Надежда маяка

Глава 11 В гости к бабушке

Винни, конечно, пропал не просто так. После утреннего разговора с дедом парень слонялся как потерянный по территории академии и забрел в отдельный фейский мирок, куда вела дверь, стоявшая на дорожке в тупичке между кладбищем и студенческим общежитием некромантов.

Тролль посчитал, что разговор с Поликарпычем или совет от бабули, если она дома, ему не помешает. Бабулей он называл не свою настоящую бабушку, а коменданта некромантского общежития, бывшую попаданку, а нынче фею-основательницу Марию Спиридоновну.

Бабушки Маши дома не оказалось, Поликарпыч был не в духе и сразу начал высказывать претензии по поводу отсутствия у гостя свежих червяков.

— И что за манера — приходить без подарков, — брюзжал карась, надувая и так пухлые губы. — Даже корку сухого хлеба и то не принес, а ведь опять пришел что-то выпрашивать.

Настроение у золотой рыбки было отвратительным, Карп с утра успел поругаться с русалкой и остался без завтрака. Гусениц с дуба Ульяша ему собирать отказалась, пока не расчешет волосы, а так как голодный Поликарпыч в своем прудике был сам себе маг, морская дева мигом стала лысой и теперь рыдала в кроне дуба, обещая противному карасю всевозможные кары.

— Вот что ты сам себе еды не намагичишь?

Вопрос тролля еще больше взбесил рыбку.

— Я люблю нормальную еду! Нормальную, а не магическую! — завопил чешуйчатый обидчик несчастной водной девы и, пуская пузыри, нырнул на самое дно водоема, чтобы дуться на противную русалку и недогадливого тролля.

Винни пошел к дому феи и, обнаружив отсутствие хозяйки, печально уселся на крылечке, рассматривая дуб, от которого доносились горькие рыдания лысой Ульяши.

Пока он размышлял, плач девушки прекратился, а через минуту к серокожему великану на плечи приземлились две маленькие крылатые фигурки.

Это были принятые Марьей в семью фейки Ниле и Эм, давние приятели тролля.

— Мы Ульке волосорост принесли от Манефы Ауховны, — весело смеясь и дергая некроманта за ухо, пропищала Ниле.

— Манефа еще велела Карпу передать, что в пруд нальет удобрений для ряски и станет он болотной пиявкой, если и дальше будет своей магией такое вытворять, — заметил Эм. — Только мы его не дозвались. Со дна пузыри идут, а он не выныривает. Вредный стал. Может, линяет или ему в спячку впадать положено?

— Хвост накрутить ему положено! Совсем избаловали этого пожирателя червяков и мошек, — раздался еще один голос, и к ним спикировала новая фея.

Правда, эта не стала садиться к троллю на плечо, а просто окуталась пыльцой и стала красивой шатенкой в синем платье со знаком факультета артефакторов.

Винни вежливо встал, здороваясь, все же он был воспитанный тролль, а дама не являлась его закадычной приятельницей, да и была намного, намного старше, хотя по ее внешности это было совсем незаметно. А еще цветочная фея Мальва состояла в академии на должности ассистента и лаборанта Энтони О’Валинтера, декана артефакторского факультета.

— Марии Спиридоновны до сих пор нет? — поинтересовалась крылатая дама у сидящих на крылечке. — Ладно, мне не срочно. Зайду позже!

А потом вдруг пристально и внимательно окинула взглядом тролля и с подозрением прищурилась.

— А скажи-ка ты мне, печальный аспирант некромантского факультета Винни, что ты натворил? Вряд ли, придя сюда просто навестить нашу фею и не застав ее дома, ты сидел бы тут с таким пришибленным видом! Лучше сразу признайся: опять Лисовские на что-то подбили или идея оставить Ульянку без шевелюры пришла в голову проглоту с жабрами по твоей милости?

С плеч еще ничего не успевшего ответить тролля, опешившего от таких обвинений, моментально взлетели обе фейки и загалдели наперебой, стремясь выгородить своего приятеля:

— Что вы, госпожа Мальва! Винни утром здесь и не было, это все Поликарпыч!

А сам тролль, вдруг вспомнив, что именно феи когда-то вернули бабушку Машу из ее мира, вскочил и с горящими надеждой глазами кинулся к фее-артефактору.

— Госпожа Мальва, а вы могли бы… — Винни замялся, не зная, как сказать, но потом начал с козырей: — Вы, наверное, знаете, что моя семья занимается поставками хайрехсильского шелка? У нас эксклюзивный контракт и доступ на их закрытые территории.

— И? — В глазах феи мелькнула заинтересованность, а на губах появилась лукавая улыбка. Мальва была хоть и взрослой, но очень любопытной феей, а еще любила все новое. Плюс ко всему наряжаться обожают все женщины без исключения, а изделия из хайрехсильского шелка стоили больших денег, да и продавались в достаточно ограниченном количестве. Все же знаменитая ткань и пряжа сами по себе уже были артефактами.

— Просто я тут пообещал… — Тролль не знал, как сформулировать просьбу, но потом плюнул на дипломатию и решил сказать как есть. Вдруг опытная во всяких таких вещах цветочная фея что-то да посоветует.

— В общем, я шаманил и ходил в сон к той женщине, которую перенес случайно на фронтирский маяк. Там не все хорошо, но я к деду ходил, он обещал помочь. А к вам у меня такая просьба. У Надежды в том мире бабушка осталась, и ей бы как-то передать, что с внучкой все в порядке. Я пообещал, в общем, хотел с Марией Спиридоновной обсудить. Скоро вечер, вдруг Надя спросит про бабушку, а я и не сделал ничего! — Взволнованный тролль с надеждой уставился на стройную шатенку с крылышками.

Мальва в том мире была с напарницами, именно они тогда вытаскивали бабушку Машу обратно, получив за это от демонов доработанный эликсир красоты и молодости. Прежде феям во втором, большом, облике не было доступно выглядеть так хорошо. Смотрелись они как пожилые дамы, на свой, собственно, возраст. Ведь молодые феи до достижения столетнего возраста размером с человека становиться не могут и размером с крупную бабочку.

— Ну-у-у… — Мальва покрутила на пальце каштановые кудри и задумалась. — Проще всего передать письмо, но написанное самой девушкой. Только как она все объяснит, чтобы ей поверили? Боюсь, это только сильнее встревожит старушку, а у человеческих пожилых дам слабое сердце.

Кружащие вокруг Эм и Ниле расстроенно вздыхали, им сильно хотелось помочь своему приятелю и неизвестной, но, наверное, очень хорошей женщине, раз Винни так за нее переживает.

А Мальва тем временем просияла и стала рыться в многочисленных карманах форменной одежды артефакторского факультета.

— Вот! — Заядлая экспериментаторша, еще почище декана О’Валинтера, она вытащила из кармана что-то похожее на земные наручные часы с кожаным ремешком. Вместо циферблата на «часах» была прозрачная выпуклая крышечка, под которой искрилась и переливалась перламутровыми огоньками фейская пыльца.

— Вы, скорее всего, не в курсе, а может, в курсе, — начала рассказывать она, покачивая перед завороженным взглядом тролля недавно придуманным ей и еще не опробованным артефактом. Собственно, ради него она и искала сегодня Марию Спиридоновну. — Для перемещения между мирами феям — про остальных не знаю, но цветочным точно — требуется объединяться и смешивать пыльцу. И пыльцы должно быть не меньше чем от трех разных фей, а в случаях крупных перемещений чего-то кланового мы объединяли пыльцу в артефактном цветке королевы. Тебя, например, Ниле, — кивнула она маленькой фейке, опять усевшейся на плечо Винни, — из фронтирского леса, куда ты угодила, вытаскивали именно таким образом, да и в академию в зачарованной клетке тоже пришлось перемещать, расходуя силу артефакта.

Она замолчала, чуть нахмурившись. Видимо, воспоминания у нее о тех временах были не самые приятные.

— И вы сделали артефакт как у королевы Цветочной поляны? — восхищенно округлив глаза, догадался Эм. — Это же просто здорово! До вас такое никому не удавалось!

Что скрывать, Мальве было несомненно приятно восхищение ее магическими талантами, но артефакты — такая вещь, которую надо неоднократно испытывать и дорабатывать, а как раз с этим-то у феи и были трудности. К тому же ей была нужна пыльца минимум трех крылатых волшебниц.

— Ну, мой, конечно, не такой и рассчитан по-другому, я думаю. — Женщина отвечала слегка рассеянно, прикидывая в уме, стоит ли идти на риск во имя магической науки и не отлучит ли ее потом Мария Спиридоновна от семьи, без которой Мальва погибнет. Еще более вероятно было, что разгневанная ректор д’Азфир просто оторвет фее голову или выгонит из академии.

В принципе, все варианты женщине не нравились, но желание испытать свое изобретение и наличие добровольца и сразу трех фей, если считать ее саму, сейчас как-то притупляли чувство самосохранения. Как сказала бы бабушка Маша, Мальва решила положиться на добрый русский «авось».

— Для того чтобы его активировать для переноса, нужна пыльца трех фей, что, собственно говоря, в данный момент выполнимо. — Она вопросительно посмотрела на Эма и Ниле, ничуть не сомневаясь, что они легко согласятся поделиться.

Дождавшись утвердительного кивка мелких феечек, она перевела глаза на замершего перед ней тролля.

— Только есть проблема. С этим артефактом может переместиться только одно существо. То есть, если ты решишь попробовать выполнить обещание, данное той женщине, сопровождать тебя и помочь, если что, я не смогу.

Винни переминался с ноги на ногу, словно уже готов был бежать то ли в другой мир к бабушке Нади, то от феи с непроверенным артефактом. Брови мужчины хмурились, губы шевелились, словно он что-то беззвучно говорил, а пальцы на руках загибались, как будто в голове некроманта ко всему прочему еще велся подсчет неизвестно чего.

Зато потом и фейки, и привыкшая ко многому за долгие годы жизни Мальва только рты пооткрывали, потому что парень деловито развернулся, уселся обратно на крыльцо дома бабушки Маши и начал вытаскивать из пространственного кармана целую кучу вещей, поясняя окружающим свои действия.

— Значит, вот это вам за артефакт. — Винни достал небольшую шкатулку с блеснувшим на крышке торговым знаком их семьи. — Только надеюсь, он и обратно меня перенесет, сегодня еще шаманить надо с дедом, в башню пойдем.

Фея-артефактор нервно сглотнула, узнав упаковку и вспомнив цену содержимого подобной шкатулочки. Она не ожидала, что все окажется настолько просто, причем ей за это еще и заплатят. Хоть тролль в начале беседы и обмолвился о торговых связях, но одно дело — платить за гарантированное исполнение задачи опытными феями, а другое — испробовать экспериментальное изобретение, не прошедшее ни одного практического теста, сконструированное на голых расчетах.

А парень меж тем продолжал рассуждать:

— С пустыми руками в гости к уважаемой пожилой даме нехорошо. Магии там, в том мире, почти нет. Магофон окрестностей бедный, хорошо, некроэманаций много, мне там проще.

Тот самый двор, куда его унесло во время ритуала и где из духа материализовало на несколько мгновений рядом со смертельно раненной Надеждой Крохалевой, тролль запомнил хорошо. Эманации смерти там были густые и многолетние.

Мало того что в лихие девяностые в том дворе чего только не случалось, так еще и сами дома были построены на месте какого-то неизвестного старого сражения. Советские строители боролись за план и «пятилетку за три года», поэтому начальством стройки было решено не афишировать раскопанные кости.

«Вон обрывки ржавой кольчуги и мятый шлем в дырах. Ничего целого, а значит, и ценного. Не криминал, да и по бумагам тут ничего не значится. Так что ровняйте, ребята. У нас сроки горят».

Всего этого Винни не знал, но наличие некрофона придавало некроманту уверенность, что там он не пропадет и, возможно даже, в случае крайней нужды сможет применить свою магию.

Теперь главное было собрать с собой все необходимое.

Поэтому тролль достал плотный матерчатый баул, что-то среднее между рюкзаком и вещмешком.

— Наверное, надо подарить что-то красивое и полезное. — Винни задумчиво рылся у себя в закромах. — Вот, мамане хотел подарить. Хорошая штука.

Он вытащил на крыльцо огромных размеров казан, блестящий на солнышке серебристыми боками. Несомненно, подарок был хоть куда, только вот объемом он был литров на сорок.

— Не думаю, что такое подойдет. Мне кажется, для оставшейся одной старушки это многовато, — высказала свое мнение по поводу подарка Мальва, плавно скользнувшая к крыльцу и прибравшая к рукам драгоценную шкатулочку с хайрехсильским шелком. — Лучше что-нибудь небольшое, но ценное. И сладости, наверное, какие-нибудь.

— Точно, точно! — загомонили Ниле и Эм. — Сладкое все любят!

Маленькие феи с их растущими организмами были жуткими сладкоежками и даже не представляли, что кто-то может сладкое не любить.

— Да? — Винни с сомнением почесал лысину и опять порылся в пространственнике. — Ну, вот шаль есть шелковая, хотел Манефе Ауховне подарить на день рождения.

Он покрутил в руках переливающуюся тонкую паутинку плетеных шелковых узоров.

— Думаете, подойдет?

Цветочная фея, узнав изделие хайрехсилов, пригасила жадный блеск в глазах и утвердительно кивнула.

Тролль повеселел и уже довольно, не спрашивая совета, стал упаковывать в баул две яркие коробочки темно-пурпурного цвета. Увидев хорошо знакомую упаковку, мелкие феечки расстроенно застонали: вкусняшки от мимикров были самыми вкусными.

— А может, та тетенька не любит сладкое? — попыталась сбить с толку щедрого тролля Ниле в надежде полакомиться самой. — Может, она колбаску любит или овощи какие-нибудь?

— Все равно надо взять! Может, любит. И колбасы взять.

В мешок полетел сверток, перевязанный бечевкой, за ним кулек с торчащими из него сардельками, пакет с кренделями из лучшей булочной Грослиндела и здоровенный пирог с капустой авторства самой Сарочки Шнырь. Его Винни решил считать овощами.

Вскоре котомка с лямками раздулась, грозя треснуть. Феям в утешение досталось по попавшемуся в недрах тролльих запасов большому яркому леденцу, а сам некромант решительно поднялся, надевая вещмешок на спину.

— Чего делать-то надо? — пробасил он, требовательно протягивая руку к Мальве. — Давай эту твою штуковину.

Фея, уже получившая во время тщательных сборов тролля нужное количество пыльцы от Ниле и Эма, лично застегнула ремешок артефакта на запястье парня и еще повесила ему на шею мешочек, в котором, весело искрясь и переливаясь, светились бусинки спрессованной пыльцы. Портативный пресс для пыльцы тоже был изобретением Мальвы, и она им очень гордилась. Ведь так хранить волшебную субстанцию было гораздо проще, она не разлеталась во все стороны и не пачкала все вокруг.

— Сейчас артефакт заряжен, — объяснила она серьезному и сосредоточенному троллю. — Вот тут нажимаешь, капсулы давятся, и пыльца смешивается. Сосредоточиться надо или на точном адресе места, куда ты хочешь попасть, или на знакомом ориентире, если ты там уже был.

У некрошамана было и то и другое, поэтому он молча кивнул, а фея продолжала рассказывать:

— Чтобы вернуться, тебе надо зарядить артефакт и сделать то же самое, но учти: в том мире пыльца фей быстро выдыхается, чем скорее вернешься, тем лучше.

— Да я же говорил, нам с дедом вечером шаманить надо, — буркнул Винни. — Я только старушку успокою и обратно. Не задержусь.

Он нажал на выпуклый кусочек синего кристаллика на крышечке «часов» и, окутавшись вихрями фейской магической пыльцы, вырвавшейся из отверстия на корпусе артефакта, очутился в памятном дворе-колодце. Только на истоптанном грязноватом снегу уже не было видно крови, а на странной металлической конструкции крутился маленький человечек в ярко-синем пухлом, как пончик, комбинезоне и шапке с помпоном. За ним приглядывала полная дама в светлом пальто, тыкающая пальцем в плоский прямоугольник у себя в руках.

Ни малыш, ни гуляющая с ним женщина появившегося посреди двора огромного мужчину в черном словно не заметили. Гость из магического мира огляделся, принюхался, поморщившись, слегка шевельнул кончиками пальцев, словно потянув за невидимую ниточку, и уверенно направился к подъезду, откуда как раз выходил дядечка с мусорным пакетом.

Знал бы парень, как встретит его бабушка Нади и какими коварными личностями бывают невинные с виду старушки-одуванчики, он бы, наверное, никогда не рискнул так просто сюда заявиться.