Сильная и независимая

Глава 29. Пути отступления

Вальтер довёз Веру и бледного, дрожащего Кайла до гостиницы, а потом выразил желание доставить девушку в дом Альбергов. Он явно хотел поговорить с ней наедине. Вера же никаких разговоров не хотела, ей и Кайла было достаточно. Но тратить деньги на извозчика в то время, как у нее был персональный транспорт, она тоже не желала. Из двух зол выбрала то, что дешевле.

— Я должен перед вами извиниться? — спросил Вальтер, едва они отъехали от гостиницы. В этот раз он правил ландо сам, без помощи «сотрудника».

— За что? — спросила Вера. Не ответить на прямой вопрос не получилось.

— За то, что собирал о вас сведения. За то, что рассказал господину Ресскину…

— Вы — полиция, Вальтер. Это ваша работа.

— Я… не по работе, — молодой человек вдруг смутился. — Мне вы просто очень важны.

— Знаете, а я не заметила, — прямо ответила Вера. — Мне кажется, вы просто пользуетесь моим расположением, чтобы раскрыть это дело и получить должность.

— Скорее уж, я пользуюсь этим делом, чтобы получить ваше расположение, — уязвленно возразил Орнс. — Я мог бы и сам…

— Ну да. И далеко вы сами забрались?

— А мне и не нужно забираться. Достаточно найти убийцу. Луис Ресскин вместе с Этьеном подходят как нельзя лучше. Сговорились, убили из ревности. Между прочим, у Элен было большое приданое. Возможно, она шантажировала мужа, угрожая с ним развестись, потому что он не исполнял супружеский долг. Вот он ее и…

— Но это не так!

— Помилуйте, разве публике есть до этого дело? Они хотят зрелищ. Хотят скандала. Поверьте, скандал был бы чудовищный. Мало того, что убийство, так ещё и мужеложство. И Кайла вашего задело бы по касательной. Какая ему теперь карьера, дяде убийцы?

— Вы подлец, Вальтер.

— И вовсе нет. Я хочу должность, хочу денег, но не ценой жизни невинных людей. Но честно скажу — если бы не вы, не ваши глаза, не ваши губы — я, возможно, продал бы свою душу. Вы — то чудо, что удерживает меня от преступления.

— Это шантаж? — сухо спросила Вера.

— При чем здесь шантаж? — искренне удивился Вальтер.

— Ну, вы как бы намекаете: либо ты будешь моей, либо дело примет неважный для Луи и всех остальных оборот.

— Разве? — сержант озадаченно крякнул. — Ни в коей мере, — и тут же спросил с острым любопытством в голосе, — а вы бы согласились?

— В постель — да. Замуж — нет. Зачем мне муж, который нечестно играет? Но погубить троих человек я бы не смогла. Если цена их жизни — моё тело, имею ли я право их бросить?

Вальтер опустил поводья и поймал ее руку. Прижал к губам. Глухо пробормотал:

— Ваше благородство безгранично. Мне стыдно за свои слова и мысли.

А Вера просто подумала, что бывало и хуже, наверное. Во всяком случае, Вальтер даже после ночи в борделе не обзывал её и ни в чем не обвинял. В отличие от Кайла.

Всё-таки Кайл ее обидел. Задел. Она думала — ерунда, мало что ли в жизни слышала всякого? А простить его не могла. Понять — могла. Придумал сам себе идеальную женщину, а потом расстроился, что она не такая. Только ей-то теперь что с этим делать? И как избавиться от ощущения, что ее вымазали в грязи?

***

Сандра Альберг была дома, и Вере она искренне обрадовалась. Немедленно подхватила под руки, повела в дом, махнув рукой кучеру — чтобы не ждал. Она потом сама Веру отвезет, куда нужно.

— Я уж думала, ты про меня забыла, — укорила она новую подругу. — Я писала, посылала к тебе слугу — не было ответа. То ты в театре, то в гостях!

— Так и есть, — улыбнулась Вера. — То в театре, то в гостях, то в ресторанах. У меня новый поклонник.

— И кто же? — жадно спросила рыжевласая красотка, впиваясь в Веру глазами.

— Сержант Орнс.

— У-у-у, — потускнела Сандра. — Нам такой не нужен. Всего лишь сержант! Нам лучше бы полковника. Или генерала.

— Иногда, чтобы стать женой генерала, нужно выйти замуж за сержанта, — философски заметила Вера.

— Это не наш случай. Сколько ему лет? Тридцать? Сорок?

— Лет двадцать пять.

— Даже если и так. Простолюдин, значит. С самых низов. До полковника не дослужится. Дома своего нет, повезет, если квартирка в доходном доме. А то и комнаты снимает где-нибудь у почтенной вдовы. Ни платьев, ни балов, ни прислуги. Придется самой готовить, мыть полы, детей учить. По воскресеньям — на рынок за луком, да еще поторговаться. Ты точно этого хочешь?

— Нет, — пожала плечами Вера. — Но какая у меня альтернатива? Мне не восемнадцать, я не дочь какого-нибудь чиновника. Женихи в очередь не выстраиваются.

— Кайл.

— Кайл не женится.

— И что? Ты с ним спишь. Он тебя содержит. Заключаешь контракт как метресса — и все. Никуда он не денется. А если вдруг забеременеешь… Ну мало ли, чудеса случаются. Да и род у него такой… Где прецеденты уже были.

— Как интересно! — обрадовалась Вера. — Вот ты мне и расскажешь, что не так с магами, отчего детей нет у них.

— Ну, так я и сама не слишком хорошо разбираюсь в этом. Академики наши считают, что магия в человеке — это не совсем нормально. Шхер людей создал другими. Но Астильда вмешалась — и иногда люди рождаются с искрой дара. И невозможно предсказать, на кого падет благословение Астильды — на бедняка, на принца, на залетного птенчика ли. Но вот есть древние рода, где маги появляются чаще. Иногда даже — через поколение. У Кайла двоюродный дед был магом. Детей у него не было, зато у его сестры родился одаренный сын.

— А Луи?

— О, с Луи вообще целая история. Скандал был — не поверишь. Он ведь внебрачный. Старший брат Кайла налево погулял. И никто бы не узнал, если б его горничная не родила «благословенного» ребенка. Семья, как узнала, сразу забрала мальчика. Сначала Луиса скрывать пытались, потому что понятное дело — не приняла его жена отца. Вроде как все знали, что он есть, но никто не видел. А потом Кайл приехал с границы в отпуск, разорался, мальчишку к себе забрал и в своем доме поселил. Вроде как официально усыновил. Правда, самому Кайлу еще и тридцати не было, а Луи — что-то около двенадцати. Потом и в отставку подал после пятнадцати лет службы, чтобы племянником заниматься. Учителей ему самых лучших нанял, в дома знатные ввел. Словом, пришлось всем Луи «проглотить». Ничего, никто давно уже не вспоминает о его происхождении.

Вера молчала, обдумывая новую для себя информацию. Похоже, магия здесь — какая-то мутация. Не передаваемая по наследству. Ну, или почти не передаваемая. Она — совершенно точно не маг. Она же в другом мире родилась. А у Кайла детей быть не может, и это хорошо, можно не волноваться о последствиях ее глупости. И плохо, конечно, тоже. Ребенка ей бы, наверное, хотелось. От Кайла. Во всяком случае, генетический материал у него отменный. Куда лучше рожать от высокого, красивого и умного мужчины, чем от неказистого толстячка-идиота.

— А если я не хочу быть метрессой, какие у меня варианты? — медленно спросила Вера, пряча глаза и поправляя оборки платья.

— Бордель, — пожала плечами Сандра. — Ну, или замуж за своего сержанта.

— Мне это не подходит. Что насчет служения Астильде? Ты ведь росла в храме, верно?

— Верно, — вздохнула девушка. — И что? Я должна была стать золотой пташкой, я ей стала. Храм, Вер, тот еще курятник. Нас там выращивали практически на убой. Да, учили читать, писать, поддерживать разговор об искусстве. Петь, танцевать, ублажать мужчин — и не только в постели. Но никогда не позволяли забыть, что мы никто. Всего лишь сосуд для мужчин, для магов.

— То есть, служительницы Астильды — те же проститутки? — уточнила Вера деловито. — А если я работать хочу? Шить там, крестиком вышивать, открыть салон красоты? Здесь ведь нет у меня конкуренции?

— Ты не имеешь права по закону, я тебе по секрету скажу, что даже у борделя истинный владелец — мужчина, — мрачно ответила хозяйка дома. — Не может женщина владеть недвижимостью, разве что после смерти мужа. Но и то — его величество прикрепит к тебе советника, опекуна, который будет управлять твоими деньгами. Если, конечно, у тебя есть деньги. Потому что, если твой муж умрет, а у него есть братья или отец — то имущество переходит к ним, а ты будешь жить на их иждивении. Правда, вдов не обижают, содержание выделяют достаточное. Они ведь и наябедничать могут.

— Какие замечательные законы, — восхитилась Вера. — А храм Астильды — он чей?

Сандра в замешательстве на нее уставилась.

— Что значит чей?

— Кому принадлежит? Кто его построил? Кто платит за него налоги? Кто ремонтирует?

— Э-э-э… город? — неуверенно предположила Сандра.

— А Шиганна?

— А Шиганна — настоятельница. Управляющая. Она и бумагами заведует. Точнее, у нее есть помощник, который все это делает.

— То есть Шиганна по сути — единственная свободная женщина в Риммии?

— Выходит, что так, — растерянно согласилась девушка. — Стой, ты что — хочешь занять ее место?

— Нет, мне просто нужен прецедент, — успокоила ее Вера. — Выращивать домашних кошечек для магов не собираюсь. Перебьются. Пусть женятся и с законными супругами свои силы восстанавливают, а то совсем офонарели.

— Что нужно?

— Неважно. Еще вопрос. Ты Элен хорошо знала?

— Ну… мы не были подругами. Сама понимаешь, кто я и кто она… Но в принципе, я с ней часто встречалась. А что?

— Ты видела ее брови?

— Брови? А что с ними не так?

— Всё с ними так, это и интересно. Ну, кривоваты немного. Правая недокрашена немного. Где могла делать брови Элен?

— Делать брови? — ошарашенно спросила Сандра. — Что значит «делать брови»? Вера, ты меня пугаешь! Если слишком широкие — то можно самой пинцетом придать форму. Но это и все. Так что — она сама их делала.

— Как бы не так, — покачала головой Вера. — Брови ей делал мастер. Криворукий, конечно, но тем не менее. Поверь мне, я это вижу. И теперь мне очень интересно, кто у нас такой предприимчивый: Шиганна или, может, кто-то из дома утех?

— Мне кажется, ты бредишь. Или сошла с ума.

— О, это было бы неплохим раскладом, — пробурчала Вера и перевела тему. — Сандра, а скажи — где можно снять комнату? Дом — очень дорого, да?

— Тебе? Всё же решила уйти? Я бы предложила тебе пойти в компаньонки, но с твоими сережками тебя просто прогонят. Я бы пригласила тебя к себе пожить, но не знаю, что на это скажет Дин.

— Значит, все же — бордель.