Попала! Замуж за злодея (СИ)

25. Её выбор

Мэрион, месяц спустя.

Взглянула напоследок на низкое серое небо и переступила порог замка. Сколько мы не видели солнца? Кажется, что никогда. Кажется, солнце осталось в другой жизни, далёкой и мирной. Была ли она когда-то? Или просто нам снилась?

Не было больше прошлого. Не было будущего, всё запуталось, стало туманным. Только настоящее, здесь и сейчас.

Сбросила плащ на руки лакею и двинулась вглубь непривычно тихого и пустого замка, погружённая в свои мысли.

Мир сошёл с ума, перевернулся с ног на голову. Тревога и неуверенность стали обычным состоянием для меня и тысяч других жителей герцогства. Никто не говорил этого вслух, но тягостные настроения витали в воздухе, читались на лицах людей.

Развязанная герцогом Блэком война была сродни огромной пиявке, высасывающей все жизненные соки из наших земель.

Принялась подниматься по ступеням наверх, ведя ладонью по гладким перилам. Как я не заметила, как не рассмотрела его намерения? Не отговорила, не исправила? Хотя могла ли? Даркнайт никогда не слушал меня.

Прошла мимо стражи и толкнула дверь. Склонившаяся над кроватками Лушка вздрогнула и обернулась. При виде меня её лицо смягчилось. Я прошла в ванную тщательно вымыла руки, затем вернулась к кроваткам, в которых сладким сном спали два пухлощёких ангелочка.

Служанка прошептала:

— Как дела в больнице, Ваша Светлость? Выглядите уставшей, простите, — служанка покраснела и потупила взгляд.

Я покачала головой и провела рукой по волосам:

— Не извиняйся. Я и в самом деле устала, зато счастлива, потому что сегодня многих раненых окончательно поставили на ноги, а новых не привезли.

— Вы совсем себя не бережёте, госпожа…

Я остановила её жестом:

— Не будем об этом. Лучше расскажи, как дети?

— Недавно уснули, Ваша Светлость, отдохните, пока есть время.

— Как они вели себя без меня? — тихо спросила я, лаская взглядом тёмные завитки волос.

Совсем как у отца, подумалось мне, и тоска сдавила сердце.

— Малышка Изабелла ангел, играла своими кулачками, потом уснула, — принялась с улыбкой отчитываться Лушка. — Роберт капризничал, может, животик болел, а может, характер просто такой.

— Характер не сахар, — хмыкнула я и подумала про себя, что есть в кого — в папочку, конечно же.

Даркнайт, где же ты? Зачем? Чего тебе не хватало? Заставила себя прислушаться к тому, что говорила Лушка:

— Угомонился только недавно, поэтому думаю, что проспит подольше. Ах, да, госпожа, чуть не забыла!

Я повернула голову и вопросительно подняла бровь. Лушка продолжила:

— Господин Бивер приехал!

— Что? — ахнула я. — Когда? Один? Он сказал что-то о герцоге?

— Нет, — Лушка замотала головой, — он искал вас! Сказал, у него важное дело!

— Я немедленно пойду к нему!

— Конечно, Ваша Светлость! Когда дети проснутся, я пошлю за вами!

Я не слышала, что ещё говорила служанка. Вылетела из комнаты и побежала по коридору, не волнуясь о том, что подумают слуги и стража. Скорее! Вниз по лестнице, длинный коридор, да когда же он закончится?!

Без стука распахнула дверь в приёмный покой и на мгновение застыла на пороге. Дверь, ведущая в комнату для больных, вдруг захлопнулась, вероятно, от возникшего сквозняка. В нос ударил запах микстур и трав, а взгляд зацепился за сгорбленную фигуру в пыльной тёмно-серой мантии, склонившуюся над толстой книгой, лежащей на столе.

Человек поднял на меня потухший взгляд. Он изменился: под глазами залегли тёмные круги, да и морщинок стало заметно больше. По всей видимости, для блестящего учёного и личного лекаря Его Светлости герцога Блэка этот месяц выдался не самым простым.

Секунду мы смотрели друг на друга, а затем я бросилась вперёд навстречу и порывисто обняла своего наставника. Лекарь неловко похлопал меня по спине. Я отстранилась и снова всмотрелась в его лицо:

— Бивер!

— Ваша Светлость.

— Ну, как вы?

— Милостью Светлого Бога я до сих пор топчу эту землю.

— Пусть его милость будет вечной, — с готовностью кивнула я, затем спросила о том, о чём больше не было сил молчать. — Как он? Как герцог?

Я напряжённо всматривалась в лицо старого друга, пытаясь по ответной реакции понять правду раньше, чем это скажут слова. И то, что я увидела, мне не понравилось.

— С ним всё хорошо?

— О, да, Мэрион, не беспокойтесь.

Из груди вырвался вздох облегчения. Я обошла стол, ведя рукой по его шероховатой деревянной поверхности, затем услышала:

— Армия герцога Блэка и ронрагов заняла все окрестные земли.

— Да, я знаю.

— И на днях дошла до королевства Диамант.

Я обхватила себя за плечи и внутренне сжалась, страшась услышать новости.

— Но получила там отпор и была отброшена.

Я резко развернулась к нему. Бивер успокаивающе поднял ладони:

— С вашим мужем всё в порядке.

— Слава Светлому Богу!

— Чего не скажешь о значительной части войска.

Я нахмурилась и коснулась ладонью лба:

— Значит, скоро привезут раненых, я должна подготовить больше мест…

— Герцог Блэк понёс большие потери. Королевская армия и войска союзников движутся сюда.

Я сдавила виски и принялась ходить вокруг стола:

— Мы должны развернуть военный госпиталь в храме, больница не справится, она просто физически не вместит больше человек. Но жрецы другое дело, они должны помочь, и как я раньше не догадалась?

— Мэрион? Мэрион!

Я вздрогнула, и только сейчас поняла, что Бивер сдавил мои плечи и хорошенько встряхнул, заставив замолчать и посмотреть на него.

— Герцог Блэк разгромлен, — повторил он.

— Ох, — выдохнула я. — Значит, война позади и всё самое страшное кончилось?

Мужчина горько усмехнулся:

— Боюсь, что самое страшное ещё даже не начиналось.

— Что? — прохрипела я, чувствуя, что горло сдавило тугим обручем. — О чём вы?

— Ваш муж не умеет проигрывать.

— Я знаю, но что ещё ему остаётся, если его армия уничтожена?

— Армия людей — да, но есть и другие силы. Понимаете, о чём я, Мэрион? Вы понимаете, я знаю.

— Нет, — прошептала я, не желая признавать догадку.

— Да, — безжалостно сказал лекарь, — я о шепчущих. Герцог Блэк ни перед чем не остановится, чтобы победить, вам ли не знать? Когда зло из Чёрной пещеры будет выпущено на свободу, миру людей придёт конец, Мэрион. Герцог Блэк это сделает — в этом у меня нет сомнений. Он истинный сын своей матери, злобной чёрной ведьмы, он закончит начатое ею, в этом даже не сомневайтесь.

Я не сомневалась. Я видела будущее и знала, что да — Даркнайт способен на страшное, он пойдёт до конца. Бивер взглянул на меня пристально и сказал:

— Только один человек может остановить неизбежное, уничтожить тьму и вернуть свет.

— Кто же?

Дверь, ведущая в комнату для больных, вдруг открылась. Мне пришлось ухватиться за край стола, чтобы сохранить равновесие, когда я увидела, кто из неё вышел.

Я смотрела во все глаза и не могла поверить в происходящее. До боли знакомый голос произнёс:

— Ты, Мэрион. Ты убьёшь герцога Блэка.

— Ты в своём уме, дорогая сестра? — спросила я, глядя на Алисию, словно на сумасшедшую.

Радости от внезапной встречи не было, я вообще разучилась чувствовать что-либо в последнее время.

— Кроме тебя никто не сможет подойти к нему достаточно близко, — хладнокровно произнесла она.

Ну, это уже слишком!

— Как тебе только в голову пришло предлагать мне это?

Я переводила взгляд с лекаря на сестру, и тут вдруг до меня дошло:

— Вы заодно? Вот оно что! Вот откуда король всегда знал, что у нас здесь происходит, это всё вы! — я ткнула пальцем в лекаря. — А ведь Даркнайт меня подозревал!

Бивер молчал, я потрясённо покачала головой:

— И в тот раз в военном лагере, когда вас хаос знает, где носило больше суток — всё это было сделано намеренно!

— Да, Мэрион, — сказала Алисия, — то был не просто клинок, а оружие, несущее светлую магию, очень древнее и мощное оружие. Мы всё просчитали.

— Мы? — ахнула я.

— Мы, — кивнула сестра. — Есть и другие, кто видит угрозу в самом существовании потомка чёрной ведьмы, кто не забыл, каким родился Блэк, кто видит его насквозь. Мы всё просчитали. У Блэка не было шансов, он должен был сдохнуть ещё тогда, скольких жертв удалось бы избежать, сама подумай!

— Но вам помешали, — горько усмехнулась я.

— Да, — кивнула Алисия, — ты появилась из ниоткуда в военном лагере и всё испортила. Я была вне себя от злости, когда узнала.

— Уж прости, — ядовито заметила я.

— План пришлось менять. Король пригласил вас на Зимний бал, как я и обещала. Признаться, поначалу я растерялась, когда увидела, что ты беременна. Умеешь же ты удивлять, солнце моё, только не так, как хотелось бы! Как бы то ни было, я решила не отступать от намеченного плана. Я спрятала клинок в складках платья и выманила Блэка на террасу. Коварное нападение, неизвестный успел уйти, какая жалость!

— Тебя бы раскрыли!

— Слово принцессы никто не станет проверять, а Даркнайт говорить уже бы не смог!

— Но ведь я тоже была там, я бы снова спасла его!

— Нет, Мэрион, — грустно улыбнулась Алисия, — не только тьма способна отравлять, свет тоже. Второй раз стал бы для Блэка смертельным, и даже ты ему бы не помогла, просто не успела бы, ещё секунда, и я бы сделала задуманное, но…

— Но я тебе помешала. Снова.

Я обхватила себя руками за плечи и хмуро взглянула на девушку, которую совсем не знала, как выяснилось.

— Зачем ты здесь сейчас, Алисия? Я не отступлюсь. Я люблю его.

— О, Светлый Бог, Мэрион, да что ты знаешь о любви! Ты всё придумала!

— Не вижу смысла говорить с тобой.

Я развернулась и сделала несколько шагов, когда услышала голос лекаря:

— Ваша фрейлина тоже любила его, и куда её привела эта любовь?

Я обернулась и прищурилась:

— При чём здесь леди Вайолет?

Бивер горько улыбнулся и сказал:

— Помните, вы спросили меня, сталкивался ли я с чем-то подобным в своей практике, Мэрион? Я тогда ответил, что был один случай, и я не смог помочь. Я действительно не смог помочь, ведь вы выкарабкались сами, моей заслуги в том не было. Да-да, у леди Вайолет те же симптомы, один в один, и она тоже была близка с герцогом, как мы все знаем. Полагаю, ваше чудесное исцеление объясняется проснувшимся даром, Искрой Светлого Бога, именно он излечил вас от тьмы. Вашей фрейлине повезло меньше, она держалась чуть дольше, но не обладала даром, способным противостоять отравляющей силе тьмы. Тьма разрушает всё, к чему прикасается, рано или поздно. Подумайте о своих детях. Вы уверены, что им ничто не угрожает?

Удар попал точно в цель, и оба моих собеседника поняли это, увидели в моих глазах. Алисия тут же оказалась рядом, приобняла за плечи и мягко увлекла во вторую комнату, подвела к окну и прошептала на ухо:

— Видишь вон там огни?

Она показала рукой вдаль за холмы, и я действительно увидела тысячи мерцающих огней. Кивнула, чувствуя в горле комок. Сестра продолжила:

— Там стоит армия короля и союзников, они ждут приказа к наступлению, но мы с принцем не хотим напрасных жертв, их и так было слишком много. Любая война жестока, она сметает всё на своём пути и оставляет много душевных ран. За всеми этим огнями в холмах, в домах мирных жителей — сердца и судьбы. Мы победим, но какой ценой, Мэрион? — губы Алисии щекотали мочку уха, ласковый голос шептал. — Ты можешь всё исправить, родная, один удар, точно в сердце, вот сюда, и всё будет кончено. А если нет…

Алисия вздохнула и молча протянула мне до боли знакомый клинок с символом солнца, смертельное оружие против герцога Блэка.

Мы стояли с ней рядом и смотрели в окно, на мерцающие огоньки меж холмов. Огоньки начали расплываться — в глазах сделалось мокро. Бивер добавил дежурным тоном:

— Народ любит вас, Мэрион, он вас поддержит. Ваш сын будет объявлен наследником, до его совершеннолетия править будете вы, при помощи Совета. Всё наладится, забудется, вот увидите. Другого выхода нет, вы и сами знаете это.

Знаю.

Я покормила детей, затем долго лежала с ними на кровати, не желая выпускать из рук. Старалась запомнить каждый завиток волос, каждую складочку на пухлых ножках, черты лица, улыбки, смех, словно в последний раз.

И только когда за окном начали сгущаться сумерки, я переложила их в кроватки и вышла из комнаты, не оглядываясь.

Мы втроём: я, Бивер и Алисия, выехали из замка. Небо окрасилось в чернильный цвет, в лицо летел колючий снег с дождём. Я пожалела, что не надела перчатки.

Когда мы проезжали через военный лагерь, к нам присоединился принц Эйдан. Он сухо приветствовал меня и переглянулся с Алисией, остаток пути мы проделали в молчании. Я не спрашивала, куда мы едем, куда же ещё — все дороги вели к ней, Чёрной пещере. Здесь началась эта тёмная история, здесь она и закончится.

Погода портилась. Сверкнула молния, распарывая небо напополам, выхватывая из тьмы силуэты воронов, нервно бьющих крыльями. Я вздрогнула от раската грома и огляделась по сторонам. Ни одного шепчущего вокруг, хотя сейчас самое время им появится, но нет.

На входе в горное ущелье нам преградил путь отряд рыцарей. Двоих из них я сразу узнала: Брюс Вайолет и Джейк Ворн.

— Дорогу! — приказал Эйдан.

— Никто не проедет, — ответил Брюс равнодушным чужим голосом.

— Именем короля! — крикнул принц.

Вместо ответа рыцари Даркнайта обнажили мечи. Звук стали, выходящей из ножен, встряхнул меня, заставил выйти из странной апатии, в которой я пребывала вот уже несколько часов.

— Пропустите только меня, — сказала я, выезжая вперёд.

— Нет, Мэрион! — ахнула сестра, пытаясь схватить меня за руку и удержать.

Брюс Вайолет удивлённо посмотрел на меня и нахмурился, но я успела разглядеть сомнение в его глазах. Я сказала:

— Я должна увидеть его, Брюс, это важно, — и добавила тихо. — Прошу.

Брюс Вайолет опустил меч.

— Это опасно, Ваша Светлость, — подал голос Джейк Ворн.

— Я должна, понимаете? Должна увидеть его перед тем, как… Разве вам кто-нибудь запрещал видеть сестру?

Наши взгляды с Брюсом встретились, он отвёл взгляд и отступил в сторону:

— Вы одна.

— Спасибо.

— Это безумие, Мэрион! — крикнула Алисия, пытаясь прорваться за мной следом, но принц Эйдан удержал её.

— Не нужно, милая, она справится.

Они продолжали о чём-то спорить, но я не слушала, направила лошадь вперёд, вглубь ущелья.

Его высокие отвесные стены уходили в небо, едва ли не смыкаясь над головой. Пахло тьмой, я её чувствовала. Страха не было, лишь холодная решимость сделать всё, что должна. Всё, что в моих силах.