Огненный поцелуй для Снежинки

Глава 17

Марко

– Да, конечно. – Архимаг кивнул.

– Среди кандидатов есть девушка. Одри Лайн. Какие у нее шансы попасть на практику?

В кабинете ректора повисло молчание, и в воздухе разлилось напряжение. Тема была явно неудобной.

– Мисс Одри еще проходит испытания, – нашелся Ричард Хокс. – Сначала посмотрим, как она справится.

Интересно, что за испытание ей досталось? Почему-то думалось, что спроси я, мне не ответят.

– Марко волнуется, что девушку могут отчислить, – заговорил вдруг ректор. – Она училась по гранту, который отменили. Но я еще не имел возможности сказать ей, что положение поменялось. Ее не отчислят.

Вот это были новости!

– Правда? – Я вскинул брови.

– Мы можем поговорить об этом позже. Насколько я знаю, господа магистры сначала хотели пообщаться с мистером де Росса.

– Да, конечно. Я подожду.

Я вышел в приемную озадаченным. Дин вскочил со стула.

– Все так плохо? – испугался он.

– Нет, все очень даже хорошо.

– А чего тогда хмурый?

Ответить мне не довелось, потому что Дина позвали в кабинет. Скорее всего, его тоже возьмут без последнего испытания. Вот только странно, что нам не объявили об этом вместе. Могли бы, какая разница. Или разница все же есть?

Решив дождаться приятеля, я опустился на один из стульев для посетителей. От нечего делать принялся в который раз осматривать кабинет. Ничего нового со вчерашнего дня тут не появилось. Та же добротная дубовая мебель, те же портреты прошлых ректоров на стенах.

С правой стороны от стола мисс Дейл была сплетенная из толстой соломы корзина для бумаг. Рядом валялся скомканный листок. Решив сделать доброе дело, я встал и, подойдя ближе, наклонился и поднял.

Хотя это меня не касалось, но вряд ли мисс Дейл выбросила бы мимо урны что-то важное. А потому я развернул бумагу. Посреди листа было отпечатано на машинке: «Подготовьте доклад о финальной битве с повелителем демонов. Что с точки зрения стратегии вы бы сделали по-другому?».

Интересно, для кого мисс Дейл печатала? Вспомнив, как Линда де Миртайн спросила секретаря, все ли готово, я быстро сложил два и два. Это было задание для одного из кандидатов. Интересно, кому так не повезло. За день написать доклад по такой сложной теме…

А впрочем, листок-то был скомкан. Это что значит, маги передумали? Дали кандидату другое задание? Или это мисс Дейл что-то перепутала?

Аккуратно свернув листок, я сунул его в карман и решил, что спрошу секретаря, когда она вернется.

Через несколько минут из кабинета ректора вышел Дин. Счастливым он не выглядел. Морщил лоб и о чем-то напряженно думал. Так что было впору и мне спрашивать, все ли так плохо.

В приемную вышли и архимаги с де Шарлем, так что я решил поговорить с приятелем чуть позже, когда останемся наедине.

– Марко, подожди, пожалуйста, – попросил ректор, ловя меня у двери. Я развернулся к нему. – Ты спрашивал про Одри Лайн. В последнее время в моем кабинете ее ждали только дурные вести. Я бы хотел это исправить.

Я поднял брови.

– За ее обучение заплатили, – продолжил де Шарль. – Вчера вечером банк подтвердил, что на счет академии перевели всю сумму за следующий год. Так что твоей подруге больше не нужно проходить испытания.

За нее заплатили? Но кто? Не согласилась же она на предложение Коллинза… Нет, такого точно не могло быть.

– Если увидишь ее сегодня, можешь передать радостные новости. – Он улыбнулся.

– Обязательно передам, – я кивнул в растерянности вышел в коридор.

Думал, Дин меня дождется, но приятеля и след простыл.

Ладно, найду пока Одри. Почему-то новость ректора не обрадовала, как, наверное, должна была. Неужели я ревновал, что девчонке помог кто-то, кроме меня? Нет, тут скорее была тревога. Да, вряд ли это Коллинз, но если мой отец чему-то и научил меня —деньги никогда и никому не даются просто так. За все всегда надо платить. И вопрос – чем?

Озадаченный, я спустился на первый этаж и тут увидел мисс Дейл. Она, судя по всему, возвращалась в ректорат.

– Мисс Дейл. – Я подскочил к ней. – Простите, я нашел это возле стола. Подумал, может, вы выронили.

Я протянул ей свернутый листок. Ясные глаза мисс Дейл округлились, и она посмотрела испуганно.

– Это задание для… – начала она и запнулась. – Но я же выдала девушке конверт.

Мое дурное предчувствие резко усилилось.

– Кому выдали? – спросил я.

– Мисс Лайн. Я выдала ей конверт с заданием. Если он был пуст, она бы, наверное, пришла. Хотя, может, постеснялась…

Практика для Одри была слишком важна. Если бы она получила пустой конверт, то спросила бы точно.

– Значит, этот доклад – ее задание? – уточнил я.

Секретарь кивнула.

– Да, но если вы нашли его под столом…

– То что же получила она? – закончил я за нее.

Мисс Дейл посмотрела на меня в полной растерянности.

– Не знаю, – сказал она севшим голосом.

Я осторожно коснулся ее плеча, увлекая в сторону.

– Скажите, мисс Дейл, сегодня утром вы не отлучались со своего рабочего места?

Она задумчиво наморщила лоб.

– Да вроде нет. Хотя…

Я едва удержался, чтобы не встряхнуть ее. Тревога груди разрослась, как снежный ком, и норовила подобраться к горлу. Хотелось сейчас же, немедленно бежать к Одри, хватать ее и спасать. Только пока не знаю, от чего…

– С утра в ректорат заходила мисс де Аурунг. Она что-то обсуждала с мистером Коллинзом, ей стало плохо, и проректор попросил меня принести воды. Я отлучилась всего на минуту.

– А где в это время были конверты?

Мисс Дейл обхватила рот ладонью.

– У меня на столе. Еще не запечатанные.

– Бетси могла подменить задание.

Беспокойство в глазах секретаря сменилось ужасом.

– Вы думаете? – испуганно пробормотала она. – Что же теперь делать?

– Я найду Одри и все ей объясню. А вы объясните архимагам.

– Они собирались во дворец… Но я постараюсь догнать.

– Благодарю вас.

Мисс Дейл качнула головой, словно хотела сказать «да было бы за что», и, не теряя времени, поспешила к выходу.

Я же провел рукой по своим красным волосам и, выдохнув, заставил себя успокоиться. Надо подумать, где искать Одри. Какое «задание» могла ей выдать Бетси? Наверняка что-то невыполнимое. Но, зная Одри, невыполнимость бы ее не остановила. Вопрос только, стала бы она рисковать и покидать академию? Если да, то браслет оповестил бы полицию. Так что все-таки вряд ли. Хоть чем-то эта штука оказалась полезной.

А если Одри еще в академии, значит, ее можно найти. Если Бетси придумала что-то связанное с магией, то девчонка могла быть на полигоне. Впрочем, и до обеда недалеко. Надо посмотреть в столовой. Да и в библиотеку заглянуть, мало ли. А в идеале найти бы Лекси. Может, она знает.

Я мысленно представил себе план академии и решил начать по порядку.

Посмотрел в столовой, затем на полигоне, после прошелся по парку, где столкнулся-таки с Лекси.

Увидев меня, она улыбнулась и в разговоре была более чем приветливой. Возможно, даже скорее всего, Одри не рассказала ей, что между нами произошло.

Почувствовав толику облегчения, я спросил Лекси, где ее подруга. Мне показалось, девушка сникла и ответила уже без энтузиазма:

– Я ее с утра не видела. Знаю только, что она пошла узнавать о последнем испытании.

Хотя Лекси мне ничем не помогла, я все равно поблагодарил ее и побежал искать дальше. Осмотрел парк, даже заглянул в ту беседку, где мы прошлый раз разговаривали. А затем направился в библиотеку… И пожалел, что не пришел сюда раньше.

– Да вот буквально только что ушла, – пожала узкими плечами сухонькая женщина-библиотекарь.

Вот демоны! У меня не оставалось вариантов, где она могла бы быть.

– А не подскажете, какие она брала книги? – поинтересовался я.

Библиотекарь заглянула в свои записи.

Как интересно… Каталог музея и монография архимага Дарктуса, о котором я прежде не слышал. Как это связано? Что она могла искать?

Беспокойство захлестнуло новой волной. Я почувствовал себя как тогда, когда торопился в сарайчик Шира спасать Одри от блудичка. С ней что-то происходило. И нужно было спешить. Бежать прямо сейчас!

С трудом перебарывая захлестывающую панику, поблагодарил библиотекаря и выскочил на улицу. Перед главным корпусом собралась кучка ребят. Все смотрели вверх. И я тоже задрал голову.

О боги!

Одри стояла на узком карнизе на третьем этаже здания. Неужели она собиралась покончить с собой? Нет, только не она.

Значит, это задание. Точнее, то, что она за него приняла. И теперь рисковала жизнью.

Я понесся мимо ребят с такой скоростью, что, кажется, поднял ветер. Влетел внутрь, дальше бегом по лестнице. Если я правильно понял, Одри была недалеко от кабинета ректора. Я ворвался в аудиторию с открытым окном и замер.

Если я сейчас вылезу за ней следом и попытаюсь ее догнать, то рискую сделать только хуже. Не исключено, что она ускорится. Решит, что я пытаюсь помешать ее испытанию. Запаникует и, возможно, оступится. Лучше двигаться наперерез.

Я нашел аудиторию с противоположной стороны от ректората и выбрался на карниз из нее. Решил, что буду двигаться медленно, с тем же темпом, что и Одри, чтобы лишний раз ее не пугать.

Ветер ударил в лицо. На высоте было промозгло, и каждый шаг казался тяжелее обычного.

Одри выглядела напуганной, но вместе с тем настолько сосредоточенной, что не хотелось ее отвлекать. Сначала доберемся до ректората, а потом уже объяснимся.

Внизу кричали. Кто-то, похоже, решил, что мы с Одри все же соревновались, и выкрикивал мое имя. Кто-то смеялся над девчонкой. Я видел, как она морщилась от этих возгласов. И впервые за всю жизнь пожалел, что моя магия огненная, а не воздушная. Я не мог перенестись к ней за одно мгновение. Не мог окутать ее непроницаемым коконом, чтобы она не слышала этих дураков. Не мог унести ее отсюда как можно дальше.

А хотел. Очень хотел.

Одри

Ну почему? Почему все должно было случиться именно так? Из всех двенадцати соперников архимаги выбрали именно Марко…

Может, специально? Видели, что нас что-то связывает, и проверяли, что важнее: дружба или практика? Или таким образом намекали, что нечего мне и рыпаться?

С самого начала Бетси говорила, что на практику не берут детей из простых семей. Это развлечение для благородных. А как официально отказать таким, как я, чтобы не устроила скандал? Правильно, дать невозможное задание и соперника посильнее. Чтобы сама была виновата, не справилась.

Но Марко… Боги, почему это не Бетси? Почему не кто-то другой? Я не хочу, чтобы мой успех означал его поражение… Только не его…

Впрочем, о каком успехе речь? Одри, очнись!

Я снова посмотрела вниз на толпу кричащих студентов. К ним стали подтягиваться преподаватели, и даже мелькнула рыжая макушка архимага Хокса. На нас теперь смотрела вся академия. Как будто у меня до этого не было повода волноваться!

Ладно, отступать теперь поздно. Мне осталось всего несколько шагов.

Карниз угрожающе захрустел каменной крошкой, напоминая, что академию давно не ремонтировали. Кажется, ректор на это жаловался.

Так что чем быстрее я с этим покончу, тем лучше.

Не робей, Одри, давай же, еще шаг, и дотянешься до окна.

Марко, прежде как будто державшийся моей скорости, подался вперед и первым схватился за створку приоткрытого окна. Я развернулась парню навстречу, и мы врезались друг в друга взглядами.

Я не видела его глаза так близко всего пару дней, а казалось, что целую вечность. Не знаю, как можно скучать по глазам. Но я скучала. По этой густо-зеленой глубине, засасывающей, как воронка в море. По этому обволакивающему теплу.

Когда Марко смотрел на меня, казалось, что я переносилась в другой мир. Туда, где существовали только мы. И не было ни практики с испытаниями, ни этих людей внизу, ни нашей размолвки. А были только мы, будто окутанные магией.

Как я раньше жила без этих глаз? Минувшие два дня прошли как во сне. И вот сейчас я проснулась. И сердце мое застучало, как в первый раз. Радостно, бешено, словно вырвавшееся на волю.

Кажется, я забыла, что надо дышать. И очнулась, лишь когда моя нога соскользнула с карниза. Не успев вскрикнуть, я ухнула вниз.

Но не упала.

Марко схватил меня за руку. Сам он держался за оконную раму и, напрягшись, принялся тянуть на себя.

В ушах застучало от страха, и голова словно стала пустой. Как будто готовилась к неизбежной смерти. Я не понимала, что произошло и как мы оказались в этом положении. Но держалась за руку Марко, как за самое важное в своей жизни и единственное спасение.

Упирая ноги в каменную кладку, я помогла себе забраться выше. Оперлась другой рукой о карниз и, кряхтя, подтянулась. Уложила рядом ногу, затем приподнялась… И снова потеряла равновесие.

Только на этот раз упала не вниз, а на самого Марко. В обнимку мы ввалились через открытое окно в кабинет ректора.

– О боги, Одри, – услышала я вздох Марко.

Он обнял меня крепче, как ребенок мягкую игрушку. Убрал от моего лица растрепавшуюся прядку и прижался лбом к моему.

– Как ты меня напугала, – прошептал он.

– Я? – только и выговорила я.

В горле пересохло, а меня начало трясти. Казалось, я все еще падаю. Марко меня не ловил. Это просто бред, игра умирающего сознания.

– Не делай так больше, – пробурчал он и, склонившись, прижался горячими губами к моим.

Поцелуй вышел нежным и бережным, словно Марко боялся меня спугнуть. И то ли я до конца не пришла в себя, то ли горький опыт ничему не научил, но я сама придвинулась ближе к нему, сокращая и так почти не существующее расстояние. Запустила пальцы в его красные волосы и жадно втянула носом сладковатый запах одеколона.

Губы Марко стали настойчивее, словно до сих пор он сдерживался, а сейчас позволил себе то, что давно хотел. Под сладким напором я раскрыла рот. Его язык проник внутрь, коснулся кончика моего и слегка прошелся по небу, щекоча его. Затем снова нашел меня и не отпускал, не давая опомниться.

Марко провел шершавой ладонью по моей шее, и кожа вспыхнула. Казалось, воздух вокруг стал горячее, а кровь в венах сменилась лавой.

Это было слишком нереально. На самом деле я упала и разбилась. И вот так боги провожали меня в последний путь. Подарив кружащее голову видение. Прекрасного Марко, о котором я и не смела мечтать. С той самой первой встречи в приемной комиссии, когда он назвал меня Снежинкой.

Снежинкой, которая готова раз и навсегда растаять в его горячих ладонях. И перед смертью еще и подумать: оно того стоило.

Когда он отнял губы, я не удержалась от разочарованного вздоха. Марко поцеловал меня в висок, словно извиняясь, а затем прижал к своей широкой груди. Он гладил меня по волосам, а я продолжала обнимать его за талию.

Ну и пусть это все не по-настоящему, я хотела продлить мгновение как можно дольше. И даже внутренний голос, который все прошлые разы кричал, что нельзя позволять парню себя целовать, на этот раз затих.

– Одри, – произнес Марко, слегка отстраняясь.

Я посмотрела в его невозможные глаза. Они были зеленые, а не оранжевые, как в прошлые разы. Это был он. Это Марко меня поцеловал…

Я моргнула.

Это не сон? Он правда меня поцеловал? Не вселившийся в него дух, а он сам? Неужели это произошло на самом деле?

– Одри, твое последнее испытание для практики… – заговорил огневик, и я вздрогнула, будто на меня вывернули ушат ледяной воды.

Конечно, задание! Марко пришел сюда за тем же, что и я.

Меня охватило волнение, словно я все еще стояла на карнизе. Страх пронзил тысячами раскаленных иголок, поднимаясь от похолодевших пяток к груди. На место прекрасного видения, окунувшего в расслабленную негу, пришла удушающая паника.

Не важно, что сейчас произошло, я обязана добраться до пера первым!

– Оно мое! – воскликнула я и вывернулась из жарких объятий.

Хотя в кабинете ректора было тепло, даже в шаге от Марко я ощутила холод. Меня передернуло.

– Одри, дай мне объяснить, – парень шагнул за мной.

Что объяснять? Я понимала, что он должен был попасть на практику из-за своего требовательного отца. Понимала, что у него нет выбора. Но и у меня… У меня тоже его не было. И он прекрасно об этом знал.

– Марко. – Я обернулась к нему. – Пожалуйста, уступи. Прошу тебя.

Страх сжимал горло ледяной лапой, едва давая дышать. Перо феникса было в шкафчике за стеклянной дверцей. Я видела его краем глаза. Оставалось только дойти и взять.

Но как же все было сложно!

– Одри… – заговорил Марко, шагнув ко мне. – Выслушай меня.

Я отошла ближе к шкафчику. Зачем он поцеловал меня? Зачем, если теперь не даст попасть на практику? Если я останусь без души, то больше не смогу чувствовать…

– Ты знаешь, как важно мне остаться в академии, – резко дернув стеклянную дверцу, я сунула руку в шкафчик.

– Тебя больше не собираются отчислять, – сказал вдруг Марко.

Как? Не могло такого быть. Впрочем, неужели он бы стал врать?

Смятение только усилило панику. Нельзя его слушать, я ведь так близка к цели!

– О чем ты? – Я взяла стеклянную трубку, в которой хранилось перо феникса.

Оно переливалось от густо-красного на кончике до солнечно-оранжевого у основания. Удивительная красота, завораживающая.

– Одри, положи на место. – Марко оказался так близко, что я снова ощущала запах его одеколона. – И выслушай меня, я все объясню.

Нет. Я столько преодолела, чтобы сюда попасть. Я не могла сдаться.

Я прижала стеклянную трубку к груди и, развернувшись, встретилась с ним взглядом.

Если боги и правда вмешивались в нашу жизнь, делали они это с особой жестокостью. Сначала подарили незабываемые мгновения в его объятьях и вот теперь снова превратили нас в соперников.

– Одри. – Марко раскрыл ладонь. – Отдай перо.

Мои губы еще горели от недавнего поцелуя. Он смотрел прямо и спокойно, словно ни секунды не сомневался в своей правоте. Хотела бы и я быть так уверена в себе.

– Прости, но я не могу. – Я мотнула головой и, прижимая перо к себе, потянулась левой рукой к его запястью. – Я не могу проиграть.

Марко был сильнее меня во всех смыслах. Ему ничего не стоило отнять реликт. Он мог это сделать даже без магии. У меня же… У меня было только одно оружие. Один шанс договориться если не с ним, то с другим. С тем, кому наплевать на задания и на практику…

Стоило моим пальцам коснуться метки на запястье Марко, как та вспыхнула. Парень вздрогнул, отступил на шаг, и его зеленые глаза сделались оранжевыми. Только в этот раз он смотрел не на меня. Его взгляд впился в перо феникса.

По стеклу пошли трещины. От неожиданности я выронила трубку на пол. Она разбилась, а перо засияло золотым. Свет поглотил весь кабинет, и я едва удержалась, чтобы не зажмуриться.

Через мгновение перо само метнулось к Марко в ладонь. Он сжал его, и то исчезло, оставив после себя лишь горстку золотых искорок.

Я прижалась спиной к стене. Боги, что я натворила?

За спиной Марко выросли огненные крылья, и от их жара начал темнеть потолок. Загорелись бумаги на столе ректора, книги на полках и шторы.

– Любовь моя, – пророкотал Марко низким, не своим голосом и протянул мне светящуюся руку. – Ты пробудилась.