Трофейная невеста его темнейшества (СИ)

Глава 1. Что было До...

Элианна фон Лихт считала, что путешествие — это искусство. Искусство правильно расположиться на бархатных подушках, выбрать нужный роман и отрегулировать температуру внутри кареты с помощью простого заклинания, чтобы было тепло, но не душно.

— Каникулы, — сладостно протянула она, глядя в окно на мелькающие столичные особняки. — Наконец-то.

В руках у нее был последний выпуск «Столичного вестника», где в разделе светской хроники упоминалось, что «дочь верховного советника, юная Элианна фон Лихт, завершила учебный год в Академии магических искусств с блестящими результатами и теперь отправляется на практику в канцелярию Его Величества». Элли с удовольствием перечитала этот абзац. Блестящие результаты — это, конечно, было небольшим преувеличением, но кто станет проверять? Ее отец важный человек, а практика в канцелярии была самой простой и приятной формальностью. Сортируй перчатки, принимай цветы от поклонников, изредка переписывай какие-нибудь неважные бумажки — вот и вся работа. Мечта, а не практика.

Карета, подаренная отцом на совершеннолетие, мягко покачивалась на рессорах. Шесть подушек, шкафчик с засахаренными фиалками и лимонадом, волшебный кристалл, проигрывающий модные мелодии, всё было продумано для максимального комфорта. Элли уже представляла, как через пару часов будет пить чай в саду их имения и строить планы на лето.

Внезапно карета резко затормозила. Элли едва не уронила книгу.

— Айрик! — возмущенно крикнула она кучеру. — Что случилось? Мы же почти дома!

За дверцей послышались незнакомые грубые голоса и лай собак. Элли нахмурилась. Кто посмел останавливать ее карету на подъезде к собственному дому?

Дверца распахнулась, и вместо усатого лица Айрика в проеме показалось незнакомое, обветренное лицо в меховой опушке. За спиной незнакомца Элли увидела не парадные ворота своего имения, а заснеженный тракт и группу суровых всадников на мохнатых лошадях. Воздух ударил в лицо колючим холодом.

— Элианна фон Лихт? — голос незнакомца был хриплым.

— Да, — Элли попыталась придать своему голосу ледяное достоинство, каким обладала ее наставница по этикету. — А вы кто, позвольте спросить, и что значит эта грубость?

— Меня зовут Торгрим. Я — старший стражник лорда Вольфгара. Ваши вещи уже перегружены на сани. Поехали.

Элли замерла на секунду, пытаясь осмыслить сказанное.

— Мои вещи... на санях? — переспросила она, чувствуя, как у нее подкашиваются ноги. — Какие сани? Лорд Вольфгар? Вы, наверное, ошиблись. Я еду домой, к отцу. У меня практика в канцелярии.

Торгрим, не меняясь в лице, достал из-за пазухи свернутый в трубку пергамент с восковой печатью. Печать была отцовской.

— Распоряжение вашего отца, госпожа. Изменения в месте прохождения практики. Вы направляетесь в Суровый Край, ко двору лорда Каэлена Вольфгара. Практика начнется немедленно по прибытии.

Элли выхватила у него пергамент. Глаза ее бегали по строчкам, написанным четким почерком отцовского секретаря. «...ввиду необходимости получения настоящего, а не номинального опыта... направляется для прохождения практики в Суровый Край... под личное руководство лорда Вольфгара...»

Суровый Край. Это что издевательство?

— Но... это же на самом краю света! — вырвалось у Элли. — Там вечная мерзлота и... и волки с ледяной шерстью! Отец не мог этого приказать!

— Приказал, — бесстрастно констатировал Торгрим. — Лорд Вольфгар не любит ждать. Его люди уже погрузили ваш багаж.

Элли выглянула из кареты. Действительно, несколько угрюмых мужчин перекладывали ее дорогие сундуки с золочеными застежками на убогие деревянные сани. Один из них с любопытством ткнул пальцем в ее любимую шляпку с жемчужной вуалью, которую она положила поверх одного из саквояжей, рядом с сундуками.

— Осторожно! — взвизгнула Элли. — Это же от кутюр мадемуазель Фанфрель!

Мужчина удивленно посмотрел на нее и, пожав плечами, швырнул шляпку в общую кучу.

Сердце Элианны упало куда-то в сапоги из тончайшей кожи, которые были абсолютно бесполезны в этом царстве снега и ветра. Она огляделась. Ее роскошная карета казалась нелепым попугаем, залетевшим на скотный двор.

— А где... мои сани? — слабо спросила она, смиряясь с неизбежным, но надеясь на остатки комфорта.

Торгрим кивнул на небольшие, поскрипывающие дровни, запряженные двойкой лошадей.

— Вот они.

На этих санях, похоже, возили дрова. Элли почувствовала, как ее охватывает паника.

— Но я не могу ехать в этом... в этом экипаже! У меня нет подходящей одежды! У меня... у меня академический отпуск!

— У вас, госпожа, — перебил ее Торгрим, — практика. А на практике не до нежностей. Садитесь. Или привяжем вас к саням ремнями. Выбор за вами.

По его голосу Элли поняла, что это не шутка. Сжав губы и с достоинством, на какое только была способна, она выбралась из кареты. Холодный ветер тут же принялся безжалостно трепать ее шелковое платье и укладку.

Она устроилась на жестких досках саней, подложив под себя одну из бархатных подушек, которую успела выхватить из кареты. Это было жалкое подобие уюта.

— Поехали, — скомандовал Торгрим. Достал шерстяное одеяло и накинул ей на ноги.

Сани рванули с места. Элли в последний раз оглянулась на свою прекрасную, теплую, такую беззащитную карету, оставшуюся стоять на обочине. Она чувствовала себя принцессой, которую по ошибке отправили не в замок, а на каторгу.

— Практика, — прошипела она сквозь зубы, кутаясь в легкий плащ. — Прекрасно. Просто замечательно. Я покажу этому лорду Вольфгару, что значит иметь дело с адепткой Академии. Он у меня попляшет. Или... или я замерзну насмерть по дороге. Оба варианта кажутся одинаково вероятными.

Сани скрипели, увозя ее все дальше от цивилизации, тепла и надежд на беззаботные каникулы. Впереди лежали только снега, холод и какой-то незнакомый, явно недружелюбный лорд, который «не любил ждать».

Элианна фон Лихт глубоко вздохнула. Её ждет только снег, хвоя и тоска зеленая.

Элли на дороге, как она выглядела до ее первого перемещения в другой мир