Право Хищника

Цена

Утро после битвы было тяжёлым.

Дара обошла всех раненых. Тридцать семь северян нуждались в помощи. Пятеро — в критическом состоянии. Она работала, не чувствуя рук, не замечая времени. Золото лилось из ладоней, заживляя раны, сращивая кости, возвращая к жизни.

— Госпожа, отдохните, — просили её.

— Потом, — отмахивалась она.

Когда последний раненый вздохнул спокойно, Дара пошатнулась и осела на пол.

— Дара! — Алекс подхватил её на руки. — Ты опять выложилась полностью?

— Зато они живы. — прошептала она.

— Все. Ты спасла всех.

— Хорошо... — Она закрыла глаза.

—

Очнулась Дара в своей постели. За окном было темно, горела только одна свеча на столике. Рядом, в кресле, спал Алекс.

Она смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло. Он не ушёл. Остался. Стеречь её сон.

— Долго ещё будешь изучать? — хрипло спросил он, не открывая глаз.

— Ты опять притворялся?

— Я чувствую твой взгляд. — Он открыл глаза, улыбнулся. — Как ты?

— Жива. — Она прислушалась к себе. — Устала, но жива.

— Трое суток.

— Что?

— Ты проспала трое суток, Дара. — Алекс подошёл, сел на край кровати. — Я с ума сходил. Вера сказала, что это нормально — после такого выброса силы. Но я...

— Прости.

— Не смей извиняться. — Он взял её лицо в ладони. — Ты спасла тридцать семь жизней. Моих людей. Мою семью. Если бы не ты, половина клана лежала бы в мёртвой земле.

— Я просто делала то, что должна.

— Ты делала то, что никто другой не может. — Он поцеловал её в лоб. — Больше никогда не пугай меня так.

— Постараюсь.

Она прижалась к нему, чувствуя, как уходит остатки слабости.

—

В дверь постучали.

— Войдите.

Вошел Мирон. За ним — ещё несколько молодых волков, которых Дара спасла в ту ночь.

— Госпожа, — Мирон шагнул вперёд и, как в прошлый раз, бухнулся на колени. Остальные сделали то же самое.

— Вы чего?! — Дара попыталась вскочить, но Алекс мягко удержал её.

— Дара, они хотят сказать спасибо. Дай им.

— Мы ваши должники навечно, — торжественно произнёс Мирон. — Вы спасли нас. Не только в прошлый раз, но и сейчас. Мы клянёмся защищать вас ценой своей жизни.

— Встаньте, — взмолилась Дара. — Пожалуйста!

— Не встанем, пока не поклянёмся.

— Алекс! Сделай что-нибудь!

Алекс усмехнулся.

— Мирон, клятва принята. А теперь встаньте, а то госпожа сейчас сама к вам спустится и будет ругаться. Вы же знаете, она у нас с характером.

Волчата заулыбались и поднялись.

— Мы просто хотели, чтобы вы знали, — сказал Мирон уже серьёзно. — За вас любой из нас — в огонь и в воду.

— Спасибо, — тихо сказала Дара. — Мне очень... очень важно это слышать.

Когда они ушли, она повернулась к Алексу.

— Ты специально их не останавливал?

— Конечно. — Он обнял её. — Ты должна знать, что ты здесь не чужая. Ты своя. И эти мальчишки будут беречь тебя пуще меня.

— Пуще тебя — вряд ли.

— Справедливо. — Он поцеловал её в висок. — Никто не будет беречь тебя так, как я.

—

Через неделю Дара окончательно оправилась.

Вера возобновила тренировки, но теперь они были другими — меньше физической нагрузки, больше работы с силой.

— Ты научилась отдавать, — говорила Вера. — Теперь учись восполнять.

— Как?

— Сила не берётся из ниоткуда. Ты черпаешь её из своего источника. Но источник можно пополнять. Из земли, из воздуха, из луны. — Вера указала на окно. — Лунный свет — твой главный союзник. Твой род не зря зовётся Лунным.

Дара выходила по ночам в сад, сидела под луной, впитывала серебряный свет. И чувствовала, как сила возвращается. Медленно, но, верно.

— Ты становишься сильнее, — заметил Алекс однажды ночью, когда нашёл её в саду.

— Вера говорит, я учусь.

— Вера говорит, ты делаешь успехи быстрее, чем кто-либо из её учеников. — Он сел рядом. — Она тобой гордится.

— Она никогда не говорит этого вслух.

— Она и мне не говорит. Но я знаю. — Он взял её за руку. — Дара, нам нужно поговорить.

— О чём?

— О Лютомире.

Она напряглась.

— Что с ним?

— Он прислал письмо. — Алекс достал из кармана сложенный лист. — Требует переговоров. Говорит, что хочет мира.

— После того, как напал на нас?

— Он утверждает, что это были не его люди. Что отступники действовали без его ведома.

— Ты веришь?

— Нет. — Алекс сжал письмо. — Но у нас нет доказательств. А Совет кланов требует расследования. Если мы начнём войну без доказательств, нас объявят агрессорами.

— И что ты предлагаешь?

— Встретиться. На нейтральной территории. С свидетелями из Совета. Выслушать.

— Ты поедешь?

— Мы поедем. — Он посмотрел на неё. — Без тебя нельзя. Лютомир будет требовать твоего присутствия.

— Это ловушка.

— Знаю. — Алекс вздохнул. — Но, если мы не поедем, он объявит нас трусами и получит поддержку Совета. А если поедем...

— То попадём в ловушку.

— Поэтому готовиться надо серьёзно. — Он повернулся к ней. — Дара, я не имею права просить тебя рисковать. Если ты откажешься, я пойму. Найду другой способ.

Она смотрела на него и видела — он готов принять любой её ответ. Даже если этот ответ разрушит всё, что они строили.

— Я поеду, — сказала она.

— Дара...

— Я поеду, Алекс. Потому что это наш дом. Наша семья. Наше будущее. Я не отдам его трусливому южанину только потому, что боюсь.

Он прижал её к себе так сильно, что хрустнули кости.

— Я люблю тебя, — выдохнул он. — Ты знаешь?

— Знаю. — Она улыбнулась в его плечо. — Я тоже тебя люблю. А теперь отпусти, а то задушишь.

—

Подготовка заняла две недели.

Алекс отобрал двадцать лучших бойцов. Вера настояла, чтобы поехать тоже — "присмотреть за вами, детки". Мирон и его друзья вызвались добровольцами.

— Вы слишком молоды, — возражал Алекс.

— Мы достаточно взрослые, чтобы умирать за госпожу, — отрезал Мирон. — Или вы не верите, что мы справимся?

Алекс посмотрел на Дару. Та кивнула.

— Хорошо. Едете. Но слушаться беспрекословно.

— Есть!

Дара учила их оказывать первую помощь. Не магическую — обычную, человеческую. На всякий случай.

— Если я буду далеко или без сознания, вы должны суметь спасти товарища, — объясняла она. — Жгут, давящая повязка, остановка крови. Это просто, но жизненно важно.

Волчата учились старательно. Им нравилось проводить время с госпожой, нравилось чувствовать себя нужными.

— Вы ей не просто нравитесь, — заметил Алекс как-то вечером, наблюдая за занятиями. — Вы для неё — семья.

— Мы знаем, альфа. — Мирон улыбнулся. — И мы это ценим.

—

Ночь перед отъездом Дара не спала.

Лежала, глядя в потолок, и слушала дыхание Алекса. Он тоже не спал — она чувствовала.

— Боишься? — спросил он тихо.

— Да.

— Я тоже.

— Ты? — Она повернулась к нему. — Ты никогда не боишься.

— Боюсь. За тебя. — Он привлёк её к себе. — Если с тобой что-то случится, я не переживу.

— Не говори так.

— Это правда. Ты — моя жизнь, Дара. Без тебя я просто зверь. Опасный, бешеный зверь.

— Тогда береги себя. — Она поцеловала его в грудь. — Чтобы мне не пришлось тебя спасать.

— Постараюсь. — Он усмехнулся. — Но, если что, я не против, чтобы ты меня спасла. У тебя хорошо получается.

— Дурак.

— Твой дурак.

Она улыбнулась в темноту и наконец закрыла глаза.

—

Утром караван выехал.

Пятнадцать машин, полных бойцов, припасов и оружия. Вера распоряжалась, как генерал. Алекс сидел рядом с Дарой, сжимая её руку.

— Всё будет хорошо, — шепнул он.

— Знаю. — Она смотрела в окно на проплывающие леса. — Мы вместе. Значит, всё будет хорошо.

Дорога вела на юг.

Туда, где их ждала встреча с врагом.

Туда, где решится судьба не только их любви, но и всего северного клана.