Госпожа болотной равнины

Глава 35

Глава 35

Приходит парень в парикмахерскую.

Просит его постричь наголо.

Его соответственно стригут,

после чего он внимательно

смотрится в зеркало и говорит:

— Что-то мне не нравится, давайте лучше под ежика…

Следующее утро было копией предыдущего. Едва занимался рассвет, как в мою комнату без особых церемоний зашла Рина для того, чтобы сообщить о том, что Марко уже меня ожидает внизу, давешняя девчонка-служанка снова принесла поднос с ранним завтраком, одним словом – день сурка.

Едва успели мы разложить свои пожитки на прилавок, как к нам пришли первые покупатели. Статный мужчина в сопровождении двух помощников. Наши первые клиенты были без привычных всем узлов для переноски продуктов. Поэтому они первым делом выбрали несколько вместительных пустых корзин, один из помощников побежал в сторону мясных лавок, а сам представительный господин стал придирчиво выбирать овощи и зелень.

- Уважаемый! На какую потребу овошши берёшь? – тётка Лиляна в процессе торговли чувствовала себя как рыба в воде – ты смотри, выбирай, да бери смело – всё едино – лучшее да красивше наших не сыскать! Овошши на загляденье нонче. По ентой… технолохии… ростим, вишь ты! А ишшо огуры торгуем в бочонках! Ты спробуй давай, не сумлевайся даже.

- Огурцы? Какие маленькие, и правда, необычный товар. Где вы его покупаете?

- Да нешто мы за огуры платить станем? Сами ростим, честному люду на потребу. Вот в этом годе сподобилися до вас доехати, до Ораховаца, а то всё в Липках по обычаю… токмо госпожа выгоду свою ишшет, да про нас не забывает - вмешался в ведение «бизнеса» Горан.

- И правильно сделали, что приехали. Продукт у вас и правда отменный, у наших господ празднество намечается, так он будет в самый раз. И корзины эти… видел как-то… но всё - равно… необычно это…

Представительный господин нагрузил своего помощника и отбыл. А к нам подошёл вчерашний шорник.

- У… робяты! Видал я, что управляющий господ Альвер торговал с вами. Видал, и довольный был. Ну, таперича, за торговлю свою буде покойны. Добрая слава быстро разносится.

Быть может, его слова оказались пророческими, но сегодня торговля шла гораздо более бойко, нежели накануне. Мы с Марко приняли решение, что вполне могли бы оставить лотки на дедулю с тёткой Лиляной. Уж они точно не проторгуются, и со спокойной душой отправились в гостевой дом. Поскольку тётушка очень настаивала на том, чтобы мы вернулись как можно раньше - у неё были запланированы мероприятия, которые я просто не имела права пропустить. Дело в том, что я и так позволяла себе нещадно манкировать своими обязанностями «девушки на выданье», и некоторым моим родственникам это самым решительным образом не нравилось. А после вчерашнего «показа мод» я решила не усугублять ситуацию, поэтому без возражений отправилась с Марко обратно.

Не успели мы свернуть в тот переулочек, где был расположен гостиный дом уважаемого Матеи, как увидели давешнюю девочку-служанку.

- А я то уж глаза все проглядела, думавши, когда вы взад вертаться будете. Госпожа Адрияна – она то страсть как сурова. Велела вас дождаться с рынка и первым делом всё обсказать, чего делать следует. Перво-наперво сказать мне надобно, что вас будет ожидать мусье Дюшале. Он уже пользовал господ Горден и госпожу Адрияну. Вот таперича ваша очередь. Шибче поспешаем, а не то – не ровён час, осерчает, ибо он зело занятым сказался.

И действительно, меня дожидался молодой господин любопытной наружности. Настолько напомаженных мужчин мне ещё не доводилось видеть. Я не чувствовала себя вправе и дальше его задерживать, поэтому кротко сообщила, что полностью к его услугам.

-Ну, наконец-то вы пгисли! Меня зовут мосье Дюсале, я куафер и космет. Но если вы и дальсе будете гасситывать на моё напгасное озидание – то згя! У меня, помимо вас, благогодные дамы имеются в клиентах – с места в карьер накинулся на меня уважаемый мосье.

Он деловито подошёл и взял прядь моих волос для более качественного рассмотрения их оттенка. « Абсолютно кошмарного», как я тут же поняла.

- Какая гадость! – воскликнул он.

- Вы хотели сказать – «радость»? – с надеждой вякнула я.

- Я сказал то, сто хотел сказать – «гадостью» этот оттенок пегой мысы не назовёсь. Придётся квасить в более благогодный оттенок, иначе это зе пгосто будет скандал! Да, да, такое непгеменно надо квасить. В этом сезоне в моде оттенок «шампань». И я настойчиво гекомендую вам, наконец, заняться собой.

- Вы предлагаете мне окрашивание? Есть ли у меня надежда на то, что я смогла бы обойтись без такой крайности? – дело в том, что я много слышала о крайне вредных для волос и кожи средневековых притираний и косметических масках для лица. Стоит ли мне говорить о том, что я не планировала «погибнуть во цвете лет» от каких-то там белил со свинцом.

Судя по всему, моё недоверие было написано на лице аршинными буквами, поскольку уважаемый мосье скривился и презрительно сообщил мне о стопроцентной безопасности всех используемых ингредиентов для своих притирок.

- Я бесконечно гад, что вы пгиехали к нам из вашей дегевни для того, чтобы блистать. И я вижу свою задачу в том, чтобы сделать из вас истинную даму. Не далее, чем завтга в доме господ Альвег будет дан пгиём по случаю пгаздника. Там будут все сливки обсесттва. Но вы пгосто в самом запусенном виде, что мне лисезреть довелось. Молодой наследник Альвег просто не заметит вас. Сольётесь со сторами, каков позор! Немедля квасить!

Мосье жестом фокусника достал небольшую чашечку со странно пахнущей субстанцией. Я невольно поёжилась: настолько было велико моё опасение остаться без волос. По – крайней мере, насколько я припоминала, то шансы на это были велики. Моё воображение уже вовсю рисовало мне настойки ослиной мочи, смешанной с почечным жиром пожилого барсука, и дроблёный янтарь, тринадцать дней настоянный с соломой ячменя. Ничего из подобных рецептов меня совершенно не устраивало. Даже несмотря на моё большое желание угодить тётушке. «Куафер и космет», окончательно разочаровавшись во мне, как в клиентке, раскрыл мне секретный состав своей чудо – мази.

- Рецепт моей маман: чистотел, гепейник и самшит. Вагим и добавляем пепел виногада. Чудесная мазь.

Я призадумалась – вроде бы ничего особо опасного, корень чистотела не настолько ядовит, чтобы у меня был риск остаться лысой. Единственное, что меня немного смущало – тот самый «пепел виногада». Не толчёный, не отварной, а именно сожжёный. Значит, что выше речённый виногад – это не камень и не овощ. Я немного отвлеклась от своих мыслей, пока моя буйная фантазия не довела меня до крайностей.

Тем временем, дорогой мосье уже вовсю возил кисточкой по моим волосам, довольно сообщая мне, что после того, как я побываю в его руках, мне не стыдно даже будет сделать предложение руки и сердца. И что кто знает – быть может, мною заинтересуется сам Филип Альвер! Наследник семьи Альвер и главы местного Дворянского Собрания. Мимо нас с мосье проплыла Анджи, без малейших следов «пепла виногада» на голове.

- Вы забыли покрасить Анджелу!

- Сто за егунда. У госпожи Годен удивительный оттенок «стагое золото». Он идеален!

«Ну да, у тебя то – «пегая мышь» - злорадно сообщил мне внутренний голос. Я печально смотрела на себя в зеркало. Вместо обещанной «шампани» на голове была маска из дурно пахнущей смеси отвратительного болотного оттенка.

- Ну вот – удовлетворённо произнес мосье – совсем немного, и вы мозете смывать маску козьим молоком. Тёплым.

Я усиленно закивала господину, благодаря его за заботу обо мне, сирой, стараясь не представлять, какой запах на моих волосах будет более привлекательным для Филипа Альвера – варёной болотной жижи или застарелого козьего молока.

Через некоторое время после ухода уважаемого господина я сочла, что мой нос достаточно натерпелся от аромата моих волос, и попросила давнишнюю девочку помочь мне вымыть волосы. Просто водой. Быть может, это и шло вразрез со строгими рекомендациями мосье, но… ладно, если что, всегда могу сказать, что тёплого козьего молока просто не оказалось под рукой. Дело в том, что от едкого запаха козьего молока вот просто так было не избавиться, и я очень переживала, какой аромат на балу будет доминирующим от меня – тухлого болота или старой козы?

- Как тебя зовут? Прости, забываю спросить…

- Данка, госпожа – девочка слегка поклонилась.

- Данка, почему же ты несёшь такое большое ведро с водой? Неужели Матея не смог бы помочь?

- Не знаю, госпожа. Но не думается мне, что стал бы он работать за меня. Я не вольнонаёмная, я в батраках тута. Батька должон был Матеи – то, вот и отдал меня за долги, чтобы я отработала, значит… только пока долг не очень сократился – гостёв у нас немного бывает, а ем я кажный день… - девочка печально развела руками.

- Спасибо, Данка, ты мне очень помогла, дальше я справлюсь сама – я поблагодарила девочку, решив, что вымыть и вытереть волосы я уж точно могу справиться самостоятельно. Я очень тщательно смывала со своих волос эту субстанцию, не переставая думать о той несправедливости жизни, с которой мне пришлось столкнуться. Безусловно, и в поместье я тоже жила не в безвоздушном пространстве, но к рабству я не была готова. Да, да, я считаю батрачество ещё лишь одной формой рабства. И тот факт, что батрак смог бы когда-то выкупить себя, лишь подтверждает мою теорию.

Наконец, я посчитала, что мои волосы избавились остатков от этой «маски для осветления волос», во всяком случае, мой нос более не терзал аромат «чистотела, репейника, самшита. И даже пепла виногада». Вода в лохани приобрела насыщенный оттенок малахита. Посему, я сочла свою миссию исполненной, откинула волосы назад, и тщательно их вытерла. Ну а после этого, согласно многолетней привычке, повязала на голове тюрбан. Единственное, что несколько огорчало меня – это отсутствие в моей более чем скромной комнате зеркала, и я не могла убедиться в том, что оскорбивший господина куафера оттенок «пегой мысы» уступил место более благородному «шампань».

Я подошла к окну своей комнаты и увидела, как Данка кормит кур на внутреннем дворе под непосредственным руководством Тияны.

- Любуешься видами из окна, дорогуша? - Марко решил, что нормы приличия не к чему, и стучаться перед тем, как зайти в комнаты – абсолютное излишество. – Ваш дорогой кузен уже отписался из столицы о том, что он постигает науки морские, не щадя живота своего – старший из братьев Валер тряс у меня перед носом бумагой, на которой я с большим трудом (вероятно, писал при сильной качке) разобрала несколько строчек, в которых Стефан просил понять его верно и забрать домой. Ну, или хотя бы просто выслать денег.

Я равнодушно вернула письмо Марко, не переставая смотреть на то, как Данка хозяйствует на заднем дворе.

- В Дубовой Роще имеются батрачные крестьяне? – задала я крайне беспокоящий меня вопрос.

- Да нет… откуда… - протянул Марко, с пониманием глядя в окно – наша семья не сторонники подобного рода труда. Анна, ты пойми меня правильно, ты не хуже меня знаешь, что сломать существующий уклад вещей – невозможно. Человек сам загоняет себя в кабалу, а потом пытается из неё высвободиться. И ты должна понимать, что далеко не всем удаётся это сделать…

Марко давно покинул мою комнату, а я всё стояла и думала, кого он имел в виду, когда говорил о том, что залезть в рабство, погнавшись за материальной выгодой, легко и просто, а вот освободится от неё – порой невозможно? Мы говорили о бедной девочке Данке? Или всё-таки… о его женитьбе? Дело в том, что маменька нашей невесты считала неуместным ту явную симпатию, которую проявляла её собственная кровиночка по отношению к своему спасителю. Во время их присутствия за ужином стол дымился от пылких взглядом господина Рошаль и исходил ядом бессилия от папеньки нашей принцессы.

Я невесело усмехнулась своим мыслям. Судя по всему, жизнь нашу красавицу ничему не учит. Если очень понадобится, я готова снова стать «самым лучшим привидением на свете». Я просто не могу допустить для себя мысли, что все люди, ставшие за это время для меня самыми дорогими на свете, останутся без крыши над головой.

Безусловно, что наша торговля на рынке, продажа торфа принесут нам ощутимый доход, но у меня не было ни малейшей уверенности в том, что этих денег хватит и на оплату работникам, и на оплату по закладным. Да и гарантий, что дядюшка не сядет более за карточный стол – нет никаких…

Внезапно за воротами послышалось оживление. Я снова посмотрела в окно – хозяин гостевого дома с супругою спешили их открывать, поскольку приехало ещё несколько гостей: Матея уже упоминал о том, что пару комнат стояло свободными в ожидании постояльцев.

- Ох, ти мнеченьки, господа хорошие! Радость-то, какая снова вас видеть. А ведь господин Валер тоже прибыть изволили. С семьёю, значит. Третьего дня о вас справлялись, я уж утешил его – мол, будут у вас картёжные соратники.

«А вот и зверь на ловца бежит»! – без капли иронии подумала я, снимая тюрбан с головы. Высохшие волосы нежно-салатового оттенка рассыпались по моим плечам…