Госпожа болотной равнины

Глава 42

Глава 42

Бабуля получает пенсию и в ведомости ставит «нолик». Почтальон удивленно:

— Бабуль, вы же всегда ставили крестик…

— Замуж вышла. Фамилию поменяла…

Народу на рынке было – не протолкнуться.

- Слыхала я давече, Неда, что на свете деиться - то – на Празднике в доме у господ Альвер одна девица ногой топнула и не пошла замуж за кривого горбуна! Шкандал был – ужасть, и горбун ентот чуть до смерти соперника свово не убил… так и есть! Мне это кухарка – Верица сказала.

- Да брехня всё это, Милана! Я вот про другое слыхала – что в доме Матеи, что рядом туточки доход держит – страсти по ночам творятся, и вроде как самих вил видали.

- Вот уж про Матею – чего не знаю, того не знаю. Однако слыхала я, будто на приёме у господ Альвер ещё один конфуз произошёл, за столом игрательным – будто бы люди, удачей целованные, всех игроков раздели, долговых расписок пособрали немеряно, да и были таковы! А ишшо будто бы непотребством занимались прилюдно, да вот только никто за руку не пойман был, а так - стыдоба страшенная!

Мы с Марко пробирались сквозь продуктовые ряды с явным затруднением. Дорогой родственник очень переживал, когда слышал такие речи. Меня же они только смешили: не слышали местные кумушки о тех слухах, что ходили после Дня Учителя, причём ходили они до самого новогоднего корпоратива. Поэтому то, что мы слышали сегодня на рынке – некая лайтовая версия, правда, тяжело воспринимаемая неподготовленной психикой Марко. И к тому моменту, как мы достигли семенных рядов, на лице дорогого родственника можно было жарить яичницу. Бедный парень!

Сам же семенной ряд не поражал разнообразием, пшеница, рожь да ячмень есть – что ещё тебе, собака, надо? Очевидно, что мы были самыми неприхотливыми покупателями, поскольку молча ткнули пальцем в мешок пшеницы с конкретным намерением его приобрести. А вернувшись в наше гостеприимное владение Матеи, обнаружила его скромно сидящим на стульчике с уважаемым господином ювелиром, которому я накануне столь удачно сторговала изделия собственного производства.

- Господин Михаил? Какой сюрприз вас снова лицезреть! – я не стала скрывать своего удивления.

- И вам таки ещё раз добрый день и любое время суток – приподнялся на стуле и сложил ручки на пухлом животике Михаил. – А привело меня к вам сугубо коммерческая мысль. Есть у меня до вас финансовое желание.

Я улыбнулась, услышав столь необычное предложение господина ювелира, и увидела в комнате третьего человека – похоже, кто-то из ремесленников, поскольку он молча подошёл и ждал, покуда Матея соизволит его представить.

- Пожалте знать – Влатко – ремесленник местный, мелочи изготавливает да для детишек мастерит всяко. Вот, тоже для вас интерес заимел… - хозяин гостиного дома несколько пренебрежительно показал в сторону бедного ремесленника, который стоял весь бледный от смущения. Да уж, дела… если я сейчас попрошу ювелира обождать и сначала выслушать Влатко, то такую обиду яркий представитель национальных меньшинств просто так не проглотит. Понимал это и сам ремесленник, потому что молча уселся на краешек того пуфа, что так мило его приютил.

- Прошу вас, пройдите в гостиную – буду счастлива, выслушать ваше коммерческое желание – обратилась я к ювелиру, который довольным колобком покатился в указанном направлении.

- Попросите Данку, пусть принесёт горячего отвара для господина ювелира – обратилась я к Матеи. Он молча поклонился и вышел. Вскоре появился поднос, который с недовольным видом несла одна из дочек самого Матеи.

- А где же Данка? – с удивлением спросила я у той девицы… вечно забываю, как её имя. Про то у господина Рошаль не худо бы спросить, да вот всё недосуг...

- Любимица ваша на скотном дворе – помогает за скотиной ходить! А то ишь ты – горничная выискалась! Батюшка не для того выкупал долги её папаши, чтобы она тут в господскую обслугу играла, а в помощь нам, тем более, что исполнилось ей двенадцать зим, а потому дитём ужо не является! – деваха присела в неуклюжем реверансе. «Вот же сволочь!» - моя шиза в отношении девицы была, как водится, категорична в своих суждениях.

- А дело у меня до вас такое, чтоб всем так жилось, безделушки ваши покупатели оценили – да и как иначе – если что попало в руки честного ювелира – тут он сделал небольшой поклон – торгуется сразу! И таки сразу оценил всю радость от ваших шкатулочек. Вот ей Богу, шоб вы так жили, как я на это радовался.

- Прошу прощения – у вас были какие-то конкретные предложения ко мне – я отвлекла этого уважаемого человека от пересказа смысла мироздания.

- Таки да… - вернулся с небес на землю почтенный гражданин – имею желание купить ваш товар по сходной цене.

- Видите ли, уважаемый… мы приехали издалека, и не планировали посещение вашего славного города в ближайшее время. А шкатулок и меня в запасе больше нет. Да вы и сами понимаете, насколько это кропотливый труд.

На что тот замахал руками, как ветряная мельница, и с жаром воскликнул: «да я к тому и веду – есть, есть у меня на примете нужный люд по потребностям нашим торговым». Вот это поворот! Значит, что они сами приедут к нам в Дубовую Рощу и купят у нас товар на месте? Я к такому была не готова – сплошной профит со всем сторон от поездки нашей вырисовывается, как ни крути! Я озвучила свои расценки, оставшиеся прежними. А на тихий скулёж господина ювелира относительно грабежа, который творится среди бела дня, просто ответила – «я готова продавать вам эксклюзивный товар по эксклюзивной цене».

Несмотря на то, что для меня, как и для самого предпринимателя, был очевиден тот факт, что он будет согласен на мои условия, он не мог просто вот так, запросто на них пойти. Поэтому я трижды услышала «ой, вей» и дважды «обирают, малых деток голодать оставляют». Но принципиальная договорённость была достигнута, так же как и с Влатко, который обратился ко мне с просьбой о сотрудничестве в области продаж корзин и прочих изделий наших петельщиков. И в просьбе его также отказа не получил.

- Если вас это заинтересует, то я бы предложила вам объединиться и организовать несколько телег для поездки в Дубовую Рощу.

- Благодарствуйте, госпожа Анелия! Про то мысли у меня возникали. Дело это стоящее, да и безопасно, опять же… - местные предприниматели со всей серьёзностью отнеслись к моему совету.

Не прошло и полчаса после отбытия этих уважаемых людей, как меня посетили качественно иные посетители. Ко мне в комнату забежала давешняя матеина деваха с выпученными глазами.

- Ой ты божечки – к вам пришли гости, госпожа Анелия! Видеть вас желают скорейше.

Я слегка удивилась столь категоричному пожеланию неведомых посетителей, но всё – равно попросила проводить их в гостиную, которую я уже самовольно захватила в качестве рабочего кабинета. Забегая вперёд, скажу, что меня там ждал сюрприз – Евангелия и Божена Альвер собственной персоной.

- Ну и в дыре ты живёшь – поджав губки, перво-наперво сообщила бабка.

- Пожалуй, вы несправедливы, мама – тихо ответила Божена, на что бабуся скривилась, как будто ела лимоны товарными партиями, и проскрипела:

- Вот ведь дал мне Семин невестушку, и мнения-то своего сроду не имела, не то, что приданого. Что ты молчишь, Божка? Опять сыну моему жаловаться побежишь?

Я постаралась отвести грозу от бедной Божены, поэтому предложила дамам напитки.

- Не желаете ли горячего взвару на меду, госпожи?

- Не стоит, два раза уже пила с утра, да ещё разок напиток из ягод «виногада», что маменька Себастьена готовит… редкая гадость, скажу я вам… да ровно будто хмеля много, по мозгам шибает крепко, Божке пробовать не даю – нету у неё мозгов-то! – ехидно припечатала старушенция, поправляя на голове роскошную копну волос на голове, жаль только, что чужих волос то…

Я сделала максимально внимательное лицо, выслушивая хвалебные речи о дорогой родительнице нашего «куафера».

- Ну да ладно – бабка пожевала губами – мы предпочли бы видеть вашего дядюшку, да он сказался нездоровым.

- Это так, он действительно, немного слаб теперь – совсем недавно он перенёс хворобу внезапную – моё лицо выдавало сожаление о том, что дядюшка заболел так не ко времени, и уважаемая госпожа Евангелия не смогла с ним побеседовать.

- …и вот поэтому мы хотим побеседовать с вами, дорогая – вклинилась в эту странную беседу Божена.

- Да погоди ты! - бабка раздражалась по любому пустяку – мой дорогой внук и наследник Фило, ну ты уже с ним познакомилась – ухмыльнулась божья тварь Евангелия - собирается жениться, да всё кобенится, хоть уже двадцать годов минуло. А потом исполнится двадцать один – так он при своём совершеннолетии притащит домой такую вот дурочку бессловесную, и бабушка ему уже и не авторитет вовсе…

Бедная Божена, про которую эта бабка сказала уже всё, что только могла, была явно смущена, да и в целом чувствовала себя неловко. Бабуся же, не обращая внимание на свою невестку, продолжала мысль.

- Я уж было решила, что ты такая же курица, как и все остальные, а тут новости такие – узнала я, что девочка ты не самая глупая, да и хозяйственная к тому же, да и много чего ещё… - тут очаровательная женщина презрительно хмыкнула – от Радмилы Горден, дай Семин здоровья этой общительной женщине, которая мечтала ранее выгодно пристроить своё чудо в Ораховаце… да вот не срослось! – Бабушка громко засмеялась собственной шутке о помолвке Анджи и Андрея Рошаль.

- Я к чему это всё говорю – с твоим дядюшкой был бы у меня разговор относительно и твоего будущего, детка! Пока что именно он является твоим опекуном, так что и судьбу твою до твоего совершеннолетия решает тоже он. Жаль, что он не сумел осознать свою выгоду и выздороветь к моему приезду. Ну, так что, свадьба ваша с Фило, стало быть, дело решённое? – бабуся приподнялась на кресле, таким нехитрым способом давая понять о том, что их визит в «убогое жилище» Матеи закончен. Вот это номер, чтоб я помер! Вот так сразу?

- Согласна она, госпожа Альвер, согласна, просто обмерла от счастья-то – дядюшка слабо передвигал ногами, спускаясь по лестнице.

Я мысленно «поблагодарила» дорогого родственника за своевременную помощь, и не знала, как мне быть в этой ситуации. В одном эта милая старушка действительно права: до двадцати одного года моим опекуном был Виктор Валер. И моей судьбой, соответственно, распоряжался тоже он. Пока дядюшка рассыпался в любезностях дамам из семьи Альвер, я сочла возможным для себя свалить по-английски, что с успехом и проделала. Раздрай и смятение в моей голове были полнейшие. Мне очень понравился Фило, но ведь это автоматически не означает мою немедленную свадьбу?

Во дворе дед Лука присел на пенёк и меланхолично плёл корзину.

- Добрый день, Лука! Я думала, что корзин на продажу у тебя больше нет, все ведь проданы были.

- А как жеть, так и есть! Да разве ж это работа? Ивняка нету, так, балую понемногу, где брак выявил, вот и перевязываю, чтоб, стал быть, не печалиться без дела-то! Подходили ко мне люди важные да гладкие – так я их отправлял, стал быть, к вам для торга – мы то люди малые, мастеровые, что с нас взять? - тут пожилой гражданин хитро улыбнулся – а вот вы заботу об нас имеете, да такую, что я денюх заработал нонече, да мир повидал боле, чем за всю жисть свою. Таперича вернуся домой, да Милуна женю, ежели какая девица не убоится замуж за него пойти… - тут ветеран закручинился не на шутку.

Во двор, опираясь на предложенную руку собственной невестки, вывалилась бабуся и презрительно надула щёки. На второй руке Божены болталась одна из наших корзинок. А в корзине обречённо сидела Жюли.

- Чего это у вас, милочка, работники на завалинке прохлаждаются? – проскрипела бабуся.

- Вот же раз! – дед Лука привстал со своим занятием с чурочки, огорчённо раскинув руки – Да када это я прохлаждавси? Да я, денно и нощно, в думах о прибылях господских мысли имею да вот – при работе и нонече – в качестве доказательства того, что он крайне ценный сотрудник, пенсионер тряс перед носом своей ровесницы будущей корзиной.

Совершенно очевидно, что никогда ранее госпожа Альвер не сталкивалась с подобной непочтительностью со стороны обслуживающего персонала. Я посмотрела на багровое лицо старухи и внесла поправку в ход собственных мыслей – вообще ни от кого эта достойная женщина не слышала подобных слов вольности. Сам Лука не видел ничего особенного в том, чтобы высказывать свои мысли, разбалованный нашей с Марко демократией.

-… да и вы изделие моё пользуете с успехом – ветеран указал на пристанище Жюли.

Услышав подобную ересь, бабка с размаху выхватила из рук несчастной Божены корзину, бедная собачонка, издав слабый «гав» вывалилась на землю, а милая старушка надела на голову нашего пожилого революционера собственное изделие. Дядюшке совершенно внезапно стало совсем нехорошо, и мне пришлось помочь ему добраться до кресла. Уже уходя со двора, я услышала громогласный рёв бабуси.

- Берём тебя замуж, Анька, и не сомневайся даже… и лиходея этого с собой прихвати, а то больно тоскливо мне бывает!