Сильная и независимая

Глава 20. Ужин под присмотром

— Вы удовлетворены? — довольно спокойно, хоть и грустно спросил Вальтер Веру.

— Не то, чтобы совсем удовлетворена… — хитро улыбнулась она. — Времени, понимаете ли, было мало. И обстановка такая… мрачненькая.

Она откровенно рисковала. Знала: был бы на месте сержанта Кайл — он бы нашел, что ответить. И что предложить. Но Вальтер — совсем не Кайл, он то ли не понял, то ли предпочел сделать вид, что не заметил двусмысленности.

— Вы меня обижаете, Вера, — покачал головой полицейский. — Господину Ресскину обеспечили всё самое лучшее. Или вы думаете, у нас в каждой камере ковры? Или каждый бродяга может заказать себе ужин из ресторана?

— Так это не за ваш счет, — отмахнулась девушка. — Кайл оплачивает.

— Неважно. Всё равно — к Луису Ресскину особое отношение.

— Потому что он невиновен.

— Возможно, и так.

Вера подскочила на сидении, наклонилась вперед, заглядывая в лицо Вальтеру, ухватила его за рукав.

— Вы со мной согласны?

— Я только сказал, что его вина не доказана, — уклончиво ответил мужчина. — Вера, я заказал нам столик в «Майской розе». Это очень уютный ресторан, надеюсь, вам понравится.

Роза так роза, хотя погода была совсем не майская. И настроение, признаться, отчего-то испортилось. Хотя следовало признать — в таких ресторанах Вера бывала не часто. Второй раз всего. Первый был с Кайлом. Здание «Майской розы» было в центре города, с большими прозрачным окнами и нарочито скромной вывеской. Вокруг него был широкий двор с фонтаном. Наверное, летом здесь ставят столы.

В прошлой жизни ей бы и в голову не пришло даже задуматься о том, чтобы зайти в такое место. Сама она здесь даже не могла бы оплатить стакан воды, то есть могла, конечно — ценой месячной зарплаты, а то и больше. В общем, нет — лучше уж Макдональдс или суши-бар. В крайнем случае, если уж очень хотелось шикануть — можно выпить кофе с круассаном на летней веранде кафетерия.

А теперь вот второй раз за несколько дней ее приводит в ресторан мужчина, причем красивый и, наверное, богатый. Кстати, если с Кайлом всё понятно, то достаточно ли зарабатывают полицейские в Риммии?

— Вальтер, — Вера осторожно дотронулась до рукава своего спутника. — Простите меня, пожалуйста, но мне кажется, этот ресторан слишком уж пафосный.

— Какой-какой?

— Не для метресс. Слишком высокое тут общество. Нет, я не сомневаюсь, что нас пустят… Но не будет ли это ударом по вашей карьере? Ну и вообще… дорого.

Последнее вырвалось у нее совершенно непроизвольно, она не собиралась вот так ставить его в неловкое положение.

— Это общественное место, — сухо заявил сержант Орнс. — Не думаю, что тут мы кому-то помешаем.

Ах, все же он пытается ей пустить пыль в глаза!

Зал ресторана был небольшой и уютный. Столиков было совсем немного — не больше десятка. В углу тихо и очень красиво играет маленький оркестр — всего четыре человека. На полу вазы с розами, под потолком — хрустальная люстра. Кажется, газовая. Ее света вполне хватало, чтобы каждый посетитель был отлично виден. В том числе и сидящий за угловым столиком Кайл Ресскин.

Вальтер свистяще выругался сквозь зубы, но планы свои не изменил. Наверное, здесь не так-то просто было забронировать столик. Во всяком случае, свободный был только один — и именно к нему их провел красивый юноша в снежно-белом костюме.

Вальтер отодвинул Вере стул, подал меню и сам заглянул в свой экземпляр. Показалось ли Вере, или он немного побледнел. Вера на всякий случай меню положила на стол и невинно улыбнулась.

— Мне на ваш вкус, пожалуйста. Можно просто чай с пирожным, я не голодна.

Юноша в белом поставил на стол пыльную бутылку вина, улыбнулся одними губами и сообщил:

— Подарок от господина за угловым столиком.

Вальтер побагровел. Он был почти блондин, светловолосый, светлокожий — и его возмущенный румянец был отлично виден. Вера обернулась: Кайл лениво махнул рукой и отвернулся.

Официант ловко открыл бутылку и разлил по бокалам золотистое, пахнувшее виноградом и чем-то цветочным, вино. Вера нервно пригубила и блаженно вздохнула — такой вкуснятины она еще не пробовала.

— Шаргийское цветочное, двадцатилетней выдержки, — сообщил официант.

Вальтер громко скрипнул зубами: вино явно было баснословно дорогое. Он такое заказать себе позволить не мог. Но теперь он не мог и ограничиться чаем и пирожным — к такому вину требовалось достойное блюдо.

— Вы любите рыбу, Вера?

— Очень люблю.

— Тогда попробуйте морской язык с белым соусом. И к нему…

— Какие-нибудь овощи, — быстро попросила Вера.

— Да, это будет уместно.

Себе он заказал то же самое.

Кайлу же тем временем принесли целый поднос снеди: и суп, и мясо, и еще что-то, похожее на рис. И десерт — огромный и очень красивый кусок торта, украшенный самой настоящей клубникой — это в конце зимы-то! И кофе — запах кофе Вера уловила мгновенно, и рот наполнился слюной. Она любила кофе со страшной силой.

— Так вы считаете, что Луис не виновен? — спросила она Вальтера, пытаясь отвлечься от клубники и кофе.

— Я? — усмехнулся Вальтер, откидываясь на стуле и скрещивая руки на груди. — С чего вы взяли? Я думаю, что его могли подставить. А может, и нет. Может, он действительно ревновал своего приятеля.

— Но он не так уж и высок! — азартно возразила Вера. — Ему было бы сложно накинуть петлю на шею не такой уж и низенькой Элен.

То, что хозяйка дома была выше ее на пол головы, Вера отлично запомнила.

— Что ж, если вы так считаете…

— А вы считаете иначе?

— Тайна следствия.

— Но к Луи вы же меня допустили.

— Хм, вы правы. Виноват. Грешен.

— Ну, раз уж вы все равно грешник — может, расскажете, отчего вы так загадочно улыбаетесь?

— Нет. Но… если вы сходите со мной в театр… я, пожалуй, разрешу вам взглянуть на тело.

Не то, чтобы Вере этого хотелось, но сержант Орнс действительно улыбался как-то уж очень самоуверенно. Интересно, что не так с телом? Или, наоборот, так?

— Когда?

— В пятницу.

— Ой, — Вера захлопала ресницами. — Я, пожалуй, откажусь. Боюсь, там уже нечего смотреть. Все же столько дней прошло!

— Глупости, ничего телу не будет, оно же в стазисе.

— В чем?

— Ах, я и забыл, что вы иностранка. В Риммии покойников… как бы это выразиться понятнее… замораживают, что ли. Очень быстро. Очень удобно. На похоронах усопший красивый, и тело хранить можно довольно-таки долго.

Вера сглотнула и отхлебнула еще вина. Оно больше не казалось ей вкусным, но пересохшее горло смочило.

— Я… схожу с вами в театр, — сейчас Вера очень радовалась, что они разговаривают довольно тихо, а Кайл — сидит далеко. И без того затылок пекло от его пристального взгляда.

Принесли рыбу с овощами, и на некоторое время им стало не до разговоров. Наверное, такие цены здесь были оправданны, потому что настолько вкусной рыбы Вера не пробовала ни разу в жизни. И да, вино отлично к ней подходило. И оно было намного крепче, чем ей показалось, ну, или она отвыкла от алкоголя. В прошлом она позволяла себе бокал вина в выходной день, а в хорошей компании не отказывалась и от текилы, и от виски, и даже от водки. Бывало, что пила до безудержного веселья. Ну а кто не пьёт в России? Там по-другому можно и помереть от экзистенциальной тоски. А здесь, в этом мире, она перебрала, пожалуй, лишь второй раз — и первый был именно тогда, когда они с Вальтером… хм… когда она так опрометчиво выдала сержанту Орнсу аванс.

Отчего-то эта мысль ее ужасно насмешила. Особенно потому, что вино купил для них Кайл, который даже не подозревал, что Вальтер не просто так вцепился в его протеже.

— Вам всё нравится? — с видимым облегчением спросил румяный Вальтер, блестя не слишком трезвыми глазами.

— Всё отлично, — сверкнула зубами Вера. — А тут танцуют?

— Боюсь, что нет. Это же не танцевальный вечер. У нас так не принято. Но если желаете, я приглашу вас куда-нибудь, где танцуют.

— Прямо сейчас? — с надеждой подалась вперед Вера.

— Эмм… нет. Это сложно. Нужно добыть приглашение и все такое…

— Жаль, — она тяжело вздохнула. — Ну что ж… уже совсем поздно. Мне пора.

— Я вас отвезу, — подскочил полицейский.

— Не стоит, — вздохнула Вера. — У меня вон в углу цербер. Трехголовый. Охранник, водитель и тюремщик — три в одном.

— Господин Ресскин вас обижает? — мгновенно напрягся Вальтер.

— О нет! Господин Ресскин меня обожает, — хохотнула девушка. — Еще раз спасибо за чудесный вечер.

Видя, что Вера поднялась (почти не пошатнувшись), Кайл мгновенно подскочил тоже. Метнувшемуся к нему официанту что-то написал на бумажке.

У Веры внезапно закружилась голова, ей захотелось на воздух.

— Я подожду внизу у входа, — громко заявила она обоим мужчинам сразу. — Душно.

Внизу, конечно, это громко сказано — но три ступеньки она героически преодолела. Подошла к фонтану, заглянула внутрь, с разочарованием обнаруживая в его чаше только подтаявший снег.

— Тебе не холодно? — на ее плечи легла уютная тяжесть плаща. — Куда сбежала?

— Это было очень коварное вино, — пожаловалась Вера ужасно красивому Кайлу.

— Да. Я не подумал. Оно крепкое. Прости, просто хотел…

— Выпендриться! — Вера обвиняюще ткнула Кайлу пальцем в грудь.

— Можно сказать и так. Ты чем-то недовольна?

— Да. Я хочу танцевать.

— Желание дамы — закон, — усмехнулся маг. — Будут тебе танцы. Подожди немного.

Он быстрым шагом вернулся в ресторан, а через пару минут на крыльце показались музыканты.

— Вальс, пожалуйста, — приказал Кайл. — Вера, вы позволите?

Вера позволила. Она не слишком хорошо танцевала, но сейчас казалась сама себе неотразимой. Музыка плыла по дворику, а Вера кружилась в объятьях мага и счастливо смеялась, запрокинув голову.

— Это нечестно! — раздался полный возмущения голос Вальтера, который, собственно говоря, выпил гораздо больше вина, чем она. — Это моя дама на сегодняшний вечер!

— Я оплатил музыкантов! — рыкнул Ресскин.

— А я пригласил Веру на ужин!

— Верно, — хмыкнула Вера. — Кто девушку ужинает, тот ее и танцует. Вальтер?

Полицейский, победно усмехнувшись, подхватил ее за талию и закружил по двору. Музыка все играла, у кованной ограды, несмотря на позднее время, уже собиралась толпа. Ничего удивительного, что через пару минут появилась и полиция.

— Господа, вы нарушаете общественный порядок, — начал было веснушчатый паренек в черном плаще и треуголке, а потом вдруг смешно вытаращил глаза. — Ох, господин сержант!

— Вот теперь нам точно пора, — шепнул Кайл, схватив Веру за руку и потянув в переулок, где была припаркована его Саламандра. — Пусть господин сержант сам разбирается со своими людьми. В конце концов, это он пригласил тебя на ужин.

Вера прыснула, а потом запрыгнула в Саламандру, где уснула еще до того, как они покинули город. Из машины Кайл нес ее на руках — просыпаться она не собиралась. То есть, конечно, она старательно притворялась спящей, потому что на руках ее никогда в жизни не носили, разве что — в раннем детстве. И вообще, с ним было уютно. И пахло от Кайла одуряюще — так бы и нюхала!