Не желай меня, враг!

Глава 14

- Я с ними не воюю, - отвечает, и при этом не пытается выдрать свою руку из моей нервической хватки. - Землевладельцев и солдат я не оставлю в живых. Но слуги ни в чем не виноваты. И кто-то должен работать на этих землях.

Выдыхаю с облегчением. Крэш по своему обыкновению циничен. Но выжившим хотя бы не грозит тотальная резня. А вот что следует из его предупреждения о землевладельцах?..

- Значит, меня вы все же не оставите в живых? Я вам нужна для показательной казни? Или для чего?

Вот тут он мягко высвобождает руку из моей хватки. А я осознаю, что до сих пор держусь за него, как утопающий за спасительную ветку.

- Вы забыли, герцогиня, что мы собирались побеседовать? Есть многое, о чем вы можете рассказать. Не имею обыкновения казнить тех, кто возбуждает мое любопытство. Как я уже сказал, вы моя гостья. Не жертва.

- А ваши воины... они не надругаются над женщинами в имении?

- Мои воины не привычны творить насилие на завоеванных землях. Они знают, чем это грозит им.

Я снова перевела дыхание. Сделала очередную попытку успокоиться. Что произошло, то произошло. Мертвых не вернуть. Мой долг - попытаться сделать для живых все, что в моих силах. Даже если в этих силах ничего не осталось.

Офицер подвел мне лошадь. Велегар Крэш сам подставил плечо, чтобы помочь мне сесть в седло. На этот раз отчего-то касаюсь его боязно и осторожно - словно и не хватала бесцеремонно за руку несколько минут назад.

И какое-то странное сожаление проскальзывает - оттого, что он в своих непробиваемых латах. Если бы он снял доспех, я коснулась бы его тела, а не холодной стали.

Он подсаживает меня и подходит к своему офицеру. Что-то шепчет на ухо - я не могу разобрать. Под конец повторяет чуть громче:

- Жду тебя в северном замке, как разберешься с этим гарнизоном.

Разберешься с гарнизоном - звучит как угроза. Но я не успеваю ни о чем спросить, никак отреагировать. Велегар Крэш вспрыгивает в седло. Его белогривый жеребец громко фыркает и бьет копытом по мощеным камням.

Генерал трогает поводья. Жеребец проходит мимо меня горделивым размеренным шагом. Я смотрю на него, как завороженная, вновь поражаясь совпадению с моим сном. И тут Крэш, поравнявшись со мной, несильно хлопает по крупу лошадки.

Та пускается вскачь, вытряхивая меня из оцепенения. Крэш на жеребце мчится следом. Выскакивая за ворота, я стараюсь не смотреть наверх. Что бы ни сделали мне дядя и тетя, пусть покоятся с миром. Жалею, что не попросила Крэша похоронить их достойно.

Он не исполнил бы просьбу сразу - ведь он приказал казнить их для устрашения соседей. Но хотя бы через несколько дней, чтобы их тела не гнили на воротах, на потеху воронью. Пытаюсь подъехать к нему поближе, чтобы высказать просьбу, но ему уже не до меня.

Снаружи нас встречает громадное ромедарское войско. Повсюду зловеще реют черные знамена. И вся эта конная рать несется по моей родной земле, вышибая пыль копытами.

Велегар Крэш держится чуть позади меня. Не обгоняет и не отстает. Неизменно чувствую на себе его взгляд, как он старается не выпускать меня из поля зрения. И он ведь еще не знает о моем даре. Просто насторожился, зачем какой-то сильный колдун собрался меня изнасиловать?

Под вечер мы прибываем к замку моих соседей, недалеко от северных границ нашего герцогства. Армия Крэша осаждает его. Катапульты отстали от кавалерии, но барону-соседу не требуется демонстрировать полную мощь. Он высылает эмиссара - и после коротких переговоров выходит сам подписать капитуляцию.

Вскоре ворота открываются перед ромедарской армией. Кавалеристы въезжают в замок барона, следом - сам Крэш. Моя лошадка послушно держится рядом. Я смотрю на семью соседа. Сам барон держится прямо, но его домочадцы дрожат, как листья на ветру.

Тут они замечают меня подле ромедарского генерала. Взгляды их становятся холодными и презрительными. И до меня вдруг доходит, что теперь я в глазах соотечественников -изменница!

Что они думают обо мне? Что я продалась генералу за пощаду? Считают меня его подстилкой?

Быстро, без проволочек, Велегар Крэш принял у барона капитуляцию. Когда он уже забрал пергамент с подсохшей печатью и зашагал к воротам, я повернулась, чтобы идти за ним следом.

И в этот момент сын барона метнул на меня полный ненависти взгляд... и плюнул под ноги.