Между болью и страхом

26 глава

освобождение… свобода никому не даётся легко. порой её нужно вырвать силой…

Таро небрежно перебирал мои волосы. Эта незатейливая ласка должна была меня расслабить, но тело всегда ждало боли, и я вздрагивала каждый раз, когда его пальцы касались кожи. Мужчина хмурился, едва ли замечая мою реакцию — он читал книгу. Мне хотелось вывернуться из-под его руки, но слишком свежи были воспоминания о том, как он ухватил меня за локоть, чуть не раздробив сустав, и затащил, прижимая к себе.

— Не смей уходить, — прошипел он, угрожающе.

— Больно, — ровно произнесла и он непонимающе уставился на собственную ладонь.

— Ты не кричишь? — поражённо констатировал он.

— Я не кричу от боли. Только от ярости.

— Ты часто злишься?

— Только когда меня забывают на дыбе или в колодце, — я потирала темнеющую кожу.

— За что он тебя наказывал? — Таро скривился, видя как растекается синяк.

— За то, что не кричала от боли, — произнесла я, сохраняя внешнее спокойствие.

— Я не хочу обижать тебя, — он не сказал, что не станет.

— Ты мне не хозяин, — повторила я в который раз, вновь замечая его хищную ухмылку.

Я жила в доме двуликого уже пару недель. Он поселил меня в дальней части, с террассой выходящей на просторный двор и нанял охрану, которую я лишь слышала и чуяла. С самых первых дней, он перебрался в мою комнату и спал рядом на узкой кровати, притиснувшись ко мне всем телом, обхватив руками и закинув ноги поверх моих. На все мои трепыхания мужчина реагировал невнятным ворчанием и более крепкой хваткой.

— Мне нужно быть рядом, — просипел он, когда я спросила его о мотивах такого поведения. — Я тебя не обижу…

Зрачки в его глазах заполнили чайную радужку и я с ужасом осознала, что Таро отравлен. Словно обезумевший он не отходил ни на шаг и через несколько дней стал зависим от моей близости. К счастью, он не пытался заняться со мной сексом. Ему было достаточно касаться меня. Так я поняла, что яд выделяется не только со слюной и кровью. Даже моя кожа была ядовита. Мама говорила, что с годами я стану опасной, но она не предупреждала, что это так страшно.

— Я тебе не хозяин, — повторил за мной мужчина и резко дёрнул меня за волосы к себе. От неожиданности я всхлипнула и упёрлась ладонями в жёсткую грудь. — Я знал, что ты ведьма. Что ты источник. Но не думал, что ты околдуешь меня настолько… — он надсадно дышал. — Ты моя, понимаешь? Моя…

Именно в этот момент где-то в глубине дома раздался шум и Таро, оттолкнув меня, вскочил на ноги.

— Оставайся здесь, — коротко приказал он и вышел прочь.

Запахнув халат, я поднялась на ноги и взяла с полки фигурку лисы, которую забрала из дома молодого хозяина. Она идеально лежала в ладони, утяжеляя кулак и вселяя в уверенность.

— Где она? — раздалось громко и я чуть не рухнула на пол.

— Господин, — помертвевшие губы прошептали только это слово. Через несколько растянувшихся мгновений в комнату ворвался он.

В его глазах полыхало торжество и обещание страданий. Моих страданий. Взмокшие волосы прилипли ко лбу и он откинул их нервным движением.

— Подойди, — не смея перечить, я шагнула к нему и замерла в полуметре, задыхаясь от запаха его тела. — На колени.

Ноги сами подгибались, хотелось подчиниться, сжаться в комок.

— Я должен повторить? — зарычал двуликий и замахнулся.

— Нет, — поднырнув под руку, я легко прыгнула назад. — Я не принадлежу тебе. Ты умер.

— Я похож на мёртвого? — взревел мужчина. — Ты заплатишь.

— Твоё время платить…

Он успел удивиться и отступил. На ошеломлённом лице мелькнул страх и я сбила его с ног, всем телом ударив в живот. Воспользовавшись замешательством мучителя я вцепилась в его глаза и успела прочертить когтями глубокие борозды прежде, чем была отброшена в сторону. Ненадолго. Я вновь метнулась к противнику. Весь страх вместился в рывок и оказавшись в тисках таких знакомых рук, что причиняли мне боль многие, многие годы, я закричала от ненависти и злобы. Слишком приученная к страданиям, я едва ли ощутила как его зубы рвали моё тело и извернувшись вцепилась в его глотку.

Взвыв, мужчина подмял меня под собою и пытался оторвать, но я не разжимала челюстей. Кровь была густой и терпкой совсем не той, которой меня отпаивали после кормления и я чуть было не захлебнулась ею прежде, чем господин смог вырваться. Кусок его плоти остался в моем рту и, протиснув ноги между нашими телами я смогла толкнуть его от себя. Хозяин зажимал рану, хрипя и отплёвываясь, но я не стала ждать и опрокинула его на спину. Прямо рядом с его головой оказалась оброненная мною статуэтка. Сжав её в кулак я размахнулась и ударила его в челюсть. Кость сочно хрустнула и я ударила вновь… и ещё раз… и снова… пока вся кожа не сползла с моих суставов, пока кровь не расплескалась по ковру, моей одежде… пока его лицо не превратилось в месиво из мяса и осколков зубов.

Рука упала и бронзовая лисичка выкатилась из пальцев. Подо мной лежал тот, кто с наслаждением мучил меня годами, превратил в блюдо, пожирая, продлевая свою жизнь. Он был мёртв. Окончательно, но всё же… На его поясе висел короткий клинок и выхватив его из ножен, я без раздумий вогнала лезвие в неподвижную грудь. А затем — провернула. Чтобы он наверняка не воскрес. Ошибки Ичиро я не повторила.

наверняка не воскрес. Ошибки Ичиро я не повторила.

Поднявшись и скользя по мокрому, полу я пошла прочь. Никто не ожидал увидеть меня. Таро лежал у стены связанный и испуганный. Именно последняя эмоция светилась на его лице. Чужой страх смотрелся дико. Обычно это было моей прерогативой.

— Акира, — выдохнул пленный потрясённо, но я уже осматривала присутствующих.

Они не сводили с меня пристальных взглядов и глубоко дышали, чуя кровь.

— Где господин? — прохрипел тот, кто стоял ближе остальных.

— По какому праву вы проникли сюда и напали на нас? — процедила я, стараясь не трястись.

— Ты принадлежишь хозяину…

— Если напавший на меня и есть твой хозяин, то ему уже ничего не принадлежит, — я отошла от проёма двери. — Он мёртв. Требую вас покинуть дом…

— Закон…

— …нарушили вы. Предоставьте доказательства, что вы правы и я понесу наказание. Но если вам нечего сказать — убирайтесь.

Двуликие переглянулись и один из них двинулся в мою сторону.

— Не смей, — выставив окровавленный клинок перед собой, прошипела я.

— Мы заберём тело господина…

— Он моя добыча, — мне никак нельзя было позволить им забрать того, кто был улит моей кровью. Ведь, судя по поведению, слуги даже не догадывались, что он долгоживущий, а я — его генко. — Он возжелал владеть мною и останется в моей земле, под моими ногами. Это моё право.

Кровь стекала вниз по шее, пропитывая одежду, и мне всё сложнее давалась напускная бравада. Оставалось лишь надеяться…

— Здесь везде камеры, — подал голос Таро, — Глава клана узнает и…

— Мы не подадим жалобу, если вы оставите нас, — закончила я, опираясь о косяк. Перед глазами качалось пространство.

— Господин считал вас своей собственностью, — мужчина в странном костюме с удавкой на шее, именуемой галстуком, слегка склонил голову.

— Это моя жена! — вскрикнул Таро, приподнимаясь и неловко заваливаясь на бок. — Готов поклясться в этом…

— Мы заблуждались, сопровождая его и намереваясь вернуть ему его вещь, — чужаки переглядывались, явно ещё не понимая, что делать.

— Просто уходите, — прохрипела я надсадно, проваливаясь в мутную яму безвременья и ужаса. — Все вон…

Как только за ними захлопнулась дверь, ноги подогнулись и я оказалась на полу. Паркет холодил спину. Ткань липла к коже. Где-то далеко выла собака. Долго, печально, надрывно.

— Акира, — позвал мой "муж" и я смогла повернуть к нему голову, — развяжи меня немедленно.

— Попроси меня об этом…

— Ты…