Ретро Бит [2]

Глава 11

Не сказать, что я фанат борща. Есть в русской кухне блюда и повкуснее, на мой взгляд. Пельмешки со сметаной, например. Но горячее тоже важно, вкусно, полезно и вызывает ностальгические чувства. А потому я отложил в сторону покупки, не стал задерживаться взглядом на попе мисс Август и отправился дегустировать стряпню Елены.

Девушка как раз поставила большую кастрюлю на кухонно-гостинный стол. Бульон она, как понимаю, приготовила еще заранее, на днях. Итак, сняла крышку и…

– Бананы? – узнал я плавающие сверху кружочки. Бананы! В борще!

– Плантаны! – пояснила “тётя Лена”, ткнув в сторону кастрюли поварёшкой. – Ты думал, я не знаю, что вы, панамено, их всюду вместо картошки кладёте. Ну, давай, Тобалито, попробуй. Твоя ита… китаянка наверняка ничего подобного приготовить не сможет.

– Гарантированно, она не настолько знакома с латиноамериканской кухней, – кроме того, я заметил в кастрюле рис, что уводило рецепт уже совсем не в ту степь.

Внутренне содрогаясь, я дождался, когда красавица нальет мне миску бананового борща с рисом, но не подал виду. Даже если на вкус оно окажется столь же странным, каким представляется – нужно есть и нахваливать. Девушка старалась, трудилась и вообще хорошо готовит. Не надо ее обижать.

Но лицемерить не пришлось. Нормальный супчик. Мало общего с традиционным русским борщом, но вкусно. Плантаны показали себя на вкус и правда ближе к картошке. Немного склизкие по консистенции, но совсем лишенные фруктовой сладости. А рис – он и в Америке рис. Острый перец и чеснок и вовсе приближали блюдо к первоистокам.

– Я звонила адвокату. В понедельник к Гектору разрешено сходить на свидание. Глория нас отвезет. Мне так страшно за него…

– Отлично, сходим и убедимся, что с ним все хорошо, – приободрил я девушку. Приятных эмоций от грядущего посещения тюрьмы ожидать не стоит, но не сходить – настоящее свинство. – Нам разрешено сделать передачку? Что-то вкусное?

Сбил фокус внимания с мрачного “как ему там тяжело” на “чем бы его накормить”.

Поел, погулял с Дюке. С вечера поковырялся с плеером и наушники починил. Весь ремонт в том, чтобы провода скрутить и заизолировать. Время на часах выставил, сихронизировавшись с телепрограммой.

И какой же я все-таки идиот! Плеер есть. Кассеты в наличии. Наушники имеются. А музыки нет! Вот кто мешал прикупить у дядюшки Манни еще и музыкальных записей? Наверняка имеются. Рисковать велосипедом и ехать к нему завтра снова не хочется. Но в молле вроде как попадался музыкальный магазин. А мне много не надо. Сборник рок-баллад, свежий альбом AC/DC или даже кантри сойдет. Да что угодно, лишь бы не Хулио Иглесиас!

Ночь звала меня, но я выбрал сегодня крепкий и здоровый восьмичасовой сон. Организм нельзя обижать слишком уж часто.

В мире сновидений мисс Июль и мисс Август воплотились в персонажей файтинга в духе Мортал Комбат и азартно лупили друг друга подушками, издавая томные стоны. Какая только ересь не приснится. Наверняка проделки Слаанеш.

Четверг. Поездка в школу на новом веле, задолбавшая уже меня клятва флагу, внезапно хорошие оценки по математике, застенчивая улыбка Линды, стершая из моей памяти эротические сны… хотя идею файтинга с женщинами в бикини забывать не стоит, на аркадных автоматах она зайдет. Да и в качестве соперниц в шашках мисс Июль и мисс Август подойдут идеально.

Но громовержец Тор, покровитель четвергов, продолжил слегка пакостить.

– Вышибалы, – объявил на физкультуре после пробежки тренер Бак, глядя в мою сторону с ехидцей.

– Сэр, позвольте мне отказаться от игры по состоянию здоровья. У меня кружится голова и я боюсь, что как бы меня не вырвало прямо на паркет. Отмывать его придется моим товарищам.

Очень уж я хочу, чтобы с лица наконец-то сошли синяки, особенно в преддверии визита социального работника завтра после школы. Уже почти нормальное чистое лицо и прилетевший в него жесткий мяч для доджбола окажется ой как не кстати. Не удивлюсь, если Бак в курсе моей ситуации с опекой и продолжает мне мелко гадить.

– К медсестре. И если она не подтвердит твоё состояние, то ты у меня с субботних отработок выйдешь уже пенсионером, – скрипнул зубами Бак, – и мы с тобой наконец-то перейдем к физическим наказаниям, Колон. Может быть, публичная порка прибавит тебе мозгов и научит не путаться с вьетконговским отродьем. Фернандес, проводи!

Физическим чего? Какая, во имя Ктулху, порка? Мы что, в девятнадцатом веке? Неоновые восьмидесятые на дворе! И они еще рисуют из себя светлый образ райского сада, в то время как в школах розги применяют!

– Ну ты и попал, хоми! – ухмыльнулся за дверью спортзала Фернандес – неожиданно дружелюбно, скорее с сочувствием, чем злорадством, как будто и не было у нас с ним никакого конфликта и разбитых лиц. – Старая локо бруха Хиггинс ненавидит всех, кто не гринго и кто лепит отмазки. Бак лично тебя доской для порки отходит, вато.

“Бруха” прозвучало для меня как название вампирского клана, но означает всего-то “ведьма”.

– Каброн он. Пендехо гринго! – с гопниками лучше говорить на их языке, да и вообще, достал меня бешеный физрук.

– Ага, реальный пендехо, обещал взять в команду по бейсболу тех, кто разобьет тебе лицо, – подтвердил чикано, – стремная вьетнамская чикита того не стоит. Бросай ее и Бак отстанет. Советую, хоми.

– Я не… не рато, эсе, – попытался донести до парня на его языке, раз он способен к диалогу. Какой позор, даже последние мексиканские гопники в курсе того, что Линда девушка, один я тупил кучу времени, пока не увидел ее в платье.

– Вато локо! – даже с долей уважения высказался чикано. – Пришли, посмотреть бы, как ты отмазываться станешь.

– Добрый день, мэм, разрешите войти, – постучался со всей возможной галантностью.

“Ведьма” миссис Хиггинс оказалась худощавой женщиной лет шестидесяти с жестким взглядом тусклых голубых глаз. Куча морщин, полностью седые волосы, теплая серая кофта поверх белого халата. В медкабинете заметно прохладно и идея закутаться в шерстяной кардиган очень разумная.

На столе перед ней пепельница с непотушенной сигаретой, от запаха каковой меня тут же начало без обмана мутить. Что-то вроде беломорины, без намёка на фильтр.

– Что вам, юноша? – особого участия со стороны медсестры я не заметил.

– Мэм, позвольте быть откровенным. Я не болен, наоборот, прекрасно себя чувствую. Но после игры в доджбол, от которой я отказался под предлогом тошноты, вам наверняка придется зашивать мне лицо. Давайте избавим и меня и вас от не самых приятных моментов. Кроме того, через два дня мне представлять школу на шахматном турнире долины. Подумайте, что будут о нас всех говорить в Бакли, когда я сяду за доску с опухшим от синяков лицом.

– Вы… вы тот аномально талантливый мексиканец, которого расхваливает Мэри Уайт.

Да я теперь местная знаменитость! И не сказал бы, что сей факт радует.

– Кристобаль Колон, мэм, и я не мексиканец. Мои родители приехали из Панамы, это важно, по крайней мере, для меня. Да и насчет таланта миссис Уайт преувеличивает.

– Вы осознаете, что просите меня совершить подлог, освободив вас от занятий мистера Бака?

– Я не прошу освободить. Напишите записку с запретом игр с мячом, этого довольно. Так уж вышло, что моё лицо и лицо школы через два дня станут синонимами.

– Вы могли привести те же аргументы мистеру Баку.

– Не мог, поверьте, мэм. Но я тут не чтобы жаловаться вам на тренера Бака. Мы с ним уладим разногласия сами, как мужчины. Просто дайте мне отсрочку до понедельника.

Вообще-то так и тянуло вывалить на медсестру всё о жизни моей нелегкой, но Машмет приучил меня, что стукачей никто не любит.

Долгий тяжелый оценивающий взгляд. Я не стал прятать глаза. Подумаешь, “бруха”! Моя девушка тоже колдунья. Потенциальная девушка, но учитывая, что мы оба явно не против, то дело решенное.

– Я напишу записку с рекомендацией снизить вам нагрузки. Официально она ничтожна, но хотя бы симулянтом вас считать не станут. Скажите спасибо за то Мэри Уайт, она за вас просила.

Ох, миссис Уайт, вы мой ангел-хранитель. Куплю вам редкое антикварное издание Эдгара Аллана По, как разбогатею.

Бак, прочитав полученную записочку от медсестры, скривился. И отправил меня тупо бегать. Так тому и быть. Между прочим, во время бега и ходьбы голова хорошо работает, так как нагрузки стимулируют кровообращение.

Не врут, наверное, так как ежедневный блиц у Миллера я выиграл, не напрягаясь.

После школы отправился в будущий аркадный зал Ковальски наводить порядок и провозился там до самого вечера, за что получил обещанную бутылку бурбона – пузатую и приземистую, которую оставил там, где алкоголю и полагается – в баре. Не прятать же бурбон сначала от Елены, а затем от завтрашнего соцработника?

Умаялся дико, вечером сил хватило только журнальчики листать. Чего уж там скрывать – всякие, в том числе с будущими графическими материалами для реализации шашек. Но приоритет отдал компьютерным, показательно занявшим место на моём столе рядом с клавиатурой. И еще одной… и третьей.

Нашел-таки исходники парочки игр под Вик-20 – “Tank versus UFO” и “Speedboat”. Всё оказалось с одной стороны кошмарно непривычно, а с другой – довольно-таки просто. Никакой пиксельной графики, только текстовый режим, что откровенно сбивает с толку поначалу. Однако возможность переопределять символы на любые произвольные спрайты всё меняет в лучшую сторону. Памяти мало, но спасает тот же хак, изобретенный мной для тетриса – использование экрана, как буфера данных. Видеопамять распаяна отдельно. Зато к моему распоряжению честные шестнадцать цветов. С этим можно жить и работать. Как начинка для примитивного аркадного автомата подойдет. Процедурная генерация уровней, бесконечный геймплей, низкая цена попытки. Допустим, пять жизней за четвертак. Я помню парочку подходящих простых игр.

Ночь снова звала меня, чтобы испробовать на практике всё прочитанное и хотя бы 2048 закодить, но выспаться снова важнее. Завтра очень трудный день – визит социального работника.

Паникёрша Елена еще за ужином начала заламывать руки.

– Елена, послушай меня пожалуйста, сейчас я скажу, что нам нужно будет завтра сделать и мы пройдем проверку, как семья. Компренде? Придумал это всё не я сам, это… миссис Августа, наш школьный консультант посоветовала. Сделаем, как она сказала – и всё получится.

– Я слушаю, Тобалито, – Елена села за столом, как примерная ученица, сложив ручки перед собой.

– Во-первых, ты слишком красивая. Оденься в самую закрытую и скромную одежду. Подвяжи фартук, волосы убери под косынку, сними серьги и кольца, кроме обручального. Крестик оставь, но спрячь под одежду – ты же добрая христианка. Всю косметику убери или накрасься так, чтобы в зеркало глядеть не хотелось. Проверяющая не должна позавидовать твоей красоте.

– Быть страшной, поняла.

– Второе… третье… четвертое…

Елена молодец. Выслушала все инструкции и со всем согласилась. Хотя имелся риск, что “взрослая женщина” пошлёт советы подростка куда подальше. Но авторитет “мисс Августы” оказался непререкаем.

В пятницу после школы я едва узнал “тёть Лену”, встретившую меня у порога трейлера. Никакого макияжа, волосы туго стянуты в пучок типичной домохозяйки. Мешковатый закрытый свитер не смог спрятать пышные формы, но жена Гектора проявила поистине иезуитскую изобретательность и надела на себя больше вещей, став из упругой и фигуристой полноватой и рыхлой. Визуально не то, чтобы полные десять лет прибавила, но пять-семь точно.

От плиты вкусно пахло макарошками с сыром и овощным рагу. Чистота почти идеальная – я сам вчера мыл полы и за день испачкаться они не успели.

– Нравится, Тобалито? Я прямо твоя мамочка, – хихикнула девушка, – это Глория предложила, она жуть какая умная.

Нервничали оба. Прошлись по всему дому вместе, устраняя финальные недостатки. Я спрятал свой кустарный системник в шкаф, оставив лишь “безопасный” Вик-20 и стопку компьютерных журналов. Остальная пресса отправилась в бельевой ящик.

Елена почти со слезами на глазах сняла со стен портреты Иглесиаса. Кумир миллионов латиноамериканских женщин – плохой пример для подростка. Так мне мисс Августа сказала.

Финальный штрих – я надел на Дюке купленный у дядюшки Манни намордник.

– Прости, друг, это временно, потом дам тебе косточку, она от бульона осталась, – пообещал, глядя в грустные глаза собаки. – К нам скоро приедет соцработник, пожалуйста, не гавкай, а лучше спрячься в будке. Договорились?

Наш четвероногий будет поумнее большинства моих одноклассников. Тех, с кем вижусь на физре – точно! В собачьих глазах я прочитал преданность и понимание.

Как-то я уже рассуждал про ждать и догонять. Был бы не прочь разменять тягуче утекающие минуты ожидания на разудалую погоню. Наконец, с улицы послышался шум двигателя подъехавшей машины. Выглянув в окошко, увидел серый седан с грубо обтесанными формами и идущую от него брюнетку лет пятидесяти. Лицо ее выражало лишь брезгливость – один-в-один эмоция, как у Елены, нашедшей мой доширак.

– Миссис Елена Колон, не так ли? Лорен Хитич, департамент социальных служб округа Лос-Анджелес. Вы, как я понимаю, Елена? Я здесь для первичной оценки жилищных условий несовершеннолетнего Кристобаля Колона. Проводите меня внутрь, у меня сегодня плотный график и я не намерена обсуждать дела опеки на пороге.

Сказано таким тоном, будто речь идет о вещи, а не живом человеке, каковой еще и стоит в двух шагах от нее.

И начался натуральный обыск. Я даже успел пожалеть, что не отвез “горячие” журналы в бар к Ковальски. К счастью, до них инспектор по делам несовершеннолетних не добралась, ее больше интересовал одежный шкаф и галочка в анкете на жесткой планшетке.

– Что же… условия куда лучше, чем я опасалась, – заключила Лорен, заполняя бумаги за столом в гостиной, – почти приемлемые, учитывая поручительство офицера полиции. Ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов и я смогу отправиться к следующей семье. Миссис Колон, сколько стоит аренда вашего трейлера? Вам по карману ежемесячный платеж? Не за счет ли преступных доходов вашего мужа-уголовника вы живете? По закону вы становитесь соучастницей.

Сей вопрос “мисс Августа” предусмотрела. Мудрая женщина.

– По карману, мэм. Я работаю парикмахером и одних лишь чаевых хватает на аренду, – с достоинством ответила Елена.

– Увлекаешься техникой, Кристобаль? У моего сына такой же компьютер, как у тебя, а потому я знаю цену – триста долларов. Дорогая игрушка для парня из трейлерного парка, чей брат промышлял кражами. Чек из магазина есть? Или Гектор принес его в подоле перед тем, как его арестовали?

– Да мэм, я увлекаюсь компьютерами. Конкретно этот я купил в сломанном виде в комиссионке и починил. Чек есть, обошелся в тридцать долларов. Мне найти его?

– Нет, не трудись, – отмахнулась Лорен и очень хорошо, что так, ибо чеков дядюшка Манни мне не давал. – Тридцать долларов – тоже большая сумма для подростка, Кристобаль, – с фальшивым участием заметила женщина.

– Несколько смен в прачечной, где я подрабатываю.

– В школе мне сказали, что ты, мягко говоря, не отличник, Кристобаль. А тут ты сидишь над журналами, как пай-мальчик. Откуда ссадины на лице? Брат перед арестом воспитывал? Или Елена не справляется с гневом? Если тебя бьют – просто кивни, я заберу тебя отсюда прямо сейчас.

По лицу жены Гектора читалось, что с гневом она может не справиться уже сейчас, в любую секунду. К счастью, смотрела соцработник на меня.

– Мэм, это спортивная травма. Мы на физкультуре играли в вышибалы. И я очень подтянул учебу с тех пор, как Елена начала заниматься со мной.

– Кристобаль, в вашем доме часто бывают посторонние мужчины или члены уличных банд, с которыми связан твой брат? Ты чувствуешь себя здесь в безопасности?

– В полной безопасности, мэм.

– В вольере живет большой страшный пёс, у него ведь есть прививка от бешенства?

– Все необходимые прививки, – не моргнув глазом, соврал я.

И так далее, и в таком духе. Даже за аморальное поведение заикнулась, дескать, разница между опекуном и подопечным менее, чем в девять лет – это неправильно. Но тут “тетя Лена” выдала очень искреннюю реакцию:

– Господи, миссис Хитич, он же совсем ребенок! Как вы могли такое подумать!

– Миссис Колон, вам всего двадцать пять, откуда желание взваливать на свои плечи уход за чужим вам проблемным подростком?

– Да, я молодая и неопытная, – инструкция как можно чаще соглашаться с проверяющей тоже пришла от “мисс Агусты”, – но Тобалито не чужой и не проблемный! – вспыхнула Елена. – Он мне как младший карналь… брат!

– Для чего вы вообще вышли замуж за уголовника за сутки до его ареста?

– Да потому, что люблю его! – воскликнула девушка. – Как вы не поймете? И о Тобалито забочусь потому, что он моя семья!

– Хорошо, на этом первый визит закончен. Вот список нарушений, которые необходимо устранить.

Предписание Лорен протянула “тете Лене”, но и я подсмотрел.

Отсутствие датчиков дыма, хранение бытовой химии на кухне без замка “от детей”, некомплект аптечки первой помощи. Насчет химии она серьезно? Что это вообще сейчас было?

– Вам кажется, я обошлась с вами жестко, миссис Колон? – спросила напоследок у Елены Лорен. – Я лишь дала вам представление о том, что вас ждет на суде по вопросам опеки. Вам его не выиграть.

– Как же хорошо, что суд не входит в наши планы, – приободрил я жену Гектора, когда чиновница ушла. – Не волнуйся, Елена, считаем, что все прошло нормально. Меня ведь не забрали в распределитель.