бы предположить, что я внезапно клянусь ее семье в верности или просто очень сильно хочу понравиться.

Я старалась не думать о том, как глупо, должно быть, выгляжу со стороны — полукровка-фадийка, отдающая частичку своей сущности в качестве извинения за отсутствие подарка.

— Благодарю за щедрый дар… А чем мы… Почему вы здесь, княгиня? — подозрительно спросила она, жестом приглашая меня присесть на диван. Сама устроилась на кресле. Крея держала подарок двумя пальцами осторожно, словно боясь обжечься.

— По небольшому делу… — уклонилась я. — К лорду Наяру.

— По какому? — с беззастенчивым любопытством уточнила Крея.

Развернуто отвечать на прямой вопрос я не могла, как не могла и соврать.

— Это касается вашего брата Рейтора, — туманно ответила я, деревянно улыбаясь, потому что в тот же момент переживала очередной приступ боли. — Ничего особенного, лишь небольшой вопрос. Я прилетела в надежде, что ваш отец прояснит его…

Слушая меня, Крея наклонила голову. Её брови сошлись на переносице.

— Брата? Вы с Рейтором дружите?

Я едва не усмехнулась. Слово «дружба» нам подходило слабо.

— О, нет! Мы больше коллеги, — отведя глаза, поспешно ответила я, смахивая со лба выступившую испарину. Крея недоверчиво сощурилась и задумчиво повертела мое перо.

— Коллеги? — напряженно уточнила она.

— Да, я работаю при…

Фразу я не закончила. Снаружи что-то загремело, загрохотало, и следом раздался командный женский крик.

— Дочь! Принеси кувшин!

Крея тут же вскочила. Я за ней.

— Мама зовет! — сообщила она мне. — Идите за мной!

Я выбежала вслед за Креей. Вместе мы спешно направились в небольшое строение между домом и горой, напоминающее подсобку. Оттуда раздавалось злое звериное рычание и вопли, от которых дрожали каменные стены. Из приоткрытой двери вылетали облачка пыли вперемешку с клочками шерсти и, осыпаясь, оседали на каменной кладке.

Прижимая к груди подхваченный по пути кувшин, Крея шмыгнула в строение без страха, я же заглянула с осторожностью. Полумрак внутри был щедро перемешан с хаосом. На полу беспорядочно валялись садовые инструменты, в дальнем разворошенном углу визжал и дергался на привязи дикий горный лев. По мощной шее и вдоль туловища была пропущена гибкая металлическая цепь. Она позвякивала при каждом рывке. На безопасном расстоянии от зверя задумчиво стояла старшая леди. В светло-коричневых волосах женщины тускло блестела зеленая заколка.

— Киса снова капризничает, — огорченно констатировала леди, оглянулась и широко улыбнулась мне. — О, у нас гости? Твоя подруга?

— Это княгиня Касия. Она к отцу, — сдержанно сказала Крея, передавая матери кувшин с водой. Та вылила его в миску, и ногой пододвинула ко льву. Тот задергался еще злее, рискуя перевернуть подношение.

— Леди Катерина, — легко представилась женщина, повышая голос, чтобы перекричать взбесившуюся кошку. — Не бойтесь, княгиня! Лев привязан надежно!

— Чего он взбесился? — Крея подошла ближе к матери. — Этот спокойный же был.

— Да посмотрел на Кору. Или она на него посмотрела… — Леди с легкой досадой дернула плечом. — Он еще не разглядел ее прелести. Ничего, день за днем… Приглядится! Мальчики не сразу осознают свое счастье. Хотя… Я и сама не сразу осознала!

Ворчание за спиной заставило меня обернуться. У входа стояло черное косматое чудовище, телом похожее на льва. Уродливая морда оскалом напоминала пасть хищной рыбы. Я невольно отступила.

— Кора хорошенькая, да, княгиня? — непринужденно спросила Крея.

Старшая леди принялась с энтузиазмом объяснять, что мантикора и горный лев виды разные, но могут быть генетически похожи. Там, где она выросла, успешно скрестили льва с тигром, а лошадь с зеброй, от чего появились лигры и зеброиды. Вспомнив о таких экспериментах, леди решила провернуть подобное с мантикорой, потому что второй такой нет, а леди очень хочет дать виду мантикор шанс, пусть ради этого придется пойти на жертвы среди львов. Идею леди излагала увлеченно, с жаром. Я вежливо слушала, глотая боль и собственные соображения о том, что такое ужасное создание лучше не размножать.

Время шло, а лорд все не приходил.

Мы уже вышли из подсобки, оставив горного льва в покое и сели ужинать. За столом мне удалось съесть совсем немного — в горле застревала любая еда. То и дело вспоминая смерть Рейтора, я напряженно ждала вестей, при мысли о плохих покрываясь противным липким потом. К счастью, искать темы для разговора со старшей леди не требовалась, она находила их сама. От меня требовалось согласно качать головой, порой вставлять междометия и задавать несложные вопросы. Но даже простые действия давалось нелегко. Ерзая, я пыталась принять расслабленную позу, вести себя естественно, чтобы не показать слабости и произвести хорошее впечатление. Внутренне думала только о Рейторе и каждую секунду ждала, что спустится лорд Наяр.

Он пришел только к концу ужина. Не спеша подошел к жене, кивнул дочери, сел за стол и только потом поднял глаза на меня.

— К нам в гости летит Рей. Скоро будет.

Говорил лорд для всех, но мне показалось, что его слова адресованы только мне. Летит! Жив!

Леди Катерина и Крея оживились. Я же открыто радоваться не могла. Нельзя было показать откровенной радости и, тем более, слез, которые от облегчения так и норовили накатить на глаза. Оставалось только сдержанно улыбаться, когда внутри пыхало и сверкало.

Жив!

Каждая минута ожидания казалась вечностью, каждая секунда — пыткой. Я нервно теребила край скатерти, пытаясь скрыть волнение. Периодически я ловила на себе настороженные взгляды Креи, и тут же вымучивала из себя очередную улыбку.

Рейтор прилетел, когда солнце уже почти село. Он спокойно вошел, спокойно поздоровался. Встреча родных была теплой, но сдержанной — мое присутствие явно мешало родным открыто выказывать свои чувства. Мужчины поужинали, при этом Рейтор справился о здоровье нового льва, обменялся с сестрой им одним понятными шутками. Мне досталось немного — вежливое приветствие, несколько формальных вопросов, на которые я дала такие же формальные ответы, и один темный взгляд, в глубине которого я разглядела тень раздражения.

После Рейтор удалился говорить с отцом, а меня проводили наверх.

Только оставшись одна в выделенной мне комнате, я смогла наконец-то ужаснуться тому, что натворила. Распустив волосы, я упала на кровать и закрыла лицо руками.

Зачем я прилетела? Почему поверила глупому видению? Почему просто не дождалась? Я же все испортила! Что он теперь обо мне думает? Что я сумасшедшая? Преследовательница?

За окном низко шумел ветер, гуляющий между гор. Сжавшись в комочек, я обхватила себя руками.

Так бывает, что однажды неопытная девица — чаще неопытная, хотя бывает и вполне зрелая — совершает нечто безумное, подчиняясь не ровному голосу разума, а переливчатому зову сердца. Сердце — как дитя, требует, не думая. Там, в нем надрывается так оглушительно звонко и сильно, будто пронзительно завывает ветер, будто навзрыд плачет младенец. Не отмахнуться, не отвернуться, не уйти. И неопытная девица, а то и зрелая женщина, думает, что вот он, истинный зов; летит на него отважно и слепо, не видя ничего больше, как мотылек на свет. Дальше — по-разному… Откликнувшись на зов, можно с равным успехом как обрести счастье, так и совершить невероятную глупость. И не вернуть вспять время, не отмотать шаги, не отозвать слова или взгляда.

Понимается это потом.

«Что теперь будет? — безнадежно думала я, глядя в стену. — Что у нас будет с ним?»

Мысли приходили одна хуже другой.

1. Кинерилл

2. Озарис

3. Адмет

4. Эзонез

5. Арпал

6. Кадор

7. Кальд

8. Эрбин

В домашнем тренировочном зале скрипуче качался один из трех мешков для отработки ударов. Ожидая, когда отец переварит возвращенные воспоминания, Рейтор устало толкал мешок плечом.

— Сколько? — заговорил старший лорд.

— Шесть, — отозвался Рейтор.

— Хорошо. Заседание через четыре дня. Осталось двое. У тебя хорошая скорость. Не отвлекайся, не сбивайся с ритма.

Лорд повернулся, наблюдая, как его сын толкает снаряд.

— Я видел, как ты отвлекся сегодня. Вряд ли тебе понравилось, к чему это привело. Мне не понравилось.

Вместо ответа Рейтор несильно пнул мешок ногой. Проследив за ударом, старший лорд нахмурился.

— Что за воробьиные пляски? Бей с силой или не бей вовсе. Эта девушка… Касия. Она видит тебя.

— Да, — глухо признал Рейтор, не поворачиваясь.

— Ты понимаешь, что это значит.

— Да.

— Как настроен? Стоит ожидать, что ты скоро сменишь статус на семейный?

Второй мешок Рейтор пнул так, что тот, отлетел, оттолкнулся от потолка и на скорости полетел обратно. Рейтор уклонился от снаряда.

— Об этом рано говорить.

Старший лорд спокойно кивнул.

— Да, рано. Ты еще молод, можешь свободно полетать лет пять, десять… У нее нет столько времени. К тому же фадийская кровь осложняет… Н-да. Оставь ее, пусть встретит другого. Оптимальным будет полностью убрать лишние воспоминания о тебе и прекратить любые контакты.

Третий мешок получил удар локтем.

— Ясно, — сухо ответил Рейтор.

Глядя, как из прорехи на деревянный пол течет бежевая струйка песка. Лорд Наяр одобрительно кивнул.

— Я возьму…

Мало разглядывая закаменевшее лицо сына, лорд замолчал, повернув голову в сторону крохотного окна. Рейтор посмотрел в ту же сторону, затем резко произнес:

— Крея, кыш! Уши за раз оборву!

От окна послышался слабый всполох, затем хлопки удаляющихся крыльев. Рейтор шаркнул ногой по просыпавшейся кучке песка.

— Она не поняла того, что услышала.

— Девушку я возьму под свой контроль, — ровно продолжил старший лорд. — Скорректирую, если тебе трудно самому… Думаю, нелишним будет подобрать для нее подходящего…

Под подошвой ботинка умоляюще заскрипели крошечные песчинки. Рейтор развернулся на отца.

— Нет. Не трогай ее, — произнес он медленно, выговаривая четко, по слову. — Я проконтролирую сам.

Лорд Наяр приподнял бровь, изучая непреклонное выражение лица сына. Затем молча развернулся, направляясь к выходу. У самой двери он остановился и бросил через плечо:

— Помни о заседании. Три дня. Не отвлекайся. Убери за собой.

Хлопок двери совпал с очередным ударом, который Рейтор нанес по мешку.