В Карннане нас накормили обедом, и я в очередной раз убедилась, что нужно как можно скорее налаживать жизнь в княжестве Ламбертов. Если и наш-то замок не сильно страдал разносолами, то здесь, в деревне, и обычной еды было в обрез.
После этого я навестила Дом друидов и передала серебряный браслет брату Финису. Повертев его и заново прикинув размер кристаллов, в конце концов жрец сказал, что все подготовит: через пару дней я уже смогу приехать и тогда он вставит священные камни в мой «наруч». Конечно, для удобства можно было оставить кристаллы на эти пару дней ему, но я предпочитала не выпускать их из своих рук даже на минуту.
На обратном пути мы с Габриэлем по большей части молчали, и я уж было решила, что на сегодня время разговоров с деверем окончено. Но не тут-то было.
В замок мы въехали уже в темноте, двор был освещен лишь несколькими факелами, крепившимися к стенам крепости, а в пятнах света изредка мелькали слуги. Габриэль спешился первым и ухватил мою кобылу за повод, чтобы она стояла смирно, пока я спускалась. Как на грех моя ступня зацепилась за стремя, и Габриль, вовремя заметив это, одной рукой чуть придержал меня за талию, пока я выкарабкивалась из ловушки.
— Спасибо, — сказала я, освободившись и поворачиваясь к нему.
И внезапно оказалась прижатой к теплому лошадиному боку.
— Всегда пожалуйста, моя леди, — негромко произнес Габриэль, глядя прямо мне в глаза. — Для вас — любая помощь в любое время, хоть днем, хоть… ночью.
Он стоял так близко, что я чувствовала движение его вздымающейся груди и прикосновение жестких кудрей к моему виску.
Дернуться? Оттолкнуть? Крикнуть?
— Знаешь, давно хотела спросить. Почему Лидия тебя бросила? — произнесла я, отвечая Габриэлю таким же прямым, но совершенно ледяным взором.
Тот хмыкнул, однако спустя пару секунд все же сделал шаг назад. И небрежно взмахнул рукой:
— Это же и слепому кутенку понятно. Я — всего лишь младший брат, не лорд-князь. А наша красотка всегда тяготела к громким титулам. — Габриэль презрительно фыркнул. И вдруг его губы изогнулись в лукавой улыбке. — Моя женщина ушла от меня к моему брату. Было бы справедливо, если бы теперь женщина брата осчастливила своим приходом меня.
Ах ты, наглец бесстыжий!
Я уже открыла рот, чтобы высказать ему все, что думаю по поводу его предложений, но Габриэль, тихо рассмеявшись, подхватил поводы обеих наших лошадей и повел их в конюшню.
— Не стойте на холоде, леди-княгиня, — сказал он, не оборачиваясь, — идите в замок.
Вот, значит, как? Ну нет уж. Если сейчас все так оставить, то эта игра будет длиться вечно. И пусть пока она выражается в нестрашных шутках и намеках, но закончиться может вовсе не так невинно.
— Габриэль! — громко позвала я, и когда он остановился, подошла к нему сама. — Мы с тобой лишь недавно знакомы, но я вижу, что ты умный и неплохой парень. Возможно, ты привык легко и игриво общаться с девушками, и они с радостью отвечают тебе, не в силах устоять перед твоим обаянием. Но со мной так больше не поступай. Никогда. Ты мой деверь. А я — женщина твоего брата и леди-княгиня. Помни, я не поступлюсь ни долгом жены, ни долгом соправительницы княжества. Будь любезен вести себя со мной подобающе.
Габриэль долго смотрел на меня, скользя взглядом от лба, скрытого капюшоном плаща, до рук, затянутых в кожаные перчатки. Потом медленно кивнул.
— Как прикажете… моя леди.
И все также беспечно улыбнулся, удаляясь прочь.
Вот интересно, сколько искренности было в этой беспечности?
Следующие дни принесли мне готовый браслет со вставленными камнями, а Мойне — письмо от ее брата. Он писал, что весьма заинтересован нашим неожиданным предложением и хотел бы поговорить предметно, но сам сейчас приехать не сможет, зато приглашает нас с вдовствующей княгиней навестить его в княжестве Стетхэмов.
— «Приезжай, старушка, повидаемся, пока мы с тобой еще не померли», — процитировала мне Мойна одну из последних строк письма, и хрипловато рассмеялась. — Джейми всегда знал, как меня развеселить.
Я кивнула:
— Да, пожалуй, так будет лучше всего. Я смогу лично посмотреть на буйсы и оценить масштабы будущей торговли, а Стетхэмам, в свою очередь, показать, как превратить селедку в желанный — и вкусный! — товар. Но… путь на побережье не самый близкий. Сможете ли вы его выдержать? Верхом, по холоду… Не лучше ли мне отправиться одной?
Мойна устремила взгляд в стену.
— Поездка не будет для меня легкой. Наверное, это, вообще, последний раз, когда я смогу выбраться за пределы наших земель. Но все же — смогу. Возьмем с собой одну повозку, стану пересаживаться в нее, когда будет совсем плохо. И растирки свои захвачу, чую, косточкам моим придется туго. Впрочем, сейчас еще не зима и снег пока не лег, а погода, на наше счастье, стоит сухая, значит, дороги не размыты. Есть все шансы, что туда и обратно мы доберемся благополучно. Только придется напялить на себя все меха и пледы, какие есть в замке.
— И взять медную грелку с углями, — добавила я. — Мы сумеем добраться туда за день?
— Если выедем рано-рано утром, еще затемно. Тогда есть шанс попасть на побережье глубоким вечером. Не хотелось бы, знаешь ли, ночевать в пустошах. Хотя… там была какая-то деревня на отшибе, как раз на границе земель клана, если я верно помню. В случае чего, попросим о ночлеге в каком-нибудь крестьянском доме. Думаю, сестре вождя люди не откажут в приюте.
— Хорошо, — кивнула я. — Это уже похоже на план.
— И еще нам потребуется охрана, — предупредила свекровь. — Никогда не знаешь, кто там шляется на ничейных землях.
— Тогда нужно подумать, сколько людей мы сможем взять с собой. Так чтобы и себя обезопасить, и замок не оставить без защиты.
— В этом нам поможет Габриэль. Он сейчас занимается воинами, пусть поломает голову и решит.
— Ему можно довериться в этом вопросе? — осторожно спросила я. — Он ведь еще молод.
— Ты намного моложе, но тебе же я доверилась, — хмыкнула Мойна и успокаивающе похлопала меня по руке. — Не переживай. Габриэль, может, и не любит утруждать себя лишний раз, но дело свое знает прекрасно. Так… напишу-ка я брату, что мы скоро у него будем.
…Выехали мы через пару дней после этого разговора, решив не откладывать столь важную задачу.
Все равно «великий ритуал очищения» ждал нас еще не прямо сейчас, хотя к нему и шла активная подготовка. Перевозка камней и песка на берег Лох-Саланн продвигалась не так быстро, как хотелось бы: телег у нас было мало, так что люди вынуждены были возить груз в больших корзинах или мешках, навьючив их на лошадей, ослов и пони. Пустили в ход даже примитивные волокуши из жердей.
В общем, сейчас я все равно ничем не могла им помочь, а значит, как раз был удачный момент чтобы ненадолго отлучиться из княжества. За главного здесь оставался Габриэль, а в помощь ему отрядили Дэнниса и пожилого, но еще бодрого Клейна Ламберта. Так что можно было надеяться, что в отсутствие меня и вдовствующей княгини ничего плохого не произойдет.
Наш маленький отряд ехал весь долгий день с самого раннего утра. Если воины, привычные к непростой погоде и длительным перемещениям верхом, чувствовали себя довольно сносно, то нам с Мойной приходилось нелегко. Хорошо хоть у нас была небольшая крытая повозка, в которой мы со свекровью по очереди отдыхали и грелись, хотя трудно назвать отдыхом постоянную выматывающую тряску. Не спасало даже то, что путь пролегал по относительно пологим местам.
Чем ближе к нам становилось побережье, тем сильнее дули пронизывающие ветра. Предусмотрительная Мойна захватила с собой бутылек с виски и время от времени прикладывалась к нему. Каюсь, пару раз и я не устояла перед соблазном быстрого согрева. Но зато никаких Грегсонов на нейтральных землях не было и в помине — всех разогнала по теплым домам постепенно подбирающаяся зима.
В целом, справились мы лучше, чем я могла надеяться, и ночью все-таки достигли большого поселения, в центре которого высились три больших каменных дома, служивших жилищем для семьи Стетхэмов.
— Что ж, вот и родной дом, — тихо проговорила Мойна, завидев факелы приближающихся к нам конников с вождем клана во главе. — Как долго я тебя не видела…