Вакансия на должность жены

ГЛАВА 2. В ПУТИ

Идти по лесу глухой ночью оказалось совсем не так приятно, как гулять там же при солнечном свете. Пока Габи не выбралась на дорогу, она то и дело спотыкалась, оступалась и обнималась с внезапно выскакивающими на ее пути деревьями.

Изрядно взъерошенная и немного побитая, девушка с облегчением ступила на дорогу и, немного прихрамывая, зашагала по ней в сторону Триама. Тщательно пристроенная по голове шляпа сбилась, и несколько упрямых локонов щекотали лицо. Девушка решила передохнуть и заодно поправить прическу, отошла на обочину и села у какого-то большого дерева, прислонившись к стволу.

«Вот посижу пять минуток и сразу пойду дальше», — решила она и сняла шляпу.

Освобожденный каскад волос рухнул вниз и растекся по плечам, спине, закрыл лицо.

Нет, ее волосы, конечно же, прекрасны, но надо что-то делать, иначе никто не поверит, что она мальчик. Сильный порыв ветра или цепкие ветки дерева, и шляпа слетит.

Щетку для волос она с собой не взяла, поэтому пришлось кое-как распутать волосы пальцами и попытаться заплести, возможно, более тугую косу. Только Габриэлла успела водрузить головной убор на голову и перевести дух, как раздался приближающийся топот лошади и, как специально, ночное светило тут же вышло из-за облака, ярко осветив все вокруг. Выяснять, кто едет, не хотелось, вставать было поздно — всадник уже показался из-за поворота и мог заметить фигуру, поэтому Габи на четвереньках быстро заползла за ствол и замерла. Путник миновал ее убежище, и графиня зажала себе рот — это был Рамир.

Вернулся уже. Ой, мало времени у нее, а она еще так близко от замка! Едва дождавшись, когда звуки копыт стихнут, девушка опрометью бросилась по дороге, но скоро бок закололо, воздуха не хватало, и графине пришлось с бега перейти на быстрый шаг.

Так, попеременно, то бегом, то шагом, она двигалась около двух часов, пока окончательно не выбилась из сил.

Пришлось сделать привал, после которого, почему-то, идти стало еще труднее. Хотелось просто сесть на землю, а еще лучше — лечь, махнуть на все рукой и будь, что будет.

Грубые башмаки натерли ноги, каждый шаг давался с болью, но Габи шагала и шагала, шипя сквозь стиснутые зубы и бормоча про себя: «если не дойду до Летней Резиденции, попаду в жены к Рамиру и всю жизнь проведу с мужчиной, который меня не любит, и которого не люблю я».

Потихоньку светало, и край неба окрашивался в красно-розовые тона. С облегчением девушка увидела крыши Триама, но они с Розеттой договорились встретиться по дороге в Ризан, а не в Триаме, поэтому ей предстояло идти дальше.

И раз солнце уже взошло, Габриэлле следовало поторопиться, если она хотела догнать служанку.

Хромая, графиня ковыляла по дороге, переставляя ноги на одном упрямстве, сил у нее уже не осталось.

— Эй, паренек! Далеко идешь? — услышала она окрик и удивленно оглянулась, к какому пареньку обращаются.

На дороге не было никого, кроме нее и почти с ней поравнявшейся повозки.

Так это к ней? О, ну и дура же она — конечно, к ней, она же теперь мальчик!

— Здравствуйте, — вежливо ответила Габи. — Мне надо в Ризан и где-то впереди меня идет моя сестра, пытаюсь ее догнать.

— Хромаешь-то почему? Ноги сбил?

— Да, — ответила девушка и настороженно осмотрела собеседника.

Пожилой мужчина, лет шестидесяти, не меньше, но еще крепкий и жилистый, явно не крестьянин.

— Ну, садись на повозку, довезу до Ризана, туда и сам еду.

— У меня нечем заплатить, — покраснела Габриэлла. — И моя сестра идет впереди.

— Садись, не нужны мне твои деньги, одному скучно ехать, вот ты меня и развлекай в дороге, а то не выспался сегодня, так в сон и тянет. И сестру подберем, когда догоним.

— Спасибо! — облегченно выдохнула девушка и залезла на транспортное средство. — Ноги прямо огнем горят.

— Тебя как звать-то? Меня — Якоб. Разувайся, пусть ноги отдохнут.

— Я, меня… Риэлл, а сестра Рози. Ох…

Носки пропитались кровью и присохли к потертостям.

— Стой, не отдирай, — остановил ее Якоб. — Сиди так, доедем до воды, намочишь и снимешь. — Эк, тебя угораздило, много пришлось пройти, что ли?

— Нет, — на ходу придумывала Габи. — Я перепутал башмаки, надел обувь брата, а она мне немного велика.

— Понятно. Да, не повезло тебе. Ну, давай, отрабатывай проезд, расскажи что-нибудь интересное.

— Я знаю разные истории, о чем Вы хотите послушать?

— Да все равно, главное, чтобы интересно.

— Ладно, тогда я расскажу сказку, которую мне кормилица рассказывала.

— Ого, у тебя была кормилица? — воскликнул Якоб. — Тот-то ты такой нежный, явно не крестьянский сын. Да не пугайся ты, вижу, что из дома сбежал, но это меня не касается, никому сдавать не собираюсь. Рассказывай сказку!

«Давным-давно, когда Боги еще спускались на землю и ходили среди простых людей, жила в одной деревне семья из мужа, жены и маленькой дочки. Родители ее души не чаяли в своей девочке и заранее переживали, какое ее ждет будущее. И вот однажды в деревню зашел старичок, бедно одетый, хроменький и кривой на один глаз. Жители стали прогонять его, мол, старый и страшный, еще сглазит, а мама девочки пожалела его и пригласила к себе в дом. Натопила баню, старичок помылся, переоделся в чистую одежду, которую ему дала добрая женщина, вкусно поел и сладко выспался. Наутро, собираясь в путь, старичок сказал:

— Спасибо, хозяюшка, приветила, уважила, Чем мне тебя отблагодарить?

— Да мне ничего и не надо, все у меня есть.

— Может быть, мечтаешь о чем?

— Вот дочка у меня, любимая, мечтаю, чтобы у нее судьба была счастливая.

— Покажи дочку, посмотрю на нее внимательно, — велел старичок.

Мать тотчас принесла ребенка.

— Хорошая у тебя девочка, здоровенькая и умненькая. Вырастет, настоящей красавицей будет. А как исполнится ей восемнадцать, проедет через вашу деревню Принц, остановится воды у колодца попить, увидит твою дочку — такую умницу, да красавицу, веселую да ловкую и влюбится без памяти. А через год и свадьбу сыграете. Вот тебе моя благодарность за приветливость и доброту. Ваше дело теперь правильно дочь вырастить, — сказал старичок и исчез.

Поняла женщина, что не простой старичок это был, а один из Богов, рассказала она мужу про слова, что он ей сказал и решили они, что надо растить дочь, как принцессу, чтобы ни в чем принцу не уступала.

И пошло дело: родители горбатились, во всем себе отказывали, но дочка ела на золоте, пила из серебра, ходила в шелках и ничего тяжелее ложки в руках не держала.

Играть с другими детьми ее родители не пускали — не ровня они тебе, им навоз весь век толочь, а ты за Принца замуж выйдешь, привыкай к царской жизни! Так и сидела девочка, а потом уже и девушка целыми днями в лени и неге, ничего не делала, только красоту свою лелеяла, да мечтала, как Принц ее под венец поведет. На родителей покрикивала — не хочу шелковое платье, подавай парчовое! Бланманже надоело, принеси птичье молоко! И не замечала, что отец с матерью ходят в домотканой одежде и едят одну картошку, а если бы и заметила, это ее не задело бы. Сами родители все время подчеркивали, что она не обычная, что у нее должно быть все лучшее, в общем, вырастили дочку.

И вот настал день, когда проезжал через деревню Принц, да захотел воды испить, свернул к колодцу. Видит, стоит у колодца красавица — очи синие, губы коралловые, волосы, как лен, лента алая атласная, сарафан на ней парчовый, черевички сафьяновые — глаз не оторвать! Обратился к девушке Принц:

— Красавица, подай, пожалуйста, мне воды напиться!

— Вот еще, — возмутилась девушка. — Буду я свои ручки трудить! Надо тебе — сам нальешь, а я тебе не девка-чернавка!

И гордо подбоченилась.

Посмотрел Принц на девушку и удивился — куда все очарование делось? Да, красивая и нарядная, но глаза злые, губы кривятся, голос противный, визгливый — как ему могла такая понравится?

А тут и жажда пропала, и Принц развернул коня и уехал восвояси».

— Дааа! Хорошая сказка, спасибо, порадовал. И глянь, впереди девушка идет, не твоя ли сестрица? — сказал Якоб.

— Она, Розетта! Вот спасибо Вам, быстро догнали! — обрадовалась Габриэлла. — Розетта! Постой!

Девушка оглянулась, увидела машущую ей из подъезжающей повозки миледи в образе мальчика и просияла:

— Братик! Я уже переживала, что ты меня не догонишь!

— И не догнал бы, — добродушно пробурчал Якоб. — Он у тебя, вон, ноги до мяса сбил, к целителю надо, а то воспалится, можно вообще без ног остаться.

— Спасибо Вам, что подвезли! — поклонилась Розетта вознице в пояс. — В Ризане найду целителя, только добраться бы туда сегодня.

— Довезу, сам туда еду. Ты узлы-то свои кидай в повозку, да прыгай к Риэллу. Лошадь у меня крепкая, к вечеру будем в Ризане.

Тревожный день, бессонная ночь, ночной пеший переход доконали девушку, и Габриэлла незаметно для себя заснула, убаюканная мерным покачиванием повозки.

— Все, спекся мальчишка, — улыбнулся в усы Якоб. — В Ризане к кому-то идете или сами по себе?

— Сами по себе, — ответила Розетта. — Родителей у нас нет, жить негде, вот, идем, ищем лучшей доли.

— Если хотите, то я могу найти вам ночлег, — предложил Якоб. — У меня сын средний там живет с семьей, к нему и еду. Переночуете, пригласим целителя, ноги мальчику подлечить надо, иначе, недолго он пробегает, а потом отправитесь, куда собирались. Что скажешь?

— Это очень щедрое предложение, — растерялась Розетта. — Но я не знаю, надо спросить у брата.

— Ты советуешься с мальчиком, что и как делать? — удивился попутчик. — Тогда конечно, проснется и спроси. Ты не думай, мне от вас ничего не надо, просто вижу, хорошие вы ребята, зла пока не видели. В дороге вам разные люди могут встретиться, может быть, ни поесть нормально, ни переночевать в тепле не скоро у вас получится, думаю, не останетесь вы в Ризане, дальше ваша дорога лежит. Поэтому предлагаю помощь, которую могу оказать. Можете отказаться, я настаивать не буду. Но мальчика пожалей, без целителя он у тебя может заболеть, я же вижу, что он не привык много ходить.

Розетта слушала и мысленно соглашалась.

Она и сама понимала, что вряд ли две неопытные девушки в одиночку и пешком смогут добраться до Ренны. Побег миледи был чистой воды авантюрой и чудо, что ее еще не нашли и не вернули опекуну. Наверняка барон снарядил погоню и пока не вернет беглянку, не успокоится.

— Спасибо за щедрое предложение, — ответила она. — Риэлл проснется, и я с ним посоветуюсь.

В Ризан въехали, когда из-за холмов на мягких лапах в город спустились сиреневые сумерки.

Габриэлла проснулась и с тревогой наблюдала, как медленно повозка приближается к въезду.

— Там стражники? — спросила она у Якоба. — Кого-то ищут?

— Нет, эти стражники просто записывают, кто приехал и с какой целью, и взимают пошлину за вход в город.

— Пошлину? Это много? У нас денег совсем мало, — огорчилась Розетта, встревожено переглянувшись с миледи.

— Не переживайте, всего три пенни с человека, я отдам за всех. Сидите спокойно и ничего не говорите, — велел он перепуганным девушкам. — Риэлл, ты уже выспался? Лучше приляг и спи дальше. Розетта, укрой его.

Девушки переглянулись и выполнили просьбу попутчика. Рози наклонилась к графине и шепотом пересказала ей предложение Якоба.

Габи задумалась — предложение попутчика очень кстати, ведь они не знают, куда идти в городе, да и денег мало, жаль тратить на ночлег. Но довольно странно, что незнакомый человек вот так, просто предлагает им свою помощь, нет ли здесь подвоха?

Между тем повозка подъехала к самым воротам.

— Назовите ваши имена и откуда едете, — велел один из стражников, подходя ближе.

— Герр Якоб Гаваротти со служанкой Мирой и племянником Ником, едем из Триама, — спокойно ответил Якоб. — Вот пошлина за всех и повозку.

Стражник бегло оглядел повозку, записал имена приехавших, принял плату и махнул рукой, чтобы проезжали скорее.

Габи лежала, ни жива, ни мертва — почему Якоб назвал другие имена?

Розетта тоже притихла и встревожено смотрела на миледи, ожидая от той решения — оставаться сидеть или бежать из повозки.

Попутчик слегка развернулся к ним и улыбнулся:

— Чего встрепенулись? Я не враг вам. Если вас будут искать, как я это подозреваю, то обязательно проверят списки въехавших, зачем давать зацепку?

— Почему Вы нам помогаете? — спросила Габи. — Зачем Вам это?

— Мне это ничего не стоит, просто увидел путешествующих ребятишек, и захотел им помочь. Скажете, куда держите путь?

Розетта молчала, глядя на Габи, а та не знала, что ответить. Не хотелось проявлять невежливость, но она боялась открывать цель их путешествия, все-таки, настолько доверять случайному попутчику было неосмотрительно.

— Ладно, не хочешь говорить, не надо. Может, оно и к лучшему — не знаю, значит, точно даже нечаянно не смогу проболтаться. А вот и дом моего сына, приехали!

Выбежавшие из ворот слуги проворно завели лошадь во двор, а Якоб обнялся с крепким молодым человеком, шагнувшим навстречу.

— Вот, сынок, это Розетта и Риэлл, подобрал по пути, — представил попутчиков Якоб. — Пусть переночуют в пристройке? Еще к Риэллу надо целителя позвать, он себе сильно ноги сбил.

— Конечно, пусть занимают пристройку, ужин им принесут, а к целителю я сейчас Вара отправлю, — отозвался сын. — Пойдем, отец, в дом, Марита нас ждет.

В пристройке оказалась одна большая комната с широкими полатями вместо кроватей, а в небольших сенях можно было сполоснуться над корытом, зачерпывая воду из бочки с водой.

Габриэлле очень хотелось раздеться и помыться целиком, но она не решилась, вымыла только руки, лицо, да отмочила присохшие носки. Ножки сильно пострадали, и девушка переживала, как она сможет идти дальше.

Скоро принесли поесть — простую, но вкусную и сытную еду: кашу с мясом, пирог и горячий отвар в кувшине и девушки с удовольствием поели. А через час, когда уже совсем стемнело, пришел целитель. Он осмотрел ноги Габи, поцокал языком, оставил мазь и велел мазать три раза в день и поменьше ходить.

Утром девушки встали рано и собрались уходить, Якоб вышел их проводить.

— Благодарим, герр Якоб, — сказала ему Габриэлла. — Вы очень нас выручили, надеюсь, когда-нибудь мы сможем вас достойно отблагодарить!

Мужчина улыбнулся и вдруг подмигнул:

— Удачи вам в пути! Пешком много не находитесь, во дворе тележка стоит, в нее мул впряжен, вас ждет. И еще вот, — он протянул кошель. — Там немного денег и амулет, меняющий облик.

— Герр Якоб!!! Мы не можем!

— Можете, миледи, — тихо ответил мужчина. — Без повозки вам не уйти далеко, как и без денег. А амулет вообще жизненно необходим, потому что из Вас такой же мальчик, как из меня принц Тиан, а если аурУ не скрыть, вас быстро разоблачат. Берите и не думайте. Жизнь длинная, может быть, когда-нибудь уже Вы мне поможете.

— Но как? — спросила его девушка. — Как Вы поняли, кто я такая?

— Я видел Вас, когда Вы приезжали на ярмарку несколько лет назад, и запомнил Вашу ауру. Поэтому когда мимо моего дома проковылял мальчишка с аурой миледи, я понял, что Вам нужна помощь, запряг лошадку и вот мы в Ризане. К сожалению, дальше я не смогу ехать, придется Вам самим справляться.

— Вы маг?

Вместо ответа Якоб повел рукой и на ладони появился язычок огня.

— Вы маг! — ахнула Габи. — Спасибо Вам за помощь, я обязательно найду возможность отблагодарить Вас. Да, а какую личину делает этот амулет?

— О, это редкая вещь! Тот, кто его наденет, примет такой облик, который пожелает. Вам больше не надо носить непривычную одежду и прятать под шляпой волосы, просто наденьте амулет. Счастливого пути, миледи!

Габи и Розетта не помнили себя от радости — как же им повезло! Габриэлла выбрала личину одной из пожилых служанок и радовалась, что может больше не переживать, что ее узнают, или что слетит так надоевшая ей шляпа.

Мул мерно перебирал ногами, девушки сидели в тележке и разговаривали.

— План у меня, Рози такой: мы приедем в Летнюю Резиденцию, и ты будешь графиней Габриэллой, а я — твоей служанкой Розеттой.

— Миледи!!! Зачем? Я не сумею!!

— Тише, не кричи! Мне нельзя, чтобы принц мной заинтересовался, я не желаю выходить за него замуж. Поэтому вместо меня будешь ты. Как я выгляжу, никто не знает, ведь дядя меня прятал от всех, и наш секрет никто не сможет разоблачить.

— Но ведь Ваш опекун наверняка сразу узнает, что его подопечная появилась на Отборе! Приедет, увидит меня вместо Вас, и я даже боюсь представить, что будет дальше! Зачем Вам меняться со мной местами?

— Мы с тобой даже немного похожи — у нас один рост и длина волос, только твои темнее и без рыжины. Будем попеременно носить амулет личины, я выйду только на конкурсы, где будет проверяться магия, а ты будешь мной все остальное время. За дорогу я тебя немного натаскаю по этикету, чтобы не явно бросалась в глаза разница между тобой и аристократками, но ты столько лет в замке, думаю, многое и сама знаешь.

— Я не умею танцевать, — прошептала Розетта. — И очень плохо читаю.

— Ничего, с этим мы что-нибудь придумаем. Например, вместо тебя под твоей личиной выйду я.

— Миледи, а что делать с Вашим опекуном? Он же обязательно приедет, как только услышит, что графиня Амеди появилась на Отборе.

— Не приедет, я напишу ему письмо из Ретты, где пригрожу рассказать все королю, если он посмеет приехать и предъявить на меня свои права.

— Хорошо, допустим, барон смирится и не приедет, но если Вы не хотите замуж и мы сделаем все, чтобы принц не увлекся Вами, то по окончании Отбора Вас же все равно обязаны будут вернуть опекуну!

— Нет, Отбор будет длиться два месяца или чуть дольше, и как раз через полтора месяца будет мое Первое Совершеннолетие и барон больше не сможет мной распоряжаться. Я попрошу у Его Величества разрешения изучать магию в Магическом Университете. Ты же мне поможешь на Отборе, Рози?

— У Вас на все есть ответ, — покачала головой Рози. — Разве девушек принимают в Университет? Конечно же, я во всем помогу Вам и буду делать, как Вы скажете, но не нравится мне все это.

Я боюсь, что не сумею правдоподобно сыграть Вашу роль и только все испорчу.

— А мне и не надо правдоподобно, мне надо, чтобы принц мной не заинтересовался, — рассмеялась Габи. — Девушек в Университет принимают, только если у нее есть стихии, а у меня как раз три пробудились, правда, я пока с ними не очень умею управляться, но обязательно научусь! Знаешь, мне кажется, у нас все получится!