#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 39

Глава 10

Лунный Диск (штаб-квартира Организации), Та Сторона

Хоттабыч принимает вызов по связь-артефакту. Камень в ладони едва заметно вибрирует, настраиваясь на знакомую частоту. Канал определился — это Ясен. Скорее всего, опять что-то недопонял или перепонял по-своему.

Друид он, конечно, опытный, но временами редкостный тугодум. Впрочем, в этой группе другого на его место всё равно не поставить — и по очень конкретным причинам. Во-первых, Ясен является единственным Высшим Грандмастером в отряде, а ставить над ним обычного Грандмастера означало бы демонстративно наплевать на ранговую систему. Такой плевок Хоттабыч себе позволить не может — порядок должен оставаться порядком. Организация держится на иерархии и высшем предназначении Высших Грандмастеров.

Во-вторых, Ясен искренне и с огоньком замотивирован насолить Филинову. А сейчас такая мотивация ценится едва ли не выше профессионализма. Именно поэтому Хоттабыч и не отправил Масасу. Та со своими яблоками и прочими заскоками уже готова за Филинова стоять горой.

— Докладывай, — произносит Председатель сухо.

— Филинов сейчас находится в Кузне-Горе, — докладывает друид скрипучим голосом. — Неподалёку от лагеря дроу произошла короткая жёсткая стычка. После неё Филинова подхватило кровавое чудовище и унесло прямо вглубь Кузне-Горы.

Хоттабыч хмурится. Густые брови сходятся к переносице, пальцы сжимаются на артефакте:

— Мне до этого нет никакого дела. Совершенно. И ты лучше объясни другое: какого Астрала король Данила оказался в Кузне-Горе раньше вас? Я, кажется, ясно ставил задачу. Ты ее помнишь, высший друид?

Ясен реагирует с задержкой.

— Конечно, Председатель, — скрипит этот кустоголовый. — Найти и изъять артефакты Кузне-Горы. Проверить наличие Печати Фантомной Зоны. Мы как раз работаем над проникновением в Кузню-Гору.

— Тогда почему ты мне звонишь, а не действуешь?

— Председатель, просто есть уточнение. Существенное. То чудовище, что унесло Филинова, — это Пульс.

Хоттабыч хмыкает:

— Какой ещё, к Астралу, Пульс?

Как высший менталист, он, конечно, ничего не забывает и мгновенно по хештегу мог бы выловить в банке памяти нужное слово, но этот друид должен научиться давать полный доклад! Ох, как Хоттабычу не хватает умной лапочки Масасы! И почему Филинов действует на женщин как магнит?

— Пульс, зверь Принца Кровавой Луны, — отвечает Ясен. — Та самая ездовая тварь. Кровавый биотранспорт и биоружие. Мы считали его уничтоженным, как и всех старых хозяев Лунного Диска…

На этот раз Хоттабыч выругивается вслух, зло и без всякого желания сдерживаться:

— Твою же астральную мать!

Он резко выпрямляется, будто собираясь сорваться с места, хотя прекрасно понимает, что расстояние не сократить движением. Почему эта тварь, когда-то положившая не один десяток Организаторов среднего ранга, воскресла? И почему тут опять задействован Филинов? Неужели очередная случайность? Этот король-регент уже начинает действовать Хоттабычу на нервы!

— Какого Астрала эта тварь вообще жива⁈ Я лично видел отчёты! Там должно было остаться пепелище на десяток лиг, а не функционирующий Пульс!

Он делает короткую паузу, затем продолжает, уже не обсуждая, а приказывая:

— Слушай внимательно, друид. Если хоть кто-то ещё из шайки Кровавой Луны выжил — немедленно разобраться. Без исключений. Они все должны отправиться в Астрал, ты меня понял?

— Да, Председатель, — прокряхтел Ясен.

Хоттабыч переводит взгляд в пустоту:

— И хватит топтаться без дела. Немедленно выдвигайтесь в Кузню-Гору. Уничтожить всех из Кровавой Луны, кого там найдёте: Пульса, Принца, кого другого. Полная зачистка. Без докладов «по ходу». Отчёт — после.

Хоттабыч раздражённо обрывает связь. Его накрывает лёгкая, но неприятная тревога. Да, Принц Кровавой Луны даже в полной своей силе не мог бы с ним тягаться, однако всё равно будет неприятно, если тот сумеет извлечь из кровавой твари свой резерв магической крови и восстановиться. А если ему ещё и Филинов подсобит, то шанс на успех становится слишком уж реальным, чтобы его игнорировать. Тем более что Данила выжил в схватке с самим Древним Кузнецом…

Вверху ревёт кровавая тварь, а внизу проносится вересковая долина. Я усиливаю и уплотняю Пустоту, стягивая её вокруг себя и Змейки плотнее, жёстче, без малейших зазоров. Вокруг меня вместе со Змейкой формируется пузырь бесконечности, отрезающий нас от всего остального мира.

Кровавые щупы твари по имени Пульс обхватывают этот пузырь со всех сторон — плотно, настойчиво, но безрезультатно. Продвинуться дальше они не в силах, остаётся лишь удерживать нас в небе и утаскивать в сторону Кузни-Горы. Огромная каменная скала стремительно приближается, заполняя собой всё поле зрения. Пульс яростно машет крыльями, а я держу Змейку на руках, и её обнажённый миниатюрный гибкий стан греет ладони.

На мысленном канале Светка негодует:

— Вот Змейке повезло! Я эту красную кляксу даже подпалить не смогла. Хочу с ней драться!

Я лишь качаю головой и молча соглашаюсь со следующей репликой Насти:

— Света, похоже, тебе второго пора.

А лучше сразу двойню, хотел я добавить, но в этот момент в другой мысленный канал влезает Ауст со плохо скрываемым недовольством:

— Мой король, что это вообще было? У тебя в подчинении лучшие воины и сильнейшие лорды Багровых земель, а ты ныряешь в пекло сам!

— Ну, я вообще-то…

Договорить я не успеваю. В мысленную связь тут же, без стука и предупреждений, врезается Гумалин:

— Шеф, ты же обещал меня с собой взять в Кузню-Гору!

Я закатываю глаза так, что, будь это физически возможно, они бы точно сделали оборот.

— Ох, достали. Я, по-вашему, в турпоход отправился, что ли? Меня вообще-то утаскивают в цитадель врага.

Гумалин откликается обиженно, с той самой интонацией, от которой хочется одновременно смеяться и душить:

— Везёт тебе, шеф! А ты меня не пускал туда!

Нет, вы только посмотрите на него.

— Идите вы оба в баню, — отрезаю я и просто отрубаю ментальную связь. Хватит с меня.

Будут ещё короля поучать. Хочу — и лезу во вражеский лагерь. Зато потом куда меньше наших «лучших воинов» ляжет в землю.

Как будто у меня есть время для коллективных обсуждений и нытья! Меня вообще-то утаскивает в своё логово кровавый дракон — пусть даже я сам этого хотел.

По отдельному каналу отдаю Зеле чёткие приказы: окружить Кузню-Гору и начать массированный артиллерийский обстрел всем, что есть, вплоть до Золотого Дракона включительно — пусть тоже работает. Прочность этой скалы мне неизвестна, вот пусть и проверяют на практике, да одновременно готовятся к штурму.

Ломтик уже доложил, что Ясен наблюдал за нашей битвой и отчитался своему начальству по поводу Пульса. И сейчас друид уже получил приказ от Хоттабыча — убить Грандбомжа, которого я ещё даже толком воскресить не успел! Вот наглость-то! Ну а Организации за это, как водится, снова придётся отхватить люлей. Скоро, это станет традицией. Не потому что я злой или мстительный, а потому что иначе до них не доходит.

Пульс тем временем влетает в ворота, расположенные на высоте метров ста пятидесяти прямо в скале. Нас здесь уже ждут. Живые доспехи. Отборный отряд железяк. Только стальной гаргульи нигде не видно. Видимо, не рискует показаться, а может вправляет вмятины на кирасе после встречи со мной.

— Давай, милая, отжигай, ведь за этим ты здесь, — говорю я, отпуская хищницу на ноги.

— Мазака, ессс! Им фака! — Она мгновенно принимает боевой облик. Её руки уже увенчаны Осколками Красного меча херувимов, и она сразу же начинает кромсать Живые доспехи — без разгона, сходу, сигая сквозь них, проходя насквозь и вылетая из стен, разрубая конструкции на части.

— РРРРРР! — Пульс смотрит на меня, порыкивая кровавой пастью.

— Я о тебе не забыл, — усмехаюсь я и направляюсь к кровавому дракону — именно топаю. Демоническими копытами. Да, и когти с рогами тоже в наличии. Теперь всё будет по-серьёзному.

Багровый дворец, город Нема, Багровые Земли

Ледзор прибывает в Багровый дворец, веселый и загорелый до черноты. Во дворе его встречает Кострица и с ходу, даже не здороваясь, не обратив внимания на потянувшегося целовать морхала, язвит:

— Ну что, нагулялся с девками Нового Света?

Ледзор фыркает и отвечает с показной обидой:

— Вот сейчас было обидно, хрусть да треск! Я, между прочим, делом занимался. Целыми днями носился по джунглям, как проклятый, и искал своего старого кореша Тэнейо. А если я выгляжу так, будто меня солнце пережевало и выплюнуло, так это потому, что я там реально выживал, а не по кабакам шлялся.

К парочке подходят капеллан Рома и королева Лена. Лена в строгом деловом костюме — тёмном, без лишних деталей, подчёркивающем её собранность и деловой настрой. Она окидывает Ледзора быстрым, оценивающим взглядом и с явным интересом спрашивает:

— Ну и как скатался, Одиннадцатипалый?

Ледзор улыбается в бороду:

— Нашёл-таки я бывшего короля майя. Тэнейо все такой же упрямый и еще в своем уме. В принципе, он согласен поработать на графа Данилу, — тут он задумчиво чешет подбородок. — Но есть нюанс. Большой такой нюанс. Тэнейо проклят и не может покинуть Новый Свет. Так что графу придётся лично договариваться с ведьмой, которая это проклятие на него повесила. Я пытался до неё добраться, но она каждый раз уводила меня в сторону какой-то хитрой магией, так что я в итоге даже дорогу терял и понять не мог, куда иду.

Ледзор замечает, как Кострица косится на него с подозрением, и тут же, не дожидаясь новых выпадов, всплескивает руками:

— Хрусть да треск! Да не ходил я налево! Даже мимо не проходил! Огибал за версту!

Лена удивлённо смотрит на морхала. Кострица фыркает демонстративно и отвечает с откровенным злорадством:

— А я и так знаю. Я тоже через одну ведьму на тебя проклятие наложила. Так что у тебя всё отсохло бы сразу, только сходи ты девкам!

Ледзор вздрагивает:

— В смысле «всё отсохло бы»⁈

— Всё, — припечатывает Кострица.

Королева Лена в этот момент улыбается.

Ледзор переводит тему, решив, что дальше лучше не уточнять, а то страшно, и спрашивает:

— Королева, где граф-то? Мне бы ему лично отчитаться, хрусть да треск…

Лена отвечает без пафоса:

— Король Данила сейчас штурмует Кузню-Гору.

Ледзор усмехается, заметно оживляясь:

— О, мороз по костям! Ну, значит, я ещё не пропустил всю драку!

Лена качает головой с лёгкой улыбкой:

— Пока нет, Одиннадцатипалый. Так что можешь отправляться прямиком в Кузню-Гору.

— Уже, королева! — бросает Ледзор и, по-быстрому чмокнув Кострицу в щёку, тем самым застав её врасплох, шустро срывается с места и устремляется в портальный зал.

— Вот же нахал! — восклицает покрасневшая Кострица, машинально коснувшись щеки.

А Лена лишь тихонько хихикает.

Кузня-Гора, Та Сторона

Ясен со своей группой движется по туннелям и коридорам Кузни-Горы. Рядом с ним идёт Гвиневра, шелестя мантией. По мысленной связи, которую заранее настроил телепат отряда, звучит её голос, холодный и требовательный:

— Неужели Хоттабыч так и сказал тебе — убить вассала короля Данилы?

Ясен отвечает растянув деревянные губы в ухмылке:

— Да, именно так. Принц Кровавой Луны вместе со своей ездовой тварью должен исчезнуть навсегда.

Гвиневра хмыкает, качнув золотой косой:

— А если король Данила будет против?

Ясен сжимает покрытыми корой пальцами в кулак:

— Здесь он без Пса и Золотого Дракона. А сам Филинов всего лишь Грандмастер. Если этот менталист вздумает защищать кровника, мы его сметем заодно.

В этот самый миг по сводам Кузне-Горы прокатывается глухой, нарастающий грохот. Камень дрожит, вибрация проходит по стенам, с потолка начинает сыпаться крошка. Удар за ударом, ритмично, тяжело, будто кто-то снаружи методично проверяет крепость горы на прочность.

Гвиневра замирает, прислушивается, затем произносит уже без усмешки:

— Артиллерия Вещих-Филиновых и Золотой дракон уже начали обстрел. Вряд ли они обрадуются если тебе удастся устранить короля Данилу.

Ясен застывает, а потом отмахивается:

— Да плевать! Как вошли, так и выйдем! — Он кивает на одного из членов отряда — мага по прозвищу Хамелеон, обладающего особым Даром, благодаря которому группе удалось незаметно проникнуть в Кузню-Гору. — Хамелеон нас выведет незаметно.

Отряд движется дальше, не останавливаясь. Под ними, внизу, под галереей без перил, стоят сотни Живых доспехов. Ясен со своими людьми идёт именно по галерее, вдоль обрыва. Благодаря ауре Хамелеона железяки не замечают Организаторов. Отряд движется по галерее — ровно до того момента, пока неожиданно не раздаётся короткое, совершенно неуместное в мрачных пещерах:

— Тяв.

Хамелеон, идущий по самому краю галереи, внезапно подскальзывается на чём-то, теряет равновесие и срывается в обрыв. Его силуэт исчезает внизу мгновенно — без крика, без попытки ухватиться, будто его просто стёрли.

Ясен тут же бросается к краю, наклоняется, хватает то, на чём маг поскользнулся, и смотрит на ладонь.

— Кожа жареной утки? — восклицает друид с явным неверием.

В этот же миг их замечают. Маскировка, скрывавшая отряд от чужих взглядов, срывается разом, без предупреждений. Почти сразу из ниш поднимаются установки, похожие на громобои, и обрушивают плотный огонь по галерее.

— Отступаем в проход! — орёт Ясен, перекрывая грохот. — Это чёртов Филинов, это всё он!

Гвиневра, убегая под защитой магов, бросает презрительно:

— Да неужели⁈ А не твоя некомпетентность? Пустить самого важного члена группы по краю обрыва! Это ж надо было додуматься!

Грохот Живых доспехов за спиной заставил Организаторов установить новый рекорд по бегу на короткие дистанции без всякой разминки.

В процессе приручения Пульса мне приходит сообщение от Ломтика. Стелс-маг Хамелеон отделен от основной группы Организаторов и теперь остальные сейчас мечутся по туннелям Кузне-Горы, удирают от сотен Живых доспехов куда глаза глядят. Надо бы найти этого Хамелеона попозже. Дар уж у него очень интересный — накрывать всю группу стелс-куполом.

И да, я в своем праве. Организаторы пришли сюда, чтобы убить Грандбомжа. Но Грандик — мой человек. А раз так — я считаю, что имею полное, абсолютное и ничем не оспариваемое право расправиться и с ними.

Тем временем я продолжаю ходить вокруг Пульса, стегая его псионическими хлестами из демонских когтистых рук. Кровавый зверь принял форму огромного кровавого скорпиона и пытается достать меня жалом, но оно зависает в бесконечности Пустоты. Впрочем, и моя псионика не берёт тварюшку. А между тем череп Грандбомжа плавает внутри широкой головы Пульса и будто бы смотрит жалобно на меня. Потерпи, Грандик, я в процессе.

«Включаю» Егора-кровника.

— Давай, приручи-ка эту красную каплю, — велю ментальному легионеру.

Егор вылупляет на Пульса глаза:

— Мамочки! Шеф, меня к такому жизнь не готовила!

Я хмыкаю:

— А ты учился в библиотеке Бастиона? Техники читал?

Егор качает головой:

— Читал, конечно! Но там такого не было.

Я на мгновение задумываюсь. Совсем на мгновение. Прокручиваю в голове архивы, трофейные воспоминания, чужие знания — всё, что он мог вытащить из библиотечных хранилищ. И признаю про себя: да, не было. Про кровавых зверей мы до сих пор не слышали.

Вслух же:

— Ладно. Учись, студент.

Егор хлопает глазами:

— Ты знаешь, что делать, шеф?

— Конечно знаю. Импровизировать, — бросаю рассеянно.

И тут же отмечаю про себя ещё одну проблему, которую нельзя упускать. Нужно успеть помочь Змейке с Живыми доспехами. Среди них мелькает железяка с Даром молнии, и это уже серьёзно. Электричество — слабость Змейки, как и любой Горгоны.

— Шеф, — неуверенно подаёт голос Егор, — а может… ну его⁈

Эх, «выключить» бы кровника, чтобы не мешался, да Дар крови нужен.

— Какой тебе «ну его»? Без тебя разберусь, что мне делать.

Егор наконец затыкается, и я выпускаю кровавые щупы, пытаясь оплести Пульса. Работаю по той же схеме, как когда-то с теневыми пауками, — с той лишь разницей, что тогда была Тьма.

Единственная проблема — железный намордник, который остаётся на пасти тварюшки даже после того, как она перетекает в форму скорпиона. Плюс стальные оковы на крыльях… да, кстати, скорпион у нас крылатый.

Я мысленно зову Змейку, сразу задав порядок действий. Хищница уходит в стену и вскоре ныряет с потолка прямо на Пульса. Взмахами рук с Осколками меча она срубает намордник с морды Пульса и тут же уходит вниз, проваливаясь в пол, будто её здесь и не было.

— Молодец, Мать выводка, — хвалю мысленно.

Я же сразу вызываю ментального некромага. Тот отрабатывает чётко: некротикой взрывает крылья кровавого скорпиона. Брызги орошают зал.

— Теперь вытаскиваем скелет, — бросаю вслух.

Пульс ослаб и как-то поник весь. Некротика его впечатлила. Кровавыми щупами я лезу глубже в жидкое тело, цепляю и вытягиваю изнутри Пульса скелет Грандбомжа. Только вынул, как регенерация запускается прямо на глазах. Скелет, облитый кровью, обрастает плотью, возвращает форму и превращается обратно в Грандбомжа — голого, но бородатого, как и положено.

В отрыве от Пульса, давление, которое до этого удерживало Грандбомжа и не давало ему восстановиться.

— Бабочку мне в живот! — не смог не удивиться Егор. — Шеф, этот парень — кровник⁈

— Ага, тебе до него еще расти и расти, — киваю.

Запаса крови у Грандика оказывается достаточно, чтобы не просто восстановиться, но и отрастить бороду до пупа. Он поднимается на ноги, качает головой и, хлопая неверящими глазами, смотрит на меня:

— Убей…?

Я усмехаюсь:

— Ну, ты не потерял свой стиль, дружище. Сможешь приручить своего питомца? — подхожу и крепким хлопком по плечу передаю ему часть энергии.

Пульс снова дёргается, перекраивается, превращаясь в кровавого… жука с жвалами, судя по всему. Я ещё раз хлопаю Грандбомжа по плечу, оставляя его на этом своеобразном родео, и присоединяюсь к Змейке в схватке с Живыми доспехами.

— Мазака? — спрашивает хищница между прыжками, рассекая железяки; пока три руки крошат металл, четвёртая указывает на Грандбомжа.

— Это его зверь, — отмахиваюсь я. — И сейчас они почти на равных по силе. Гра́ндик когда-то приручил Пульса и должен сделать это снова.

— У-у, Бомжжжик показззать вожжжака, — с пониманием кивает хищница.

— В точку, — соглашаюсь.

Мы со Змейкой разбираемся ещё с десятком нахлынувших Живых доспехов, когда Грандик наконец разбирается со своим отбившимся от рук питомцем. Сначала они друг друга беспощадно мочат, и вот Пульс перетекает в кровавую лошадь, и Грандбомж, довольный, усаживается на спину своего скакуна:

— Убей… — тычет он пальцем вперёд, и Пульс, выпустив из пасти красные пики, изничтожает добрую пятёрку Доспехов.

— Поздравляю, — показываю Грандику большой палец. — С твоим Бобиком разобрались, теперь идём искать пульт управления всей этой железной братией.

— Убей… — послушно следом за мной гарцует голый Грандик на своем боевом скакуне.

Позади остаются разломанные железки. Коридор за коридором мелькают впереди, один за другим. Нас пытаются выловить, перехватить, зажать в кольцо, но мой ментальный сканер работает без сбоев — я каждый раз заранее вижу угрозу и нахожу обходной путь.

В какой-то момент я уже сам чую приближающиеся разумы и сразу увожу группу в боковой проход, накрывая нас Покровом Тьмы. Мы замираем.

По главному коридору мимо нас проносятся в панике Организаторы. Древесная морда Ясена нехило обеспокоена, как и эталонное личико Гвиневры. Следом несутся сотни Живых доспехов, грохоча и сметая всё на своём пути. Вся эта погоня уносится дальше, даже не заметив нас.

— Весссело им, фака, — угорает Змейка.

— Самое веселое — что они ищут Пульса и Грандика, — усмехаюсь. — Но даже не заметили их под своими носами.

Я веду свою группу вперёд, прямо к пульту. Я ясно ощущаю, где он находится, будто меня кто-то аккуратно ведёт за руку изнутри. И тому виной, конечно, же чакра Кузнеца. По пути нам попадаются Живые доспехи. Я по-прежнему в облике Лорда-Демона и сразу начинаю рубить их, без суеты, без красивостей. Ну и команда не подкачивает.

С каждым уничтоженным Живым доспехом я вдруг ощущаю, как чакра усиливается. Она наливается, потребляя энергию. В глубине моего разума радостно квакает Жора — жабун в полном восторге, что его «бэби» растет и жрет в три горла, весь в папку.

Несильно убавляю подачу энергии в чакру, а то и так уже усталость берет. Я ведь и Грандбомжу помог, да и вообще потратился неслабо. Змейка это замечает. Она подлетает ко мне сбоку и сразу начинает раздевать меня и лепить пластыри, неизвестно откуда взявшиеся в четырех руках. Приходится уступить.

Один из пластырей пахнет особенно вкусно.

— Коффффейный, фака— сообщает Змейка деловито.

Я хмыкаю:

— Забавно.

После подзарядки остается недолго идти и вскоре выходим в зал, где на каменном столе стоит колокол с человеческую голову. Я сразу понимаю — это и есть пульт Кузни-Горы. Причём интуитивно ясно, что стучать по нему не нужно. Он работает иначе.

— Филинов, ты пришел, чтобы стать частью Кузни- Горы, — тут же громоздится стальная гаргулья Голиаф с сотней Живых доспехов, причем очень сильных. Прямо очень. Этих как раз давненько отправляли пугать Багрового Властелина. Короче, не факт, что в лобовой схватке мы победим, даже с учетом Пульса.

То-то и гаргулья вся радостная, хотя все еще не выправила оставленные мной вмятины на стальной роже.

— Вещий-Филинов, — машинально поправляю. — Но не суть. Куда ты меня хочешь затолкать, говоришь?

Гаргулья любезно указывает на открытый железный саркофаг, изнутри весь истыканный стальными зазубренными шипами.

— Очень милое лежбище, — хмыкаю. — Да только там будет душновато.

— А тебя никто не спрашивает, кусок мяса, — гудит гаргулья и кивает Живым доспехам. Те послушно сжимают кольцо.

Грандбомж и Змейка было дёргаются, но я ментально их останавливаю. Нечего нам в лепёшку расшибаться о железки. Не зря же я качал чакру — вот пусть и работает, малая.

Я раздуваю её, как кузнечный мех, направляю короткий, выверенный импульс в руку и просто телепортируюсь к колоколу — прямо внутрь неприступного кольца Живых доспехов.

— Остановите его! — в испуге ревёт гаргулья.

Поздно. Моя ладонь уже касается колокола.

Живые доспехи мгновенно переходят под мой контроль и застывают, будто их вырубили одним щелчком. О, сработало. Хм. Прикольно. План «Б» вообще-то был схватить колокол и уносить ноги, но, как выяснилось, он не понадобился.

— Разберите этого говоруна на запчасти, — киваю на гаргулью. — И достаньте тухлую тушёнку, что там внутри сидит.

Железяки реагируют сразу. Они набрасываются на гаргулью, рвут её, крошат сталь, ломают сочленения, превращая грозную конструкцию в бесполезную груду металлолома.

Одна из железяк протягивает мне стальную пятерню — в сжатых пальцах бьётся маленький лилипут сантиметров пятнадцати ростом, со злыми, бешеными глазёнками.

— Пусти! — пищит он, отчаянно пиная стальные пальцы.

— Так ты и есть Голиаф? — хватаю лилипута за козлиную бородёнку двумя пальцами. — Вот и увиделись воочию.

Перекидываю его в руки Грандбомжа и отворачиваюсь. За спиной раздаётся характерный хруст очень маленьких позвонков. Я на это даже не оборачиваюсь. Меня сейчас волнует только колокол. Ведь это пульт управления всей Кузней-Горой!

Я оглаживаю ладонью холодную поверхность колокола, размышляя вслух:

— Раз местный лорд-протектор отбыл, придётся назначать нового.

В этот момент раздаётся звонкий, отчётливо поставленный голос:

— Эта фальшивая гаргулья не была лордом-протектором.

Из бокового прохода выходит Живой доспех — весь в шипах разной длины. Его форма не просто повторяет, а подчёркнуто вылепляет очертания женской фигуры: выпуклые линии, подчёркнутая грудь, узкая талия и плавный изгиб бёдер, будто сталь намеренно приняла вызывающе женственный силуэт.

Она останавливается напротив, выдерживает паузу и произносит ровно, с нажимом, чуть склонив голову:

— Я — леди-протектор, новый владыка Кузни-Горы.

Раздаётся глухое «бах» — это Грандбомж упал со своего скакуна и, кажется, сломал себе шею.

— Принцесссссса Шипов… — хрипит он, пытаясь подняться со свёрнутой набок головой.

Я смотрю на эту стальную причуду и невольно усмехаюсь про себя.

«Ну вот, — думаю. — Теперь Хоттабыч точно не успокоится, спасибо этим двоим».

Что интересно, меня переполняет только радость за Грандика. Да и грядущие проблемы обещают ворох возможностей!