Дикая охота - 2. В Пустошах

Глава 11. Уйти, чтобы остаться

Бледная, словно небо в ноябре, Никайя показательно медленно приблизилась к мужчинам, замершим в смертельных объятиях.

— Ты убьешь еще одну мою пару, Дар Ветер? Смотри, я же могу решить, что ты просто ревнуешь, — женщина пыталась говорить с иронией, но губы ее дрожали, а голос давал осечки. Она старалась не смотреть на рану в груди Рэя, куда Дар Ветер все еще не успел запустить хищные пальцы, чтобы вырвать сердце соперника.

Услышав знакомый голос, Белый волк встрепенулся, помотал головой, и потусторонняя сущность, что владела им, отступила, освободив носителя. Или хозяина? Дар Ветер снова стал похож на себя, разве только выглядел немного растерянным.

Все еще не решаясь отпустить свою жертву, Дар Ветер встряхнул Рэя, и тот зашипел от боли в порванной грудной мышце.

— Что ты мне предлагаешь, Никайя? Уступить? — Белый волк скривился и отшвырнул от себя тело поверженного противника. Рэй приземлился на пятую точку, опершись на отставленные назад руки, и остался в такой позе, не смея вставать на ноги. По груди его, по животу продолжала бежать горячая кровь, напитывая землю между его ногами.

— Отступись, — Никайя, чувствуя, что воинственный пыл охотника угас, заговорила увереннее. — Притворись побежденным, и никто никогда не узнает правду. Стае нужен вожак.

— Он слизняк, не достойный зваться вожаком! — Дар Ветер в сердцах плюнул в сторону Рэя. Тот набычился, но промолчал.

— Тогда займи сам это место! — глаза Никайи сверкнули, и Тае показалось, что в них промелькнуло что-то еще, кроме осуждения. Неужели, надежда?

— Я не вернусь! — он даже не проговорил это, а прорычал, и на миг потусторонняя тьма снова плеснулась в его ярко-желтых глазах.

Испугавшись, что та зловещая сущность, что помогла Белому волку одержать верх над противником, может вернуться, Тая решила вмешаться в разговор. Она во что бы то ни стало не должна была пустить ее обратно в душу любимого.

Девушка прижала руки к груди и встала между Дар Ветром и Никайей:

— А как же я, Дар? Я ведь пришла за тобой. Чтобы забрать тебя отсюда. Чтобы мы жили все вместе, ты, я, ребеночек и Альба, в маленьком лесном домике. Как та избушка, что рядом с Иллархом, помнишь? Мы в ней ночевали перед тем, как ты ушел сдаваться Милхарду, — Тая проговорила, чувствуя, как слезы перехватывают ей горло. — Я ведь люблю тебя, Дар Ветер, ты понимаешь это?

Охотник не смотрел на Таю. Он низко опустил голову так, что седые волосы полностью скрыли его лицо. Покачал головой:

— Я не могу уйти с тобой, Тая. Не сейчас.

— Тогда возьми меня с собой! — слезы брызнули из глаз Таи. Она подскочила к мужчине, схватив его за отворот рубахи и притянув к себе, но он лишь отстранился, отвернув лицо в сторону. Процедил сквозь зубы:

— Не могу! Не смею подвергать опасности твою жизнь и жизнь нашего ребенка…

— Нашего? — Тая едва выдавила из себя сквозь слезы. — Но я ведь не знаю наверняка, что этот ребенок твой.

Совершенно неожиданно охотник улыбнулся и с теплотой посмотрел на Таю:

— Конечно, мой. Чей же еще?

— Откуда такая уверенность? Ты же помнишь, что со мной случилось… — Тая всхлипывала, из последних сил держа рыдания в себе.

— Утебяможет родиться толькомойребенок.

На миг они замерли друг перед другом, Тае казалось, что вот-вот Дар Ветер прижмет ее к себе, обнимет своими сильными руками, спрячет ото всех опасностей мира, но он лишь положил ладони ей на плечи и мягко, но решительно отодвинул дальше от себя.

— Для вас слишком опасно оставаться рядом со мной, — оборотень убрал руки от Таи и сам отступил на шаг назад.

— Ты что же считаешь, чтобез тебянаши жизни в безопасности? Без твоей защиты? — Тая спросила сквозь судорожный вздох. — Кто убережет меня от Рэя, если ему захочется… ему много, чего может захотеться… — последние слова девушка проговорила едва слышно и залилась румянцем, вспомнив свои сладкие стоны в руках Рэя. Слезы разом высохли.

Понял ли Дар Ветер причину столь резкой перемены в ее настроении? Так или иначе, он никак не отреагировал на нее. Невесело усмехнулся:

— А кто убережет тебя от меня? Я гораздо опаснее Рэя. Ты зря пришла сюда, Тая…

— Что тебе нужно здесь, в Пустошах? — Никайя с трудом разлепила пересохшие губы, чтобы задать вопрос.

Охотник не удостоил ее даже взгляда, продолжая отвечать Тае:

— То, что позволит мне вернуться без страха, что я могу причинить боль тем, кто окажется рядом. Ты же видела, что я чуть не натворил?

— Чуть? — Тая истерично усмехнулась. — Ты перегрыз Виту горло!

— Разве? — Дар Ветер хитро ухмыльнулся и покосился на юношу. — Так вот же он, твой Вит, живой и здоровый.

Тая сокрушенно покачала головой:

— Я думала, он умер. Столько крови было…

— Он умер.

— Что?!! — еще не понимая сути, но чувствуя какую-то недобрую тайну, Тая вскинула глаза на возлюбленного.

А Дар Ветер, вздохнув, принялся терпеливо пояснять:

— Для того, чтобы пересечь границу Пустошей, необходима жертва. Без нее Пустоши никого не впускают. Вы быстро нашли бы здесь свою смерть: во внезапно топкой трясине, которая минуту назад была мирной лужайкой, или от лютого мороза посреди лета.

От этих его слов Таю пробил озноб. Она вспомнила и свое купание в болотной трясине, и недавний мороз на дороге…

— Вам повезло, что все случилось именно так, что Пустоши приняли жертву от того, кого не жалко.

— Разве Вита не жалко? Он хороший…

По плечам Таи снова пробежал морозец, тот самый, от которого юноша хотел уберечь ее, пытаясь разжечь костер на тракте. Тая с виноватым видом покосилась на паренька. Тот стоял бледный, но с гордо поднятой головой и благоразумно не лез в разговор, за что Тая была ему безмерно благодарна. У его ног, также гордо вскинув мордочку, сидел Альба.

— Вот как? Он тебе глянулся? — Дар Ветер тоже бросил на юношу взгляд — оценивающий.

— Он мой… друг. Я спасла его жизнь и теперь вроде как за него отвечаю, — девушка зябко повела плечами.

Оборотень отвернулся от Вита и покачал головой:

— Тебя может ждать жестокое разочарование.

— Я уже его испытала… и смогла простить, — Тая действительно больше не сердилась на спутника за тот неуместный выброс страсти. То, что он так отважно бросился защищать ее от заведомо превосходящего противника, не побоялся рискнуть жизнью ради спасения ее чести, извиняло ему все предыдущие ошибки.

Дар Ветер ничего не стал отвечать на это.

— Пообещай мне, что уйдешь с Пустошей, Тая. Отсюда ведет безопасная дорога почти до самой границы с обычным лесом.

— А как же ты?

— Я уже сказал, что я останусь. Никайя! — охотник, наконец, соизволил посмотреть на оборотницу, и она вздрогнула от его окрика. — Забери ее! И смотри, глаз не спускай. Головой отвечаешь.

— Как же ты спрашивать за нее собрался, если остаешься здесь? — Никайя попыталась выглядеть ироничной, но видно было, что она, как и Тая, рассчитывала на другой исход встречи.

— А ты не сомневайся во мне, подруга, — Белый волк неожиданно лукаво подмигнул Никайе.

— Еще увидимся? — вопрос оборотницы прозвучал почти что, как просьба.

И остался без ответа.

Вот только сейчас Дар Ветер стоял рядом с Таей, а мгновение спустя его уже не было. Девушка принялась запоздало озираться, пытаясь отыскать любимого, но он словно растворился в воздухе, оставив после себя только горький запах разгоряченного мужского тела.

— Нам всем действительно лучше вернуться, — Никайя проговорила, словно через силу выталкивая слова изо рта.

Донельзя злой Рэй рывком поднялся на ноги:

— Черта с два, я вернусь отсюда без шкуры Белого волка! — из раны на его груди все еще подтекала кровь, хоть она уже и не выглядела столь страшной.

Никайя скривилась, точно от зубной боли. Проговорила с горечью:

— Ты уже проиграл один раз, Рэй. И тебе повезло, что он пощадил тебя. Будешь биться с ним снова? Пока он все-таки тебя не убьет?

Быстрым текучим движением оборотень подскочил к подруге и схватил ее за горло, чуть приподняв над землей. Никайя захрипела, пятки ее оторвались от земли, она стояла, едва касаясь опоры мысочками. Женщина схватилась за руку Рэя, пытаясь ослабить хватку, но он не собирался душить ее. Приблизил свое изуродованное лицо к ее и выдохнул слова, тяжелые, словно булыжники:

— Я. Никуда. Не уйду. Пока он. Жив.

И разжал пальцы, отпихнув оборотницу. Никайя хмуро покосилась на него исподлобья, потирая шею.

— Тебе нужно прийти в себя, Белый волк тебя поранил, — она моментально сменила тему, справедливо решив, что спорить с оборотнем сейчас бесполезно.

— Да, — чуть покачиваясь, Рэй опустился возле воды и принялся смывать кровь. — Останемся здесь. Ненадолго. Передохнуть.

И в этот момент оборотень накренился и с плеском завалился набок. Никайя бросилась вытаскивать своего дара из воды. Тая и Вит переглянулись и, не сговариваясь, взялись за устройство лагеря.

С неожиданной нежностью Никайя принялась хлопотать вокруг Рэя. Она помогла ему выбраться из воды и усадила у белого ствола дерева. Потянулась в сумку за перевязочным материалом.

— Я могу помочь, — Тая приподняла бровь, наблюдая за ее торопливыми действиями. — У меня снадобья есть, да и магией я тоже могу…

— Обойдемся, — оборотница отрезала так категорично, что Тая сочла за благо не лезть ей под руку.

Вит ловко запалил костерок — в этот раз огонь не сопротивлялся и бодро вспыхнул под его руками. Девушка чуть улыбнулась, глядя на его старания, на то, как он аккуратно приладил над костром ее котелок и принялся что-то в нем стряпать. Тае больше не было жаль для Вита припасов, в конце концов, он ведь старался для всех. Оборотни не меняли обличия и явно собирались обедать человеческой едой. Юноша перехватил ее взгляд и улыбнулся в ответ, чуть зарумянившись от смущения. Тая явно очень ему нравилась, только он не смел ни сказать ей об этом, ни тем более сделать что-то. Особенно после той ночи в компании оборотней. Но для таких вещей слова не обязательны, Тая все прекрасно понимала и без них. Снова вздохнула и отвела глаза. Посмотрела поверх черной глади озера. Где сейчас был Дар Ветер? Думал ли он о своей истинной? И что за странные слова он говорил про жертву для Пустошей? Вит умер? Так вот же он, живой и здоровый. Тая с трудом удержалась, чтобы не протянуть руку и не пощупать юношу, чтобы удостовериться в этом.

Над Пустошами прокатился гулкий гортанный рев, похожий на клич оленя-секача. Четверо путешественников, не сговариваясь, замерли, устремив взгляды в затянутую дымкой мутную даль. Звук затих и больше не повторялся.

— Интересно, кто это был? — бледный Вит вернулся к своему занятию.

— Совсем не интересно, — Тая зябко передернула плечами. — Мало ли здесь страховидлов бегает. Мне с ними знакомиться не хочется.

— Так-то и мне не хочется, — юноша по щепотке добавлял в котелок какие-то травки, и после каждой брошенной в кипяток веточки, над полянкой стлался ароматный дымок. — Просто — любопытно. А ну как эта страховидла совсем-таки не злая, да и не страшная вовсе. Просто голос у нее такой — громкий.

— Может и так, — девушка следила за руками Вита, сноровисто помешивающего похлебку. — Не мне говорить о страшилищах, я сама, кого хочешь, напугать могу.

— Не говори так, — Вит сверкнул глазами на подругу. — Ты очень красивая, — он снова залился краской и вперил взгляд в котелок.

— У тебя, верно, с глазами не все в порядке, раз ты так говоришь, — Тая тряхнула гривой черных волос, убирая пряди от лица. — Это ты видел? — она ткнула пальцами в свой уродливый шрам, обезобразивший девичью щеку.

— Подумаешь… — парень пробубнил сконфуженно, не поднимая глаз. — Рэй вон вообще весь в шрамах.

— Рэй — воин! — пришла очередь Таи сверкать глазами. — Ему не обязательно быть красивым. Наоборот, шрамы воина даже украшают.

Парень с опаской покосился на оборотня и не ответил.

Между тем, Никайя продолжала обихаживать своего друга. Смыла остатки крови с его груди, осторожно смазала рану бальзамом и наложила чистую повязку. Рэй принимал ее заботу, ухмыляясь с довольным видом. Даже если ему и было больно, он никак этого не демонстрировал, то и дело бросая липкий взгляд в сторону Таи и Вита.

— Так получше будет? — закончив, Никайя критически оглядела свою работу.

— Да, гораздо, но кое-чего все-таки не хватает, — оборотень вскинул на подругу мутный взгляд.

— Пить хочешь? Сейчас принесу воды, — оборотница поднялась, было, на ноги, но Рэй удержал ее подле себя.

— Мою жажду водой не утолить, — он рывком усадил женщину обратно, заставив опуститься на него сверху. — Сделаешь мне приятно, любимая?

— Почему бы нет, — Никайя принялась с готовностью распускать завязки на тунике, выпуская на волю свой шикарный бюст.

Рэй с довольным урчанием следил за ее движениями. Сам он, однако, не предпринимал попыток избавиться от лишней одежды. За него это сделала Никайя, бережно выпростав горящую мужскую плоть из брюк. Лукаво покосилась на готовый к работе орган, оглядела его со всех сторон, точно примеряясь, и склонилась над ним, сомкнув губы на его головке.

Рэй убрал растрепавшиеся светлые волосы, упавшие на лицо Никайи, чтобы во всей красе видеть, как она ласкает ртом его пенис. Оборотница делала это ловко и умело, ее яркие губы скользили по трепещущей плоти, при этом она то и дело поднимала глаза на любовника, словно интересуясь его реакцией на ее действия. А Рэй наклонялся все ближе, чтобы не пропустить ни малейшей подробности. Положил тяжелую руку Никайе на затылок, заставляя ее не просто ласкать его член, а заглатывать его возможно глубже. Никайя не сопротивлялась, охотно увеличив амплитуду своих движений. Она была искусна в науке любви, легко распалялась и не гнушалась самых разных способов доставить удовольствие себе и партнеру.

Казалось, оборотень уже забыл о своей ране, равно как и о поражении в поединке, которого он так жаждал. Он сгреб в пригоршню светлые волосы любовницы, раз за разом подталкивая ее, понукая глотать его плоть еще глубже. Наконец, он с силой прижал голову Никайи к своим чреслам, заставив ее замереть с его членом во рту и выпить все его семя до капельки.

Когда он ослабил хватку, Никайя выпрямилась и утерла рот. Посмотрела на любовника горящими глазами:

— А что насчет меня? Я тоже хочу приятно, любимый, — последнее слово Никайя произнесла с изрядной долей иронии.

— Тогда тебе придется еще немного поработать, любимая, — Рэй ответил не менее ехидно и скосил глаза на свой опавший фаллос.

Не говоря ни слова, Никайя обеими руками обхватила член любовника и бережно, словно раненую птицу, начала оглаживать его, возвращая в боевую готовность. Мужская плоть благодарно отозвалась на ее ласки, вновь налившись силой и желанием.

— Ты волшебница, Никайя, — Рэй пробормотал с довольным видом, откинувшись на ствол дерева, доверчиво подставляясь для новой порции удовольствия.

— У меня богатый опыт, — Никайя фыркнула и принялась скидывать брюки, оставшись в одной расстегнутой нараспашку тунике. — А ты лентяй!

— Я ранен, — мужчина проговорил так, словно это было его достижением. — И имею право на поблажки. И на капельку теплоты, — добавил он уже другим голосом, но Никайя не заметила этой небольшой перемены в интонациях любовника. Она решительно опустилась на него сверху, сразу, без прелюдий, приняв в себя мужскую плоть.

Покачнулась, вперед-назад, словно пробуя ощущения мужского тела внутри себя. Склонилась над Рэем, точно собираясь поцеловать его. Мужчина с готовностью потянулся ей навстречу, но Никайя в последний момент надменно вскинула голову и, с силой прогнувшись в пояснице, начала мелко работать бедрами. Не прерывая контакта тел, так, чтобы член любовника не выскальзывал из ее разгоряченного лона.

Обиженно скривившись, Рэй вцепился пальцами в ягодицы женщины, заставляя ее делать более размашистые движения, и сосредоточился на приземленных ощущениях…

Вполглаза Тая наблюдала за любовными играми оборотней, чувствуя, как от подобного зрелища загорается сама. Сглотнула слюну, тайком покосившись на Вита, но парень старательно отводил глаза и от пары любовников, и от Таи, делая вид, что увлечен приготовлением пищи.

Девушка подсела к приятелю и осторожно тронула его за плечо:

— Слушай, мне кажется, пришла пора попрощаться с нашими провожатыми. Я ухожу.

— Ты с ума сошла! — Вит едва не повысил голос, но Тая вовремя прикрыла ему рот рукой. Он мотнул головой, скидывая ее ладонь, и продолжал, уже шепотом, — Ты сама говорила, что тебе не выжить в Пустошах без охраны. А охотиться кто будет? Припасов осталось немного.

— Дар Ветер совсем близко, я чую его, — Тая прижала руку к сердцу, которое при упоминании истинного беспокойно заворочалось, словно разбуженная птаха в клетке. — Не прогонит же он меня опять. Не хочу, чтобы они снова дрались с Рэем, на сей раз Белый волк точно убьет его, а я не желаю ему смерти, хоть он и гад.

Девушка в открытую посмотрела на оборотней, слившихся в любовном экстазе. Рэй приподнялся, несмотря на рану, и теперь покрывал поцелуями грудь и живот любовницы.

— Никайя права, у их стаи должен быть вожак. Так почему бы не он?

В ответ на удивленно-вопросительный взгляд парнишки пояснила:

— Поверь мне, другие там не лучше. А этот хотя бы предан Никайе, он будет делать то, что она скажет. А Никайя… — она вздохнула и замолчала.

За нее закончил Вит:

— Да, Никайя хорошая. Ты права.

И покраснел.

— Так что, давай, пока они заняты, хватай вещи, еду и идем отсюда. Рэй ранен, они не бросятся за нами сразу.

— Альба говорит, что знает, как можно пройти незаметно, не оставляя следов, — Вит озадаченно потер висок и покосился на волчонка, лежавшего возле костра и внимательно прислушивающегося к разговору.

— Тем более. Они нас потеряют, а потом, может, все-таки вернутся домой. Но кстати… — Тая замерла, требовательно посмотрев в глаза Виту, — ты тоже можешь вернуться с ними. Мы с Альбой вдвоем справимся. Только зайцев заберем с собой, оборотни потом еще наловят.

— Ну, уж нет, — Вит пробурчал себе под нос. — Решили вместе, значит, вместе. Я тебя теперь не оставлю.

Тихонько сняв с костра котелок с кипящей похлебкой, Тая и Вит юркнули в заросли.

А вслед им глядели ярко-желтые глаза. Никайя чуть улыбнулась уголками губ и снова склонилась над любовником, не дав ему даже мгновения на передышку.