Огненный поцелуй для Снежинки

Глава 15

Одри

Солнце плавно растаяло за горизонтом, и вокруг академии начали зажигаться фонари. Сквозь толстую кожу сумки огонька не было видно, но я боялась, что стоит его достать, как он сразу привлечет внимание. Пришлось сначала спрятаться в той беседке, которую мне показал Марко. Усевшись на лавочку, я вытащила малыша.

«Я не могу тебя отнести к маме, – сказала я, глядя на него в своей ладони. – Где вы жили до призыва?»

«Там были большие деревья и вода».

В книге про духов говорилось, что блудички как раз живут на болотах. Возможно, и рядом с лесом.

«Я бы отнесла тебя домой, но мне нельзя покидать академию».

Забавно, что в книгах описано, как призывать духов, но не как отправлять их обратно. Ведь если кого-то можно перенести в центр сигила, то, наверное, можно так же отправить куда-то еще? Насколько я знала, такой технологии в Рейнерии не существовало. У нас были только зеркала связи.

Отвлекая меня от рассуждений, огонек описал перед моим носом круг, словно нетерпеливо ждал моего решения.

«В любом случае здесь тебе оставаться нельзя. Если кто-то заметит, тебя убьют».

Огонек часто замигал, как будто показывая свою дрожь.

Я оглянулась. Где бы его спрятать? Может, под каким-нибудь кустом? Да вот хоть тут. А там я еще почитаю учебники и изучу литературу.

Только ведь блудичку наверняка нужно питаться. Сможет ли он сидеть тихо и не высовываться?

Если верить книгам, то духи потребляли жизненную силу людей. Но вряд ли в лесу или на болотах все время есть люди. А в городах всех духов давно истребили.

«Чем ты питаешься?» – спросила я.

«Меня кормила мама».

М-да…

«Но редко, – добавил огонек. – А я голодный».

Я опустила блудичка рядом с собой на лавочку и подперла щеку кулаком. Если в лесу нет людей, то там есть животные. Скорее всего, их жизненной силой духи и питались. В парке академии жило несколько белок, но я не собиралась никого убивать. И нехорошо выйдет, если и он начнет охотиться. Что же делать?

Заметив на бортике беседки небольшую лужицу, я поднесла к ней руку и превратила в щепотку снега, после чего поднесла ее к огоньку. Не знаю, получится ли, но вдруг? Блудички же водная стихия, и моя магия тоже водная.

Малыш перенесся мне на ладонь. Мигнув, закружился. Снег под ним растаял, но и рука больше не была мокрой, словно он выпил всю воду.

«Спасибо!» – услышала я восторженное.

Надо же, сработало! При этом я не чувствовала себя слабее. Эта маленькая магия мне ничего не стоила.

«Ну ладно, а теперь мне пора. Оставайся здесь и никому не показывайся».

Я поднялась. Огонек взлетел следом за мной.

«Нет, ты оставайся. Тебе со мной нельзя».

Блудичок мигнул и упрямо ответил: «Я с тобой».

Вот же прицепился!

«Нельзя, тебя убьют».

«Ты защитишь. Ты как мама».

«Да я и себя защитить не могу».

Качнув головой, я вышла из беседки, но настырный кроха полетел за мной. Я его не видела, но прямо чувствовала затылком.

«Отстань уже от меня». – Я резко обернулась.

Огонек дернулся ко мне и описал вокруг моей головы круг.

«Ну что ты за упрямец!» – Я уперла руки в боки.

Блудичок завис передо мной. Хотя у него не было глаз, да и лица не было, казалось, что он смотрел прямо на меня. Маленький, одинокий и неприкаянный. Похоже, случайно увязался за своей мамой.

Которая меня чуть не убила, да.

Вдруг он меня гипнотизировал, и поэтому я никак не могла уйти?

Я тяжело вздохнула.

«Ладно, полезай в сумку. Но если тебя кто-то увидит, пеняй на себя, я тебя не спасу».

Огонек снова описал круг и вдруг коснулся теплым светом моей щеки. Словно поцеловал. Стало щекотно, и я хихикнула. Малыш же спрятался среди тетрадей.

Я зашагала в общежитие, а по дороге все думала. Надо моего нового друга как-то назвать, придумать ему имя.

Фантазия работала плохо. Я перебирала варианты, но ни на одном не могла остановиться, пока не увидела в холле общежития маленький квадратный аквариум нашей комендантши. Там плавали стайки светящихся рыбок. Маленькие и юркие, прямо как мой новый друг. Кажется, они назывались неоны. Точно, это имя ему подходит!

На радостях я ускорила шаг и, поднявшись по лестнице, забежала в нашу с Лекси комнату. Не знаю, закончил ли Марко красоваться перед девочками на полигоне, но подруга еще не вернулась. Я воспользовалась этим, чтобы выпустить блудичка из сумки. Вот только где его поселить?

Вытащив из-под кровати чемодан, я откинула крышку. Я так его и не разобрала, потому что не знала, останусь ли в академии. Но для Неона здесь все равно было достаточно места.

– Поживешь пока здесь, – сказала я вслух.

Огонек послушно уселся поверх одного из платьев. Я закрыла чемодан, проверяя, не виден ли со стороны свет. Нет, все в порядке. Задумчиво погладив металлическую застежку, я заметила, что боковой карман чемодана оттопырен. Обычно я туда ничего не кладу.

Сунув руку в карман, я вытащила свой пенал. Тот самый, который забыла в аудитории, где Коллинз делал мне непристойное предложение, а потом я нашла Марко. Надо же, я думала, что потеряла его! Как он тут оказался?

Я опустилась на кровать.

Марко… И как я раньше об этом не подумала? Он нашел мой пенал, а потом положил его в забытый чемодан и вернул. Но если у Марко был мой пенал, то значит, он видел и мою заявку. Ту, что я даже не взяла с собой. А он взял и опустил в ящик.

Осознание этой простой цепочки словно обухом ударило по голове. Я попала на испытания только благодаря Марко. Если бы он не отправил мою заявку, архимаг де Миртайн никогда бы ее не выбрала и ничего бы этого не было.

Я посмотрела на браслет, надетый полицейским. Интересно, успела бы я сбежать или все равно оказалась бы в застенках?

И все же теперь у меня есть шанс. Потому что Марко решил мне помочь.

В груди заныло, и я снова ощутила тянущую пустоту. Мы плохо с ним разошлись. Я была зла и, конечно, оправданно зла. Со мной чуть не случилось непоправимое. Но с другой стороны, Марко же не виноват, что одержим. И не виноват, что вселившемуся в него духу зачем-то нужна именно я.

Ты должна пробудиться, вспомнились его слова, и меня передернуло. Что бы он ни имел в виду, пробуждаться это во мне не хотело. И, возможно, к лучшему. Вдруг и я бы стала одержимой?

Мои мысли прервала хлопнувшая дверь.

– Опять чемодан пакуешь? – поинтересовалась Лекси с легким удивлением. – Неужели все так плохо?

Я закрыла крышку плотнее, чтобы Неон не вылетел, и развернулась.

– Нет, просто искала кое-что.

– Что ректор сказал?

Я описала всю некрасивую сцену с Бетси.

– Вот коза! – воскликнула Лекси. – Надо уметь проигрывать.

– Но я теперь не уверена, что это она оставила надпись, – задумчиво проговорила я. – Хотя и не знаю, кто бы еще захотел меня обидеть.

Лекси пожала плечами.

– Многие видели тебя рядом с Марко.

Я почувствовала, как к горлу подкатывает волна гнева.

– А что, с ним теперь нельзя общаться? Что это за правила?

Лекси пошла к своему столу и принялась вынимать из сумки учебники с тетрадями.

– Конкурентная борьба же. Почти как у профессора Вильсона на лекциях по экономике. – Она резко развернулась. – Впрочем, ты же говорила, что за ним не охотишься.

– И сейчас это скажу.

В комнате повисло неприятное напряжение. То ли Лекси мне не верила, то ли меня начала раздражать эта тема. Раньше, когда подруга болтала о Марко, такого не было. Да, иногда надоедало ее слушать, но я не злилась. Теперь же думалось, а с какой стати она себе его присвоила? Не самого, конечно, но право быть в него влюбленной? Почему ей можно, а мне нельзя? Потому что она была первой?

От гнева сжались кулаки, и я торопливо сказала:

– Пойду-ка в душ.

В ванной, раздевшись, я подставила голову под водные струи. Обычно моя стихия успокаивала, но в этот раз не помогало. Внутри все так и бурлило, хоть я и старалась уговорить себя перестать злиться.

В конце концов, почему меня возмущала влюбленность Лекси? Я же сама не собиралась в Марко влюбляться, ведь так? Даже не будь он одержим, мы из разных слоев. Его семья никогда не позволит ему жениться на такой, как я. А развлекаться без обязательств за подарки и содержание, как делали некоторые другие, мне не хотелось совсем. Лучше одной. Да я, собственно, и есть одна.

От этой мысли стало грустно. Гнев ушел, а на его место пришла сжимающая сердце тоска. Вспомнилось, что и в родной деревне я часто оставалась одна. Бывало, закончатся в школе занятия, за всеми приедут родители, а за мной нет. И я сидела на крыльце школы в обнимку с учебниками и ждала. Ждала, ждала, потом еще немного ждала. Читала главы наперед, чтобы совсем не заскучать, но не раз даже засыпала. Прямо там, на ступеньках.

Что тоже было неплохо, потому что просыпалась я обычно, когда приезжала мама. Бежала ко мне вся запыхавшаяся и в мыле. Крепко обнимала и целовала в макушку.

Мама работала на мистера Берга. То в полях занималась прополкой или сбором урожая, то заменяла кого-нибудь в его магазине. Работы всегда хватало, и она редко могла уйти пораньше. Зато когда это удавалось, был настоящий праздник. Мы с мамой вместе готовили ужин, а потом она укладывала меня спать. Часто она валилась с ног от усталости, и я привыкла засыпать сама. Но в редкие вечера она все же садилась у кровати, гладила меня по волосам и подтыкала одеяло. И я засыпала абсолютно счастливой.

Нет, вру, не абсолютно. Мне всегда не хватало папы. Я не знала, кто он, мама отказывалась говорить. Но я всегда мечтала, что однажды он нас найдет. И вот тогда все-все станет хорошо.

Позволив воде смыть мои слезы, я выбралась из ванной и завернулась в халат. Вытерев запотевшее зеркало полотенцем, встретилась с собой взглядом.

Ну что ты, Одри, нос повесила? Ты сегодня – сама – преодолела испытание. А завтра еще и не такое сможешь! А всякие завистники пусть захлебнутся своим ядом.

В таком настроении я вернулась в комнату и легла спать, чтобы на следующее утро узнать-таки, какое финальное испытание выбрали для меня архимаги.

***

С тех пор, как я нашла Марко с красными волосами, он снился мне почти каждую ночь. И я не сразу поняла, что это был не он, а дух, который в него вселился. Или не дух, но некто, кому нужно было, чтобы я пробудилась. Или не я, а кто-то во мне.

Прошлой ночью я не хотела его видеть, в эту же мне захотелось с ним поговорить. Вот только по закону подлости на этот раз он не явился. Даже подумалось: а вдруг Марко нашел способ от него избавиться? Вдруг все теперь позади? Понять бы еще, что это было…

Утро пятницы началось почти буднично. Мы с Лекси оделись и спустились на первый этаж общежития. Меня позвала комендантша и вручила тетрадь, которую я тогда выронила в парке.

Одна из страниц была загнута, и когда я ее расправляла, заметила надпись: «Прости меня. Это произошло не по моей воле. Но я сделаю все, чтобы подобного не повторилось».

В груди закололо, словно там поселился ежик, и мои мысли унеслись к Марко. Ну почему все случилось именно так?

Я едва успела закрыть тетрадь прежде, чем Лекси заметила. Как ни в чем не бывало она утащила меня в столовую завтракать. Было что-то спасительное в этой привычной рутине.

Больше никаких провокационных надписей на стенах не появлялось. И на нас хоть и поглядывали, но уже с куда меньшим интересом. Мои пятнадцать минут славы не продлились долго. Что, конечно, к лучшему.

Кандидатов, прошедших все предыдущие испытания, было двенадцать. Тринадцать, если считать Бетси. Но в аудитории, где архимаги всех собирали, нас было одиннадцать. Двое отсутствовали. Пробежав глазами по рядам, я быстро поняла, что это Марко и Дин.

В животе заворочалось беспокойство. Что если они проспали? И поскольку они живут вместе, некому будет их разбудить. Я бы спросила Нолана, здоровяка, который с ними общался, но в аудиторию уже вошла Линда де Миртайн, и все стихли.

Она была одета в темно-зеленый вельветовый костюм – длинную юбку, словно переливавшуюся, когда она шла, белую блузку с кружевным воротником под горло и аккуратный пиджачок, подчеркивавший узкую талию. На лацкане блестела каменьями овальная брошка. А седые волосы были на этот раз не просто забраны в пучок, а уложены в прическу. Казалось, что она куда-то собиралась и к нам заглянула лишь на пять минут.

За Линдой в аудиторию вошла рыжеволосая мисс Дейл, секретарь ректора, с сумкой через плечо.

– Уважаемые кандидаты, – начала архимаг, становясь у кафедры. – Поздравляю вас с успешным прохождением предыдущих испытаний. Сегодня вам осталось последнее. После чего мы с коллегами выберем среди вас тех, кто отправится этим летом на практику в Ледяные горы.

Я покосилась на дверь. Ну где же Марко с Дином?

– В данном испытании будут иметь значение и ваш подход к заданию, и скорость, и неординарность мышления. Однако хочу предупредить, что даже если вы успешно пройдете заключительное испытание, это все равно не гарантирует попадания на практику.

В аудитории послышались недовольные шепотки. Я уже знала об этом, а многие-то нет.

Линда де Миртайн подняла раскрытую ладонь.

– Те из кандидатов, кто успешно выполнят задание, но в итоге не будут выбраны, попадут в резерв. Мы вас запомним и, возможно, что-то предложим вам в будущем.

Звучало обтекаемо и абстрактно, но я понимала, что архимаг старалась, с одной стороны, нас успокоить, а с другой – ничего не обещать.

Девушка позади меня подняла руку. Де Миртайн кивнула.

– Сколько человек вы возьмете? – спросила студентка.

– Это еще решается, – снова не дала прямого ответа архимаг. – Но в прошлые годы брали по трое-четверо.

Хитро выкрутилась. Четверых, значит, а нас тринадцать. Марко и Дина я отказывалась вычеркивать. Я посмотрела на своего соседа – щуплого паренька в очках. Он не сводил с архимага внимательного взгляда. За пареньком сидел Нолан. Здоровяк откинулся назад и сложил руки на животе. Он, похоже, волновался куда меньше или умело не подавал виду. Но все равно получалось, что нас в этом ряду трое и минимум двое никуда не поедут.

Страшно.

– Мисс Дейл выдаст вам конверты с заданиями, – сказала Линда де Миртайн. – Мы с магистрами отбудем на несколько часов в королевский дворец, но вернемся после обеда и будем ждать в этой аудитории. Вы сможете отчитаться о выполнении задания. Есть вопросы? Нет? Тогда оставляю вас с мисс Дейл.

Архимаг еще раз окинула нас взглядом и, что-то сказав секретарю ректора, покинула аудиторию. Мисс Дейл же открыла свою сумку и вытащила оттуда пачку белых конвертов.

– Подходите по одному, пожалуйста.

А Марко с Дином так и не появились…

Студенты выстроились в очередь. Наглая Бетси выбежала вперед. Я же собралась занять место за Ноланом, как он меня удивил. Галантно вытянув ладонь, сказал:

– Леди вперед.

Мы встретились с ним взглядом. У здоровяка были серо-голубые глаза, круглое лицо и большой нос. Он казался простоватым, но при этом был таким высоким и мощным, что словно нависал над тобой. От этого становилось не по себе.

Я заметила Нолана еще в очереди к злополучному ящику, но за все время испытаний мы ни разу не общались. И потому его неожиданная вежливость вогнала меня в ступор, и я замерла.

– Да чего ты, – буркнул здоровяк и, положив свои здоровенные ладони на мои плечи, просто подвинул меня перед собой.

– Да, спасибо, – я наконец-то обрела голос.

Очередь двигалась быстро, потому что мисс Дейл только спрашивала имя, выдавала соответствующий конверт и ничего не объясняла.

Но раз конверты были подписаны, значит, и задания нам доставались не случайные. Видимо, архимаги не просто так наблюдали за нами во время предыдущих испытаний, а оценивали, кто на что способен и что еще они хотели бы узнать о кандидате. Это было бы логично.

– Ты не знаешь, где Марко с Дином? – спросила я здоровяка.

– Не видел их сегодня. – Он пожал широченными плечищами.

Больше ничего спросить я не успела, потому что подошла и моя очередь.

– Одри Лайн.

Мисс Дейл бегло перебрала конверты и выдала тот, где было напечатано на машинке мое имя.

– Удачи, – сказала секретарь с легкой улыбкой.

Я отошла в сторону, и она вручила конверт Нолану.

Вскрывать мой было страшно. Пока он оставался запечатан, я словно бы оттягивала момент вынесения приговора. Не зная, что мне предстоит, можно было еще надеяться, что там что-то легкое. Когда же я прочитаю задание – деваться будет некуда.

Я обратила внимание, что все сразу разбрелись. Никто не вскрывал конверты совместно. Наверное, боялись, что узнав твое задание, конкурент сможет ему помешать. Да и мне бы стоило поостеречься. А то мало ли что на этот раз выкинет Бетси.

Покинув аудиторию, я вышла в коридор и, завернув за угол, забралась на подоконник в небольшой нише. Сжала в дрожащих пальцах конверт и, глубоко вдохнув, все же вскрыла.