Хранитель Пути Зверя. Том 2

Глава 18

— Расскажешь, кто сломал ядра, и почему ты всё это время скрывал это от меня?

Дедушка лёжа сделал глоток отвара и впервые за последние несколько часов попробовал сесть. Его старческое тело было измождено не только побоями и внутренними повреждениями системы, но и неделями без пищи в глубоком сне. Лицо стало острым и угловаты, причём так, что кожа натянулась на скулы, а редкая седая щетина лишь подчёркивала болезненную худобу. Впалые глаза казались непривычно большими на осунувшемся лице, а в их глубине всё еще тлели искорки жизни.

Даже его крепкие руки, которыми он привык работать с юных лет, превратились в тонкие осенние ветви, лежавшие поверх одеяла и с дрожью сжимающие глиняный стакан. Будто этого было мало, под кожей проступали синюшные, надутые вены, что в свете масляной лампы хижины казались невероятно болезненными. Дедушка был больше мёртв, чем жив, и если бы не цепляющиеся за жизнь глаза, то подумал бы, что мне явился самый настоящий призрак.

Я забрал у него пустой стакан, налил туда свежий отвар из чайничка, который заваривал лично, и поставил на небольшую табуретку рядом с кроватью. Пока он медлил с ответом, я приложил два пальца к запястью старика и углубился в изучение его меридианов. По ним всё ещё вяло двигалась духовная энергия, но и это было уже неплохо.

— Когда ты успел стать практиком? — вдруг раздался сухой хрип деда, который и вернул меня в реальный мир.

— А я им и не стал, — ответил я честно, кладя ему в рот размоченный в воде кусок копченого мяса камнегрыза. — Я всё ещё на втором круге и знаю только одну технику. Так что не стал бы называть себя практиком. Жуй. Это мясо яогуая. Лис сказал, что диета с высоким содержанием мяса духовного демона должна быстро поставить тебя на ноги.

— Лис, — повторил его имя дедушка, стараясь прожевать еду редкими зубами. — Как ты его нашёл? Он ведь рассказал тебе, кто он?

Я покачал головой.

— Он не слишком общителен, если ты не заметил, но когда я тебя сюда принёс, несмотря на весь свой угрюмый вид, он согласился тебя лечить. Вы ведь знакомы, так? Это он сломал тебе ядра?

Дедушка нахмурил седые длинные брови и, проглотив, ответил:

— Значит, он тебе ничего не рассказывал.

В этот момент в дверном проёме показался отшельник. Они на мгновение встретились взглядами, и повисла неловкая пауза. Могу ли я доверить ему дедушку? Не собирается же он его убить сразу после напряженного спасения? Звучит крайне неразумно, однако откуда во мне эта тревога, которая заставляла все чувства и инстинкты биться в истерике.

Я медленно встал и, развернувшись, увидел, что Яо Ху держал в правой руке меч. Тот самый, который в своё время доставил ему от деревенского кузнеца. Моя ладонь инстинктивно потянулась к старой верёвке шенбяо, а сам Лис угрожающе стрельнул на меня взглядом и нахмурился.

— Вам пора уходить. Как и обещал, я помог тебе, так что теперь оставьте меня в покое.

Я заметил, как дедушка на него смотрел. Эта не был ни взгляд ненависти, ни взгляд страха. В его глазах горел интерес. Странно, ведь мне всегда казалось, что я хорошо умею читать людей. Однако Яо Ху отвечал ему привычным и суровым безразличием. Пришлось вмешаться в разговор, и я, набросив рюкзак на плечи, произнёс:

— Дедушка идёт на поправку, как вы и говорили. Диета из мяса яоугая работает. Спа…

Не успел я закончить, как Лис вошёл в собственную хижину, в которой становилось тесновато, и заставил меня обогнуть его через правое плечо. Оказавшись у двери, я увидел, как из его рукава показался пушистый красный хвост, а затем выскользнуло и всё остальное. Я шагнул вперёд и, стиснув зубы, сумел схватить зверька прежде, чем он грохнется на холодный пол.

— Я же говорил тебе следить за ним и не упускать из виду, пока он питается.

Не сразу понял, но вдруг заметил, что мелкий уже не помещался у меня в ладони. Его длинный хвост и ранее доставал мне аж до локтя, но в этот раз выросла и сама тушка. Она стала заметно увесистее, на мордочке появились надутые щёки, а шерсть стала гуще и мягче наощупь.

Я приложил два пальца к лапке спящего существа и удивился, когда не ощутил духовного присутствия. Это существо, как и все линшоу, было создано из Ци, и не чувствовать струящейся в нём энергии было сродни безумию.

— Тоже заметил? — сурово бросил мне в отшельник. — Природная маскировка, помогает не стать сожранным в таком юном возрасте.

Пришлось насильно запихивать хвост в тряпичную люльку на груди и замотать дополнительным слоем ткани, чтобы он не выскочил обратно. Дедушка всё это время молча смотрел то на меня, то на зверя, пытаясь сообразить и понять, как всё так быстро изменилось. Ведь ещё вчера я был бесполезным и ленивым лежебокой, а теперь мог видеть его меридианы, владел первой в жизни техникой и таскал с собой полноценного линшоу.

— Скоро вернусь, — заявил я, поправляя лямки рюкзака. — А ты пока поправляйся. Как только разберусь с долгом и накоплю денег на путешествие, мы отправимся в СунЦин, так что ешь больше мяса и отдыхай.

Лис бросил короткий взгляд на дедушку, а затем перевёл его на меня и холодно спросил:

— Что ты опять задумал? Моему гостеприимству есть предел. Разве я…

— Этого не потребуется, юноша, — закряхтел дедушка, называя умудрённого сединой мужчину юношей, и вновь попробовал сесть. — Я и так слишком долго занимал твою кровать, позволь мне подышать свежим воздухом. Иди, Рен, за меня можешь не беспокоиться, и ещё раз спасибо, что не бросил старика умирать.

Интересно, но Лис помог ему не только сесть, но и протянул глиняный стакан с отваром. Эти двое не просто знакомы, а явно делят историю, о которой не хотят мне рассказывать. Думаю, в ней и таятся ответы, почему отшельника заинтересовали мои глаза, как были сломаны ядра дедушки и куда делся мой отец.

Но уже смеркалось, а значит, доберусь до деревни как раз под утро. Деду понадобится несколько дней, чтобы прийти в себя, а мне придётся потратить это время с умом и накопить на путешествие через пустыню.

Я вышел из хижины, посмотрел на уходящее за горизонт алое солнце и, развернувшись, низко поклонился.

— Учитель, я обязательно найду способ поблагодарить вас за спасение моей семьи. Пускай на это уйдут и десятки лет, но однажды я отплачу. Надеюсь, этого будет достаточно.

Яо Ху посмотрел на меня суровым и холодным взглядом, недовольно фыркнул, а затем бросил мне в след:

— Я же тебе говорил, не называй меня так!

Приятно было ощущать себя вновь в пути. Теперь, когда жизни дедушки ничего не угрожало, а я сумел добраться до второго круга нулевого ранга, с моих плеч свалилась целая гора. Осталось только разобраться с семейным долгом и не попасться со зверьком — и можно заниматься другими проблемами.

Утром как раз наступит срок уплаты долга. Я соберу по пути столько, сколько успею и смогу унести. К тому же, Саид должен быть продать мои простые отвары и припарки, и помимо этого в суме болталось тридцать с чем-то цен. Надеюсь, этого хватит, чтобы полностью погасить долг и закрыть эту часть моего путешествия.

На первом перевале решил начать с главного. Несколько веток Кровавой ягоды, аккуратно сложенные в мешочки, и две дюжины кусочков мяса моллюсков. Пришлось, правда, немного схитрить. В моём присутствии они зарывались в песок, однако, когда на побережье осталось лишь вкусное лакомство в виде пушистого зверька, они потянули свои бритвенно-острые клешни.

В этот момент я спрыгнул со скалы и принялся выбрасывать их на сушу одного за другим. Приманка сработала, и после быстрой разделки на месте я убрал в рюкзак две дюжины кусков природного афродизиака.

Пока находился в долине, решил заглянуть к кровососущим зайцам, но их не оказалось дома. Однако вместо свежего мяса отыскал несколько густых кустов Конского хвоста, который местный травник по привычке называл папоротником. А вот чего он не знал, так это того, что эта с виду обычная трава на самом деле являлась сильным связывающим ингредиентом, который усиливал эффекты других. Конечно, если правильно его приготовить.

Когда долина вновь поделилась со мной своими дарами, я спустился ниже и остановился у отвеса со скалистым мхом. Самый дешевый ингредиент, который обычно скупали килограммами, находился в нескольких сотнях метров вверх, но это больше не было для меня проблемой.

По сравнению со мной предыдущим, который пыхтел, кряхтел и обливался потом, взбираясь на отвесный утёс, даже с рюкзаком удалось вскарабкаться без проблем. Каждый палец намертво цеплялся за мелкие трещины, после тысяч подтягиваний я смог бы забраться и без применения духовной энергии, но мне захотелось себя проверить.

С перенаправлением Ци в кончики пальцев, плечи и ноги, я лез вверх с такой лёгкостью, будто внизу стоял человек с натянутым тросом и периодически помогал мне. На вершине утёса, откуда ранее свисали длинные зелёные ковры, я нарезал килограмм десять мха и упаковал его в рюкзак.

Пора возвращаться в деревню и выяснять, не висят ли плакаты «разыскивается» с моим профилем по всему поселению.

Кажется, я переоценил свои новые возможности и добрался ещё до рассвета. Пришлось затаиться в кустах и ждать, пока взойдёт солнце и закончится комендантский час. Признаться, он, как и вся эта деревня, начинал постепенно надоедать.

Войну жители не видели, и нашему поселению не грозила смертельная опасность. Рисковали лишь те, кто представлял её на так называемых соревнованиях, куда, по легенде, и ушёл мой отец. Со вторым кругом у меня не было ни единого шанса там оказаться, так что пока не возьму первый ранг, можно об этом даже и не думать.

С утренними лучами лениво просыпалась вся деревня. Пока охрана сменяла друг друга на постах и вяло вываливалась наружу, я провёл в медитации ещё пару часов, наполняя нижнее ядро энергией на пятнадцать процентов. Попробовал пробить этот барьер, но она, закручиваясь в вихри, уходила вверх по меридианам и привычно выходила вместе с дыханием.

Нужно развиваться дальше.

Звук дверного колокольчика ознаменовал о прибытии нового клиента. Травник, который, всё ещё завтракал, запихивая в рот рисовые булочки, спешно запил их стаканом молока и убрал посуду под прилавок.

— О! — взбудоражено протянул он при виде меня с рюкзаком. — Ты ведь тот паренёк, что работает вместе с Саидом? Что, опять в горы ходил?

Я кивнул, поставил рюкзак на пол и выложил на прилавок весь имеющийся мох.

— Что, это так очевидно?

Тучный мужчина с заметной пролысиной на затылке рассмеялся.

— Не сочти за грубость, но тебе бы одежду постирать да заштопать, а то ты либо только с гор спустился, либо всю ночь дрался в тёмных переулках.

Чёрт, а ведь он прав. Походная одежда, которую я выторговал у Саида, пережила немало. Несколько походов по горам, бегство по рушащейся пещере, где то и дело цеплялся за острые камни, и несколько пережитых сражений. Я уж молчу про постоянные тренировки и стирки в реке. Так что — да, с какой-то стороны травник был прав. Мне нужно привезти себя в порядок.

— Сколько за всё дашь?

Травник почесал подборок и принялся думать, насколько меня можно нагреть.

— И что, вот так сырой материал и продашь? А Саид мне хвастал, что его новый партнёр неплохо разбирается в алхимии.

— Неплохо, но на переработку десяти килограмм у меня уйдёт несколько дней без сна и перерыва на обед. А промышленные чаны для варки, какие стоят в сектах, я оставил в другом рюкзаке. Будешь брать или нет?

Мужчина улыбнулся.

— Давай так, исключительно потому, что знаю Саида лично, заберу всё за пятнадцать цен и дам в нагрузку хорошую скидку у портного напротив? Она тебе понадобится.

— Пятнадцать? Да ты издеваешься? Тут дзинов двадцать веса минимум! Я в два раза меньше продавал за пятнадцать.

— Ну хочешь, заберу за тридцать, чтобы всё по-честному было, вот только у портного ты всё равно потратишь больше. Кстати, он как раз через дорогу, а держит лавку мой троюродный свёкр. Просто скажешь, что от меня, и он тебя не обидит в цене. Ну как, по рукам?

— Ай, и чёрт с тобой, давай свою скидку, но при одном условии! Она должна быть чуть ли не императорской, и на всё, что я выберу. Даже если на несколько человек, договорились?

Травник снова улыбнулся и выложил на стол пятнадцать медяков. Я сгрёб их в сумку, которая постепенно становилась всё увесистее, и прежде, чем продавать остальное, решил наведаться в административный район и выяснить, сколько мы ещё были должны.

Я и не представлял, что наша деревня была настолько огромной. Конечно, с высоты гор можно было увидеть, как она тянулась полуовалом и являла собой границу между пустыней и хребтами, но одно дело смотреть, другое передвигаться по ней.

Путь до административного района занял у меня не меньше полутора часов, а когда я вышел на широкую площадь, то сразу стало ясно, почему здесь жила элита нашего поселения. В отличие от более бедных районов крестьян, где дома накренялись друг к другу, как пьяные старики, здесь всё было построено основательно. Крепкие деревянные здания с черепичными крышами, аккуратные каменные дорожки и даже цветастые украшения. А в центре площади стоял крупный помост, застеленный досками и тканями, который будто готовили к выступлениям на фестивале.

Повсюду кипела работа. Мужики в грубых холщовых рубахах вбивали в землю толстые столбы для растяжек и флагов. Между ними уже тянулись красные и золотые ленты с иероглифами, обозначающими счастье и удачу. Несколько женщин раскладывали на длинных столах плетёные корзины с угощениями, от которых пахло свежей выпечкой, а дети носили между лавками, пока их проклинали сердитые торговцы.

Вдоль восточного края площади тянулся ряд павильонов. Там уже устанавливали прилавки и, кажется, собирались сооружать настоящий рынок. Я уловил запах жаренного теста, сладкого рисового вина и копчённого мяса. Мой желудок предательски напомнил, что неплохо бы закинуться солониной из камнегрыза, но у меня были дела поважнее.

Северную сторону площади занимало самое внушительное здание во всей деревне — личная вилла градоправителя. Никакого императорского пафоса в ней не было, но хозяин даже не пытался скрыть того факта, что далеко не бедствовал — высокая каменная ограда, широкие ворота с бронзовыми кольцами и крыша из тёмной черепицы с резными коньками.

У ворот стояли двое стражников в одинаковых тёмно-красных одеждах с короткими копьями и заткнутыми за пояс фальшионами. Они лениво наблюдали за суетой на площади, но не забывали следить за слишком близко проходящими к вилле жителями.

Я остановился на краю площади и мгновение молча смотрел за происходящим. Здесь явно готовились к какому-то фестивалю, который, судя по всему, должен начаться именно сегодня. Шум, запахи, яркие ткани и стук молотков. Явно не та картина, которую можно было увидеть в более бедных районах. А там, где жизнь и люди — всегда есть шанс неплохо заработать.

Однако прежде, чем продумывать план дальнейших действий, я зашёл в здание местного казначейства и отстоял приличную очередь от самых дверей.

— Следующи-и-и-й! — лениво и с явным пренебрежением в голосе протянула женщина за деревянным столом.

— Добрый день, я бы хотел…

— Читать и писать умеешь? — резко прервала меня женщина с довольно интересным выбором причёски в виде птичьего гнезда.

На мгновение меня прошибло молнией, вырывая кадры из прошлой жизни. Нет, это не может быть совпадением. Я отказываюсь верить, что в каждой вселенной, в том числе, и в магических мирах, когда речь заходит о бюрократии, всё абсолютно одинаково.

— Ты там чего, оглох? О, боги, крестьянин на крестьянине! У меня, между прочим, скоро обед! Говори, что надо, и поскорее, там люди в очереди стоят.

— Мне нужно узнать остаток долга и внести очередной платеж.

— Пф-ф-ф… — медленно выдохнула крупная женщина, и её дыханию, скажем мягко, не помешало бы освежиться. — Имя… Имя у тебя есть? Фамилия?

Вдруг сидевшая за соседним столом женщина наклонилась и прошептала так, что её услышали, похоже, даже на площади:

— Это внук того назойливого дедана, помнишь?

— А-а-а, — Протянула владелица прически-гнезда. — Теперь всё ясно. Яблоко от яблони… Узнавал уже за твой долг один. Может, договоритесь там между собой сами, а не будете по очереди сюда приходить? Следующий!

— Кто узнавал? Где?

Женщина напряженно выдохнула, явно теряя последние капли терпения.

— Вон тот… Следующий!

Каково же было моё удивление, когда этим «тем» оказался Саид. Темнокожий торговец стоял в углу и пересчитывал медяки на ладони.

— Следующий! — вновь завопила женщина, а за спиной послышался фальшиво вежливый кашель.

— Саид? — окликнул я его по имени, когда сумел пробраться сквозь целую армию просителей. — Что ты здесь делаешь?

— Рен? Мой друг, где ты всё это время был? Я слышал странные слухи, а когда в магазин зашла та самая женщина, ну, которая…

— Как ты себя чувствуешь? — резко перебил я его, дружески похлопав по плечу. — Всё хорошо? Печёнка не болит? Температуры нет?

— Я… Со мной всё хорошо, Рен, спасибо, что поинтересовался, — неуверенно промямлил Саид, широко распахнув свои карие глаза.

— Ну как там торговля поживает? Слушай, пойдём на улицу, здесь душно, да и пахнет чернилами, а там и поговорить спокойно можно.

Темнокожий торговец молча кивнули последовал за мной наружу. Я вышел, глубоко вдохнул воздух, который ещё сильнее пропах свежими угощениями, и увидел, что Саид протягивает мне небольшую мошну.

— Твоя доля с продажи, — произнёс он, словно пытался извиниться.

Я взял мешочек, измерил его на вес и огорченно спросил:

— Да ты издеваешься, Саид, это всё?

— Двенадцать цен, все твои, до последнего.

Чёрт, я рассчитывал заработать намного больше, но, видимо, зря был настроен настолько позитивно. К тому же это низкокачественные припарки и отвары — что от них можно было ожидать? Ну да ладно, лучше, чем вообще ничего.

— Кстати, мне сказали, что ты узнавал про мой семейный долг? Зачем?

Саид виновато опустил голову и ответил:

— Тебя долго не было. Я подумал, может, ты расплатился с долгом и покинул деревню. Или он был настолько высоким, что ты решил, что не в силах выплатить и бежал вместе с дедом. В любом случае, я рад, что оказался не прав.

— Дедушка немного приболел, но с ним всё в порядке, — соврал я для виду. — Лучше скажи, сколько я должен, и что здесь происходит?

— Сто восемьдесят три цен, — ответил Саид, а затем посмотрел в сторону приготовлений и добавил. — Фестиваль по случаю выбора новых представителей деревни. Рекрутеры наконец закончили смотрины, и сегодня будут официальные выступления и празднования. Народу должно быть много.

Сто восемьдесят три медяка. Паскудно! Неужели дедушка тогда так и не смог донести деньги в уплату долга? Или набежали проценты? Будь проклят этот мелкий жирный ублюдок, который разводил жителей на деньги. Градоправитель. Тоже мне! Он явно будет присутствовать на этом фестивале и не упустит возможность выступить перед всеми, но убивать его категорически нельзя. Нужно сосредоточиться на том, как заработать сразу всю сумму и избавиться от ярма раз и навсегда.

— Извините, извините! — раздался жалкий вопль мужичка, сопровождаемый звонким матом стражи.

— Я так понимаю, со всей деревни набрали только лучших поваров для фестиваля? — спросил я, наблюдая за тем, как стражник пнул по отвалившемуся колесу телеги и спотыкнулся о рассыпавшиеся кочаны капусты.

— Угу… Самые лучшие, градоправитель лично отбирал, — ответил Саид, искоса наблюдая за тем же. — Хотя, нет, вряд ли самые лучшие. Скорее, те, у кого хватает цен на аренду места и лотка.

— И сколько нынче просят?

Саид медленно повернулся.

— Минимальная ставка — пятьдесят цен, в самом конце линии. А что? Стоп, только не говори…

Я разом сорвал сумку с пояса, протянул её вместе с прибылью за эликсиры и уверенно произнёс:

— Постарайся выбить для нас местечко получше. Торгуйся, если придётся, но сновать в самом конце мне не хочется.

— Подожди, Рен, — ухмыльнулся Саид и не сразу взял деньги. — Я, конечно, не сомневаюсь, что ты хороший повар, но подожди. Здесь действительно соберутся одни из самых умелых трактирщиков всей деревни. Ты действительно хочешь выступить против них? Да и что ты вообще сможешь предложить? Всё, что только продается в деревне, можно будет купить здесь, у проверенных мастеров, а ты…

— Извините, простите! Я сейчас всё соберу! — продолжал причитать крестьянин, стараясь схватить раскатывающиеся кочаны капусты.

Один из таких докатился аж до нас и остановился у моих ног. Саид был действительно прав, здесь соберутся самые умелые повара всей деревни, и у каждого из них будет по два-три слуги, которые будут постоянно зазывать клиентов. А у меня? У меня был Конский хвост, Кровавая ягода и две дюжины кусочков мяса моллюсков.

Отдельно эти ингредиенты практически ничего не стоили, но если попробовать соединить их воедино, добавить щепотку Ци и усилить действие… Возможно, что-нибудь да получится. К тому же, кажется, я только что наткнулся на самый главный элемент, которого мне не хватало, для воплощения задуманного.

— Эй, Рен, ты меня вообще слышишь? Даже если мне удастся выбить для нас место и прилавок, что ты собрался делать?

Я ухмыльнулся, хлопнул Саида ладонью по спине и уверенно ответил:

— То, что ещё не видывал этот мир!