Право Хищника

Угроза

Медовый месяц длился ровно три дня.

На четвёртый утром в дверь спальни вломилась Вера без стука, и Дара едва успела натянуть одеяло до подбородка.

— Мама! — рявкнул Алекс, прикрывая Дару собой. — Совсем страх потеряла?

— Страх я потеряла лет тридцать назад, — отрезала Вера, даже не смутившись. — Одевайтесь оба. Проблемы.

— Какие проблемы?

— Южане прислали делегацию. Требуют встречи с альфой и Лунной кровью.

Алекс замер. Дара почувствовала, как напряглись его мышцы.

— С какой целью?

— Говорят, мирной. Но у них с собой полсотни бойцов, и все расположились на нашей границе.

— Не пускать.

— Нельзя, Алекс. — Вера покачала головой. — Если мы их не примем, это будет объявлением войны. А мы к войне не готовы. Треть наших волков ещё восстанавливаются после прошлого нападения.

— Восстанавливаются благодаря кому? — Алекс кивнул на Дару. — Ей. Которую они теперь хотят увидеть. Думаешь, просто так?

— Думаю, не просто. — Вера вздохнула. — Но выбора нет. Принимать придётся. И тебе, Дара, придётся быть там.

Дара села в кровати, прижимая одеяло к груди.

— Я справлюсь.

— Ты даже не знаешь, что от тебя хотят.

— Но ты же будешь рядом? — Дара посмотрела на Алекса.

— Всегда.

—

Час спустя она стояла в большом зале, одетая в тёмно-синее платье, которое Вера настоятельно рекомендовала как "достойное, но не вызывающее". Волосы убраны в высокую причёску, на шее — метка, которую не скрыть ничем.

Рядом — Алекс. Огромный, спокойный, надёжный.

Напротив — делегация южан.

Их предводитель оказался неожиданно молодым. Лет тридцать, не больше. Светловолосый, голубоглазый, с лицом, которое у человеческих женщин называли бы "ангельским". Но Дара чувствовала — за этой внешностью скрывается хищник. Опасный, расчётливый.

— Альфа Алекс, — южанин склонил голову в поклоне, но глаза остались холодными. — Благодарю за приём. Я Лютомир, альфа южного клана.

— Лютомир. — Алекс не двинулся с места. — Что привело тебя на север?

— Слухи. — Лютомир улыбнулся, и улыбка не коснулась глаз. — Говорят, северный клан обрёл истинную пару альфы. Говорят, она — Лунная кровь. Я пришёл убедиться своими глазами.

— Убедился. — Алекс чуть подвинулся, открывая Дару, но оставаясь между ней и гостем. — Можешь возвращаться.

— Не торопись, северный. — Лютомир шагнул вперёд, и стражи за его спиной напряглись. — Лунная кровь — не просто твоя личная собственность. Это наследие всех кланов. Наша общая история.

— Это моя жена, — отрезал Алекс. — И единственное, что вас с ней связывает — это то, что вы на неё охотились. Я не забыл ту ночь, Лютомир. Запах твоих людей до сих пор в моём доме.

— Моих людей? — Лютомир поднял брови. — Ты ошибаешься, северный. Те, кто напал на вас, — отступники. Изгои, не подчиняющиеся ни одному клану. Я пришёл предложить союз против них.

— Союз?

— Мы получили сведения, что они готовят новое нападение. Хотят захватить Лунную кровь любой ценой. — Лютомир перевёл взгляд на Дару. — Вам нужна защита. Мы можем её дать.

— У нас своя защита.

— Её недостаточно. Вы видели, на что они способны. В прошлый раз они прорвались почти к самому дому.

Алекс молчал. Дара чувствовала его ярость, но он держал себя в руках.

— Что ты предлагаешь? — спросил он наконец.

— Обмен. Мои воины помогут защищать границы. Взамен я хочу изучить природу Лунной крови. Это же чистая наука, ничего личного. Несколько анализов, наблюдений...

— Нет.

— Алекс... — начал Лютомир.

— Я сказал нет. — Алекс шагнул вперёд, и воздух в зале будто сгустился. — Никто не будет "изучать" мою жену. Никто не будет к ней прикасаться. Никто не будет её даже близко видеть без моего разрешения. Ты хотел убедиться, что она существует? Убедился. А теперь убирайся с моей земли, пока я не забыл, что мы не воюем.

Лютомир смотрел на него долго. Потом улыбнулся — той же холодной улыбкой.

— Ты делаешь ошибку, северный.

— Это моя ошибка.

— Что ж. — Лютомир развернулся, но на пороге остановился. — Передавай привет своей жене, Алекс. Береги её. Такие, как она, долго не живут.

Он вышел.

Дара выдохнула, чувствуя, как дрожат колени.

— Алекс...

— Тихо. — Он обернулся, притянул её к себе. — Он ушёл. Всё хорошо.

— Он вернётся.

— Вернётся. — Алекс погладил её по спине. — Но не один. И мы будем готовы.

—

Ночью Дара не могла уснуть.

Ворочалась, слушая дыхание Алекса, и думала о словах Лютомира. Такие, как она, долго не живут.

— Не спишь? — тихо спросил Алекс.

— Ты тоже.

— Я чувствую твою тревогу. Что случилось?

— Он прав, — прошептала она. — Такие, как я, долго не живут. Мой род уничтожили. Всех, кроме меня. Почему я должна быть исключением?

Алекс сел, зажёг свет. Взял её лицо в ладони.

— Посмотри на меня.

Она подняла глаза.

— Ты не просто Лунная кровь. Ты — моя пара. Моя жена. Часть северного клана. За тобой — я, моя мать, сотни волков, которые будут драться за тебя до последнего. Ты не одна.

— Но если они придут...

— Пусть приходят. — В его глазах вспыхнуло золото. — Мы встретим. И победим. Потому что у нас есть ты. А у них — только жадность.

Дара смотрела на него и верила. Потому что не верить этому человеку было невозможно.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Я знаю. — Он улыбнулся. — И это моё главное оружие.

—

Утром Вера собрала совет.

— Лютомир не уйдёт просто так, — сказала она, расхаживая перед старейшинами. — Он захочет взять реванш. Вопрос — когда и как.

— Предлагаешь ударить первыми? — спросил один из старейшин.

— Предлагаю подготовиться. Укрепить границы, выставить дополнительные дозоры, обучить бойцов работе против нескольких противников сразу.

— Это займёт месяцы.

— У нас есть месяц. — Вера остановилась. — Лютомир не рискнёт нападать зимой. Слишком рискованно для южан. Значит, у нас есть время до весны.

— Четыре месяца, — подвёл итог Алекс. — Меньше, чем хотелось бы. Больше, чем ничего.

Дара слушала и чувствовала, как внутри разрастается решимость. Она больше не будет прятаться. Она будет сражаться. За себя. За Алекса. За свой новый дом.

— Я могу помочь, — сказала она, вставая.

Все обернулись.

— Чем? — нахмурилась Вера.

— Я Лунная кровь. Я могу исцелять. — Дара говорила твёрдо, хотя сердце колотилось. — Обучите меня защищаться. Обучите драться. А я буду учиться лечить быстрее, эффективнее. Чтобы ни один северянин не погиб из-за того, что ему вовремя не помогли.

В зале повисла тишина.

Потом самый старый старейшина — тот, что принимал её в Совете — улыбнулся.

— В ней точно кровь основателей, — сказал он. — Та же отчаянная храбрость. Алекс, твоя жена — сокровище.

— Я знаю, — усмехнулся Алекс, глядя на Дару с такой гордостью, что у неё перехватило дыхание. — Знаю.