Госпожа болотной равнины

Глава 48

Глава 48

Сделка считается удачной, если обе стороны убеждены, что кинули и облапошили друг друга настолько удачно, что готовы и далее продолжать взаимовыгодное сотрудничество.

Я думаю, что Новак, наш новый агроном, десять раз пожалел о том, что приехал в наше поместье в поисках жилья и работы. Поскольку работы у него оказалось – выше крыши. Перво – наперво, он раскритиковал моё предложение немедленно посадить на месте выработанного участка пшеницу, предложив сначала некую рекультивацию – для начала привезти землю, затем посадить на этом участке кормовые травы для скота, а уж потом на этом месте отлично растут злаковые.

И вообще, сама мысль о том, что я могу беседовать и даже высказывать своё мнение относительно правильности действий, негативным образом сказывалась на психическом состоянии нашего агронома. Рушились все его жизненные ценности и стереотипы, ну а самый основной шок он получил после того, как Марко сообщил Новаку о том, что и инициатором поездки в Ораховац тоже являлась я. В общем, высказав своё «агрономическое» мнение о моих планах, он переживал, как я отнесусь к здоровой критике, но совершенно напрасно. Поскольку я, не являясь дипломированным специалистом в области агрономии, и спорить не стала. Зато он обнаружил весьма милый кусочек луга, где мы планировали весной посадить наш мешок пшеницы.

Однако, мне не составило особого труда реабилитироваться в глазах Новака после того, как он увидел сахарную свёклу. Он коршуном накинулся на неё, перебрал каждое семечко на её стрелках, и припрятал это богатство в кладовке, постоянно проводя инвентаризацию своим ценностям. Также по его совету мы построили вместительное овощехранилице. И не напрасно. Оно нам вскоре понадобилось. Впрочем, всё по-порядку.

Не прошло и три седьмицы после нашего возвращения в родные, прости Господи, пенаты, как нас посетили супруги Горден вместе с…супругами Рошаль! Да нет…никакой ошибки тут нет – дело в том наша крошка Анджи, справедливо решив, что мало ли что, Андрей может и соскочить с крючка, поэтому просто не дала ему такой возможности. Я внимательно посмотрела на господина Рошаль: «да вряд ли…он и не думал переобуваться на лету» - с сожалением констатировала моя шиза. Не могла с нею не согласиться – слишком уж счастливым выглядел молодой супруг.

- Милый, эта конюшня совершенно не вписываются в общую картину двора. Надеюсь, в твоём поместье не будет столь бесполезного и уродливого сооружения? – едва слезши с лошади, капризно поинтересовалась Анджела.

- Конечно, дорогая! Сама посуди, откуда в загородном доме могут быть лошади? – без тени иронии ответил новоиспечённый супруг милашки Анджи.

Её папенька посмотрел на Андрея с возрастающей признательностью и удивлением. А Марко просто сочувствующе пожал руку господину Рошаль, призывая к терпению и пониманию. Сам родитель юной супруги, не успев спешиться, тут же помчал на перевалочную базу, дабы своими собственными глазами убедиться, за что деньги плочены!

Промчавшись по новым участкам торфоразработок, по перевалочной базе с навесами для сушки и сортировки торфа, и даже прильнув к настоящей каменной дороге, которая вела к самой базе, изволил успокоиться и вернуться в Дубовую Рощу. Он находился в абсолютном восторге, когда с ним случилось то, что совершенно выбило Кристо из колеи – а именно, он увидел на террасе дома возмутительно спокойно сидящего в плетёном кресле дядюшку Виктора.

Господин Горден шустрым ястребом метнулся к креслу, и мне показалось на секунду, что он просто скинет дядюшку на пол, поскольку желание немедленно рассмотреть то, на чём расслабленно восседал хозяин поместья, было написано на лице дорогого гостя аршинными буквами. Но нет, на этот раз обошлось – господин Горден поздоровался с дядюшкой, и, после того, как тот вежливо привстал для ответного приветствия, успел во все глаза рассмотреть кресло и даже слегка его потрогать. Скажу честно, лишь большим усилием воли нам с Марко удалось не заржать в голос при виде подобного неуёмного любопытства. Что тут скажешь – на то и был расчёт.

От себя скажу лишь, что с идеей по изготовлению и производству плетёной мебели я носилась достаточно давно. Но претворить её в жизнь мне не давала судьба. Судьба в лице деда Луки. Дело в том, что мерзопакостный дедок категорически отказывался заниматься чем-то новым, что не укладывалось в его мироустройство и особый порядок вещей. Когда я, счастливая и довольная, предложила ему заняться изготовлением плетёной мебели и значительно увеличить тем самым как свой доход, так и непосредственно, нашего дедка, то он… принялся истерично визжать.

- Да что за напасть-то такая! Да доколе над нами то смываться можноть! Денюх заработали, оно, конечно, хорошо! Да только дед мой корзины плёл, отец тожноть, да и я с имя. – Дедок заплакал горючими слезами – Ну куда мне ишшо мебеля то? Не согласен я на это! Вот хоть режь ты меня помаленьку.

Тщедушный ветеран шумно высморкался в тряпку, что заменяла ему носовой платок, и заковылял прочь с самым решительным видом.

Признаюсь, я очень рассчитывала на помощь дедули в этом щекотливом вопросе. Да уж…но не всё было так трагично. Не прошло и два дня, как ко мне подошёл, как всегда, мрачный Милун.

- Я это…батька…а я вот согласный! – не слишком информативно прогудел куда-то в бороду петельщик. Позже выяснилось, что Милун впервые за свои сорок зим, решил высказать своё мнение, на свою беду, конечно. Поскольку это самое мнение кардинальным образом отличалось от мнения деда Луки, и уже поэтому являлось неверным. А тут ещё горюшко приключилось в семье дедули – ни с того, ни с сего, решил сыночек его, младшенький, Милуном кличут, жениться. И всё бы неплохо, да только престарелый гражданин не одобрил кандидатуру будущей невестки…

В общем, помимо дома для агронома Новака, пришлось мне в экстренном порядке разыскивать ещё и жилище для петельщика. Что тут скажешь? Пусть я через это дело и лишилась пары километров нервных клеток и пары десятков безнадёжно загубленных образцов, зато теперь Кристо смотрел горящими глазами на дело наших общих рук, в котором столь чудесно чувствовал себя Виктор!

Одним словом, не прошло и десяти минут, как господин Кристиян интимно взял меня под локоток и отвёл в сторонку.

- Сорок монет – ответила на невысказанный вопрос я.

- Как я люблю этот ваш «бизнес», дорогая! – улыбаясь, ответил Кристо. Однако, его улыбка несколько изменилась после того, как он заметил в мансарде плетёный столик и небольшое канапе, выполненные все в единой стилистике.

- Сто пядьдесят монет – ласково смотря на моего самого первого покупателя, произнесла я.

- А как же … «бонус»? – тихо произнёс он.

- Рада, что вы смогли понять основное правило ведение бизнеса – очень серьёзно ответила я, презентуя ему подставку для зонтов с нашими вензелями. Да, да…идея Горана, которую он воплотил в виде клейма с изображением раскидистого дерева и волков под ними, получила своё распространение…

Когда, спустя четыре дня, гости решили покинуть наш гостеприимный дом, мы стали богаче на четыре с половиной сотни золотых монет. Стоит ли мне говорить о том, что крошка Анджи, завидев такие папины приобретения, самым решительным образом потребовала у своего супруга то же самое? Только в два раза больше…

Дни шли своим чередом, Марко целыми днями пропадал на торфоразработках, мы выполнили все свои договорённости и даже успели немножко добыть торфа для себя. Новак показал себя с лучшей стороны и бегал сейчас, как ошпаренный, пытаясь объять необъятное. Лишь только Стефан был невесел и тих…

- Ты о чём-то задумалась, дорогая? – Марко тихонько подошёл сзади и слегка приобнял.

- Если честно, то да…я думаю о Стефане –и, не давая жениху возразить, добавила – он так и не рассказал захватывающую историю своего заболевания…

Наши с Марко взгляды остановились на Стефане, который играл в курятнике в Морской Бой. Куры пока вели со счётом 3:0.

Стефан***

Ох, не ко времени маменька нашла письмецо-то, ох, не ко времени! Я тоскливо смотрел в окно своей комнаты в Морской Академии. Марко, как обычно, отписался мне, что они прибыли в Ораховац и устроили небольшую торговлишку, и что у них всё прекрасно! В отличие от меня! Ну как же я так мог «лохануться»! Это Анино словечко прочно вошло в мой обиход, и я смотрел, как внизу, на спортивной площадке, трое кадетов отрабатывают упражнение «качка на море». Лошары! Я с раздражением написал последнюю фразу в письме к любимому братцу, но, рассердившись на себя, написал вместо «люблю, целую» «шлите деньги». Разница небольшая, но для него – принципиальная.

- Эй, Валер! Ты так и собираешься весь вечер просидеть за письменным столом? Сегодня же Праздник Середины Лета! Пойдём с нами! Выпьешь немного, расслабишься! Мы с Нико слышали, что будут дамы! - засунул свою лохматую голову в дверь мой старый друг Блажек.

Рядом с ним стоял ещё один мой приятель и вечный собутыльник – Николай.

-Блажко прав, дружище! Нам незачем киснуть над учебниками – мы и так страсть до чего умные! Душнилы! – крикнули ребята занимающимся на тренажёрах внизу. Судя по тому, что им стали угрожать и махать кулаками, то словарный запас кадетов после приезда Стефана Валера немного расширился…

Семин- защитник! Подумать только – меня уговаривают пойти выпить! Куда мы катимся? Подумавши так, я быстро запечатал письмо и пообещал себе послать его в Ораховац с первой же оказией, а пока – отправился веселиться!

Первый этаж и зал для приёмов Академии были празднично украшены шарами и множеством свечей! Мы прибыли вовремя – занудные торжественные речи и тоскливые приветствия уже практически закончились! И да! Действительно, были дамы…

- Ну что там? Есть кто-нибудь интересный? Или я зря расчёсывал волосы? – Блажко привстал на цыпочки и начал распихивать впереди стоящих кадетов, чтобы лучше видеть гипотетических дам. Не могу сказать, что их количество поражало воображение, но всё же…

- Чур вон та, тёмненькая, моя – Нико, имеющий значительный рост, уже раздавал авансы приглянувшейся ему девушке.

- Поздняк метаться, как говорит Валер – огорчённо сообщил ему Блажек – все девушки уже ангажированы, мы прибыли слишком поздно!

Огорчению моему не было предела. Ну как же можно было так лохануться? Отчаяние и горе поселились в моём сердце навечно. Единственное, что немного отодвигало на второй план мои несчастья - это пара бокалов вина. Блажко придерживался моей точки зрения на жизнь, поэтому уже через час после окончания официальной части мы стали чувствовать себя немного лучше, а ещё через пару-тройку бокалов жизнь и вовсе засияла новыми красками.

- А жизнь - то хороша! – Весёлыми и немного нетрезвыми глазами Блажко смотрел по сторонам – И жить хорошо! – осчастливив мир этим заявлением, мой друг отправился на поиски приключений.

Я решил остаться ненадолго один и присесть на один из диванчиков, щедро расставленных в многочисленных нишах. А для того, чтобы не чувствовать себя столь одиноко, прихватил с собой бутылочку вина. Я нежно прижимал к себе свою ношу, мечтая поскорее добраться до заветного диванчика, и испить сей живительный нектар.

- О как! Госпожа! Какой приятный сюрприз! Разрешите мне отрекодо…отрекордо…откордо…представиться вам – Стефан Валер! Собственной персоной! – моё одиночество откладывалось на неопределённое время, но я был не в претензии.

По непонятной для меня причине, сидящая рядом со мной девушка была какой-то нечёткой, как будто расплывчатой. Я принял решение навезти резкость старым проверенным способом – немного оттянув веко в сторону. Ну вот – совсем другое дело! Теперь девушка виделась мне гораздо лучше, и показалась мне на редкость симпатичной. Как говориться – нет повода не продолжить наше знакомство.

- А как вас зовут, юная прелестница? – я низко наклонился над ручкой милой девушки, опасно закачавшись при этом.

- Меня зовут Милинка Ренар! – вежливо присела я лёгком реверансе девушка.

- Ренар…у меня такое чувство, что я уже где-то слышал эту фамилию… - я принялся размышлять, это простое дело заняло у меня несколько больше времени, чем обычно, но милая дама была не в претензии. – Очаровательно… - сказал я и выдохся.

- Стефан, вот ты где прохлаждаешься! Пойдём скорее в банкетный зал! Там Нико взял и учудил милую шутку – наш друг решился стать учеником Семина. И так же, как и он, творить чудеса! А именно – резко сдёрнуть скатерть со стола, чтобы не упало ни одного бокала. У него уже было две попытки, и обе неудачных. Пойдём, поможешь мне… - я остановил истерические вопли Блажека одним мановением руки.

- Госпожа – немного напыщенно произнёс я – у нас впереди юбилейная попытка попасть в ученики Семина – моё почтение! Извольте меня обождать здесь. Мечтаю о продолжении нашего знакомства!

Мы с Блажкой нетвёрдыми ногами пошли на поиски Нико…но по дороге отвлеклись на постороннее дело …одним словом, изменение судьбы Нико прошло без нас.