Парфюмерша из Ведьминой Хижины: путь к свободе

Глава 17:(Часть 2): Что было дальше?

Тем временем в хижине повисла тишина.

Лео остановился на пороге, когда переступил его и увидел весь этот хаос: внутри него что-то резко оборвалось. Он шагнул дальше и теперь стоял посреди апокалипсиса, сжимая кулаки так сильно, что казалось, вот-вот хрустнут суставы. Его взгляд метался по опрокинутым полкам, разбитым флаконам, из которых сочились разноцветные лужицы с подозрительным запахом, и по растоптанным грязными сапогами травам. Лео дышал тяжело, грудь его ходила ходуном, а в голове пульсировала одна-единственная мысль.

Он резко обернулся, впиваясь взглядом в полумрак, в поисках хоть чьей-то тени. И нашел. В углу, на обломках некогда изящной этажерки для сушеных грибов, сидел Жнец. Кот сидел неподвижно, поджав переднюю лапу, на суставе которой алела свежая, сочащаяся царапина. Выглядел он при этом сосредоточенным и мрачным, словно мысленно просчитывал сложнейшую шахматную партию с крайне неприятным соперником.

– Где Алиша? Что произошло? – вырвалось у Лео. Голос сорвался, прозвучав глухим рыком загнанного зверя. Он сделал порывистый шаг вперед, и под сапогом хрустнуло стекло. – Кот! Я спрашиваю, где она?!

Жнец медленно, словно через силу, поднял на него свои раскосые глаза.

– Где-где, – прошипел он, и усы его дрогнули. – Угадай с трех раз, Шерлок. Угадай, кто приходил в гости и оставляет после себя такой… беспорядок?

Лео замер, и гнев на миг отступил. В его голове замелькали лица возможных подозреваемых. Первым всплыл образ Зерика. Но нет, тот действовал бы изощреннее – не стал бы устраивать такой погром, он слишком расчетлив. Взгляд Лео скользнул по вывороченной двери, по сломанной полке с личными вещами.

– Нет, – тихо произнес Лео, поднимая глаза на Жнеца. – Это точно не Зерик. Это Гордан. Только он способен вломиться, словно хозяин, которому все дозволено. Только он способен на такую… демонстративную грубость. Это его почерк. Его личная месть.

– Если ехать на лошади, то это три дня без остановки, – прошептал про себя Лео, словно мысленно прокладывая маршрут, шагая по комнате и пиная обломки. – Это слишком долго. Каждый час там… с ним… она в опасности. Гордан, он может… Я не выдержу, если опоздаю. Нужно быстрее!

– Кто сказал, что мы поедем на твоей кляче? – раздался голос из-под опрокинутого стола. Жнец вылез из-под груды обломков, волоча за собой что-то тяжелое, завернутое в потрепанный бархатный платок. С усилием он втащил предмет в середину комнаты и сдернул ткань, кашляя от поднявшейся пыли. – Вот, держи. Не все потеряно, лесник.

Это был волшебный Шар Яры, именно тот, в котором Алиша некогда наблюдала Гордана и Инессу, погруженных в свою «новую жизнь». Шар напоминал заурядную стекляшку, матовую, но с легким намеком на таящуюся внутри магию.– Что за штука? – угрюмо бросил Лео, приближаясь и нахмурившись на сферу.Жнец презрительно фыркнул, его усы задрожали, а раненая лапа вздрогнула, когда он перевалился на обломках, устраиваясь удобнее.

– Шар Яры, остолоп, – буркнул кот, лизнув царапину. – Теперь ты сможешь узнать, где она, в каком состоянии. Магии в нем немного, но хватит, чтоб проложить путь.

– Хм, ладно, и что с ним делать – кивнул в сторону шара Лео наконец. – Он же не работает просто так! Нужно… не знаю, заряжать его чем-то?…

– Яра научила кое-чему и меня, – сказал Жнец, выпрямляясь, несмотря на хромоту. – Я, конечно, не ведьма, но тоже кое-что умею. Моя сила – в связи с этим местом. И шар… шар связан с хижиной. Это его фокус. Дай-ка сюда ту склянку с лунным светом, она цела, я видел – вон там, под полкой.Лео, повинуясь, разгреб завалы и нашел маленькую флакон с серебристой жидкостью – чудом уцелевший в разгроме."Лунный свет? – подумал он. – Магия Яры… Если это сработает, мы увидим ее." Он вручил флакон коту, который взял его в зубы, подошел к шару и вылил содержимое на его гладкую поверхность. Жидкость собралась в одну сверкающую каплю и начала кружить по стеклу, оставляя за собой мерцающий след, как комета в ночи. Воздух в комнате потяжелел, как перед грозой, и шар начал слабо светиться.– Теперь… – Жнец прикрыл глаза, его голос стал гулким, как эхо в пещере. – Теперь думай о ней. Не о ярости на этого дракона, не о мести. Думай о ее образе. О ее запахе – лаванды, гнева и той нежности, что она прячет. О ее душе. Шар быстрее найдет не по лицу, а по сердцу. Наше сердце, которое тянется к ее сердцу. Я помогу – я чувствую связь через хижину.

Лео зажмурился, пытаясь выкинуть из головы всю свою ярость: "Этот гад Гордан забрал ее… Я ему хвост оторву и в узел завяжу!" Но он взял себя в руки. Представил Алишу: тепло ее улыбки, когда они вместе собирали травы. Ее смех. И ее тихую грусть, которую она маскировала, а он видел и хотел стереть, как пятно с рубашки. Он влил в это все свое желание найти ее, всю свою… любовь, хоть он и не решался это слово даже про себя произносить.

– Смотри, – прошептал Жнец.

Лео разлепил глаза.

Туман в глубине хрустального шара рассеялся, оставив после себя четкую картинку. Лео ахнул. Кот, обычно столь невозмутимый, выпустил когти и впился ими в бархатную скатерть.

В роскошных покоях стояла Алиша. Ее платье было помято, одна прядь выбившихся волос прилипла к виску, но в глазах горел яростный, победоносный огонь. А вокруг… вокруг царил хаос: опрокинутое кресло, разбитая вазаИ у ее ног, на ковре, распластался Гордан.Тот самый, в чьих сетях они боялись найти ее сломленной или вовсе мертвой. Его могучее тело было безвольно, лицо, обычно искаженное высокомерием, теперь выражало лишь глубочайшее изумление перед погружением в беспамятство. Он просто… спал. Неестественно, глухо, поверженный.

«Как?..» – выдохнул Лео, мозг отказывался складывать разрозненные детали в логичную цепь. Алиша была сильна духом, но физически не могла сравниться с Драконом его уровня.

Жнец первым нарушил ошеломленную тишину. Его усы дрогнули, и он издал странный звук – нечто среднее между мурлыканьем и хихиканьем.

– Молодец, – протянул кот, и в его глазах вспыхнула неподдельная гордость. – Не стала драться на его поле. Не стала биться в его сетях. Посмотри на нее. Она не ранена. Она зла. Она победила, даже не нанеся удара.

Лео медленно кивнул, до него начинало доходить. Облегчение, горячее и сладкое, хлынуло в грудь, вытесняя леденящий страх. Алиша была жива. Более того, она одержала верх.

– Она жива, Жнец! Жива и… и цела! – прошептал он, и губы сами растянулись в широкой, неконтролируемой улыбке. Впервые за много дней в его голосе снова зазвучал задор. Их Алиша, их упрямая, умная Алиша, переиграла самого Дракона в его же логове!

Но эйфория длилась недолго. Картина в шаре была статичной. Алиша стояла, оглядывая комнату, ее взгляд метнулся к запертой двери, потом к высокому окну. Победа была одержана, но ловушка не перестала быть ловушкой. Рано или поздно Дракон проснется. Или прислуга постучится в дверь.

– Теперь вопрос не в том, как она это сделала, – сказал Жнец, сузив глаза. Его хвост нервно подергивался. – Теперь вопрос – как нам до нее добраться? У нас есть, возможно, считанные часы. Пока этот гордец храпит на ковре.

Лео наклонился ближе к шару, как будто мог через него что-то крикнуть. – Мы знаем, где она. Видим комнату. Должен быть способ… Есть какая-то магия переноса?

– Магия переноса? – Жнец фыркнул так резко, что чуть не чихнул. – Межпространственные врата? Ты хоть слышишь себя, лесник? Для такого фокуса нужна сила целого круга магов, подготовленное место и, прости уж, недюжинный талант. У нас есть я – раненый кот и ты – парень с кулаками, и разгромленная хижина. Мы не перенесемся. Мы доберемся. Или ты думал, спасение принцесс – это прогулка до калитки? Эх, молодежь…

Лео почувствовал, как его надежда, только что взлетевшая, рухнула камнем.– Тогда как? – его голос сорвался. – Ты сам сказал – часы! Лошадь…– Лошадь слишком медленно, – перебил Жнец. Его взгляд скользнул по разгрому и остановился на метле. – Но у нас есть кое-что побыстрее. Если, конечно, ты не боишься высоты, лесник.

– Уговорить ее? – Лео скептически посмотрел на метлу, подошел и поднял ее. – Она и Алишу-то едва слушалась, а меня?– Она любит Алишу не меньше нас, – просипел Жнец, подходя ближе. – Просто не хочет этого показывать – упрямая, как ты. Ну же! Говори с ней! У нас нет времени на твои сомнения. Или хочешь, чтобы Гордан ею завладел?

Лео, глубоко вздохнув, погладил рукоять.– Послушай, – сказал он мягко. – Ты же видела, что случилось. Гордан забрал ее. Она там одна. Без тебя мы опоздаем. Помоги нам. Помоги ей. Пожалуйста.

Метла не шелохнулась. Лео посмотрел на Жнеца.

Кот закатил глаза.

– Батюшки-светы! Ты с ней так не договоришься! Дай я, эксперт по упрямым деревяшкам! – Он подскочил к метле. – Слушай сюда, пучок щепок! Твоя хозяйка в гостях у того, кто тут все разнес. Если мы не примчимся, он с ней сделает то же самое. А из тебя, рано или поздно между прочим, каминную решетку соорудят! Ты же семейная реликвия! Так что хватит дуться. Покажешь класс?

Метла дернулась. По рукояти пробежала дрожь, выскочили искры.

– Браво! – воскликнул Жнец. – А теперь, пилот, влезай в седло! Летим!

Лео с облегчением вскарабкался на метлу. Та, будто почуяв его решимость (или просто желание поскорее избавиться от неумелого наездника), дернулась, взмыла в воздух и вынесла их в ночь через разбитое окно с такой скоростью, что у Лео не только дух захватило, но и слезы из глаз брызнули. Он обхватил рукоять мертвой хваткой, чувствуя, как ветер бьет в лицо ледяными кулаками, а звезды над головой превратились в сплошные светящиеся полосы, словно кто-то размазал по небу бриллиантовую пыль.

Жнец, вцепившись ему в плечо так, что когти насквозь проткнули толстый плащ, орал прямо в ухо, заглушая свист ветра:– Северо-восток, мой бесстрашный Икар! Держи курс на ту самую высокую точку, что торчит из горизонта! Видишь огоньки? Это замок нашего милейшего друга Гордана! К полудню будем на месте, если, конечно, не разобьемся! Держись, лесник! И главное – не смотри вниз! Там кроме твоих страхов, темноты да остроконечных макушек сосен, готовых проткнуть нас, как шашлык, ничего интересного нет!

Лео и не собирался смотреть вниз. Он впился глазами вдаль, где огни замка мерцали, как насмешливый, но такой желанный маяк. Однако ночное небо, как выяснилось, было не просто темным одеялом, а полным сюрпризов аттракционом.

Они уже мчались над спящим лесом, где кроны шумели таинственным шепотом, когда небо прямо перед ними разорвалось ослепительной, сиреневой вспышкой. Не успел Лео моргнуть, как черные тучи сомкнулись над ними, и хлынул ливень. Это был не просто дождь, а ледяной, яростный потоп, будто сам Гордан, проснувшись, выплеснул на них всю свою злость из окна. Гром грохотал прямо над головой, точно дракон чихал где-то в облаках, а порывистый ветер принялся швырять Метлу из стороны в сторону.

– Держ-жи-ись! – завизжал Жнец, и его когти впились в Лео так, что тот вскрикнул от боли. – Метла, выше, ради всего святого! Не дай нам превратиться в угольки!

Метла, будто и правда поняв серьезность момента, с яростным шипением рванула вверх, прочь от темных когтистых ветвей. Но буря только разъярилась. В следующую секунду ослепительная молния блеснула так близко, что Лео почувствовал, как у него задымились волосы.

Метла рванула вверх, но ветер, словно разозленный великан, принялся крутить и швырять их с такой силой, что Лео почувствовал себя горошиной в погремушке. Он прилип к мокрой метле, стиснув зубы. «Нет, – подумал Лео с упрямством отчаявшегося. – Только не сейчас. Алиша ждет. Сдаться – значит проиграть все».

И будто этих напастей было мало, из рваных клочьев тучи вынырнули тени. Стая гарпий! Отвратительные создания с крыльями мокрой курицы и когтями садовых грабель, ведомые бурей или злым умыслом. Одна, похудее и злее других, ринулась прямо на Жнеца с визгом, от которого могла бы проснуться вся нечисть округи.

– Слева, слева, дорогой! – взвыл кот, вжимаясь в плечо Лео. – Метла, вираж, давай! Уворачивайся от этой пернатой хамамщицы!

Метла лихо кувыркнулась в сторону, а Лео, действуя на чистом адреналине, выхватил лук. Стрела у него была не простая – одна из тех, что он в последний момент сунул за пояс, выхватив из разгромленной алхимической полки Яры. Пахучая, шипящая, с наконечником, смоченным в чем-то очень едком. Он выстрелил почти не целясь.

Попала! Гарпия взвизгнула и камнем понеслась вниз, оставляя за собой шлейф из облетающих мокрых перьев. Остальные, ошеломленные, закружили. Но одна, покрупнее и понаглее, вцепилась длинными когтями в прутья метлы, стараясь перевернуть их.

– Ах ты, крылатая крыса! Отцепись от транспорта! – заорал Жнец и вцепился в ее лапу своими острыми когтями. – Лео, огонь по цели! Не сиди как мебель!

Лео выстрелил снова. Гарпия, получив стрелу в бок, с отчаянным воплем разжала когти и исчезла в мокрой пелене. Остальные, видимо, решили, что охота не стоит таких хлопот, и отстали.

Однако буря, этот главный злодей вечера, не думала униматься. Молния ударила так близко, что метла вся затрепетала, а у Лео зазвенело в ушах.

– Мы не выдержим, Жнец! – закричал он, едва перекрывая грохот. – Нас просто собьют! Нужно укрытие, срочно!

Кот, промокший до последнего волоска, кивнул с видом стратега, попавшего под ливень. Его глаза блеснули в очередной вспышке.– Вон там, в долине! – проорал он, указывая лапой. – Видишь огонек? Это хижина Стархильды! Старой подруги Яры, ведьмы-отшельницы. Она нам поможет. У нее полная изба всякой полезной всячины! Поворачивай, Метла, налево, к спасительной крыше! Давай, красавица, выдержи еще немного, там тебя и высушим и приголубим!

Метла послушалась, нырнув в разрыв туч, и они приземлились у ветхой хижины на краю болот – крошечной, увитой плющом и мхом, с дымом из трубы. Дверь была низкой, покосившейся, с рунами, светящимися в дождь, а вокруг – топь, где булькали пузыри, и туман клубился, как призраки. Буря бушевала, молнии били в болото, поднимая пар, и Лео соскочил с метлы, помогая Жнецу, который спрыгнул, хромая сильнее.

– Стучи! – прошипел кот. – Стархильда не любит гостей, но гостей Яры она примет.

Лео постучал в дверь – кулаком, громко, чтобы перекрыть гром. Дверь открылась со скрипом, и вышла старушка в потрепанном плаще, с посохом, увенчанным светящимся кристаллом, который отгонял дождь, как щит. Ее лицо было морщинистым, глаза – острыми, как у ястреба, седые волосы растрепаны ветром, но в ней чувствовалась древняя сила.

– Кто беспокоит в такую ночь? – проворчала она, оглядывая их подозрительно, кристалл посоха вспыхнул, осветив Лео и Жнеца. – Жнец? Ты? И незнакомец с метлой Яры? Что вас принесло? Буря не простая – чую драконью магию. Заходите, пока не поджарились!

Они ввалились внутрь – хижина была тесной, заваленной склянками, сушеными травами, висящими с потолка, и странными артефактами: черепами животных, светящимися грибами в банках, котлом, булькающим зеленым варевом. Стархильда захлопнула дверь, и буря снаружи утихла, как будто хижина была в пузыре.

– Жнец, ты выглядишь как мокрая курятина, – брезгливо фыркнула Стархильда, оглядывая их. – А ты, парень? Кто такой? И где Яра? Почему ее метла с тобой? Она не отдает ее чужим.

Жнец, отряхиваясь с видом кота, только что вытащенного из проруби, тяжело вздохнул.

– Ох, Стархильда, старая подруга… Яра… ее больше нет. Ушла. Во сне, тихо, как и мечтала – чтобы никто не ныл над ней и не мешал ей покоиться. Но беда в том, что ее ученица, Алиша, сейчас в лапах того самого драконьего выкормыша, Гордана. Этот ящер с манией величия вцепился в нее, как в свою законную добычу. Нам нужно проникнуть в его каменное гнездо. Зелье невидимости, оборотное зелье, зелье тишины – что угодно! Ты же помнишь Яру… Помоги. Ради старых времен. Помнишь, как вы вдвоем то зелье от троллей варили, что потом пол-леса три дня хохотало?

Старая ведьма застыла на месте, будто ее превратили в статую. Безмолвная пауза затянулась, и вдруг ее глаза, такие острые и насмешливые секунду назад, потемнели от неподдельной боли.– Ушла? Яра? – ее голос стал тихим и хрупким. – Да не может быть… Эта упрямая, бессмертная ведьма! Она же клятву давала, что переживет меня на сто лет, назло! Ох, Жнец… Это… это удар для меня. Прямо в самое сердце.Она поднесла ладонь к груди, глубоко вдохнула, и в ее взгляде вновь что-то вспыхнуло.– Но если за Яру… тогда да. Конечно, помогу. Этот чванливый ящер с прожженной душой. Пожалуйста. Только расскажите все по порядку. Кто эта Алиша? И с чего это он, с его-то замашками, на простую ведьминскую ученицу позарился?

Лео, чьи зубы выбивали дробь от холода и адреналина, затараторил, спеша выложить все разом:

– Алиша – ее последняя ученица, да. Но она теперь не только зелья варит, а еще и эти… духи скандальные создает! «Аромат Разбитого Сердца», «Шепот Измены» – весь высший свет от них без ума, а истории за ними такие, что бабушки на лавках обмирают! А главная история – она ведь его бывшая жена, этого Гордана! Он ее когда-то, подлец, публично опозорил и вышвырнул, как надоевшую игрушку. А теперь, видимо, спохватился, что вещь-то стала ценной! Вломился с головорезами, хижину Яры в щепки разнес – полки повалил, склянки перебил, настоящий погром устроил! – Лео сделал глоток воздуха. – Мы в шаре видели: она сейчас в своих старых покоях у него. Нам нужно внутрь, тихо-тихо. Думали о зелье невидимости – часа хватит? Или, может, у вас есть что-нибудь оборотное, чтобы в садовника или в горничную превратиться и прямо через главные ворота пройти? Мы на метле, можем близко подлететь, к стенам.

Стархильда нахмурила свои густые, как у совы, брови, но кивнула.

– Невидимость – единственный разумный вариант для такого дела, – вынесла она вердикт, ловко подхватывая котелок. – Оборотничество – слишком пахнущая афера. Любой стражник с носом, натренированным на драконьей спеси, учует подмену за версту. А вот невидимость по рецепту Яры… Это другое дело.

Она с нежностью, которой не ожидал увидеть Лео, провела пальцем по пожелтевшему листку, пришпиленному над столом.

– У меня ее личный рецепт остался, с ее же каракулями на полях. Делилась, сердечная… «Для тихого входа и громкого выхода», – как она шутила. Только я его усилю – добавим щепотку концентрированного болотного тумана, чтобы вы могли просочиться в любую щель и чтобы вас от дождя не размыло и от чужого взгляда не проступили очертания.

Ведя котелком над огнем, она кивнула на догорающие поленья.– А вы пока – садитесь, не стойте как два промокших привидения. Сушитесь. Зелью нужно томиться полчаса, не меньше. Может, пока чайку? – ее глаза хитро блеснули. – С добавкой от тех самых молний, что вас гоняли. Чтобы нервы успокоить и коленки перестали колотиться.

Они уселись у камина, где огонь весело потрескивал, отгоняя пронизывающий холод. Стархильда, ворча себе под нос, колдовала над котлом, бросая в него странные ингредиенты.– Щепотка теневой пыли, собранной в полночь – чтобы не отсвечивали, – пробормотала она. – Капелька росы с паучьей нити – для гибкости и бесшумности. И корень мандрагоры… Только тихо, не ори, – обратилась она к корешку, который слабо пискнул, попав в жидкость. Зелье зашипело и начало менять цвет, переливаясь от ядовито-зеленого к кристальной прозрачности, а пар над ним клубился таинственным, почти живым туманом.

Лео, наконец-то согревшись, с тревогой смотрел на процесс.– Стархильда, – начал он, не отрывая взгляда от пузырящегося сосуда. – Допустим, зелье сработает. Но как именно пробраться? Замок Гордана – это же каменное чудовище. Стены напичканы заклятьями, стража на каждом шагу. Даже будучи невидимыми, проскользнуть через главные ворота – все равно что попросить себя схватить.

Ведьма усмехнулась, и ее глаза блеснули в свете пламени.– Кто же лезет через ворота, милок, когда есть окна? На вашей этой упрямой метле – подлетите к башне. Она высоченная, но для хорошего разбега – самое то. Там, на уровне ее старых покоев, есть решетка. Старая, с фигурными завитушками. Мое зелье сделает вас не просто прозрачными, а текучими, как дым. Просочитесь сквозь прутья – проще пареной репы. Внутри вы хватайте девчонку под руку, вылей ей в рот флакон (пусть не брыкается!), и – назад, на метлу. Главное – не мешкать.

Она поманила их ближе, и ее голос стал серьезным.– Но уши на макушке: драконья магия, особенно его личная, может развеять невидимость, если вы его прямо коснетесь. И стража… драконьи слуги чуют тепло живого тела. Как гончие. Так что – влетели, схватили, вылетели. Никаких экскурсий по замку и разглядывания фамильных портретов. Понятно? А то останетесь там навсегда в виде очень удивленных статуй.

Жнец, перебирая когтями, добавил:– Если и накроют, что ж, – мои когти точить не забываю, а у Лео лук есть. Но план «тихо-мирно» мне все же милее. Стархильда, спасибо. Яра бы фыркнула и сказала, что ты все та же хитрая, рыжая лиса, но с золотым сердцем.Ведьма грустно усмехнулась, аккуратно разливая дымящееся зелье по маленьким флакончикам.– Все ради Яры… Она мне была как родная, хоть и колдовала лучше. Спасите девчонку, ребята. И если все-таки увидите того ящера… передайте, что от старой ведьмы ему большой привет. Пейте по глотку – и на полчаса станете тише воды, ниже травы. А теперь – в путь!

Буря за окном, как по мановению волшебной палочки, утихла, будто и не было того безумного ливня. Они снова взмыли в ночь.

– Итак, слушаем финальный инструктаж, – прошипел Жнец, когда зубчатые стены замка выросли перед ними, чернее ночного неба. – Подлетаем к башне, к тому самому окну. Зелье должно позволить нам просочиться внутрь. Влетели, нашли Алишу, влили в нее остатки зелья – и марш обратно, на метлу. Если стража – ты стреляешь, я отвлекаю. Все пункты плана усвоил?

Лео не ответил. Он смотрел на громаду замка, и сердце его колотилось так громко, что, казалось, должны были услышать даже в самых дальних покоях. Алиша, держись. Мы уже здесь. Метла, будто чувствуя его мысли, плавно нырнула вниз, к темному силуэту башни. Самая рискованная часть их приключения – проникновение в самое логово дракона – начиналась прямо сейчас.