Право Хищника

Правда

Утро ворвалось в комнату без стука.

Дара открыла глаза и первое, что увидела — Алекса. Он стоял у окна, широкоплечий, темноволосый, с чашкой кофе в руке, и смотрел на неё. Судя по тому, что одежда на нём была та же, что вчера, он вообще не ложился.

— Ты не спал? — спросила она хрипло, садясь.

— Спал. — Он усмехнулся уголком губ. — В кресле. Рядом с тобой.

Дара моргнула, прогоняя остатки сна, и только сейчас заметила, что в углу действительно стоит то самое кресло, сдвинутое почти вплотную к кровати.

— Зачем?

— Затем, что, если бы кто-то попытался войти, я бы успел сломать ему шею до того, как он сделал бы второй шаг. — Алекс говорил это так буднично, будто речь шла о погоде. — Как ты себя чувствуешь?

— Странно. — Она прислушалась к себе. — Голова кружится, но... внутри что-то изменилось.

— Ты обернулась вчера. Впервые за двадцать с лишним лет. Организм в шоке. — Он подошёл ближе, протянул ей чашку. — Пей. Травяной сбор, наша северная традиция. Восстанавливает силы.

Дара сделала глоток. Тёплый, терпкий, с лёгкой горчинкой. По телу разлилось приятное тепло.

— Нам нужно съездить за твоими вещами, — сказал Алекс, садясь на край кровати. — За медальоном. И за всем, что ты хочешь сохранить.

— А если там засада?

— Я возьму с собой троих. Самых надёжных. — Он помолчал. — Дара, те, кто напал на нас вчера... они были не одни. Я чувствовал ещё несколько запахов на границе территории. Кто-то ведёт охоту. И, кажется, охотятся именно на тебя.

Она побледнела, но кивнула. Этого следовало ожидать.

— Тогда едем сейчас. — Она отставила чашку и решительно откинула одеяло.

И замерла.

На ней была только его рубашка. Которая задралась во сне, открывая длинные стройные ноги почти до самого...

Алекс смотрел. Открыто, жадно, не скрывая интереса.

— Отвернись, — выдохнула она.

— Нет, — ответил он просто.

— Алекс!

— Ты моя истинная. Я имею право смотреть на свою пару. — Он говорил спокойно, но в глазах плясали золотые искры. — Не бойся, я не трону. Пока. Но смотреть буду. Привыкай.

Дара чувствовала, как горит лицо, как сердце колотится где-то в горле, и как этот жар, что проснулся вчера, снова разгорается внутри.

— Где моя одежда? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

— Вера принесла. Вон там, на стуле.

Она метнулась к стулу, схватила свёрток и скрылась в ванной, чувствуя спиной его взгляд.

Когда она вышла через десять минут — одетая в простые джинсы и тёплый свитер, с расчёсанными волосами, падающими на плечи светлой волной, — Алекс всё ещё стоял там же. Но теперь в его руках была куртка. Её старая, видавшая виды куртка.

— Это я нашёл в лесу, — сказал он тихо. — Ты обронила, когда бежала.

Дара взяла куртку, прижала к лицу. Запах. Сырой листвы, страха и... дома. Её старой жизни, которая закончилась вчера ночью.

— Спасибо, — прошептала она.

— Поехали. — Алекс взял её за руку. — Чем быстрее заберём твои вещи, тем быстрее я перестану волноваться.

Машина — огромный чёрный внедорожник, пахнущий кожей и им же — ждала у крыльца. За рулём сидел один из тех северян, что были в баре. Второй расположился на пассажирском сиденье спереди. Третий, как поняла Дара, ехал в машине позади.

— Дара, это Руд и Бес, — представил Алекс, усаживаясь рядом с ней на заднее сиденье. — Парни проверенные. Руд — мой заместитель, Бес — лучший следопыт клана.

— Очень приятно, — пробормотала Дара, чувствуя себя неловко под любопытными взглядами.

— Альфа, — обернулся Руд — крупный светловолосый мужчина с открытым лицом. — Ты уверен, что это хорошая идея? Вести её туда, где её могут ждать?

— Уверен, что оставлять её здесь без медальона, который может дать ответы, — идея ещё хуже, — отрезал Алекс. — Едем.

Дорога заняла около часа. За это время Дара успела рассмотреть северные земли. Суровые, красивые, покрытые лесами и скалами. Совсем не похоже на те места, где она пряталась последние годы.

— Здесь красиво, — сказала она тихо.

— Это твой дом теперь, — ответил Алекс. — Если захочешь.

Она промолчала. Слишком много всего навалилось, чтобы думать о доме.

Её комната находилась на окраине небольшого посёлка, который местные называли Глухоманью. Старый деревянный дом на две семьи, её часть — крошечная квартирка на первом этаже.

— Я одна, — сказала Дара, когда машина остановилась. — В доме никого.

— Мы всё равно проверим, — отрезал Алекс. — Бес, со мной. Руд, страхуешь снаружи.

Внутри было тихо. Дара прошла в спальню, опустилась на колени перед старым комодом и отодвинула нижний ящик. Под ним, в тайнике, выдолбленном в полу, лежала шкатулка.

— Вот, — выдохнула она, открывая крышку.

Медальон был старым, серебряным, с потускневшей цепочкой. На крышке — герб, которого Дара никогда не понимала: волк, вставший на задние лапы, и над ним три луны.

Алекс взял медальон в руки. Повертел, всматриваясь. И вдруг побелел.

— Боги, — выдохнул он. — Дара, ты знаешь, что это?

— Герб. Я не понимаю...

— Это не просто герб. — Он поднял на неё глаза, и в них плескался ужас. — Это знак первых. Тех, кто основал все кланы. Тех, чья кровь текла в жилах создателей. Дара, твой род не просто древний. Твой род — основатели.

В комнате повисла тишина.

— Но это невозможно, — прошептала Дара. — Основателей убили сотни лет назад. Всех до единого.

— Всех, кроме одного, — раздался голос от двери.

Они обернулись.

На пороге стояла Вера. Бледная, с горящими глазами, сжимающая в руках старую книгу.

— Я не могла уснуть, — сказала она, входя. — Рылась в архивах. И нашла это. — Она протянула книгу сыну. — Смотри. Страница сто тринадцать.

Алекс раскрыл книгу. Дара заглянула через плечо и увидела рисунок. Тот же волк, те же три луны. И текст внизу.

— "Род Лунных Волков, — прочитал Алекс вслух. — Единственные, кому дарована сила исцеления и проклятия. Уничтожены во время Великой Охоты. Последняя из рода, девочка по имени Дарина, пропала без вести. Предположительно, погибла".

Он поднял глаза на Дару.

— Дарина, — выдохнул он. — Дара. Это ты.

— Этого не может быть, — прошептала она, отступая. — Я обычная. Я всю жизнь пряталась, боялась, не могла обернуться...

— Потому что тебя прокляли, — перебила Вера. — Смотри. — Она ткнула пальцем в другую страницу. — "Проклятие забвения. Накладывается на младенцев, чтобы скрыть их истинную природу. Блокирует способность к обороту и подавляет силу. Снимается только в момент крайней опасности для жизни истинной пары".

Дара вспомнила вчерашнюю ночь. Как она закричала, когда Алекс истекал кровью. Как внутри что-то рвануло. Как она обернулась.

— Я сняла проклятие, — прошептала она. — Сама. Не зная, что делаю.

— Ты спасла моего сына, — сказала Вера тихо. — И этим подписала себе смертный приговор. Теперь, когда проклятие снято, твою силу почуют все. Каждый оборотень в радиусе сотен миль. Они придут за тобой, Дара. За твоей кровью. За твоей силой.

— Нет. — Алекс шагнул вперёд, заслоняя её собой. — Никто не тронет её. Я скорее уничтожу весь мир, чем отдам её кому-то.

— Мир уничтожать не придётся, — раздался новый голос. Снаружи. Громкий, насмешливый, полный угрозы. — Мы сами придём за ней.

Дом содрогнулся от удара.

— Ложись! — заорал Алекс, бросаясь на Дару и прижимая её к полу.

Стекло разлетелось вдребезги. В комнату влетело несколько огромных теней, и воздух наполнился рычанием и запахом чужой, враждебной стаи.