Попала! Замуж за злодея (СИ)

8. Супружеский долг

Мэрион.

Надежды Алисии на отдых после долгого трудового дня не оправдались. Из-за приказа Даркнайта она была вынуждена в спешном порядке собирать вещи. Фрейлины суетливо бегали из угла в угол, в то время как сестра лишь театрально вздыхала, выпивая одну чашечку чая за другой и уминая закуски, которые любезно доставили прямо в её покои по распоряжению герцога Блэка.

Первым порывом сестры было отказаться и гордо отослать всё назад, но голод оказался сильнее чувства собственной важности.

— То, что он сделал, никуда не годится! — вещала Алисия, удерживая двумя пальчиками профитроль с пряным фаршем. — Он просто невозможен! Эйдан бы никогда так не поступил! Я всё расскажу мужу, Блэк ещё пожалеет о своей дерзости!

— Какой он? — спросила я, желая сменить тему.

— Кто? — нахмурилась сестра.

— Принц Эйдан, — ответила тихо, так, чтобы фрейлины не услышали.

Надо было видеть ту моментальную перемену, которая произошла в лице сестры. Складка между бровями исчезла, уголки губ поднялись, а в глазах зажегся мечтательный свет.

— Он потрясающий! — даже голос Алисии стал другим, мелодичным и мягким. — Он великодушен и милосерден. В его словах вековая мудрость. Я учусь у него каждый день и каждый день благодарю Светлого Бога за то, что этот великий человек выбрал меня в свои спутницы.

— Звучит чудесно.

— Ты обязательно должна с ним познакомиться! — сестра задумчиво провела пальчиком по губам. — Зимний бал станет отличным поводом! Я всё устрою! Пришлю вам приглашение за подписью короля, тогда Блэк не посмеет отказаться! Так что мы расстаёмся ненадолго, обещаю!

Вещи давно были собраны, а мы с Алисией ещё долго шептались, лёжа в кровати на соседних подушках. А утром сестра уехала. Её экипаж с королевским гербом давно скрылся за воротами замка и миновал подвесной мост, а я ещё долго стояла на крыльце с прямой спиной, глядя ей вслед.

И только когда на щёки упали редкие капли дождя, вернулась в замок. День прошёл, словно во сне. Когда прибирали гостевые покои, нашли несколько забытых сестрой вещей. Я распорядилась упаковать их и принести к себе. Фрейлины что-то спрашивали. Я что-то отвечала. Настало время ужина.

Непривычно было идти в главный зал одной. Нет, за спиной, конечно, раздавались шаги фрейлин, но… бросила грустный взгляд в сторону, где обычно шла сестра. Теперь всё иначе.

— Её Светлость герцогиня Блэк! — объявили громко.

Уверенность, Мэрион, уверенность! Повторяла про себя. Никто не должен заподозрить, что тебе страшно до чёртиков, непривычно или неловко. Вспомни, как держалась Алисия, и делай так же! Подняла голову и уверенным шагом прошла мимо людей, склонившихся в поклонах. Села на своё место. С тоской отметила пустой стул сестры. В остальном же всё как обычно. Илона, Дарина, Брюс, Джейк, жрец… герцог Блэк.

После вчерашней гневной отповеди супруг не замечал меня. Он беседовал со жрецом, с рыцарями, с каким-то пожилым господином, не обращая на меня ни малейшего внимания. И я понемногу расслабилась. Следуя примеру фрейлин, с аппетитом поела и даже имела неосторожность слишком громко рассмеяться рассказанной Илоной шутке, о чём тут же пожалела, поймав на себе прожигающий взгляд чёрных глаз напротив:

— Ваша Светлость, — громко сказал герцог, чеканя каждое слово, за столом тут же сделалось тихо. — Прошу Вас ожидать меня в своих покоях.

Взгляды всех присутствующих сошлись на мне. Я ощутила, как щёки сделались пунцовыми. Что за варварский обычай — ставить всех в известность о том, что собираешься переспать с женой? Стараясь, чтобы подбородок не слишком дрожал, кивнула, глядя на серебристые пуговицы на камзоле Даркнайта, и поднялась. Мы с фрейлинами покинули зал.

На этот раз я отпустила девушек заранее. Подошла к зеркалу, задумчиво посмотрела на своё отражение, убеждаясь, что всё в порядке. Задержала дыхание, услышав, как открылась дверь. Герцог Блэк уверенно вошёл в мою спальню и остановился по другую сторону кровати. Я обернулась и сделала то, на что не решалась целый вечер. Посмотрела ему прямо в глаза.

Даркнайт.

Прищурился, внимательно рассматривая жену, не понимая до конца, что не так. Но что-то определённо было не так. Хм.

Прошёл в комнату, легко подхватил стоящий у стены стул, поставил его перед кроватью, на которую опустился сам. Показал рукой на стул и взглянул на жену:

— Сядь.

Если Мэрион и удивилась, то виду не подала. Осторожно подошла и сделала, как сказал. Подался вперёд, упираясь локтями в колени, намеренно приближаясь к ней, готовый тут же впитать её легко предсказуемый страх. Хм. Мэрион не боялась. Лишь чуть напряглась, сильнее выпрямляя спину, но не сдвинулась с места.

И в чём подвох? Остатки влияния гордячки-сестры? Наклонил голову, медленно протянул руку и коснулся её щеки, не понимая толком, с чего вдруг решил снизойти до столь щедрой порции ласки, не способной оживить эти мёртвые отношения. И снова ошибся.

Скромница Мэрион вздохнула, прикрыла глаза и потёрлась щекой о мою ладонь, словно ластящаяся кошка. А в следующий миг её пальчики накрыли мою руку, и по предплечью будто пробежала искра.

Отдёрнул руку и резко встал. Сжал ладонь в кулак и спрятал за спиной, пытаясь понять, что это только что было? Мэрион тоже встала. Ночная рубашка зацепилась за стул и обнажила её ноги выше колена. Взгляд жадно скользнул по её щиколоткам. В горле пересохло. Что здесь творится, хаос её раздери? Ведь это Мэрион! Блёклая улитка, скучная до зевоты! Открытая книга, в которой даже первую страницу было лень перевернуть!

Раздражённо посмотрел на неё и растерялся. Её глаза горели обидой и… вызовом? Сроду такого не было! Но теперь уже недостаточно было просто уложить её в постель. Мне вдруг потребовалось убедиться, что всё случившееся лишь примерещилось. Надо вернуть всё как было, привычно и понятно. Прошёлся по комнате и сказал:

— Ты хотела поговорить.

— Я? — моргнула несколько раз.

Приподнял бровь, не желая помочь ей вспомнить недавний разговор, но жена справилась и сама:

— А, ты об этом.

Она одёрнула ночную рубашку и тоже прошлась по комнате, чему-то улыбаясь и накручивая на палец волосы, затем очертила кончиком пальца нижнюю губу, словно что-то обдумывая.

В ответ на этот её невинный жест в паху прострелило желанием, но я тут же убедил себя, что дело не в ней, а в том, что я давно не был с женщиной. Хаос его разбери, как так вышло, но ведь и впрямь — две ночи подряд спал один. Пожалуй, хватит болтать, сразу было понятно, что Мэрион не для этого. Уже открыл было рот, чтобы приказать ей ложиться, но жена опередила:

— В прошлый раз ты сказал, что тебе нужен наследник, чтобы укрепить права на трон.

— И?

— Возможно, я не вполне понимаю…

— Что здесь можно не понимать?

Скрестил руки на груди и смотрел исподлобья. Разговор начал утомлять, но, хаос с ней, раз речь о детях, лучше сразу растолковать этой недалёкой женщине все непонятности. Мэрион сказала:

— Герцогство Блэк входит в состав королевства Диамант.

— К сожалению.

Мэрион кивнула и продолжила:

— Принц Эйдан, — услышав ненавистное имя, я поморщился, — наследует трон королевства.

Вместо ответа я пожал плечами, не соглашаясь, но и не споря. Мэрион облегчённо рассмеялась:

— Выходит, ты имел в виду трон герцогства Блэк! А я уже было подумала…

— Нет.

— Что, прости?

Усмехнулся, с наслаждением наблюдая, как улыбка медленно сползла с её лица.

— Ты подумала правильно.

— Но… как это возможно?

— Следующий после Лайтнессов в очереди на трон — я.

— Но король…

— Жалкий старик!

— Но принц Эйдан…

— Не обзавёлся наследником!

Мэрион сердито сжала кулачки и подошла ко мне вплотную. Её губы подрагивали, а голос звенел от гнева:

— Они с Алисией молоды и у них всё впереди!

Глядя на неё свысока, процедил:

— Не всем обещана долгая жизнь, особенно если в дом приходит война.

Мэрион потрясённо ахнула, но мне было плевать, что у неё в голове. В кои-то века меня интересовало то, что у неё под одеждой. Взгляд скользнул к очертаниям её груди, проступившей под тонкой тканью рубашки напряжёнными вершинками, и это стало последней каплей.

— Довольно болтовни.

Одной рукой грубо сдавил её плечо, второй дёрнул завязки на ночной рубашке, остро чувствуя животное желание добраться до плоти. Лёгкая подсечка, вскрик Мэрион и тяжесть её тела у меня на руках. В пару шагов донёс её до кровати и швырнул на постель. Сдёрнул с плеч камзол и отбросил его в сторону. Стоя в изножье кровати, не спускал глаз с испуганной жены, чувствуя, как привычная внутренняя тьма завладевает сознанием.

Мэрион приподнялась на локтях и попыталась отползти назад, к подушкам. Стальным капканом сомкнул ладонь у неё на лодыжке и дёрнул обратно, тут же наваливаясь сверху, впиваясь губами в её шею, жадно втягивая ноздрями её цветочный запах, какой-то другой, непривычно новый. Нетерпеливо задрал её ночную рубашку в отчаянной жажде обладать этой женщиной здесь и сейчас.

Мэрион.

Взмахнула руками, теряя равновесие, и не сразу поняла, что происходит, пока Даркнайт не швырнул меня на кровать. Приподнялась на локтях и взглянула на мужа. С ним творилось что-то странное.

Угольно-чёрные глаза потемнели ещё больше. Я прищурилась, пытаясь вспомнить, где я видела этот его взгляд? Вдруг в горле встал ком, а внутри похолодело. Даркнайт отбросил пиджак, и я увидела, как от его кожи в вырезе рубашки и сквозь её тонкую ткань проступают чёрные всполохи. Как у шепчущих…

Вспомнилось моё видение, в котором Даркнайт походил на всадника Апокалипсиса и слова сестры.

Его душа принадлежит тьме. Шепчущие были созданы для того, чтобы повиноваться Блэку, и они просто ждут, когда хозяин призовёт их, чтобы повести на живых.

Я не желала думать, что это случится! Я верила, что он не такой, что ещё можно успеть всё исправить… ошибалась! В ужасе попыталась отползти назад, отодвинуться как можно дальше.

Вскрикнула, когда меня дёрнули обратно. Даркнайт навалился сверху. Его губы впивались в шею совсем не нежно, будто он намеренно желал причинить боль. Его щетина раздирала кожу, царапала.

Абсурд, но часть внутри меня призывала покориться и позволить ему всё. Ведь я так этого хотела, так жаждала его внимания, и вот он здесь, со мной. Его горячее дыхание распаляло, его наглые руки, шарящие под одеждой, возбуждали, заставляли забыть… забыть обо всём. Прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, вернуть контроль… вышло так себе.

Его рука скользнула вверх по бедру, больно сжав ягодицу. Я простонала и изогнулась в ответ, позволяя ему оказаться между бёдер.

Твоя болезнь, Мэрион! Она началась сразу же после ночи с герцогом. Он виноват в том, что с тобой случилось! Только он!

Звонкий голос Алисии разорвал дурман. Широко распахнула глаза. Даркнайт приподнялся на руках, неотрывно глядя на меня. Его лицо так близко. Мне не померещилось, увы: белки глаз герцога были абсолютно чёрными, как и тогда в моём видении…

А вдруг, Алисия была права и мне с ним нельзя? Я не хочу умирать, я только начала опять жить!

Поздний дар, редкий, мы называем его искрой Светлого Бога. Квинтэссенция света, противник тьмы.

Квинтэссенция света, противник тьмы. Квинтэссенция света, противник тьмы.

Слова, сказанные ведьмой, крутились в мозгу, словно юла. Мелькали разные картинки.

Давление в промежности усилилось. Я ничего не могу сделать. Сейчас, сейчас всё случится…

— Нет!

Упёрлась ладонями Даркнайту в плечи, отталкивая не столько его, сколько враждебную тьму. Прочь от себя! Время словно остановилось. Я завороженно смотрела, как мои руки примяли ткань его рубашки, которую он так и не снял, чувствуя подушечками пальцев стальные мышцы груди. Словно в трансе, наблюдала, как фаланги моих пальцев облепляет чёрный туман, который струится из тела герцога Блэка.

Даркнайт замер, не ожидая отпора в такой пикантный момент, когда, казалось, всё решено. Его рот дёрнулся в знакомой усмешке: герцог Блэк не привык отступать, он не желал меня слышать, и я испугалась, впервые за этот вечер по-настоящему.

Почувствовала себя беззащитной никчёмной овцой, отданной на заклание. Зажмурилась и крикнула:

— Нет! Я не хочу… Не так!

И в этот миг в груди что-то вспыхнуло, молнией метнулось от центра солнечного сплетения по плечу, предплечью к ладоням. Совсем как в тот раз, когда меня коснулся шепчущий. Даркнайт отпрянул. Моргнул и теперь смотрел на меня расширенными в ужасе глазами. Нормальными глазами:

— Ты что? — рявкнул он. — Хаос тебя раздери! Что с тобой не так?

Он мигом привёл одежду в порядок и теперь обходил кровать, не рискуя приблизиться слишком близко.

— Я задал тебе вопрос, Мэрион! Что ты сделала сейчас? Что это было?

Его голос гремел на всю спальню. Я подтянула ноги к груди, обхватив их руками, и вжала голову в плечи:

— Я не знаю. Я не знаю, как это вышло.

Даркнайт зло прищурился:

— Ты лжёшь! — он прошёлся по комнате. — Если выяснится, что ты скрыла какой-то опасный дар…

— Я ничего не скрывала! Я… я не знала!

— Посмотрим, — зло процедил герцог.

Даркнайт развернулся, вышел из спальни, но, прежде чем я успела вздохнуть с облегчением, услышала его голос:

— Моего личного лекаря сюда, Бивера! Срочно! И пошлите за жрецом!

Чувствуя, как по телу побежали мурашки, нервно прикусила кончик ногтя. Сейчас герцог Блэк узнает, что у меня редкий дар, искра, мать его, Светлого Бога. Квинтэссенция света, противник тьмы. Дар, который с ним не совместим. И что тогда будет?