Дикая охота - 2. В Пустошах

Глава 3. Слышащий

Полежав для порядка без движения, Тая перевернулась на другой бок и натянула одеяло к подбородку. И вот что ей теперь делать? Избавиться от парнишки при первой возможности? Она-то теперь чувствовала лес, почти как дикий зверь, а он — нет. Если Тая решит улизнуть, Вит не сможет найти ее в густом ельнике. И, вероятнее всего, погибнет в одиночку. Один раз в волчью яму он уже угодил и только чудом выбрался оттуда почти невредимым, чем, наверняка, израсходовал весь свой запас везения. В следующий раз так уже не повезет, особенно если ему встретится голодный медведь или росомаха.

Или, наоборот, приблизить его к себе, дать маленькую надежду на благосклонность? Парень, вроде, не выглядит кровожадным и особенно настаивать, наверняка не будет.

И самое странное, почему Альба так спокойно отреагировал на посягательства на свою хозяйку? Хотя, впрочем, никакого посягательства-то и не было. Подумаешь, парень подрочил, пока спутница спала. Надо же ему как-то снимать напряжение. Тая и сама не раз так делала, хотя ей хватало скромности спрятаться при этом от посторонних глаз.

Поворочавшись немного, Тая поняла, что уснуть ей больше не удастся. Осеннее солнце стояло уже высоко, нужно было трогаться в путь, пока не стало слишком темно.

Пахло дымком и чем-то пряно-сладким. Девушка потянулась и обернулась через плечо. Вит умудрился разжечь потухший костерок и теперь возился с маленьким Таиным котелком. Альбы видно не было, верно, волчонок убежал добывать себе мышей на обед.

— Ты что, взялмоеогниво? — девушка сердито нахмурилась, но видя испуганное лицо Вита, чуть смягчилась. — Верни сейчас же.

— Я его уже на место положил, в сумку, — паренек зябко повел плечами, словно ждал, что Тая ударит его за оплошность.

— Ты еще и в сумке моей лазил! — девушка чуть не задохнулась от возмущения, рывком подскочила к своим вещам, которые так легкомысленно оставила в стороне, когда ложилась спать. Надо было их под голову класть, а она не сообразила. Верно Нирина говорила, беременная девчонка совсем поглупела. — И как ты еще жив после этого остался? — она со злостью прошипела сквозь зубы и огляделась в поисках волчонка. — Альба! Ты где? Ко мне!

Услышав зов хозяйки, белый волчонок вылез из-под нависающих еловых ветвей. В зубах звереныш держал толстенькую птицу. С торжествующим видом он положил ее у Таиных ног и завилял хвостом, явно ожидая похвалы. Опешившая Тая переводила взгляд с довольной звериной мордочки на виноватое испуганное лицо юноши.

Наконец, Вит решил нарушить напряженное молчание:

— Он на охоту ходил. Я могу распотрошить ее и приготовить, я умею…

— Я сама не хуже тебя умею, — Тая насупилась, понимая, что не может сердиться, глядя в такие невинные глаза. Даже, несмотря на произошедшее утром.

— Я тут горячую похлебку сварил, тебе нужно есть горячее, в твоем состоянии нельзя одной сухомяткой питаться, — Вит зачерпнул кружкой половину содержимого маленького котелка и протянул ее Тае.

А девушка только рот раскрыла, не зная, что удивило ее сильнее:

— Во-первых, кто дал тебе право копаться в моих припасах? Не для тебя собраны! А во-вторых… — она задохнулась от возмущения, — в каком таком моем состоянии?

Вит покраснел, словно спелая калина на кусту. Промямлил, едва проталкивая слова через рот:

— Ну… ты же это… ребенок у тебя будет…

Тая распахнула глаза и захлопала ресницами. Выдавила через силу:

— Ничего подобного! Это почему ты так решил? Я что, во сне разговаривала? — спросила, выдавая свою тайну окончательно.

— Мне волчонок сказал… — Вит пробормотал едва слышно.

— Что?!!Ктотебе сказал? — Тая вытаращилась на Альбу, который, как ни в чем не бывало, ощипывал свою добычу при помощи лап и зубов.

Вит смутился окончательно:

— Ты только не подумай, что я… того.

— Я теперь вообще не знаю, что и думать, — Тая машинально отхлебнула из кружки горячее варево. Вкус его оказался необычным, сладкого супа девушка еще не пробовала, хотя при этом было очень сытно. От еды по телу разлилась приятная бодрящая теплота. — Вкусно, — она покосилась на застывшего парнишку. — Сам тоже поешь. Нам в путь пора трогаться.

Юноша послушно принялся выскребать остатки похлебки из котелка.

— Ты охотиться хоть умеешь? — девушка пыталась осмыслить все услышанное. В конце концов, если в ее мире существовала целебная магия, колдовские обереги и кровожадные оборотни, то почему бы не быть говорящим зверям? Тем более, что Альба с большой вероятностью был сыном Дар Ветра. Его волчьей ипостаси. И мог унаследовать от отца часть магической силы.

— Нет, только стряпать, — мальчишка сокрушенно вздохнул. — Оружия, кроме кухонного ножа, мне в руки не давали.

Тая решила не выяснять, кто и почему не давал Виту оружия, своих проблем было достаточно. Поджала губы:

— Один Альба у нас добытчик. Такими темпами, — она покосилась на котелок в руках у юноши, — моих припасов надолго не хватит.

— Так у нас есть дичь, — Вит простодушно захлопал глазами, показывая Тае небрежно ощипанную птичью тушку.

— Думаешь, Альба сможет всех нас прокормить? — Тая скептически приподняла черную бровь. — Тут целая стая нужна. Постой-ка…

От неожиданного озарения плечи и руки девушки покрылись мурашками.

— Я знаю, кого нам нужно идти искать в первую очередь.

Предчувствуя проблемы, Вит напрягся:

— Стаю волков что ли?

С торжествующим видом Тая проговорила, наблюдая за тем, как все сильнее бледнеет лицо спутника. Ничего, это ему в наказание за утренние шалости:

— Нет. Стаю оборотней.

— Ой, ну вот опять, — Вит замер с поднесенным ко рту котелком и внимательно посмотрел на Альбу. — Твой волчонок говорит, что знает, где отыскать стаю Белого Волка.

— Прямо так и говорит? — Тая недоверчиво смотрела то на волчонка, то на паренька.

— Он мне прямо в голову это говорит, — Вит выглядел совершенно несчастным. Юноша поднял на Таю умоляющие черные глаза, полные страха. — Зачем тебе оборотни? Ты что… изэтих?..

Парень потупился, а Тая разом вскинулась на него:

— Из кого, изэтих?!!

— Ну, из тех, кто любит щекотать себе нервы всякой страшной жутью. Хотя ты вроде не похожа на них, простая с виду и милая, — юноша не знал, куда девать глаза под яростным Таиным взглядом.

— Нет, — она чуть смягчилась, — я не изэтих.

— Тогда зачем тебе оборотни? Они людей ненавидят, мигом растерзают, даже пикнуть не успеешь. Или того хуже — обратят в такое же, как они сами, чудовище, — Вит явно повторил не раз слышанную им страшную присказку.

— Не обратят, — Тая вздохнула, — и не растерзают. Я секрет знаю.

— А мне скажешь? — парень простодушно захлопал на нее глазищами в пушистых темных ресницах.

И таким он в этот момент казался дурашливым и безобидным, что Тая окончательно оттаяла. Она протянула руку и потрепала паренька по темным, неровно остриженным волосам. Совсем так, как обычно гладила Альбу, а волчонок даже ухом не повел, не приревновал свою хозяйку к новому другу:

— Скажу, но для этого тебе придется пойти со мной. До самой границы с Пустошами, туда, где бродит стая Белого волка. И Альба отведет нас к ним. Да, дружок? — она бросила вопросительный взгляд на волчонка, и тот подскочил на ноги и по-собачьи завилял хвостом, явно демонстрируя свое согласие. — Да, дружок? — этот вопрос с изрядной долей иронии она уже адресовала Виту. — Или пойдешь-таки восвояси?

Вит отрицательно помотал головой.

— Это кого ж ты так сильно боишься, что даже в логово оборотней готов от него бежать? — Тая нахмурилась.

Парень отвернулся и промолчал. Девушка жестом подозвала к себе волчонка, и тот охотно ткнулся носом ей в живот:

— А со мной ты так не сможешь разговаривать? — она гладила белоснежную шерстку звереныша, но тот лишь смотрел на нее умными глазками. Затем, не удержавшись, принялся вылизывать Тае лицо. Девушка играючи отпихнула от себя волчонка, — Хватит нежиться. Пора в дорогу.

До границы Пустошей путники дошли довольно быстро: гиблые места начинались не так уж далеко от пансиона Илларх. Более того, с каждым годом эта граница придвигалась все ближе к человеческому жилью. Медленно, пока не вызывая страха, но неумолимо зачарованные земли наступали на территорию людей. Не просто так ведь Нирина с особым тщанием ставила вокруг обители колдовскую завесу. Сильная чародейка острее прочих чувствовала приближение враждебной магии.

В том, что они дошли до Пустошей, ошибиться было невозможно. Тая почувствовала тревогу, разлитую в воздухе так густо, что ее, казалось, можно было черпать ложкой. Темный еловый лес резко закончился, перед путниками лежал унылый болотистый пустырь. Опушка была усеяна обломанными пнями, давно мертвыми и сухими. Некоторые достигали двух обхватов толщины и высоты в полтора Таиных роста. Вдоль всей границы Пустошей лежали огромные поваленные деревья, сплошь макушками вглубь леса, слово давным-давно по краю гиблых земель пролетел чудовищный ураган, поломав вековые стволы, словно щепки. Или вернее, словно что-то пришлоизнутриПустошей, вытолкнув наружу все, что показалось ему лишним.

— Жутко здесь, — Вит тоже прекрасно чувствовал недобрые чары Пустошей, хоть и не был магом. — Нам что же, туда теперь идти?

ИдтитудаТае совершенно не хотелось. Она закусила губу: неужели Дар Ветер и вправду сгинул в этих болотах? Добровольно ушел в ссылку, из которой обещал вернуться, но возвращаться при этом не собирался? Изтакихмест не возвращаются.

— Пока что пойдем вдоль границы, — девушка до рези в глазах вглядывалась в унылые просторы в глупой надежде разглядеть снежно-белое пятно посреди бурой хмари.

— Твой волчонок говорит, что нам туда, — Вит махнул рукой на север.

— У «моего волчонка» есть имя, его зовут Альба, — Тая фыркнула, но пошла туда, куда указал юноша.

— Альба говорит, что стая совсем недалеко отсюда, в двух перебегах, — парнишка бросился догонять спутницу. Хрупкая беременная девушка прыгала по бурелому с ловкостью молодой волчицы, а сам он не мог похвастать такой прытью.

— В двух — в чем? — девушка покосилась на Вита, но тот лишь пожал плечами:

— Наверно, он так расстояние считает. Ну, вроде как, сколько за один раз перебежать сможет.

— Ясно, — проворчала себе под нос, пытаясь держать белую шкурку волчонка в поле зрения в качестве ориентира. Альба не бросит хозяйку в таком месте, но порой звереныш забывал, что у нее было только две ноги, и она не так шустра, как он. И потому мог отбежать слишком далеко.

На ночевку путники, не сговариваясь, отошли вглубь леса, подальше от границы Пустошей. И чем дальше они уходили от колдовского пустыря, тем легче становилось дышать, разжимались потихоньку ледяные клещи, вцепившиеся в сердце.

— Интересно, оборотни не чувствуютэтого? — Вит нервничал сильнее, чем Тая, и даже не пытался скрывать этого. — Как же они живут рядом сэтим?

— Может, и не чувствуют, — Тая пожала плечами. Сама-то она прекрасно ощущала гнетущую силу Пустошей, и ей было не по себе от такого соседства, но она еще не была оборотнем в полной мере. Дар Ветер не успел обратить ее до конца…

— Раз уж мы теперь путешествуем вместе, — парнишка широко зевнул и потер глаза, — может, расскажешь все-таки, зачем тебе Пустоши и оборотни?

— Как ты ловко пристроился, — желания злиться у Таи не было, она слишком устала, потому только фыркнула. — К моим припасам, к моему волчонку, к моему путешествию. Еще к чему-нибудь не хочешь пристроиться?

Парнишка покраснел и отвернулся:

— Если ты чего нехорошее подумала, так не нужно мне это. Я тебя никогда не обижу. Защищать тебя буду, ты ведь мне жизнь спасла.

— Вот уж такого защитника мне точно не надобно, — девушка усмехнулась, и Вит обиженно покосился на нее. — Хорошо, я расскажу, хоть мой рассказ тебе и не понравится. Но только с условием.

— Каким? — парень проворчал, поворошил угли в костре и снова зевнул.

— Ты мне расскажешь, от кого бежал, когда оказался в волчьей яме.

Тая игриво вскинула брови, но тут же посерьезнела, видя, как помрачнело лицо Вита:

— Идет. Только ты первая.

— Я оборотень, иду в Пустоши, чтобы отыскать там своего дара. Суженого, по-нашему, — Тая бросила торжествующий взгляд на Вита, лицо которого стало белее меха Альбы. — А стая оборотней мне нужна, чтобы помогли в поисках. Так что, как ни крути, вокруг тебя теперь одни сплошные чудовища, парень. Зря ты за мной увязался.

Вит с трудом проглотил комок в горле, его дремоту, как рукой сняло:

— Не похожа ты на… чудовище. Ты красивая, — он едва выдавил из себя. — И добрая. Придумываешь ты все, — он помотал головой, словно отгоняя наваждение, — будь ты оборОтницей, уже давно бы загрызла меня, а не волчонком пугала.

Посмотрел на спутницу с сомнением, и хоть румянец вернулся к его лицу, в глазах все равно читался страх. Тая вздохнула:

— Тоже верно. — Коснулась цепочки на своей шее, — Видишь это? Это чародейский металл, он помогает мне держать зверя под контролем. А так-то я уже загрызла двоих… когда руки распускали и лапать меня лезли.

Вит смотрел все также недоверчиво:

— Оборотни примут тебя за свою?

— Надеюсь, — Тая нахмурилась. У нее ведь и впрямь не было в этом уверенности. Как встретит ее Никайя после всего того, что произошло? Узнав, что она мать детеныша Дар Ветра? Что из-за нее Белый волк ушел в Пустоши?

— А меня? — парнишка зябко передернул плечами, хоть и сидел рядом с костром.

— Твоя очередь, — Тая не стала отвечать ему. — От кого ты бежал?

— От разбойников… — выпалил одним духом и замолчал.

— Какая у тебя короткая скучная история, — девушка фыркнула, но Вит, собравшись с мыслями, продолжал:

— Это была большая банда, главарь у них Гнус Одноглазый.

— Говорящее имя, — Тая усмехнулась, но Вит не разделял ее веселья.

— Они промышляют грабежом на торговых трактах, детей воруют… И прячутся в лесах. В эти дебри мало, кто из полицаев ходит, вот они и радуются вседозволенности.

Рассказ прервался, и на сей раз Тая не перебивала.

— Разбойники держали меня для мелких хозяйственных дел, чтобы готовил им, оружие их чистил, и для… других занятий. Ночных, как правило. Приходили ко мне по двое, по трое, частенько пьяными. Ржали гадко так, перегаром в лицо дышали… Хотя, нет. Чаще всего не в лицо, лиц я их не видел, хоть это было спасением, — юноша обнял себя за плечи и чуть покачивался из стороны в сторону, морщась при каждом слове, словно ему до сих пор было больно. — Обычно они подходили сзади, иногда второй пристраивался спереди, но у меня плохо получалось. Пару раз дали по зубам, да и перестали в лицо соваться. Я сначала отбиваться пробовал, но куда там, против троих бугаев. Мне и с одним-то не справиться, они, знаешь, какие здоровые, а у меня только ноги быстрые, драться-то я не умею… Поначалу было очень больно… и гадко… А потом, словно уже и не я это был. Как только темнело, да очередные холуи ко мне тащились, я, словно, отключался, уходил из собственного тела, чтоб только не видеть и не чувствовать…

— Как гнусно, — больше Тае не хотелось подшучивать над спутником.

— Потому и убежал от них, — Вит низко-низко опустил голову то ли от стыда, то ли от горечи воспоминаний. — Только я в лесу чужой, вот и влетел в ловушку по незнанию. Я же городской…

Парень замолк, и Тая решила немного его подбодрить:

— А чем в городе раньше занимался?

— Воровал… — юноша ответил едва слышно. — А потом Гнус заглянул в наш городок, чтобы свое награбленное сбыть, я и купился на его звонкие медяки. И ушел с ним в леса, за вольной жизнью. Не думал, что он вот так со мной…

— Недорого ты оценил свое достоинство, — девушка проговорила тихо, в тон собеседнику. Ей в свое время никто и ломаного гроша не предложил за ее невинность.

— Я же не думал… Если бы я знал… что оно так выйдет… Я потому и сбежал, что терпеть больше не мог, — парнишка запинался, голос его дрожал. Еще мгновение, и, казалось, он заплачет. Вроде уже взрослый, но такой еще незрелый.

— Иди сюда, — уже пожалев о сказанных словах, Тая привлекла юношу к себе и по-братски ласково обняла, погладила по спине. — У тебя глаза совсем слипаются. Ложись спать, теперь я первая подежурю.