Генерал Скала и сиротка

ГЛАВА 15. Отказать самому принцу?! Экая гордыня или глупость

— … Людвиг — сумасбродный немного, — виконт чуть не споткнулся от моей резвости, но легко выровнялся. — Я так неловко себя чувствую за вчерашний визит. Не знал в каких вы отношениях, принц был так уверен, а мы перепили… — он немного замялся, — и решили, что вы не против немного пообщаться.

— Мы с сестрами были против.

— Уже понял. Я постараюсь сегодня же аккуратно объяснить Его Высочеству, что вы заняты саморазвитием и… в общем, что не стоит вас ждать на вечеринках, правильно?

Светлые, немного наивные глаза в опушении длинных золотистых ресниц смотрели с любопытством и легким недоверием.

Как это? Отказать самому принцу?! Экая гордыня или глупость.

— О, вы удивительно проницательны, лэр Озра. А что, принцы всегда столь настойчивы по отношению к благородным дамам?

— Я лишь на днях был принят в круг Людвига, поэтому утверждать не берусь. Вчера он впервые при мне кем-то заинтересовался. Обычно не он, а прекрасные девы проявляют активность, если вы понимаете, о чем я, — юноша полыхнул щеками, но поиграл бровями как завзятый ловелас. Все же местные нравы приучают к испорченности. — И в вашем случае я его понимаю.

— А что в моем случае? — удивилась я.

Мы подождали, пока слуга откроет дверь.

Я посмотрела по сторонам, осознав, что уже некоторое время не вижу Гектора. Когда начался разговор с виконтом, наставник точно шел следом за мной. А потом испарился. Надеюсь, ненадолго, хотелось бы вместе с ним изучить правила местных дуэлей и расписать график тренировок.

— Вы… — юноша прошел за мной в холл и попытался галантно припасть к руке. Но остановился, обнаружив, что лобызать придется не кожу, а грубый хлопок тренировочных перчаток. Вышел он из положения снова предоставив мне локоть небесно— голубого камзола. Мой припыленный вид его не смущал, по крайней мере я этого не замечала. Все же наш практичный север давал о себе знать даже в этом чуждом роскошном окружении.

— Я?

— Вы… по-своему прекрасны.

Я едва не споткнулась на первой ступени лестницы между этажами.

— Простите?!

— О, здесь есть волшебно красивые леди. Столица знает толк в нарядах и украшениях, но ваше лицо… оно подобно весеннему цветку — нежное, сияющее. Хоть и не яркое, как того требует мода. Поэтому в желании принца Людвига видеть вас я не вижу ничего странного.

Ясно. Местные комплименты. Не то, что я была дурного мнения о своей внешности, но в нашей семье все же красавица не я. Папа всегда говорил, что самые красивые глаза у Мириам, завораживающие как черные опалы. Мне же достался фамильный стандартный цвет Хельвинов, как и у всей основной кровной линии — зеленоглазые мы. У Анифы зелень тоже присутствовала, но разбавлялась темными карими крапинами, очень милыми.

В остальном, я тоже серединка на половинку. Симпатичная, но не более. Сестры вечно меня обходят во внешности. У Анифы — идеальный рот бутоном, прямо как в древних южных трактатах красоты. У Мири — темные, гладкой волной волосы.

Но приятно, что Озра, следуя этикету, вежливо называет меня прекрасной. Я поощрительно кивнула и, чтобы больше не смущать молодого человека, вернула разговор в прежнее русло.

— То есть злиться на нас Его Высочество не будет?

— О, можете быть в этом совершенно спокойны! Скорее всего, он уже вчера полностью о вас забыл. В компании всегда есть стайка фрейлин королевы. А еще балы, охота, опера… — белокурый аристократ задумался, — иногда совсем не хватает времени на тренировки. Редко кто здесь успевает заниматься, а если и ходит на предоставленные королем уроки — то выбирает танцы, например, или стихосложение. Но… бывают и дуэли. Чаще всего они завершаются быстро, мало кто может выдержать те же молнии, которыми хвастаются братья Габардилы. А вы сегодня… даже получив удар чарами, удивительным образом продолжили сражаться, не упали, умоляя о снисхождении.

Когда мы дошли до второго этажа и остановились попрощаться, он вдруг заговорил быстро, словно боялся, что так и не решится сказать.

— Может быть у вас… есть какие-то семейные знания повышения выносливости? Если бы согласились поделиться, я был бы необычайно благодарен. У меня есть прекрасная сменная упряжка жеребцов. Или на другой интересующий вас обмен.

Хм. А вот и причина интереса виконта к незаконнорожденной девице. Я пристально посмотрела на притихшего в ожидании ответа юношу. Выдержала паузу.

— Я подумаю. Вы же сами сказали — техника семейная, просто так ей не разбрасываются.

— О, — выдохнул он, — я могу…

— Лэра! — мой едва наклевывающийся проект заработка прервали. Никакими техниками делиться я, конечно же, не собиралась. Но существует несколько упражнений для повышения выносливости, и я хотела выяснить, знает ли о них Озра. Выяснить и запросить за них достойную цену.

По коридору мчалась Иванка, а бегать нашим горничным мачеха категорически запрещала и, как мне казалось, отлично их вымуштровала. Что-то случилось… И скорее всего ничего хорошего.

— Лэра Хани! Лэра!

— Да, Иванка, я тебя слушаю, — терпеливо сообщила я.

— Лэра!

— Ваши сестры пошли с Кейси узнавать, где проходит завтрак! — выпалила она задыхающимся голосом.

— Молодцы, — одобрила я.

— А потом к нам пришли! Гонец из Посольства.

— Отлично… — надеюсь, улыбка на моем лице не показалась лэру виконту излишне хищной, но удержаться я никак не могла. Да! Да! Да! Посол признал мои полномочия!

— А потом еще гости пришли!

— О, ты радуешь меня все больше. И кто же это?

— П-принц. Его Высочество Людвиг Кондегро… никого из высокородных лэр не застал, гневался и… и сейчас убивает посольского гонца!

По коридору я пронеслась за считанные мгновения. Перед покоями наскоро скрутила волосы на затылке, наискось закрепила пучок спицей и замерла в ожидании.

В это время до меня, охая, добежала Иванка. Замолчала под брошенным на нее взглядом и, распахнув передо мной дверь, склонилась в почтительном поклоне.

— Оу, у нас гости, — легко сказала я, шагая вперед и небрежно стаскивая с рук перчатки. Словно пришла с приятной утренней прогулки и стряхивала с ладоней не грубый многослойно-ребристый хлопок, а тонкий шелк.

Четверо придворных, стоящих на моем пути, расступились в стороны, привычно уступая даме. Чтобы тут же вслед зашептаться, сопровождая бормотание неприятными смешками. За спиной еще раз хлопнула дверь, кажется, внутрь забежал виконт Озра и завяз, остановился, перехваченный ближниками принца.

— … Ваше Высочество… — пропела я, — какой сюрприз в наших скромных покоях, — и присела в реверансе.

Изящный блондин, удерживающий одной рукой за горло неизвестного мне, скромно одетого мужчину, резко развернулся и выпустил жертву, тут же с хрипом рухнувшую на пол. Золотистые, удлиненные пряди упали на острые, точеные скулы. Плотнее сжались розовые, капризно изогнутые губы.

Принц Людвиг обладал нежной, почти женственной внешностью. Насколько я успела понять — совершенно ему неподходящей.

— Лэра Хельвин… — негромко выдохнул он. — А я уж и не надеялся вас сегодня увидеть. Думал, скрываетесь от меня вместе со своими сестрами.

— О, я была на тренировке, — сообщила я, вставая из поклона без разрешения, и принц помрачнел. — Дуэль, мелочи. А что вам, скажите на милость, сделал мой слуга из Посольства? Мы, герцогство Эльвинейское, не входим в королевство. Бедняга даже не ваш подданный.

Как и я. Как и я, Ваше Высочество! Королю я бы такое сказать прямо не посмела, а вот принца хочу поставить на место, аж челюсти сводит.

Он моргнул. Посмотрел на испуганного, едва дышащего человека у своих ног. И, вытащив платок, брезгливо вытер руку.

— Он мне не отвечал где вы, куда ушли.

— Откуда же ему знать, Ваше Высочество? — мягко сказала я, подходя к посольскому служке. На рукаве у него белел герцогский герб, но лица я не узнавала. — Голубчик, как ты себя чувствуешь? Не бойся, тебе ничего не грозит, принц обознался.

Мужчина съежился, отползая и с ужасом косясь на Людвига.

— Подожди за дверью, — распорядилась я. — А ты Иванка, помоги лаэру-курьеру выйти в коридор, да поймай кого-нибудь с кухни, скажи, чтобы принесли сюда легкие закуски для гостей.

Говорила я исключительно доброжелательным тоном, улыбалась, но без излишней мягкости и слабины. Все твердо и уверено. Нельзя показывать хищнику свой страх. А мне страшно… Очень страшно.

— Я не собираюсь засиживаться, — принц махнул рукой, и сопровождающие его придворные разделились. Двое вышли из покоев вслед за слугами и утащили за собой виконта, а еще пара осталась внутри, закрыв дверь и обернувшись с сияющими, какими-то вязкими, противными улыбками.

Так когда-то сын кастеляна разлил масло и наблюдал за падающими на лестнице горничными. Его отец надавал придурку по шее, а на следующий день и вовсе на кухню в поварята сослал. Но я потом с неделю спускалась по ступеням с опаской и ела совершенно без аппетита.

— Ты очень хорошенькая, — сказал принц, подойдя ко мне почти вплотную. И кончиком пальца легко провел по моему подбородку. Светло-травяные, почти прозрачные на свету глаза смотрели ласково. — Так и думал, твоя кожа удивительная, гладкая как шелк. Ты же младшая Хельвин?

— Леди дас Хельвин, дочь герцога Эльвинейского. И вы слишком добры, Ваше Высочество, говоря о моей внешности. Я видела рядом с вами намного более красивых дам.

— Они мне надоели, глупые курицы.

Мы оказались одного роста.

Можно было отступить, но он точно двинется дальше и все это будет смотреться словно меня загоняют в ловушку. Вызывать принца на поединок или затевать скандал было бы катастрофической глупостью. Поэтому я продолжала стоять неподвижно, сжимая в руке перчатки и лихорадочно пытаясь сообразить, что собирается делать молодой мужчина. Порочное предложение? Но тогда зачем ему свидетели его низости?

— Ты же Анифа? — он приблизил лицо, чуть не сталкивая нас носами.

— Ани. Лучше — Хани, — я не выдержала и отстранилась.

Я не могу подтвердить чужое имя, приходится каждый раз аккуратно поправлять. Но никто и помыслить не может, что официальная наследница леди Лидия дас Хельвин и я, по-простому одетая девушка с непривычным именем Хани — один и тот же человек.

— Я кое-что успел разузнать от тебе, — сказал он, как я и думала, подшагивая ближе, — Упрямцы Хельвины вечно на чем-нибудь повернуты, твой отец официально женился на джунгарке. Но хоть на стороне смог создать нечто достойное. Мой венценосный старший брат говорит, что ваше герцогство очень важное, и, если мы с Алонсо хотим, то можем закрутить с наследницей… Но — джунгарка? Пф-ф, не нужна она мне. Да и какой из меня муж, да? Смешно. Зато друг я — на зависть. — он почти шептал. — Ты думала обо мне?

Ох, вот по-другому я представляю дружбу и друзей, совсем по-другому.

— Я вас видела не больше минуты, принц. И рано мне о ком-то думать, вы… пришли не по адресу. Сегодня, например, я думала только о дуэли.

Интересно, если я хлестану его по щеке, меня будут судить? Жаль, что так и не успела добраться до книг с местными законами.

— Дуэль была, говоришь? — продолжил он. — С кем-то из девчонок успели не сойтись взглядами на тряпки? Не удивительно. Тебя надо переодеть в достойные наряды, Шелковая девочка. Это странное платье тебе совершенно не идет.

Парочка у двери снова гадко, масляно засмеялась. Я даже не посмотрела в их сторону.

— Мы не сошлись взглядами со старшим Габардилом. Княжич без уважения задал вопрос мне и сестрам, пришлось вывалять его в земле, так что он кричал и молил о пощаде. Руку ему чуть не выбила, — я сощурила глаза и громко шлепнула перчаткой по ладони. О ничейном счете поединка говорить не буду, думаю, принц и сам скоро узнает детали, а сейчас скажу ту правду, которая меня может выручить.

— Габардил? — удивился Людвиг. — У него же две звезды.

— Я много тренируюсь.

Некоторое время незваный гость молчал, изучая меня с любопытством энтомолога, обнаружившего бабочку несколько другого типа, нежели он ожидал.

— Я впечатле-ен, — протянул он. — Мой брат Алонсо любит покорных девиц, а я, признаться, немного нестандартен. Приглашаю тебя на свидание, опасная лэра.

Чтоб ты провалился со своей нестандартностью.

— До моего совершеннолетия полтора месяца, Ваше Высочество. До этого времени не прилично мне бегать по свиданиям.

— Тогда мы просто встретимся где-нибудь… Хани, — промурлыкал принц.

От того, как он назвал меня по имени стало страшно до жути. Было бы на кого опереться, ухватилась бы двумя руками. А так приходится делать вид, что веду с гостем светскую беседу и нисколько не смущена отвратительно-неприличным одиночеством в компании молодых мужчин.

Папа «добавил» к моему основному имени второе — южное, но нигде в официальных бумагах этого не отметил. Это играло мне на руку. Иначе меня бы не упрашивали, а просто сообщили волю короля, официального опекуна, который по неясной причине выделил наше герцогство. И все, никаких отказов. Бегом на свидание, даже зная, что на мне не собираются жениться.

Зато сейчас есть шанс вывернуться.

— Если только в тренировочном зале, принц.

В покои настойчиво постучали. Парочка ухмыляющихся щеголей у входа недоуменно переглянулась, один из них выглянул наружу, что-то прошипел и вернулся, плотно прикрыв створку. Шляпа, которую он продолжал удерживать в руке, мела по полу длинным пышным черным пером.

— Озра пытается войти, — сообщил он в ответ на раздраженный взгляд принца. — Срочно хочет вам что-то сказать.

— Мы и правда всех задерживаем, — попеняла я. — Сестры ждут меня за завтраком, да и посольские дела не стоит задерживать. А я после дуэли не переоделась.

Он улыбнулся. Легко. Ясно. Шальной и бесшабашной мальчишеской улыбкой. Только прозрачные глаза оставались слишком взрослыми на юном лице.

— Тогда через час после обеда жду тебя в своем тренировочном зале.

— Лучше здесь, Ваше Высочество. Не у вас, а в Детском Дворце. Я всего лишь первый день в столице, чувствую себя немного некомфортно, поэтому предпочитаю никуда далеко не уходить. Мало ли какие неприятности могут меня ожидать в незнакомом месте.

Ближники засмеялись, и впервые принц полоснул их лезвийно-гневным взглядом, мгновенно оборвав неприятное глумление.

— Лэра права, — бросил он им и развернулся ко мне с изяществом, достойным танцевального па. — Не стоит ей пока бродить в наших краях. Милая Хани, вы меня убедили. И еще — зовите меня просто Людвигом. Я настаиваю.

Он кивнул и отправился на выход. Ни на секунду не задерживая шаг, прошел через двери, мгновенно открытые сопровождающими. И о чем-то заговорил в коридоре с Озрой. Надеюсь, виконт придумал весомую причину разговора, потому что лично мне показалось, что по какой-то причине он настойчиво хочет помешать принцу общаться со мной.

Я с трудом поднялась из прощального реверанса и буквально рухнула на ближайший стул.

Словно под пулями постояла. Они со свистом неслись у моего виска, и пару раз чуть не содрали кожу.

— Леди… — сдавлено донеслось от двери, — могу я зайти?

В гостиную мелкими шажками, трясясь и оглядываясь зашел посыльный из Посольства. За его спиной горничная принялась бороться с замком, пытаясь закрыть нас от непрошеных гостей. Витая задвижка, на которую было столько надежд, увы, валялась на полу.

— Иванка, — хрипло сказала я, чувствуя, как начал подводить голос. — Быстро мне стакан теплой воды и меда. А ты, любезный, с какими вестями? Теперь можешь говорить без опаски.

Мужчина вытащил из-за шиворота смятый пакет, перевитый лентой и залитый темно-красной восковой печатью.

— Лэр Юшим, Посол Эльвинейского герцогства в Имерии, передает леди… — он облизнул губы и сделал паузу, еще раз изучив мое лицо, — Ее милости наследной герцогине Лидии Хельвин документы с надеждой на высочайшее одобрение. А также передает на словах следующее: «Нас атаковали ночью. Нападение удалось отбить, но несколько стражей убиты, а леди Камалия дас Хельвин легко ранена. К сожалению, украдены все вещи сиятельной лэры. Настоятельно просим оставаться под защитой дворцовых стен и временно, до выяснения обстоятельств не появляться в городе».