Пендергаст уже преодолел лестницу, ведущую из подвала, в то время как Лонгстрит шел более медленным шагом.
– Мы можем отправиться туда немедленно, – бросил через плечо Пендергаст. – Он находится на расстоянии в сотню миль от Маратона, если лететь на самолете. Там ты и я сможем нанять воздушный катер – я полагаю, что каналы в той части Флорида-Кис могут быть мелководными. Мы прибудем на место сразу же после наступления темноты.
– Подожди, – окликнул Лонгстрит, и что-то в его голосе заставило Пендергаста остановиться и оглянуться. – Что ты имеешь в виду: ты и я?
– Это же очевидно, – отозвался Пендергаст. – Нас же двое.
– Тайная операция?
– «Хирургический удар» по Диогену.
Лонгстрит покачал головой:
– Мы поступим не так.
Пендергаст нахмурился:
– Что ты имеешь в виду?
– Ты помнишь, что именно сказал в моем офисе в Нью-Йорке? – спросил он. Пендергаст молча ждал продолжения. – Ты сказал – цитирую дословно: «Мой брат должен умереть. Мы должны работать вместе, чтобы выследить его и сделать так, чтобы он не пережил арест».
– Так и было.
– А еще ты сказал: «Мы обязаны сделать это ради Майка Декера», – напомнил Лонгстрит, и Пендергаст снова ничего не ответил. – Как члены команды «Призрак», мы оба принесли торжественную клятву на крови: отомстить за смерть каждого члена команды, погибшего от руки, кого бы то ни было.
– «Fidelitas usque ad mortem.»
– Точно. И вот поэтому к Халсион-Ки направимся не только ты и я. Это будет ударный отряд спецназа.
Пендергаст сделал шаг назад, вниз по лестнице.
– Говард, такой метод не подходит для проведения этой операции. Я знаю своего брата. Ты и я, пробравшись на остров хитростью, будем иметь большие шансы на успех, чем…
– Нет. Слишком много неизвестных. Мы не знаем, кто еще находится на острове. Мы не знаем, на какую систему охраны можем там нарваться. Мы не знаем, какие шаги Диоген предпринял, чтобы защитить и укрепить его домициль. Возможно, у него там повсюду ловушки. И у нас нет такой роскоши, как время. Ты сам говорил, что нам надо действовать уже сегодня вечером. У нас нет времени на разработку сложной стратегии. Диоген слишком умен и слишком непредсказуем.
– И именно из-за этого…
– Слушай, Алоизий. С тех пор, как ты вернулся в Нью-Йорк, я позволял тебе вести расследование своими собственными методами. Я делал запросы, промотал тысячи человеко-часов на поиски данных и проведение судебно-медицинских анализов. По твоей прихоти я последовал за тобой во Флориду. Я задержал выдачу двух трупов их семьям, устроил срочную эксгумацию, наблюдал, как ты собственноручно переворачивал труп, который уже начал разлагаться…
– В результате мы обнаружили местонахождение моего брата.
– Тобой двигала навязчивая идея. Но всю основную работу проделала система «PRISM». С тех пор как ты сказал мне, что Диоген все еще жив, я копнул глубже и провел небольшое расследование. Он несет ответственность не только за убийство Майка, но также и за смерть доктора Торранса Гамильтона и художника, Чарльза Дучэмпа. Он совершил покушение на убийство бывшего сотрудника нью-йоркского музея Марго Грин, похитил женщину, которую ты, я думаю, хорошо знаешь – Виолу Маскелене. А также украл уникальную коллекцию бриллиантов из Нью-Йоркского Музея Естественной Истории, после чего уничтожил ее. Он подстрекал к самоубийственному безумию нескольких сотрудников музея. Организовал крупномасштабную диверсию в Гробнице Сенефа, и цель этой диверсии до сих пор остается для меня загадкой! Не говоря уже о двух недавних жестоких убийствах в госпитале Майами. И это только те его преступления, которые сразу приходят на ум – я не сомневаюсь, что это лишь верхушка айсберга. И мы просто обязаны уничтожить этого смертоносного, опасного психопата. Извини меня, но о какой тайной операции ты говоришь? В которой будем задействованы только мы с тобой? Ну уж нет: теперь, когда мы знаем, где находится убежище Диогена, пришло время действовать строго по инструкции. Мы, конечно же, возглавим операцию, но с опорой на массированное присутствие федерального спецназа.
– Здесь имеется еще одна переменная: Констанс. Я рассказал тебе ее историю. Она психически нестабильная личность, чьи мысли и поступки мы не можем предсказать. Она может находиться под внушением Диогена. Как бы то ни было, мы не можем причинить ей вред.
– Если она действительно находится под его влиянием, то при штурме может вести стрельбу так же, как и он. Мои люди будут в опасности. Как бы то ни было, мы сделаем все возможное, чтобы она не пострадала.
– Если ты отправишь команду спецназа, будут убиты люди.
– Конечно. Диоген будет убит. Должен ли я снова напоминать тебе, что именно ты сказал «Мой брат должен умереть?..»
– Говард…
Лонгстрит поднял руку.
– Прости, старый друг. Но я вызываю подкрепление.
Последовало короткое, напряженное молчание. И затем Пендергаст просто кивнул.
Они подошли к офису старшего специального агента Вантрис Меткалф, где Лонгстрит предоставил ей очень неожиданную информацию и попросил оказать содействие в планировании и проведении немедленной операции с участием подразделений спецназа. Меткалф согласилась. Центр тактических операций размещался на втором этаже, и все трое немедленно отправились туда. К ним почти сразу же присоединились двое, потом еще полдюжины, а затем еще дюжина агентов. Совместными усилиями, но под бдительным надзором Лонгстрита, быстро и со знанием дела был разработан план ночной операции.
Между тем Пендергаст стоял отдельно от группы, снова напоминая статую в своем сшитом на заказ черном костюме, с одной рукой лежащей поверх другой. Он внимательно прислушивался планированию операции, но ни его взгляд, ни его выражение лица не выдавали его скрытых мыслей.