Ураганная эпоха

История 22. Неблагополучное семейство. (Ненадежная рассказчица, Ураганный отряд и школа «Маяк»). 844 г

Август — время для социального работника ленивое и спокойное. Все в отпусках, в разъездах, обращений мало, делать решительно нечего. Особенно в таком спокойном округе, как Энтокос. Ириду это угнетало. Человек деятельный и энергичный, она здорово рассчитывала на повышение, а для этого нужно было, чтобы в ее конторе дела шли бурно, план выполнялся и перевыполнялся — мол, проведена работа с неблагополучными семьями, меры социальной поддержки предоставлены, улучшение жилищных условий и/или условий проживания несовершеннолетних зафиксировано… Она трижды уже проклинала себя за то, что согласилась из многолюдной Каликии отправиться в это захолустье, соблазненная должностью директора регионального центра. Грешно этому радоваться, конечно, но в Каликии им и профилактические мероприятия приходилось организовывать, и детей из семей изымать, и способствовать получению социальных льгот… Там она чувствовала себя нужной и на своем месте. А в этой большой деревне что делать? Направлять выгоревших домохозяек с пятью детьми на бесплатные консультации к психологу? Пф-ф.

И… честно говоря, денег тоже стало меньше. Нет, она, конечно же, никогда не воровала с выделенных фондов, вы что! Но… там премия, здесь поощрение, тут можно собственную заявку на «психологическое восстановление» подать — а это две недели в санатории помимо отпуска! И все это вдруг как-то разом пропало: малонаселенный район, квоты и целевые показатели совсем другие! Хоть должность считалась повыше, в оплате Ирида потеряла. Но это ее бы не беспокоило, честно! Просто оказалось, что человеку с ее талантами в Энтокосе негде развернуться. Она хотела быть полезной, помогать людям!

Вот в тот августовский день как-то резко оказалось, что вся работа с документацией выполнена за утро, новых обращений нет, и нужно либо согласовывать план ремонтных работ на следующий год — долгая и нудная процедура, потому что у каждой сотрудницы было свое мнение по поводу того, в какой цвет покрасить стены, а ссориться с ними нельзя, это старые и заслуженные курицы! — либо гонять чаи.

Вздохнув, Ирида отправилась в кабинет своей заместительницы, необъятной, как гора, Клавдии Федоровны, которую втайне презирала, но с которой считала необходимым поддерживать дружеские отношения.

— А, начальство пришло! — благодушно сказала Клавдия Федоровна. — Заходи, Иридочка, третьей будешь.

У огромной Клавдии Федоровны за таким же огромным монументальным столом сидела чуть менее огромная, но тоже вписывающаяся в идеал красоты орденских художников двухсотлетней давности немолодая дама, которую Ирида с некоторым напряжением памяти опознала как Аделаиду Викторовну Авакет, одного из трех врачей-педиатров в Энтокосе. Полезное знакомство для тех, у кого есть дети. У Ириды детей не было и заводить их в этом медвежьем углу она не планировала (с кем⁈), однако игнорировать участковых врачей в таком местечке никак нельзя.

Судя по пакету с пирожками, Аделаида Викторовна явилась к подруге на рабочее место поболтать не просто так, а с подношением. У Ириды от одного запаха тут же проснулся аппетит. Правда, она на диете, но… Эх, ладно!

Она обменялась приветствием с Аделаидой Викторовной, подсела к столу и была тут же наделена пирожком и даже чашкой чая — этих чашек в кабинете у Клавдии Федоровны имелся почти неограниченный запас: к ней захаживали в обеденный перерыв и просто так все работники социального центра. Порой возникало ощущение, что ее заместительница ничем кроме чаепитий и не занималась, но Ирида была слишком умна, чтобы ставить это ей на вид или менять сложившийся порядок вещей.

— Так вот, о чем я там говорила-то… — начала врач-педиатр.

— О том, как ты с Урагановыми опростоволосилась! — с улыбкой напомнила Клавдия Федоровна.

— Да-да, точно! Решила уже, что по твоему профилю дело, чуть было к тебе с этим не побежала… Хорошо, что медсестра моя вовремя вспомнила, где она папашу-то их видела! Очень мне повезло, что она у меня новости смотрит и память у нее хорошая…

— Каких Урагановых? — заинтересовалась Ирида. — Знакомая какая-то фамилия…

— А! — проговорила Аделаида Викторовна с явным удовольствием: детский врач была из тех, кто любит и умеет рассказывать истории. — Ну, давайте я вам сначала расскажу, это смешно. Так вот, дело было… Да, уже четыре года назад. Или пять? Нет, четыре! Первый звоночек. Приходит ко мне молодая пара, месячный ребенок на осмотр. Карта в порядке, анализы все в порядке, просто положено — ну, знаете, может.

Ирида не знала, но кивнула.

— И пара-то такая очаровательная! — со вздохом продолжала врач. — Как с картинки! Он — вообще красавчик, черные кудри, синие глаза, прямо васильковые. Лицо — как из старого кино, во времена моей молодости были такие в моде! Не знаю, помните вы, нет? Лев Хомит, был такой актер, инспектора Панина играл… Не помните? Ну ладно. В общем, он похож на инспектора Панина, очень, вы посмотрите как-нибудь сериал-то, хороший. Она попроще, но тоже миленькая, светленькая такая маленькая девочка. Он вокруг нее и так, и эдак, и за локоток придержит, и плечико погладит, она ему улыбается, над младенчиком сюсюкает — ну чудо просто! Еще и молодые такие… Хотя, конечно, сейчас это уже не показатель, многие стали омолаживаться.

— А когда же ты, Адушка, нас молодостью порадуешь? — подначила ее Клавдия Федоровна.

— И сразу весь свой авторитет растерять? Ну ты даешь! Десять лет скинула — и хватит… Потом, может, когда уже никто на внешность не будет обращать внимание. А пока мне мои годы нужнее, чтобы молодым мамашам мозги вправлять!

«Наверняка отговорка, — подумала Ирида. — Просто ленится в больницу ложиться! Там же сложно все, когда тебе уже за сорок!»

— Ну вот, — продолжала докторша, — про парочку-то эту… Одно только немного выбивалось: что фамилии у них были разные. Но ребеночек записан под фамилией мужа, и я даже спрашивать не стала — мало ли, по какой причине жена фамилию не поменяла! Всякое бывает. И еще странным показалось, что ребенка первый раз вижу, и по карте осмотры в Лиманионе были. Из столицы сюда редко переезжают. Спросила — вы по работе сюда или на отдых? Они говорят: живем мы здесь, в столице то бываем, то нет. Ну вот рожать решили там, все-таки надежнее. Я покивала и выкинула из головы. Думала, если малыш не заболеет, в следующий раз в полгодика увижу. А малыш здоровенький был, прямо-таки образцово! Крепкий такой пацанчик. Ну, в полгодика они не появились. Месяцев через девять пришли. Только… не они, — тетка сделала паузу. — Мужчина-то с другой девушкой явился! И с другим младенчиком!

— Надо же! — Ирида против воли заинтересовалась рассказом. — Что же получается, он после того визита почти сразу первую бросил и второй ребенка заделал?

— Вот я тоже так подумала, — охотно кивнула докторша. — Общалась уже с ним попрохладнее, чисто по-деловому. Но ребенка осмотрела честь по чести, гляжу в карту, тоже в Лиманионе рожали… Опять-таки здоровенький, все бы такие были! Но покрупнее. Ну там и мама покрупнее была, выше папы ростом. Тоже красотка, как модель с подиума. Или, скорее, танцорка. Над ребенком прямо тряслась, с тетрадкой пришла, где все-все расписано, и во всех подробностях у меня все детали!.. — Аделаида Викторовна усмехнулась. — Ну, стандартная такая нервная мамаша, что сказать! Первая-то тихая была, стеснительная. А парень этот над второй вился точно так же, хотя больше успокаивал, чем защитника из себя строил. «Да, — думаю, — ну ты и ловелас!» И ведь не постеснялся к тому же врачу пойти, на тот же участок!

Тут она хихикнула.

— А дальше что? — жадно спросила Клавдия Федоровна, явно предчувствуя что-то смешное. Ирида покосилась на нее с недоумением: что тут может быть смешного?

— И через год с лишним… приходит он — и уже с двумя девицами-то! Двумя другими девицами, новенькими! Одна смуглая такая, вроде как я, с корасскими корнями, другая рыженькая. И двумя младенчиками! Тоже другими! Одному как раз полгодика, у другого — месячный осмотр! — торжествующе сказала врач. — Тоже у обоих в документах отцом записан, матери другие! И сидят такие рядком втроем в коридоре, детишечки на коленях, старшенький уже гулит… Воркуют! У меня лицо вытянулось, я смотрю на это, глазам поверить не могу! Как так! И главное — все четверо пацаны! Я имею в виду, и прошлые двое, и эти двое! Глюки, думаю, у меня что ли!

Тут Клавдия Федоровна явно не выдержала и захихикала, явно зная развязку всей этой истории.

— Он что, донор спермы был? — непонимающе спросила Ирида, проникнувшись сюрреализмом истории. — Не жил с этими девицами? С кем-то одной из… получается, четверых? Или вообще ни с кем не жил?

— Да нет, в том-то и дело, что как раз жил! — воскликнула врачиха. — Их там даже не четверо, а пятеро, как потом выяснилось! Пятого малыша вот тоже недавно ко мне на осмотр приносили… Пятая девица, по-моему, лучше всех, королева красоты, прямо ах. И мальчик ее — ангелочек, как с конфетной обертки! Я им говорю: когда хоть одну девочку-то сделаете? Он мне так подмигивает, отвечает: мы над этим работаем.

Тут захохотали уже обе пожилые тетки.

Ирида глядела на обеих, слегка раскрыв рот.

— Погодите, — сказала она. — В нашем районе что, случай многоженства⁈ С несколькими детьми⁈ И вы так спокойно об этом говорите⁈ Они что, сектанты? Или как? Это же нужно проверить! Там же могут быть ужасные условия для детей!

Мелькнула полуоформленная мысль: если это расследовать и добиться полноценной реабилитации женщин и детей… Как минимум дело будет громким. Может быть, даже до Магистра народного благополучия дойдет!

— Я тоже так сначала подумала, — подавив смех, уже серьезным тоном отвечала докторша, утирая слезы. — Даже расследовать затеяла, вон, к Клаве бежать хотела — выручай, беда, потенциальная секта назревает, может, торговля детьми — кто их знает, многоженцев этих! Но тут сомнения меня взяли. Думаю, если они какие-то подозрительные, то почему детей не прячут, спокойно их на обследования носят, прививки все по возрасту делают, электронные карты оформлены? И еще я сообразила: у всех детишек были пометки о магической диагностике и магическом лечении! А это тогда только в обиход входило, да и сейчас недешево без показаний врача — а там показаний не было, можете мне поверить, детки все образцовые, как сейчас на выставку народного хозяйства! Опять же, медсестра моя, смотрю, с ними нормально разговаривает, без стеснения всякого — а видит то же, что и я. Я ее отозвала в сторонку, говорю: «Маш, ты что, знаешь что-то?» Она отвечает: «Ну да, это же Кирилл Ураганов, бывший мальчик-волшебник, который Проклятье снял». Я про него, говорит, передачу видела. Документальный фильм! У них тут в горах неподалеку Школа магии, они в церковь нашу ходят. Батюшка о них все знает. Вот об этом я как раз и не подумала, я ж не верю во всю эту божественную дребедень… Но отец Евлампий мужик правильный. Пошла я к нему, так и так, что это за Ураганов со своими женщинами, беды, часом, не выйдет? С детьми особенно? Он: ну да, странная история, но школой они своей хорошо управляют, детки все обихожены, а живут вместе с давних пор, еще когда вместе под Проклятьем были. Так и не могут разойтись. Ну, вы же понимаете — у детей-волшебников у всех какие-то травмы психологические остались… — Аделаида Викторовна вздохнула. — Вот и эти, видно, друг дружку отпустить не смогли. Может, если бы полечились хорошенько, все получилось бы, но кто же детей-волшебников заставит? Пусть даже бывших. Тем более, национального героя, как этот Ураганов!

— А он национальный герой? — удивленно спросила фиг Ирида.

— Ну да! Он первым освободился от Проклятья и остальным помог. Как — это до сих пор засекречено, хотя уже… сколько, десять лет прошло? Нет, больше даже! Но Ураганов за это даже рыцарское звание получил! — словоохотливо пояснила Аделаида Викторовна. — И настоящий рыцарский замок вместе с долиной Ихоса, это, кстати, не очень далеко отсюда — километров тридцать с чем-то. Вы, наверное, не знаете.

— Да, не знаю, — медленно проговорила Ирида. — Это, получается, они в рыцарском замке живут? Семья с пятью женами и… сколько там детей уже?

— Тоже пять, — усмехнулась врачиха. — Но на самом деле больше, потому что там же школа. Так что детей и подростков немерено.

Ирида покачала головой.

— И что, никто не проверял условия проживания? Это же многодетная семья, да еще так явно… нестандартная! Что там у них с доходом? Как дети устроены? Я уж не говорю, что эти средневековые замки — там же вечно сквозняки и сырость! — тут Ирида блеснула знаниями, полученными как-то на экскурсии по Вайнфорду и замку Последнего Герцога, куда она ездила с родителями в старших классах.

Клавдия и Аделаида переглянулись.

— Иридочка, дорогая, тебя маленько заносит, — сказала осторожно Клавдия. — Говорю же, школа там. Они государственные гранты получают. Значит, все нормально обустроено. Наверное, хороший ремонт сделали. А насчет нестандартности семьи… Ну да, юридически там живет вместе несколько матерей-одиночек и отец их детей, который поддерживает их всех материально. Но это не запрещено законом, и нет никаких оснований причислять семью к неблагополучным, если у них все хорошо, никто не пьет, не ширяется… Опять же, они все маги, а ты знаешь, какое к магам сейчас отношение!

— Вот именно! — Ирида закусила губу, лихорадочно подбирая аргументы к своей полуоформившейся мысли. — К магам — особое отношение! Это значит, что там многое могли… проглядеть. Мне нужно увидеть своими глазами, чтобы с чистой совестью не заниматься этим вопросом! Потому что… Клавдия Федоровна, вот сами подумайте и скажите мне: не будь этот Ураганов известен и на слуху, как бы вы отнеслись к информации о том, что кто-то живет с пятью женами и кучей мелких детей в глухой горной, — это слово Ирида выделила, — долине?

— У них там искровая пушка стоит, мне Маша рассказала, — вставила Аделаида Викторовна.

— И с пушкой, — так же многозначительно добавила Ирида.

Клавдия Федоровна вздохнула.

— Ну… если ты так ставишь вопрос, то, конечно, нужно проверить. Но на каком основании? Для проверки социальной службой нужно основание.

— А мы не для проверки! — осенило Ириду. — Мы… узнать, можно ли организовывать экскурсии для деток на соцподдержке в их замок и школу магии заодно. Раз они всего в тридцати километрах, то пусть поработают на благо округа в конце-концов!

— Да они и так… — начала Клавдия Федоровна, но вдруг оборвала себя. — Ладно, как хочешь, Иридочка. Ты начальство, тебе виднее. Сама туда позвонишь или мне их набрать, договориться?

— А ты там знакома уже, что ли? — удивилась Ирида.

— Немного с их завучем, Ксенией Архиповной, имела дело, — сдержанно сказала Клавдия Федоровна.

— Тогда договорись, пожалуйста, буду благодарна. На ближайшее удобное им время. Сама видишь, какой у нас сейчас завал работы!

Про себя Ирида подумала, что в августе учеников в школе магии тоже не будет, а значит, под предлогом занятий Ураганов с его кодлой не откажутся.

Поездка в школу «Маяк» оказалась тяжелее, чем Ирида себе представляла. Узкие горные дороги, по которым только плестись, превратили эти тридцать километров больше чем в час пути! Не говоря уже о том, что большую часть маршрута само дорожное полотно было старым: видно, чинили его тут редко… за ненадобностью. И только последний десяток километров, когда они свернули на прямую трассу из долины Вьосы, машина бежала хорошо и ходко.

Сам замок Ириду тоже не впечатлял.

Она уже успела представить что-то вроде конфетно-пряничного вайнфордского с его разноцветными витражами и шпилями. А тут что-то приземистое, квадратное… Правда, действительно вроде бы отремонтированное! Рядом с замком располагалось аж две посадочные площадки для вертолетов, хорошо заметные даже с земли и днем за счет проблесковых маячков; вдоль долины выстроились вышки ЛЭП; на крышах поблескивали синим панели солнечных батарей. Сама же долина Ихоса оказалась не столько живописной, сколько переосвоенной! Если глядеть сверху, от перевала, создавалось впечатление, что у нее едва ли не каждый сантиметр распахан — а что не распахано, то засажено деревьями.

— О, сколько молодых яблонь! — воскликнула глазастая, несмотря на возраст, Аделаида Федоровна, которая напросилась с ними. — Должно быть, весной тут чудесно, когда это все цветет!

Ирида не могла бы отличить яблоню от липы, тем более на таком расстоянии, но она оценила большое, обнесенное низкой оградой пастбище в излучине реки. Там паслись какие-то крупные животные… Коровы? Нет, похоже, лошади! Коровы, вроде, более прямоугольные, тяжеленькие такие.

Да, в виду гор находиться с непривычки казалось странным, и Ирида совсем другими глазами глядела на защитный купол и дуло пушки, торчащие вместо одной из башен старинной крепости. Ей казалось, что доверять такое оружие гражданским — верх легкомыслия, особенно если рядом есть дети. Но теперь почувствовала, что просто в присутствии искрометного оружия поблизости легче дышится.

Уже почти под стенами замка шофер вдруг резко нажал на тормоз и ругнулся. Ирида, сидевшая на переднем сиденье рядом с ним, чуть не клюнула носом в стекло. А подняв глаза, увидела, что перед передним бампером откуда ни возьмись взялась молоденькая разбитная девица с впечатляющими формами, в белой футболке и джинсах. Она яростно жестикулировала и что-то говорила, похоже, показывая шоферу ехать куда-то в сторону. Секунду назад ее не было!

— С неба упала, мать вашу!.. — ругнулся шофер.

Девица подскочила к окну, которое шофер послушно немного опустил.

— Вы чего под знак поехали? — сердито сказала она. — Там же знак был, что ведутся тренировки! Перекрыто! Надо было встать и мне позвонить!

— Не было знака! — оправдывался водитель.

— Ксения Архиповна! — воскликнула Клавдия Федоровна с заднего сиденья. — Честное слово, не было! Я все время на дорогу смотрела!

Ого! Это что, выходит, заведующая учебной частью школы? Какая молодая! Впрочем, в последние десять лет появилось немало женщин, которые в свои пятьдесят или шестьдесят выглядели на восемнадцать. Ириде самой едва стукнуло тридцать, а бесплатное омоложение по государственной страховке можно было пройти только после пятидесяти — но она как раз сейчас копила на платные сеансы.

— Уй, блин, небось, Миронов опять забыл поставить, — ругнулась возможная девушка. — Вот я с ним!.. Ладно, хорошо, что проехали! Мы тут магию земли тренируем, от дороги стараемся подальше держаться, но полотно могло поехать…

— У вас и в августе занятия? — удивленно спросила Ирида.

— Не в школе. Со взрослыми. Магия земли — новая для всех тема, только-только нащупываем, — весело сказала Ксения Архиповна. — Ладно, давайте вон там перед воротами стоянка для гостей, а потом пешедралом уже во двор. Хорошо, что вы вовремя, детей как раз на тихий час уложили! А то я бы не могла вам все показать.

«Каких детей? — мелькнуло у Ириды. — Сама сказала, что школа сейчас только взрослых обучает! Или она мелких Урагановых имеет в виду?»

Когда Ирида вышла из машины, то почувствовала очень свежий воздух — свежее даже, чем в маленьком Энтокосе. Ветерок из долины доносил запах навоза, но редко. В основном на самой высокой точке перевала, куда добралась ведомственная машина центра социальной поддержки, пахло цветами, нагретым камнем и холодным ветром с гор.

Пожалуй, даже слишком свежо и прохладно тут было — а Ирида не взяла жакетик!

Ее объемистым спутницам было нормально, толстяки вообще меньше мерзнут. А девица-завуч тоже держалась так, будто ей и в футболочке — нормально. Ирида мерзла в гордом одиночестве.

Весело болтая, «завуч» повела их смотреть здание школы — сейчас закрытое и ремонтируемое — центральный двор, выход в сторону фермы… Поскольку основные хозяйственные постройки и фермерские поля располагались сильно ниже территории замка, туда вели деревянные мостки, которые уходили, такое ощущение, в сплошное колышущееся зеленое море.

— Это все яблони! — с гордостью сказала Ксения Архиповна. — Лошади очень любят яблоки, да и мы сами не отстаем. Вот, насадили почти десять лет назад. Нам говорили, что яблони в горах не приживутся, но нет, отлично прижились, даже на такой высоте! Тут в долине теплее, и земля плодородная. Года три как отличные урожаи снимаем, по всей Кандалазии продаем! Но это вам лучше Левкиппа расскажет. А вот про лестницу. Она сама по себе аттракцион, школьники ее очень любят, даже те, кто уже летать умеет. Мы планируем через год-два заменить металлом хотя бы самые тяжелые пролеты, но пока дерево держится… Тут, если ребят на экскурсию везти, за ними глаз да глаз нужен, и кто-то ловкий и молодой их сопровождать, чтобы не скакали, как козлы… — она с сомнением поглядела на Ириду.

— Я, девушка, директор филиала, — сказала та, пытаясь и сохранить вежливость и осадить экскурсоводшу.

Это кто тут должен скакать, как коза — она, что ли⁈

— А, то есть вы сами с детьми не работаете, просто по документообороту? — весело спросила Ксения Архиповна. — Ну, тоже нужное дело. Пока окончательно не автоматизируют это все.

И еще языком так прицокнула.

После этого план, который только начинал выкристаллизовываться в голове у Ириды, принял законченные очертания.

Собственно, план был простой, как мычание: позвонить в Каликию знакомой корреспондентке и дать интервью об основных проблемах в округе — и, в частности, аккуратно намекнуть, что вот так называемая школа магов, которую обходят стороной проверки из-за высоких покровителей, на самом деле не школа, а место, куда якобы национальный герой собрал своих любовниц и поселил их за казенный счет! И они там еще детей чему-то смеют учить?

Если расставить намеки и акценты достаточно аккуратно, можно было выставить себя борцом за нравственность, журналистке придать ореол борца с системой (она такое любила) и обратить на себя внимание тех частей чиновничьего аппарата Ордена, которым может быть поперек горла школа магии. А что она кому-то она точно поперек горла, Ирида не сомневалась: наверняка у кого-то сильно на этот счет голова болит!

Ее же собственное начальство возражать не будет, Ирида почти не сомневалась. Ну или если возразит, то что? Дальше этой дыры Энтокоса не пошлют! И всегда можно прикинуться честной дурочкой.

С другой стороны, если удастся засветиться перед нужными людьми, это открывает совсем-совсем другие перспективы!

Дело облегчалось тем, что Ураганов еще и рыцарь. Рыцарский титул и присуждение рыцарям неотчуждаемых земель — это была тема, которую качали как зряшную в Кандалазии несколько серьезных людей, в том числе на уровне губернатора. Точили зубки на чей-то наследственный надел, где нашли что-то вкусное, к гадалке не ходи! Наверняка среди них найдется покровитель, который позволит под своей эгидой раскрутить тему. А Ириде под это дело светит перевод назад в Каликию, и может быть в какой-то более жирный департамент, чем социальная поддержка… то есть, в смысле, в такой, где она сможет приносить больше пользы, конечно же!

Все это крутилось у нее в голове, когда они возвращались к замку — к ферме и ее постройкам решили не спускаться из уважения к физической форме Клавдии Федоровны и Аделаиды Викторовны.

И тут Ирида увидела его.

Мужчину.

С большой, блин, буквы «М»! Мужчину, из-за которого, наверное, она так и не вышла замуж — хотя предложения были, были, но ни одно не дотягивало до ее стандарта! И теперь она понимала, почему!

Черные кудри и васильковые глаза… она еще мысленно поморщилась, когда докторша упомянула такие эпитеты — а зря! Она бы даже больше сказала: кудри, как крыло ворона, а глаза, как сапфиры! (Так писали в любовных романах, которые Ирида до сих пор иногда нет-нет да почитывала от скуки.) Не знала, что такое бывает наяву, а оно, оказывается, все это время существовало совсем рядом, руку протяни! Такое правильное лицо, что непонятно, как вообще Творец допустил — это же женская погибель как она есть! И к этому всему еще шикарное мускулистое тело легкоатлета или, пожалуй, даже борца в среднем весе — для легкоатлета многовато мышечной массы! (Соревнования с борьбой полуголых мужчин Ирида тоже редко, но смотрела. Надо же как-то расслабляться после созерцания всех этих толстых куриц!)

Причем мышцы были шикарно видны, потому что тонкая льняная туника, явно предназначенная для тренировок, с широким воротом и короткими рукавами, совершенно ничего не скрывала! В смысле груди, рук и плеч, конечно. А что еще от мужчины, собственно, надо? Ах да, спина. Но тут с первого взгляда по осанке было видно: спина у него — как каменная стена. Пресловутая.

Ириде вдруг резко стало жарко, несмотря на холодный ветер, потом — как-то особенно, безнадежно холодно. Потому что, несмотря на то, что он в первую секунду полностью завладел ее вниманием, во вторую она рассмотрела, кто шел рядом с ним.

Женщины. Три штуки. Одна — высокая и смуглая, с большой грудью (наверняка силикон!) и пухлыми губами (тоже силикон!). Другая — этакая хмурая фифа, из тех, что строят загадочный вид всегда, а у самих ни кожи, ни рожи… но мужикам, правда, почему-то нравятся эти оленьи глаза и выражение «я такая грустняшка, защитите и спасите меня немедленно». Третья — маленькая пухляшечка (не растолстела еще, но наверняка к тридцати ее разнесет!) с чуть раскосыми глазами северянки, тоже совершенно ни о чем внешне, но типа эффектная в смысле размера бюста.

Ну и еще парень какой-то с ними шел, но на него Ирида и вовсе не обратила внимания. Никакими особенными внешними данными он не отличался и на его фоне терялся совершенно.

Да как вообще можно замечать хоть кого-то, когда рядом такое совершенство⁈

— Ну что, для второго дня отличные результаты, — неожиданно резким тоном сказала девица с оленьими глазами, — я даже не ожидала! Думаю, нам вскоре удастся инициировать Миронова именно как мага земли…

— Я бы лучше работал с девочкой Валеевой, — заметил он.

— Ты, Кир, всегда бы лучше работал с девочками, — со смешком сказала смуглая и силиконосодержащая. — Тебе вечно своих не хватает!

— Лёв, ну не начинай…

Все захохотали.

— Я, в принципе, согласна, что Валеева более ответственная, — олениха заговорила, не дожидаясь, пока все отсмеются, и все послушно умолкли. — Но она просто пока маловата, ей всего четырнадцать! Да, для обычного мага — норма, но для мага земли может не хватить физической величины резерва. Так что давайте лучше сосредоточим усилия на Миронове.

— Марин, все же как учителю мне кажется, что если мы не дадим Лике Валеевой сейчас попробовать, это может на нее отрицательно повлиять!.. — начала косоглазая пухляшка. — Она и так единственная в группе вынуждена изучать магию только теоретически…

И тут он заметил гостей, и Ирида перестала прислушиваться, потому что их взгляды встретились.

Глаза цвета сапфира равнодушно скользнули по ее лицу, встретились с чьими-то еще глазами — и он улыбнулся.

«Увидеть такое — и умереть», — подумала Ирида.

А потом обернулась и в самом деле на секунду умерла. Потому что ему строила глазки эта самая Ксения Архиповна с ее впечатляющими буферами! Завучиха, блин!

— Здравствуйте, — вежливо сказал он, снова обращая на всю их группу свой льдисто-синий взор. — А вы, я так понимаю, из службы социальной поддержки? Извините, мы немного не уложились в тайминг. Работали на время, нельзя было прерываться. Так бы я сам вас встретил. Я Кирилл Ураганов, директор школы «Маяк».

Он чуть поклонился дамам.

— Нет-нет, что вы, — сказала Клавдия Федоровна. — Это мы приехали раньше! Но не волнуйтесь, Ксения Архиповна нам все показала…

— Да, моя жена тут все знает лучше меня, так что вам повезло, — серьезно кивнул он. — Вот, кстати! Извините, пора бежать. Почуял, что мелкие просыпаются. Надо их чем-то занять, пока сами себя не заняли. С Ксенией и Левкиппой все обсудите, их решения — мои решения.

И был таков.

Дальше для Ириды все как-то потеряло смысл и цель. Она механически переставляла ноги, механически отвечала на чьи-то реплики, даже механически обедала в гостиной Урагановых — они, оказывается, жили в одной из башен замка.

Да, это был Кирилл Ураганов. И Ирида видела как минимум двух его жен: Ксению и смуглую Левкиппу во всем их большегрудом великолепии. Мать вашу!

Другие две девицы, олениха Марина и пухляшка, чье имя Ирида уже пропустила мимо ушей, вроде как к числу жен Ураганова не принадлежали. Три другие сейчас находились в Лиманионе по работе и должны были прибыть вечером — с помощью магии, так, мол, быстрее, чем на машине или электричкой.

Какого хрена! Почему одним все — а другим ничего⁈ И магия, и красота, и деньги, и такой мужчина⁈ И даже замок в живописной долине! Пусть даже замок, честно говоря, так себе на вид.

Блин, Ирида бы даже согласилась войти к ним в гарем шестой — но с первого взгляда было ясно, что эти гребаные амазонки костьми лягут, но никого больше к своему сокровищу не допустят! Как друг друга-то допустили⁈ Педиаторша что-то там вякала про магическую связь — небось, охомутали мужика каким-то приворотом и рады!

У, стервы силиконовые!

Уже после обеда, когда первая резкая боль и зависть перегорели, Ирида переполнилась отчаянной решимости. Ладно, допустим, ей никогда не заполучить Кирилла Ураганова — даже и на одну ночь, не говоря уже — в постоянное пользование! Но уж попортить кровь ему и его девицам она сумеет! Сигнал послать в ювенальную юстицию, чтобы с проверками насчет детей походили… Да не такими, как их, с позволения сказать, «проверка», а настоящими — с полицией! Поводов море: отсутствие мер безопасности при магических экспериментах, она сама видела. Сигналы от соцработников рассматриваются приоритетно! Ну и прежний ее план с репортершей тоже никуда не делся. Даже оброс деталями. Нет, она не будет сразу писать журналистке. Она сначала поищет враждебных Урагановым чиновников в губернской администрации — и наверняка найдет! А уж потом…

— Прошу прощения, Ирида Артемьевна? — грудастая завучиха Ксения поймала ее под локоть. — Мне кажется, я не успела показать самое главное! Вам, как руководящему работнику, будет особенно интересно.

— Нам, вообще-то, уже пора! — у нее не было ни малейшего намерения оставаться наедине с этой девицей!

— Ничего, Лёвушка пока с вашими коллегами обсудит план мероприятий, это больше по ее части — детям в основном именно ферма интересна, в школе ничего особенного нет, а к пушке мы все равно никого не пустим. А к вам у меня отдельный разговор.

«Что за разговор? — подумала Ирида с неприятным чувством, когда Ксения железной хваткой увлекала ее по коридорам замка. — Неужели заметила, как я на Ураганова смотрю? Блин, да на него, наверное, все так смотрят, у кого глаза есть! Это не преступление!»

Но вывернуться из захвата не получалось, не потеряв достоинства.

Девица Ксения притащила ее в обширный кабинет на два стола друг напротив друга и чуть ли не силой заставила усесться в кресло.

— Вот, держите, — она сунула в руки Ириде планшет. — Это моя особая папочка с фотками для таких случаев, как ваш. Ну просто чтобы вы сразу поняли, что к чему. А то влипнете в неприятности, а потом будете всем трезвонить и жаловаться, что Кирилл виноват. Не надо так.

С этими словами Ксения активировала рамку.

От первой же фотографии Ирида потеряла дар речи.

На ней Кирилл Ураганов — узнаваемо он, хотя лет на семь или десять моложе, чем теперь! — пожимал руку Великому магистру!

Ах, каким красивым он был ребенком!

— Вы, наверное, скажете — мало ли, Бастрыкин с фотогеничным мальцом на публику поручкался, так личный номер телефона не дал же? — насмешливо спросила Ксения. — Поэтому перелистните…

Ирида послушно, как загипнотизированная, нажала на уголок.

Снова Кирилл и Бастрыкин — только Кирилл уже постарше, почти такой, как сейчас. Бастрыкин сидит в кресле, у него на коленях большой серый кот, Кирилл стоит рядом и почесывает тому же коту шею.

— Удачно щелкнули, фото совершенно секретное, никому не рассказывайте, ужасный компромат! — веселой скороговоркой велела Ксения. — Давайте дальше.

На следующей фотке Кирилл был щелкнут вместе с каким-то белобрысым амбалом, который то ли обнимал его, то ли пытался задушить. Судя по выражению лица Кирилла, последнее.

— Этого узнаете? А, нет, его никто не узнает… Ну, на следующем фото, видите? Вот, они оба в костюмах, и маньяк наш уже с бородой… Это Весёлов, сейчас он замглавы Магистериума народного здоровья. Смежная же с вашей социальной работой область, так? Неужели все еще не узнали? Позор, глав магистериумов и их замов надо знать! Но если это вас не убедило — вот Кирилл с Магистром народного просвещения на фуршете. Как раз следующая фотка. А это — глава Службы ядерного щита, вместе на конференции. Ну, дальше, в принципе, мелочи, всего лишь Кирилл с герцогом Кресайном, подумаешь, он сейчас по положению просто как глава округа! Но некоторых впечатляет, знаете, которые по аристократии прутся. Вы не из таких, часом? — Ксения пытливо уставилась Ириде в лицо. — Вижу, что из таких, есть немножко! Возбуждают-то графы-герцоги всякие, да?

— Послушайте, что вы себе позволяете! — все-таки нашла в себе силы возмутиться Ирида, вскочив со стула.

Планшет с фотографиями со стуком упал на ковровое покрытие.

— Я-то? — усмехнулась Ксения, глядя на Ириду наглыми зелеными глазами. Такие в сказках бывают у болотной нечисти и кошек-оборотней. — Я всего лишь фоточки показываю. Между прочим, о вас же забочусь. Не надо мне тут… лишних интриг на пустом месте. Что, решили из нас громкий случай сделать? Карьеру свою двинуть? Не влезайте, дорогая. Не влезайте.

Какого демона⁈ Ну почему⁈ Почему одним все — а другим ничего⁈

Садилась Ирида в машину в таком состоянии души, что будь при ней сейчас пульт от этой самой пушечки — разнесла бы все вокруг не глядя. А приходилось молчать, улыбаться и делать вид, что все в порядке. Тут еще Клавдия Федоровна решила добить:

— Вот, Иридочка, действительно, договорились об экскурсиях на весь сентябрь–октябрь, и перед Снисхождением! Отлично получилось, как это я сама раньше не подумала? Правильно, все-таки, что тебя в начальницы поставили — с университетским-то образованием!

Издевается, стерва! И Аделаида эта вон тихонько ухмыляется про себя — ведь подстроили же! Точно подстроили! Знали, какое тут осиное гнездо! А Ирида! Неподготовленная! Без защиты!

Стервухи две!

Но опять же, приходилось улыбаться и кивать, кивать и улыбаться.

«Убью, — думала Ирида лихорадочно. — Ладно, сейчас его защищает Сам. Но никто не вечен! Я вполне могу сделать карьеру — отчего бы и не сделать? Я просто их всех жалела, не хотела по головам идти! Но теперь! Теперь! Все, конечно! Меня же никто не жалеет? Никто! Вот и я не буду! Сделаю карьеру, добьюсь большого чина, помогу сковырнуть Бастрыкина — а то и сама его сковырну! И убью! Всех! По одной! Даже если это сто лет займет! Вот, есть же теперь омоложение? Смогу! Успею! Убью! А его себе заберу! Или… или нет, найду себе кого-то еще лучше, пусть потом локти кусает!.. Нет, не найду, все-таки именно его…»

Все эти мысли роились в голове у Ириды всю обратную дорогу — и даже входя в съемную квартиру, она все еще кипела яростью и обидой. Но усталость тоже брала свое.

«После такого дня — можно!» — разрешила себе Ирида, доставая из холодильника бутылку с белым вином.

Потом, вспомнив кое-что, она налила себе бокал, села за ноутбук и отыскала в браузере сериал «Инспектор Панин». Хм, старый, но вроде, достойный такой?.. Описание прикольное. Только врачиха соврала: актер Лев Хомит мало напоминал Ураганова! Разве только темноволосый с синими глазами — но при этом не кудрявый… Хотя… В прямоугольнике видеотрейлера главный герой криво усмехнулся, подмигнул в камеру — и сердце Ириды замерло. Точно! Та же улыбка! Да и вообще… манера двигаться, повадка… Телосложение очень похожее, хотя Ураганов, вроде, более спортивный.

«Главное, не сворачивать с пути, — сказала себе Ирида. — Он будет моим! Шаг за шагом, я поднимусь по карьерной лестнице, стану росчерком пера вершить судьбы и ворочать миллиардами… Верить в это, верить в себя — и все у меня получится!»

И поставила сериал на закачку.