Жена Наследника

Глава 16

Не знаю, что именно заставило Кейна в конечном итоге изменить своё решение: моя ли горячность в желании быть «как все» и не выделяться среди других рашианок — или его собственное заключение о том, что я не такая уж хилая и слабая, какой кажусь на первый взгляд. В конце — концов, после первого испуга (а кто бы не испугался заглядывающего в окно динозавра). я быстро пришла в себя и даже сама стала сама настаивать на соблюдении традиций.

Правда, Радрддаана, которая пришла проведать меня после завтрака {я как раз допивала в одиночестве свою обязательную витаминную настойку), призналась, что в моей реакции на местных зверюшек никто и не сомневался — как и в том, что приду я в себя очень быстро — как сказал Дилан. девица, которая сумела продержаться больше полугода убегая от наследника, априори не может быть слабой.

Это только мой супруг желающий сдувать с меня пылинки в уютной тихой резиденции Рашиана, почему — то с самого начала был категорически против охоты.

То есть он был против охоты с самого начала, поняла я со спов Радрддааны. а вовсе не передумал из-за моей беременности.

— Конечно, тут всё дело в воспитании, — присев на краешек стула, тяжело вздохнула свекровь. — Кажется, мой сын немного лукавит, когда говорит, что боится за тебя.

Поймав мой взгляд, свекровь покраснела и поспешила добавить:

— Он сильный мальчик, который с подросткового возраста ходит на охоту один.

Кейрран всегда успешно загоняет добычу туда, куда ему нужно. Тут дело в другом…

И почти обречённо махнув рукой, Радрддаана произнесла:

— Мне кажется, он боится, что ты отвернёшься от него… когда увидишь его… в момент охоты.

— В вашем втором обличие? — переспросила я, немного не понимая, почему это может стать проблемой. — Но Кейн много раз перевоплощался при мне. Да и, насколько я поняла, на Рашиане это привычное дело — я только вчера насчитала нескольких мужчин из вашей охраны, которые охраняли нас совсем не в виде людей.

— Согласись, большая разница между чужим тебе рашианином, и собственном мужем, который вдруг превращается в идеальную машину для убийства, — мягко заметила свекровь.

Я пожал плечами.

— Радрддаана, я же видела Кейна в момент его злости — когда он убивал всех без разбору.

— И что ты чувствовала? — поинтересовалась свекровь, а я…

Тяжело вздохнув, я честно ответила:

— Меня тогда хотели жестоко изнасиловать охранники из лагеря переселенцев — Кейн, появился как раз вовремя.

— Может, и это тоже причина, — после минутного молчания, признала свекровь. — Кейрран просто не желает расстраивать тебя, напоминая о том эпизоде. Хотя… — тут свекровь весело хмыкнула. — Наши мужчины вообще с ума сходят, когда дело касается безопасности их избранниц. Мой мальчик копия своего отца.

Пересев ближе, она покосилась в сторону двери, и тяжело вздохнув, добавила:

— Это ведь по приказу Диррлрана наши ученые когда — то придумали камеру, способную сохранить здоровье рашианки даже в самой критической ситуации. И я провела в ней какое — то время… Кейрран же, насколько я знаю, пошёл ещё дальше.

Свекровь, рассмеявшись, покачала головой.

— Я уже боюсь представить, что может придумать твой сын, чтобы оградить от несчастий свою избранницу.

Я машинально взглянула вниз — на плоский ещё живот Что может придумать?.. Ну. если с папиной силой, да с маминой выдумкой, то берегись Вселенная.

— У тебя такое смешное выражение лица сейчас было, — улыбаясь, заметила, Радрддаана.

— А что придумал Кейн? — быстро спросила я у свекрови.

Радрддаана снова ульюнулась.

— Тебе понравится, — сообщила свекровь. — Это куда лучше камеры… и куда безопаснее. Но я тебе ничего не говорила. Просто проведала, передала новый график занятий. И не волнуйся, Алёна, всё идёт даже намного, намного лучше, чем мы это себе представляли.

Я кивнула, понимая, что «родственники» опять оставляют меня в неведении, самостоятельно улаживая все трудности. Что ж…

Кстати, что касается «нового графика занятий», то свекровь тут не спукавила: как я поняла из её разговоров с Джессикой (которая заглянула в наши апартаменты чуть позднее), согласие Кейна на охоту полностью изменило планы императрицы на моё представление высшему свету.

Мол, по традициям, первый приём в честь молодой жены, вошедшей в род, всегда проводится с добытым в её честь мясом — и никак иначе. И если уж мы решили придерживаться традиций в плане охоты, то с приёмами можно подождать.

Мне особенно понравилось её выражение «мы»…

Кейн, который объявился лишь к ночи, повторил слова своей матери, добавив. что на охоту мы отправимся за день до Праздника Основания Империи, а пока, до тех самых пор, я могла продолжать свои уроки с Джессикой в прежнем темпе.

И опять это самое «мы»…всё как я просила.

Однако ни ругаться, ни обижаться мне не хотелось — во — первых, я слабо себе представляла, что на самом деле происходит — и совсем не была уверена, что хочу знать всю подноготную происходящего; кроме того, в отличие от Д’архау, где я совершенно не чувствовала никакой акклиматизации, на Рашиане на меня почти сразу навалилась какая — то усталость и даже сонливость.

Я мало ела, много спала — и даже почти забросила спрягать глаголы на рашианском, чем очень расстраивала Джессику.

— Это потому, что Д’архау подпитывала тебя, — вздохнул Кейн, когда однажды поймал меня заснувшей в кресле. Муж, возвратившись в неурочный час с северного материка (где у них находились какие — то военные базы и лаборатории), тут же перенёс меня в спальню, приказав служанкам принести ранний ужин. Ужин принесли, но Кейн ничего не ел — лишь наблюдал за мной, играя моими волосами.

— Как это подпитывала? — не поняла я, пробуя что — то типа омлета с овощами на пару. Вкусно — и легко.

— Апенка, не забывай, что Д`архау — живая планета, — усмехнулся Кейн. — И ты ей очень приглянулась.

— Интересно только, для чего, — пробурчала я, откусывая кусочек хлеба.

Кейн пожал плечами.

— Кто знает… Кстати, именно шаман много лет назад подсказал Террену, где можно найти деятелей для Д’архау.

— То есть это он… указал на человечество?

Кейн кивнул.

— Вы тогда как — раз баловались экспериментами с атомом. И нет бы что полезное делать — так нет, оружие друг против друга сооружали… Как будто ваша планета могла выдержать столько зарядов.

Понимая, что он где — то прав, я пожала плечами, испытывая странное чувство неловкости. И правда, когда понимаешь, как долго и упорно мы, воевали друг против друга… а настоящий враг оказался извне.

Громкое урчание голодного желудка прервало мои философские размышления.

— Ешь давай, — кивнув в сторону подноса, заставленного тарелками, усмехнулся Кейн. Он явно слышал мои мысли, но прокомментировал совсем другое. Чию ж…

Так летели дни. Честно сказать, было довольно странно оказаться на Рашиане — и не выполнять ничего из того, что было загодя запланировано.

Из — за охоты формирование моего двора отодвинулось на пару недель — что помогло мне нормально акклиматизироваться в новых условиях, неплохо изучить дворец и даже наладить прерванный контакт с родными.

Нет, я, конечно, так и не рассказала им про то, что со мной приходило после вторжения рашианцев на Землю, предпочитая сохранять версию Кейна (вряд ли я вообще когда — нибудь признаюсь им), но рассказывать свои впечатления от космического путешествия, а также о том, что на родной планете Кейна обитают реликтовые ящеры было интересно и занимательно.

А ещё мы много разговаривали с Юлькой на тему беременности и родов. Она — только — только прошла через это — её воспоминания были ещё очень яркие и красочные; сестра охотно делилась со мной всякими деталями, я же также охотно выспрашивала у неё какие — то мелочи, то и дело, сравнивая её рассказы с тем, как протекала моя беременность.

А протекала она с изменениями.

Во первых, к концу недели к усталости прибавилась ещё утренняя тошнота — и теперь я на дух не переносила кофе, что тоже не прибавляло мне бодрости.

Обнимая в то утро навороченный рашианский унитаз, я, кажется, закатила первую истерику Кейну — чем очень обрадовала всех дворцовых лекарей: «тяжелая ребенком самка обязана быть невменяемой» — ине как иначе. Врачи рассказывали нам с Кейном про какие — то гормональные изменения, про то, что беременность девочкой рашианками переносится, конечно. легче — но я ведь не рашианка, иу меня будет не девочка, а мальчик — и мальчик из правящего рода.

— Ддаррххгрэн Алёне следует изменить свой рацион, — заметил главный лекарь, сложив пальцы домиком. — Сильный самец требует много протеина. много животного белка. Мы не рекомендуем нашим беременным самкам растительную еду.

— Я — землянка, — рыкнула я, швырнув в лекаря стакан (который тут же легко перехватил Кейн)},- И у нас, наоборот, беременным рекомендуют есть больше овощей и фруктов.

Отпустив от греха подальше врачей, Кейн притянул меня к себе — и я, как только за лекарями закрылась дверь, начала громко рыдать о том, что меня тут никто не понимает, и вообще, мне хочется кофе и ананас. И тирамису. И копченой колбасы — но не из кардвина или трдведру, а нормальную копченую колбасу из свинины.

Краковскую — ту, которая колечком, на черном бородинском хлебушке.

А наспедующий день рыдала я уже от того, что хотя Кейн и сумел достать откуда — то кутру и колбасу, и хлебушек бородинский, и даже тирамису — ни ничего из этого у меня в организме не удержалось, оказавшись уже через пять минут после завтрака в навороченном рашианском унитазе.

Лишь какая — то новая настойка, сделанная из трав, присланных специально для меня шаманом, сумела снять это ужасное состояние — и даже отчасти сонливость.

Проводя половину дня с Джессикой в зубрёжке рашианского, вторую половину дня я просто отдыхала, набираясь сил…

А между тем как раз подошло время охоты.

Честно признаться, я ожидала от охоты чего-то выдающегося… какой — то грандиозного действа, но всё произошло быстро и… вообще никак. И благодарить за это следовало моего заботливого супруга.

Когда утром в день охоты мы вышли на площадь перед дворцом, Кейн на глазах у всех собравшихся { а собралось не меньше двухсот рашианцев) отдал отцу своё оружие и другие гаджеты, получив взамен один лишь небольшой клинок.

Когда оружие оказалось у него за поясом, Кейн обернулся — и протянул ко мне руку. прося также выйти на всеобщее обозрение.

— Возлюбленная жена моя, подойти к отцу моему, главе нашего рода, — громко, на рашианском, произнёс Кейн. Я послушалась. — При своём отце, моя единственная, я посвящаю тебе эту охоту. Пусть загнанная сегодня жертва продемонстрирует мою силу хищника, а добытое мясо — способность мужа обеспечить свой Дом пищей.

Присев перед мужем — и его отцом, я поочередно приложила их ладони к своему лбу — выражая тем самым полное подчинение своему роду и согласие с действиями мужа.

— Да будет так! — оповестил император, поднимая вверх руки.

После этого представление для масс было закончено и мы пошли через проходное крыло к стоянке флипов.

— Всё готово? — поинтересовался Кейн у отца. Дилан фыркнул.

— Обижаешь, сын.

— Страхуюсь. — поморщился мой супруг и кивнул в мою сторону. — Я за ней полгода гонялся.

Дилан, склонив голову, внимательно посмотрел на меня.

— Согласен, — через долгую паузу, кивнул император. — Но можешь не волноваться: Старр уже с рассвета на месте и раз десять сам проверил всё оборудование.

— Хорошо, — кивнул Кейн. — Я бы сам проверил, но…

— Правила, — закончил за сына император. — Знаю. Когда- то я тоже был на твоём месте. Сколько времени тебе понадобится?

Кейн сощурился.

— Ну… я думаю, что за пару часов справлюсь.

— Тебе надо принести не меньше двух особей.

— Поэтому два часа, — кивнул Кейн. — К полудню готовьте транспортёры.

Когда мы уже подошли к флипу, Дилан внимательно посмотрел на меня, переведя взгляд на сына.

— Кейрран, ты же помнишь, что твоя жена должна первая отметить твою удачу в охоте.

Кейн скривился, но кивнул.

Конечно.

Встревожившись (мне об этом никто ничего не говорил}, я вопросительно взглянула на Кейна.

— Как отметить? — взволнованно спросила я. Супруг только отмахнулся.

— Ничего страшного, Алёнка.

— Ты уверен? — переспросила я, представляя себе ужасные моменты из Игры Престолов, когда Дейнерис должна была съесть сырое сердце лошади. А что если…

Кейн, поперхнувшись по полуслове — он как — раз что — то начал говорить отцу, перевёл взгляд на меня.

— Нет, Алёна, — рассмеялся супруг, — У кардвина сердце намного больше, чем у вашей лошади… примерно с тебя размером.

Что? — не понял император, в недоумении посмотрев на веселящегося сына.

Кейн сверкнул глазами — и уже его отец начал смеяться.

— Ай, да девочка, ай да затейница… — фыркал император, собственноручно открывая для нас флип. И уже когда мы погрузились внутрь, добавил: Ждём с добычей.

— Разводите очаг, — ответил Кейн, включая панель навигации.

И мы полетели в джунгли — охотиться.

Правда, моя охота закончилась так и не начавшись… Хотя, чего ещё можно было ожидать от Кейна.

Опустившись на небольшой расчищенной под посадку флипа поляне, Кейн тут же отпустил флип назад. Не теряя времени, супруг повёл меня куда — то в сторону зарослей из древовидных папоротников — туда, где под кроной одного из деревьев находился… шезлонг с небольшим столиком и даже маленькой сумкой — холодильником.

Я так ошалела от увиденного, что почти пропустила Старра словно дождавшись нашего появления, кузен Кейна тотчас скрылся за зарослями.

— По правилам, на территории охоты может присутствовать только один охотник, — пояснил для меня Кейн. — Старр проконтролировал место твоего пребывания, и сейчас отходит на позиции наблюдателя.

Я кивнула, понимая, что снова ничего не понимаю. Хотя это — то как раз от меня не скрывали — просто в тонкостях рашианского этикета иногда можно заблудиться и плутать если не месяцами, то неделями…

Тем временем Кейн, предложив мне присесть, тут же активизировал какой — то новый режим на моем браслете — гаджете.

Кейн усмехнулся и поднял на меня тяжелый взгляд.

— Я добавил несколько новых функций в твой браслет — в случае опасности, ты в ту же секунду переместишься в нашу спальню, в главную резиденцию. Хотя… здесь, в радиусе пяти метров, имеется также силовое поле, отпугивающее всех без исключения животных, в том числе насекомых. Тебе ничего не надо делать: подождешь меня здесь, слушая музыку. Или почитай книжки.

Кейн нажал какие — то кнопки на небольшом приборе, стоящим на столике.

— И кстати. дорогая, поле работает в двух направлениях: выйти отсюда ты тоже не сможешь, поэтому даже не пытайся.

— Но… — я испуганно посмотрела на Кейна. — А если…

— Датчик работает на большой радиус, — покачал головой Кейн, отметая любую возможность возникновения опасной ситуации. — Так что никакой — подчёркиваю: никакой опасности нет.

— А если я в туалет захочу, — воскликнула я… кажется обиженно. Получается, что: так много разговоров про охоту, а я даже динозавров не увижу?

Усмехнувшись, Кейн мне пообещал:

— Увидишь, не волнуйся. А в туалет… — он махнул рукой вокруг. — Пользуйся на здоровье.

— Американка тебе бы сейчас точно закатила скандал, — заметила я, просто… ну, просто чтобы заметить.

Кейн фыркнул и коротко поцеловал меня в губы.

Что ж, значит, мне повезло, что я женат на русской.

И, зарывшись в мои волосы, сделал несколько глубоких вздохов.

— Мне пора, Алёнка, — прохрипел Кейн, поднимая на меня взгляд. — Не волнуйся и ничего не бойся, хорошо?

Я кивнула… и осталась одна.

Без Кейна, время тянулось очень медленно… я успела выпить полную бутылку воды и половинку бутылки сока, съесть небольшой пирожок — прогуляться по своим пяти метрам и поиграть с границей, которая немного жглась при прикосновении.

Наручный гаджет, который обычно имел выход в систему глобальной коммуникации

{ вроде нашего интернета) сейчас показывал только время и несколько сохранённых файлов — в основном по рашианскому языку, истории и этикету.

Правда, пользуясь своим изменившимся состоянием, я теперь кроме «учебной» литературы находила время и на художественную — когда от усталости не хотелось ничего делать, я просто читала книжки из земного прошлого… Каким — то образом Джессика сумела найти в глобальной библиотеке и книжки с Земли, так что теперь у меня имелось несколько файлов любовных романов: Сумерки, Унесенные с ветром и какая — то книжка про дракона и его единственную, которая случайно попалась мне в списке книг Самое смешное, что, заглянув в конец книги, я с удивлением обнаружила, что сына главной героини зовут Кейрран — прямо как Кейна А её мужа — главного дракона — Даррен. И понимая, что моему ребенку придется выбирать «рычащее» имя, я призадумалась…

А Кейн всё не возвращался.

Мысленно я то ругала его всякими нехорошими словами, то вслух требовала вернуться как можно скорей.

— Плевать на эту охоту, Кейн — кричала я в пустоту чащи. — Плевать на статус и традиции. Переживём как нибуды.

И, присаживаясь на шезлонг раскинутый по приказу заботливого Кейна, уже просяще плакала:

— Вернись… пожалуйста, только вернись невредимым…