Ретро Бит [2]

Глава 24

– Тобалито! Карамба! Бабосо пендехо! Куда ты дел телефон и что это за миерда?! – отвлёк меня от сетевых изысканий сердитый голос Елены.

Немного не вовремя. Я как раз наткнулся на третьей посещенной мной доске на студента колледжа, готового отдать плату расширения порта RS-232 для Эппла за 40 долларов, и писал ему, что готов встретиться с ним в субботу после экзамена. Заодно тот парень, Биллом его зовут, пообещал мне дискету с терминалом и драйверами для модема, если я принесу ему взамен чистую.

– Это будущее, компьютерная сеть.

– Ничего не поняла, Кристобаль! Верни телефон, мне нужно позвонить! А завтра мы с Лео и Глорией едем в тюрьму знакомить Гектора с его новым адвокатом! Гло говорит, что этот ее алкаш на самом деле хорош и если бы не его жадная стерва, бывшая жена, и предательство завистников-друзей – до сих пор бы сидел в даунтауне. Спасибо, карналито. Я начала думать, что всё однажды наладится.

– Обязательно. Линде понравилась авена, между прочим.

– Она у тебя умная. Обидишь ее – выцарапаю тебе глаз.

Прозвучала угроза на удивление серьезно, без тени иронии.

– Не обижу, будь уверена, – пообещал с той же интонацией.

С сожалением вернулся в скучный и медленный оффлайн. Стоит мне заранее задуматься о сетевых играх. Ну, то есть тратить время на катастрофически маленькую аудиторию обладателей модемов глупо, но подготовиться и выкатить свою ММОРПГ на пару лет раньше Ультимы Онлайн, что выйдет в конце 90-х, стоит. Или нет! Я, признаться, не особенно люблю сложившуюся классическую формулу ММО, отодвигающую сюжет и отыгрыш роли персонажа на третий план. Возможно, слегка предвзят.

Понедельник не подарил мне новых проблем, зато принес очередные сорок долларов. Я уже почти чувствую себя белым человеком! Быть может, даже лоурайдер продавать окажется не обязательно. Одно плохо – Линда после уроков уехала по делам швейного цеха.

Вернулся домой. У Елены выходной и она отправилась в тюрьму навестить Гектора, вместе с Лео Больцманом. Идеальный момент, чтобы полистать электронные доски объявлений. Я так-то везучий, одно лишь обнаружение трэш-80 на свалке в пользу вкачанной удачи, выпавшей мне при изначальном раскидывании характеристик, говорит. И класс мой в терминах ДнД, учитывая высокий интеллект, почти наверняка “Волшебник”.

Собрался уже набрать вкусняшек, поселившихся в моем доме вместе с Еленой, как к нам постучали. Надо будет звонок установить. После первой встречи с Машенькой я уже не открываю дверь незнакомцам. Но Дюке не лаял, а выглянув в глазок, я уперся взглядом в потрясающий бюст Трейси. Ну то есть причина того, что я открыл, не в чичис, а в том, что мы с блондинкой знакомы и она подруга Елены.

– Оуп! Кристобаль! – меня немедленно к обозначенной груди прижали, заключив в неожиданно стальные, хоть и теплые объятья.

– Отпусти, – выдавил слегка придушенный я. Да и вообще обнимашками ли меня удивлять? В них недостатка нет.

– Ой, извини! Знакомься, это Эдди, у нас к тебе супер-важный разговор!

– Привет, чувак! – бодро поздоровался патлатый рокер в кожанке и с акустической гитарой за спиной, вроде бы тот же самый, что дрых в фургоне парикмахерш при нашем с ними знакомстве.

– Крис, – назвался я, – для важного разговора лучше зайти, но предупреждаю – нужно снять обувь и надеть тапочки.

– Кристобаль такой строгий! Прямо как мой папочка! – хихикнула Трейси.

– Чувак, после того, как ты отымел эту малышку своими стихами, я готов не только боты снять, но и раздеться, если такое условие. Она сказала, что три оргазма словила, пока ты выдавал про голодного деда из дома в парке. Да ты ее буквально трахнул своей песней!

Ох, зря я их пригласил, чует моё сердце. А главная ошибка в том, что разуться предложил, так как носки Эдди немедленно устроили мне химическую атаку. Но я же вежливый, а Трейси хорошая девушка, несмотря на то, что слаба на передок. Во всяком случае, с походом в Зонко за покупками она помогала. Так что не выгнал, но форточку пришлось открыть.

– Кристобаль, разреши Эдди исполнять твои стихи. Он потрясно поёт и играет. Ты прославишься, как автор его песен! – эмоционально выпалила парикмахерша еще до того, как я успел предложить гостям кофе.

Грудь, не обремененная бюстгальтером, при этом от небольшого прыжка на месте едва не вывалилась наружу из короткой рубашки. Специально так оделась, чертовка. Знает, как чичис действуют на мужчин, а особенно подростков. Не такая и простушка, возможно.

– Да, чувак! У нас новый альбом – “Бетонный пляж”! Будет просто бомба… когда закончим! Если твои песни так хороши, как говорит Тыковка, очень нам поможешь! Бери свою чувиху и приходи на наш концерт на пляже в субботу, увидишь, как мы бросаем вызов обществу!

– В субботу у меня экзамен. А на мои стихи я подписал контракт с университетом. Они участвуют в конкурсе.

– Вот облом! – рокер явно собирался сплюнуть на пол.

– Плюнь – и я спущу питбуля с цепи и разрешу ему тебя съесть! – угроз тощего пацана музыкант не факт, что испугался бы, а Дюке – это сила. Вот и слюну его сглотнуть легко заставил.

– Ну ты и вредина, Кристобаль! Эдди к тебе со всей душой, на концерт позвал, – надулась Трейси. – Если те песни заняты, напиши новые. Милый, покажи ему, как играешь.

– Я избил копа этой гитарой! – объявил парень, вскинув инструмент.

Безусловно, он имел в виду название песни и заглавную строчку припева, а не конкретные противоправные действия против представителя закона. И смешанное впечатление. Как музыкант он, быть может, очень даже хорош. Не настолько разбираюсь, но вроде бы уверенно с гитарой обращается. Голос тоже мне хорошим показался, не эксперт. Текст… ну… попросту плох. Нескладные стихи про то, как полицейский нагрянул с обыском в гараж, где репетировала группа, и выхватил чингасос гитарами. Понятно, зачем им понадобился автор песен. Но главная проблема в музыке. Может быть, я чего-то не понимаю, но у Эдди полнейшая какофония вышла, лишенная ритма.

– Ну как, чувак?

– Ты сам написал эту… мелодию?

– Не, это Билли, наш барабанщик!

– Полная миерда, – не стал я щадить чужих чувств. Лучше назвать вещи своими именами и сказать как есть, – извини, если задел. Ты здорово играешь, но музыка настолько плохая, что ее это не спасает.

– Это нью-калифорник-метал-джаз! Музыка протеста! Да ладно… ты не первый, кто говорит, что дерьмово получилось.

– А другие песни ты знаешь? Выговор у тебя не местный. Может, кантри?

– Чувак, я из Теннесси, я начинал в кантри-группе, ненавижу это старьё. Но раз ты просишь…

– Что-то из Джонни Кэша, если знаешь.

– Только для тебя, чувак!

Он перехватил гитару по-другому и очень годно исполнил “Folsom Prison Blues”. Она у меня есть в сборнике величайших хитов Кэша и понятно, что Эдди не настолько хорош, как “человек в черном”, но мне понравилось. Он умеет и петь, и играть. Я совершенно искренне аплодировал, а Трейси, кажется, на самом деле оргазм получила, так выразительно она на музыканта смотрела.

– А если Кольцо огня?

– Не, чувак, без мексиканских труб эта штука вообще не звучит! Даже пробовать не буду.

Эдди выдал мне “Cry! Cry! Cry!” и снова заслужил аплодисменты. Вот зря он тратит время на всякую миерду, хотя мог бы зарабатывать на мастерстве гитариста.

И что же мне с ним делать? Отдавать творчество Горшка или Аврелио Вольтера – точно нет. Не случайному парню с улицы, за которого попросила знакомая парикмахерша. Тем более не с таким дерьмовым композитором.

– Эдди, не затаишь обиду, если скажу всё честно? Мне на самом деле понравилось, как ты поёшь и играешь. Но ваша музыка – дерьмо, и писать под нее стихи – значит, испачкаться. Найдете нормального композитора – приходите.

В конце концов, мне рано или поздно потребуется кто-то, кто напишет мелодии для мои игр. Я смогу очень и очень невпопад напеть ему что-то из будущего и нужен кто-то, кто сотворит из невнятного материала хит.

– Чувак, а ты сам не умеешь и стихи, и музыку?

– Я тебе могу только самый примитив выдать. Вот такое… “по полям, по полям, синий трактор едет к нам. У него в прицепе кто-то песенку поёт”.

Застрявшая в голове еще с прошлой жизни навязчивая детская песенка вырвалась-таки наружу. Ничего более привязчивого я не знаю. То есть знаю! Репертуар мини-диско турецких отелей. Услышал краем уха “бейби-шарк” или “арам-зам-зам” и последующие “гули-гули” – и всё, пропал на несколько дней, песни поселяются под черепом и ничем их не вытравить. Но есть подозрение, что, во-первых, они могут быть известны на западе уже давно именно как музыка для детей, во-вторых, требуют сильной электронной обработки, чтобы начать звучать и стать теми самыми.

– По полям… по полям… чувак, это примитивно, но концептуально! Офигенный протест против системы! Пока остальные выдумывают сложные стихи, ты поешь один и тот же куплет, а в конце мычишь, блеешь или кукарекаешь! Как для дошколят, но прямо металл! Можно, попробую доработать? Я даже нотной грамоты не знаю, но мелодия уже у меня в голове. Автор текста и музыки по-любому ты, как мне тебя записать? У нас всё по-серьезному, Томми права на все песни бегает к юристу регистрировать. Наш басист.

– Запиши, как “СиСи”, – решил я. Не хуже Криса Коламбуса псевдоним, а я люблю лаконичность, где она допустима. – А можешь мне сыграть “Get Rhythm”?

– Чувак, да ты настоящий фанат Кэша!

Но таки сыграл и спел. И мне понравилось. Не жалко за хорошее исполнение примитивную детскую песню отдать. Наверное, я мог бы и что-то большее пожертвовать, но жесткий плагиат песен – не мой путь ниндзя. Нет у меня подходящего образования и понимания, как работает индустрия. Да и артистов обижать не хочется. Отдельные точечные заимствования я компенсирую, когда разбогатею.

Елена вернулась со встречи с Гектором в приподнятом настроении.

– Лео пообещал подать ходатайство на пересмотр сделки! – воскликнула она. – Ох, Тобалито! Он на самом деле хороший адвокат, когда не бухает! И Гло сказала, чтобы мы не спешили продавать лоурайдер – он поработает в долг, рассчитаемся потом! Знаешь, Кристобаль, в костюме из Зонко, с нормальной прической и в туфлях он прямо как Перри Мейсон из сериала. И говорит так уверенно. Какие-то статьи и прецеденты вспоминает.

“Перри Мейсона” я уже видел, попадался по ящику. Для западной аудитории – известный старый сериал, выходивший чуть ли не с пятидесятых. У нас его почти не знают. Я смотрел современный ремейк и он получился неплохим, хотя и не скажу, что прямо-таки шедевром. Виденная по калифорнийскому ТВ серия мне показалась скучноватой, хотя в харизме герою и сыгравшему его актеру не откажешь.

Что же, жизнь однозначно налаживается! И весомая часть позитива идет из прачечной. В воскресенье я научил Мигеля загружать Вик-20 и доход с Флэппи Бёрд стал совсем уже пассивным. Крутизна! Цитируя Цоя: “Ненавижу ходить на работу, каждый день ходить на работу…”. Он нашел выход в том, чтобы стать кочегаром и графике сутки через трое, а я – в аркадных автоматах. В среду вечером зарядил в корпус от Донки Конга уже третий мой компьютер.

Запустит Ковальски свою “Аркадию” – и денежки потекут в размере шестидесяти долларов в сутки. Стоит начать подбирать себе на досках объявлений профессиональный монитор, машину и, может быть, даже новое жильё. Все три категории я на бибиэсках уже встречал и только отсутствие нормального поиска помешало выбрать предложения. Слишком долго пролистывать объявления, пока не встретится нужное.

В школе Миллер пытался выяснить за шахматной партией, чем мы не поладили с его приятелем, но математику хватило ответа “у нас слишком разные взгляды на будущее технологий, сэр”. Влезать в чужой спор он не пожелал. Ну да, я продолжил изредка заглядывать в шахматный клуб. Люблю древнюю игру.

Неприятности пришли, как всегда, в четверг. Многие ненавидят Криса, но Тор-громовержец – особенно. Когда я заглянул в прачечную забрать ежедневную выручку и стать чуточку богаче, застал красного от гнева Ковальски, заплаканную Марию, хлопочущую вокруг Мигеля, прижимающего к лицу пакет со льдом, и с мясом выломанную боковину одного из моих автоматов. Второго, того, что с артом в виде суперагента и компьютером Агнешки внутри. То есть уже нет. Никакого компа в корпусе бывших космических вторженцев не осталось.

Я, конечно, опасался по поводу угрозы пиратства для своих игр, но кто вообще мог подумать, что судно компании Каналья Геймс физически возьмут на абордаж?

– Сэр, что произошло? – подошел я к сердито щетинящему усы хозяину прачечной.

Ответом стал густой польский мат, вполне себе понятный большинству русских. Всякие “курва”, “пердоле” и прочие “пся крев”.

– Извини, сынок, накипело. Ограбили нас. Вломился здоровенный ниггер, сразу ударил Мигеля по лицу, выломал фомкой стенку у автомата, схватил компьютер и убежал. Слишком быстро, курва! Я даже сделать ничего не успел! – устало объяснил Ковальски.

Понимаю его. Пожалуй, вломись здоровенный негр в прачечную в моем присутствии, я бы тоже ничего не успел. Или отхватил бы знатных чингасос, подобно Мигелю. Подошел к Машеньке, взглянул на парня, неспособного нормально сфокусировать взгляд. Я не эксперт, но похоже на легкое сотрясение мозга.

– Ихоепута! Пендехо! Я уже позвонила брату! Копы скоро приедут, найдут этого каброна и запихают его в камеру с извращенцами! Он еще пожалеет, что ударил Мигеля! Пута гранде!

– Монетоприемник не тронул, да? – сделал я вывод, заглянув в пострадавший автомат.

– Как знал, что брать, курвы сын! Компьютер за триста долларов, держащийся на соплях – это не полупустой монетоприемник, прикрученный саморезами!

– Сэр, вы же платите местной банде за защиту. Как так вышло, что вас грабят?

– Я плачу, чтобы не трогала сама банда. Но пожалуюсь на беспредел.

– То, что кто-то орудует на их территории – потеря лица для них, – подсказал я. – Компенсацию вы с них не получите, но виновного они могут найти и наказать.

– Поучи еще меня, сынок, – проворчал поляк. – Думаешь, Джон Ковальски первый год в нашем районе бизнес ведет? Этот ниггер явно не местный, быть может, обдолбанный… или нет… слишком он быстро и уверенно всё сделал. Как если бы специально за компьютером шел.

Что бы сказал про это дело величайший сыщик всех времен? Нет, я не про Шерлока Холмса и даже не Эркюля Пуаро. Лейтенант Коломбо, ваш выход. Как раз фамилия у меня подходящая. Сериал, к слову, уже давно на экранах, но наткнуться на него по ящику мне пока не повезло, о чем жалею.

Воображаемый детектив с телевидения затянулся сигарой и потрепал по холке своего флегматичного хаунда.

– Сэр, некоторые подробности вашего дела показались мне странными. Я не слишком вас побеспокою, если озвучу их? Миссис Коломбо вечно пеняет мне за излишнюю въедливость. Вам не показалось необычным, что преступник ограбил лишь один автомат и не тронул второй? Не пробовал обчистить кассу или монетоприемники стиральных машин? Заранее прихватил с собой инструмент для взлома? Я пытался осмыслить все обстоятельства и… могу ошибаться, выводы предварительные… но главная ценность ведь не в самом украденном компьютере, не так ли? Не расскажете ли мне о вашей игре с утками, приносящей так много денег? Она ведь уникальна? И вот еще одна деталь, что не давала мне покоя. Вы утверждаете, что в воскресенье вы снимали боковые стенки и любой посетитель имел возможность заглянуть внутрь, поняв, как устроено ваше решение. Позвольте, запишу показания.

Всегда знал, что Коломбо – очень умный мужик. Всё по полочкам разложил лейтенант, пусть я его и придумал. Предположим, в воскресенье к Ковальски в прачечную заглянул владелец зала аркадных автоматов из Каньон Плаза или другого. С целью постираться, но увидел очередь к “Флэппи Бёрд” и оценил потенциальную прибыль. Понял, как у нас тут всё кустарно, заглянув внутрь автомата, и решил, что игру надо из грязных бобриных лапок забрать, после чего нанял негра. Между прочим, типичного для охраны в Каньон Плаза.

Принял ситуацию я спокойно, в той мере, в какой позволяло темпераментное тело Криса. Матерился много, но исключительно мысленно. Поздно пить боржоми и устраивать истерики, когда всё уже случилось. Умнее надо становиться и предусмотрительней. Защищать свой код не только шуточным предупреждением про пирата. Хорошо хоть бумаги на авторские права, заполненные для меня дядей Лёней, отправились в Вашингтон еще во вторник. Хоть и сомневаюсь, что негр-грабитель и его белые господа покажут настолько значимую степень оборзевания, что и авторство уточки решат присвоить, но даже гипотетически их опередить приятно.

Казалось бы, игра простейшая, но я столько парился со сдвигом уровня на ассемблере, буквально сам себя превзошел, что обидно, если кто-то мои труды присвоит. Но с другой стороны, я половину низкоуровневого кода сам взял из журналов. Тырить исходники – славная программистская традиция. Тырить и ругать за то, какой в них говнокод!

Полиция приехала на самом деле быстро. Круз вместе с напарником Брауни. Оба в форме, при значках. Коротко собрали показания со всех, но больше в формате беседы, чем официальной фиксации.

– Меня тут не было, сэр, я только приехал из школы, задержался в шахматном клубе, – сказал я брату Марии, – но у меня есть соображения.

И выдал весь гипотетический расклад с кражей потенциально хитовой игры.

– Поэтому в нормальных залах аркадных автоматов в охрану набирают бывших боксеров или борцов, – проворчал чернокожий, – тут без шансов кого-то найти. Мы прошерстим местных скупщиков краденого и на этом всё. Даже заявление принимать нет смысла.

– Пацан, а ты не переоцениваешь свою игрушку? Ну что такого способен сделать школьник?

– Попробуйте, сэр, – кивком указал я Крузу на всё еще работающий, а точнее, простаивающий и не приносящий мне прибыли автомат и протянул пару четвертаков.

Копы, приехавшие больше как частные лица, чем по вызову, попытались. И уже после третьей попытки Брауни пнул автомат.

– Эй, господа, не ломайте мою собственность, пожалуйста! – попросил Ковальски. – Нам и так досталось от грабителя, а теперь еще и от полиции. Нормальная охрана будет, когда открою зал. А здесь всего лишь прачечная.

Круз тоже попытался и даже дошел до третьей трубы.

– Миерда! Эта утка – настоящая каналья! – воскликнул Кастильо.

– А я тебе рассказывала, – шмыгнула носом неподалеку Мария.

– Спасибо, что приехали, господа, – подошел поляк, – я буду признателен, если вы найдете пропавшее, но портить вам статистику преждевременным заявлением не планирую.

– Спасибо за понимание сэр, и то, что присматриваете за моей принцессой, – пожал ему руку Круз.

Ну а для меня ограбление – это разве повод прекратить зарабатывать деньги? Есть третий Вик-20, полностью готовый к работе. Если моя догадка верна, то на него покушаться не станут. Когда-нибудь ты станешь немощен и слаб.Делай бэкап! Давай, делай бэкап!

В том смысле, что у меня есть несколько кассет с актуальной копией Флэппи Бёрд. И со всем другим актуальным софтом тоже. Я даже купленные Визардри и Замок Вольфенштейн забэкапил, пока свободных дискет много. Причина паранойи – в фантастической ненадежности флоппи-дисков. В институтские годы у нас имелась отмазка “я сделал курсовую работу, вот она, на дискете”. При том дискета 3.5 дюйма заранее повреждалась физически или при помощи магнита. Преподы, конечно, видели оболтусов насквозь, но всегда входили в положение и разрешали принести завтра, давая студенту отсрочку на сутки.

Достал одну из резервных копий, загрузил с нее запасной Вик-20, принесенный из Аркадии, проверил, что работает и полез в корпус устанавливать и прикручивать варварски оторванные негром-грабителем провода. Заработало! Можно возвращать автомат из подсобки в общий зал прачечной.

Звон монет опять начал согревать мне душу. Я начал оттаивать. Всё равно через несколько месяцев настало бы пресыщение аудитории игрой. То есть доход с Флэппи Бёрд рассматривался, как временный. Надо хорошо взвесить за и против продолжения аттракциона невиданной щедрости. Быть может, Темпл Ран, когда я его напишу, лучше сразу нести к издателю. При всей примитивности – раннер обладает всё тем же затягивающим эффектом, что и уточка-каналья.

Окончательно меня примирили с четвергом мексиканские оладушки гордитас с сахарной пудрой и сгущенкой.

В пятницу утром заглянул в администрацию школы, показал приглашение на досрочный экзамен и объявил, что не приду по уважительной причине на отработку.

А уже после уроков рассказал дождавшейся меня Линде о грабеже. Всё равно узнает, а так хоть акценты расставил на том, что переживать не о чем и никто не пострадал, а с Мигелем мы теперь одинаково ушибленные на голову.

– Хорошо, что тебя там не было. Пообещай, что не будешь геройствовать, если придут снова. Ты важнее всех аркадных автоматов Калифорнии, – неожиданно серьезным тоном попросила девушка.

Как же приятна ее забота. Пообещал с легким сердцем – я ведь и так не рвусь совершать подвиги.