Сильная и независимая

Глава 30. Бордель

— Ты с ума сошла? — дрожащим голосом воскликнула Сандра. — Какой бордель? Ты хочешь туда идти? Днем?

— Да, а что такого?

— А если тебя кто-то увидит?

— Интересно, кто?

— Да кто угодно! Ты — официально представленная метресса Луи. И ты живешь в доме Кайла! Будет скандал!

— И прекрасно, мне-то что от этого? — Вера была настроена воинственно. — Я все равно никто. Содержанка. У меня нет статуса приличной женщины.

— Нет. Метресса — это не пташка, — возразила Сандра. — Это совсем другое. Она — практически высшее общество. Она принадлежит одному мужчине, на ней можно и жениться даже, если, конечно, родители позволят.

— Лицемеры, — процедила сквозь зубы Вера. — И шовинисты. Значит, на мужчин правила приличия не распространяется, а женщина должна быть тиха, скромна и целомудренна? И плевать, какие у нее желания!

— Так было всегда, — пожала плечами ее подруга. — К тому же нельзя недооценивать влияние умной женщины на своего мужа. Главное, найти подход. Поверь мне, Дин без моего согласия ничего не сделает. Ты же — умная. Ну правда, одна из самых умных и образованных женщин, которых я знаю. Ты даже разговариваешь по-особенному. Я уверена — затащи ты Кайла в постель, и он с рук у тебя будет есть через некоторое время.

— А оно мне надо? — сердито спросила Вера. — Дикий зверь куда интереснее. И мужчина мне тоже интересен сильный, загадочный. А то я бы с Вальтером осталась, ну.

— Я не понимаю тебя. То ты жалуешься, что женщин обижают, то говоришь про сильных мужчин!

— Правильно. Потому что сильный мужчина будет свою женщину любить и ни в чем не ограничит. Его сил хватит на то, чтобы дать ей не только защиту, но и право на собственное мнение.

— Ну, это не про Кайла, — вздохнула Сандра. — Это, наверное, Этьен такой муж… был. А Кайл — у него два мнения, одно свое, а другое неправильное. И попробуй ему возрази вот так прямо — будет буря.

— Знаю, — вздохнула Вера. — Поэтому я хочу от Кайла уходить. Я уже большая девочка и его истерики терпеть не хочу. Одной спокойнее.

— Куда уходить?

— Ну… комнату снять для начала. Немного денег у меня есть. То, что собственность я приобрести не смогу — неприятно, но решаемо. В крайнем случае, попрошу того же Вальтера купить помещение на себя, он не откажет.

Сандра смотрела на Веру совершенно круглыми глазами, а потом заявила:

— Что бы ты ни задумала, я с тобой! Такую, как ты — я в первый раз встречаю.

— Тогда собирайся — и в бордель. Начнем оттуда.

— Злая ты, — укоризненно сказала Сандра и ушла. Вернулась, неся в руках два черных плаща с капюшоном, кинула один в Веру. — Надевай. Я все же не самоубийца и не хочу, чтобы на моего мужа потом показывали пальцем. И ты Кайла пожалей, он не заслуживает насмешек.

— Да что ему будет, этому толстокожему? — сурово ответила Вера, но предложенный плащ все же надела. Опустила капюшон, к которому прилагалась еще черная вуаль, расправила складки.

Сама таинственность! Интересно, для чего такая конспирация в этом мире? К любовнику бегать? Смешно! На месте всех кумушек она бы именно за такими черными плащами она и следила. Из дома вышли через задний ход, прямо на улицу, где благоухала мусорная куча и неторопливо прогуливались жирные крысы. Ну, можно понять, почему этот маршрут не пользовался популярностью.

— Я смотрю, мусор со свалок вывозить вам религия не позволяет? — зажала нос Вера, опуская на голосу и капюшон, и вуаль.

— Ну… — в голосе Сандры смущение. — Тут нищие находят себе пропитание и одежду.

— Ясно. Благотворительность тоже не практикуется.

— А кто будет вывозить? — огрызнулась Сандра. — Это — обязанность города!

— А! То есть вы будете дышать миазмами и жить по соседству с крысами, но сортировать отходы или нанять телегу и вывезти все это в какой-нибудь овраг — это не барское дело? Ясненько.

Ее спутница надулась и замолчала, а Вера только покачала головой. Она хотела попроситься к Сандре ночевать, но теперь резко передумала. Вся эта вонь от помойки явно пойдет в окна. Ну что за люди!

Шли быстро и по узким боковым улочкам. Дорогу к рынку ей показала Сандра, а уж дальше Вера помнила и сама. По Рыбной улице, свернуть у овощной лавки (к слову, овощи там куда хуже, чем на рынке), потом за булочной в проулок, оттуда через парк мимо круглого каменного фонтана на боковую тропинку. По тропинке как раз к тыльной стороне дому утех и вышли. Надо сказать, путь не самый известный, все же завсегдатаи предпочитали входить в парадный вход. А большинство пташек на рынок и не ходили. Могли вообще месяцами из своих комнат не выползать, и их вполне устраивала такая жизнь. Поэтому тропинкой пользовалась, кажется, одна Вера, особо приметные посетители и немногочисленная прислуга.

Вера хорошо знала, что дверь здесь запирается на ключ, который спрятан под камнем в клумбе с цветами. Спокойно достала его, открыла, снова спрятала. Возвращается, будто к себе домой. Впрочем, было у нее такое замечательное качество — везде чувствовать себя как дома. У Кайла, у Шиганны, в доме утех — везде она спала крепко и спокойно. Везде ей нравилось. И везде у нее оставались друзья, а в доме Кайла — даже кошка. Вера была совершенно уверена, что ей здесь рады, хоть и не все.

Так и случилось: первая же встреченная пташка завизжала и бросилась ей на шею. Поднялся переполох. Для основных клиентов время было слишком раннее, почти все девочки были свободны. Веру тут же потащили в комнаты, усадили на кровать и принялись выпытывать, как ей живется. Сандру тоже усадили, только она сидела вся бледная и с трагическим лицом. Ей явно было крайне не по себе. Но это были не Верины проблемы — она сама напросилась.

— Всё у меня хорошо, — улыбалась Вера. — Ой, Иванесса, у тебя новый цвет волос! Тебе очень к лицу, просто огонь! Хельда, что с твоими бровями?

— Да так, — досадливо морщилась одна из пташек. — Ничего особенного. Пыталась вот сама… А то Мия уж очень дорого берет. Ой!

— Мия? — прищурилась Вера. — И где же она?

— Так это… ну… не знаю. А зачем тебе Мия? Ты лучше расскажи про своего мага! Какой он в постели?

— Нежный, — брякнула Вера. — Заботливый.

Поймала на себе пристальный взгляд Сандры, поежилась, понимая, что та все сразу поняла. Что ж, Вера всё же метресса, ей по должности полагается с магом спать. А у Сандры свой муж есть, пусть не ревнует.

— Повезло, — завистливо стонали девочки, глядя на нее жадными глазами. — А в штанах у него все в порядке? А правду говорят, что после ночи с магом сил никаких не остается?

— Нет, неправда, — вздохнула Вера, благоразумно проигнорировав первую часть вопроса. — Так где, вы говорите, сейчас Мия?

— В твоей каморке, — призналась Хельда. — Она туда почти сразу переехала.

— Отлично, вот ее-то мне и нужно. Скажите, девочки, а к Мие теперь еще и знатные дамы ходят, правильно?

— Э-э-э…

— Это был не вопрос, — поджала губы Вера. — Я, в общем, к Мие. Сандра?

Ее подруга с готовностью вскочила, но потом вдруг замерла, посмотрела на Веру и решительно кивнула головой.

— Знаешь, я впервые в жизни в борделе. И мне очень любопытно. Я ведь могу просто поболтать с девочками? Узнать, к примеру, как часто их навещает молодой Альберг. Ну… или хотя бы попрошу пару советов.

— Про клиентов нам рассказывать нельзя, — лукаво улыбнулась одна из пташек, — но вот совет — это завсегда пожалуйста. Обычно высокие блондины оплачивают двух девочек сразу…

Вера поспешила выйти. Она, во-первых, не хотела вникать в предпочтения высоких блондинов (да, таких, как муж Сандры), да и подругу смущать не хотелось, а во-вторых, у нее был серьезный разговор к Мие.

Комнату свою она найдет даже с закрытыми глазами, каждую ступеньку той шаткой лестницы Вера помнила отлично. Внутри, кажется, ничего не поменялось: кушетка у окна, на подоконнике кисти и жаровня. Скляночки, пузырьки, несколько кусков восковых сот. Только вот страшно напуганная Мия, присевшая за кушеткой, была новым здесь элементом.

— Я такая грозная? — удивилась Вера.

Мия — маленькая брюнетка с кукольным личиком — мотнула головой.

— Тогда чего ты прячешься?

— Боялась, что ты будешь злиться.

— На что?

— Ну, я же твоим делом занимаюсь. Ты не разрешала…

— Патента на профессию бровиста у меня нет, — вздохнула Вера. — И вообще ты молодец.

— Я?

— Ну да. Ты быстро сообразила, как можно изменить свою жизнь. Не побоялась, рискнула. И… ты ведь больше мужчин не обслуживаешь?

— Так мужчины брови и не делают, — наивно хлопнула ресницами Мия.

— Ой, вот только глазки мне строить не надо. Дурочку будешь перед клиентами изображать. А я тебя давно знаю, не куплюсь.

— Да? — Мия выпрямилась, вскинула голову, уселась в кресло и деловито спросила: Так что ты от меня хотела?

— Сведений. Кто и когда из знатных дам к тебе приходил? И вообще — как ты ухитрилась обзавестись такой клиентурой?

— А, это просто, — махнула рукой брюнетка. — Поговорила с Шиганной, когда она приходила на коррекцию и окраску, пообещала ей с каждой горожанки, пришедшей по ее рекомендации, процент откладывать… на нужды храма, разумеется. Одна пришла, вторая… а потом уже они друг другу рассказывать стали.

— Ты Элен Эдленберг криво сделала.

— Ну да. Я ж не такой хороший мастер, как ты. Но я и денег с нее не взяла. Она просто дернулась. Плохо боль переносит. Это я уже потом сообразила дамам винишка предлагать. Пару бокалов — и никаких неприятных ощущений.

Вера смотрела на Мию с изумлением и завистью. Вот это размах! Почему она сама до этого не додумалась?

— Мия, — вкрадчиво шепнула Вера. — А как насчет сотрудничества? Я хочу открыть свой салон красоты. Мы могли бы работать вместе.

— И как ты себе это представляешь? — криво улыбнулась Мия. — В нашей стране женщине работать можно только в доме утех. Ну или метрессой, но не всем везет так, как тебе. Никому тут не нужен твой салон.

— Мое дело предложить, — пожала плечами Вера. — Хочешь — оставайся тут.

— Не хочу, разве не видно? Если откроешь свое дело — я твоя.

— Договорились. А теперь расскажи мне про своих клиенток из высшего света.