Бедная невеста для дракона

ГЛАВА 14. ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Когда за драконом закрылась дверь, я наконец смогла глубоко вздохнуть. Присев на край кровати, я спрятала лицо в ладонях. Я вся дрожала, и было трудно дышать.

Но хуже всего было что я знала, что мой страх вызван не близостью герцога.

А факт, что он может кое-что обнаружить. И если бы он узнал об этом, то имел бы полное право не только злиться, но и нарушить все свое обещания.

Однако только сейчас я поняла, что ассоциация Адама с чудовищем, было выдумкой. Последние месяцы я питала в себе ненависть к человеку, который, сделал бы для меня все, лишь бы я чувствовала себя здесь как дома, когда я вела себя с ним так грубо.

Я посмотрела в зеркало, убрав ладони от лица, которое теперь было настолько бледным, что напоминало лицо мертвеца. Герцог относился ко мне лучше, чем я заслуживала. Но если бы он узнал о том, что я скрывала… Как бы все изменилось? Разве он не запер бы меня в какой-нибудь захудалой комнатке? Разве не этого я заслуживала?

Я вытерла слезы с глаз. Я не знала, когда они там появились, но зрение было затуманено. Руки дрожали, когда я забиралась на подушку. У меня был всего час, чтобы подготовиться к ужину, а заодно избавиться от писем.

Я была такой глупой. Соваться в то, что не могло иметь будущего, было идиотизмом. Безумием. Особенно когда дракон лишь разжигал беспочвенную ненависть и презрение. Если бы я смирилась, может, была бы счастливее сейчас.

Наверное, я уже привыкла к мысли, что через пару недель буду замужем. Возможно, я даже научилась бы любить Адама.

Пальцы крепко сжались на листках бумаги, которые я держала. На нее упало несколько капель, и я еще раз вытерла глаза ладонью.

На последнее письмо я не успела ответить. Прежде чем принц вошел в покои, я придумывала ответ. Игра на пианино расслабляла и помогала сосредоточиться, вот почему именно этим я занималась в тот момент, когда услышала стук в дверь.

Я прекрасно знала, что должна заняться переодеванием к ужину, но развернула записку, которую держала в руках. Она была покрыта мелким изящным почерком, который вызывал улыбку на моем лице и покрывал щеки румянцем. Теперь я покраснела от стыда.

«Любимая!

Прости, что так долго… Но, наконец, я рядом и, наконец, направляюсь к тебе. Я найду тебя в крепости этого зверя и увезу с собой. Ничто не разлучит нас, дорогая, любимая Лиана, слышишь? Ничто. И уж точно не тот монстр, который привязывает тебя к тому месту, где твоя милая нога никогда не должна была ступить. Ты вернешься домой со мной, и я построю для нас место, которое будет твоим домом навсегда. Просто дай мне знать, что ты получила это сообщение, что твое сердце все еще принадлежит мне. Хотя я знаю, что это так. И я тут же найду способ спасти тебя.

Нежно целую твои руки, моя красавица.

Твой Р. В.»

Мне вдруг стало плохо. Я испытывала отвращение к самой себе. Я не хотела, чтобы дракон когда-нибудь узнал об этом, но, с другой стороны, как мы могли строить будущее? На моей лжи?

В конце концов, это было не единственное письмо. Подобных сообщений было более десятка. С того момента, как я рассталась с Варелли, он писал, и я отвечала, хотя прекрасно понимала, что это граничит с неприличием. А то, что содержалось в этих письмах, с чистым сердцем можно было бы назвать жестокостью, прямо-таки предательством. Ведь дракон не заслуживал этих слов. Однако я была слишком ослеплена обаянием Варелли, чтобы заметить это.

До сих пор.

Но даже если я уничтожу эти письма, мои ответы все равно останутся в руках Райли. Кроме того, слуги могли выдать, что кто-то писал мне. Никто не знал, кто, но ведь слуги приносили письма скрываясь от всевидящих глаз и всех слышащих ушей хозяина. И делали они это только из симпатии ко мне. Разве я не предала и их доверие?

Только сейчас я поняла, в какую беду попала. При чем по собственному желанию. Ведь никто не уговаривал меня вступить в роман с человеком, которого я едва знала. И это в тот момент, когда я была помолвлена!

Правда заключалась в том, что между ними никогда не происходило ничего, кроме того, что произошло в ту роковую ночь, во всяком случае, ничего физического. Но разве мы не писали друг другу о своей негасимой любви? О том, что хотим быть вместе всю оставшуюся жизнь? Что однажды мы наконец встретимся и Варелли заберет меня с собой, чтобы наконец быть вместе?

И сколько я о нем знала? Ничего. Буквально ничего. Он никогда ничего не рассказывал о себе. Я также ничего не слышала от его друзей, которых, по правде говоря, мне было не дано знать. Я знала лишь то, что в свое время он обожал Рейчел. До тех пор, пока не встретил меня.

Я опустилась на кровать, закрыв лицо руками. Как я могла быть такой глупой?! Какие были гарантии, что Райли Варелли действительно был тем, за кого он себя выдавал? Какая у него была цель, рассказывая мне всякие гадости о драконе? Да, дракон не был святой, но разве он когда-нибудь делал что-нибудь плохое? Разве он не осыпал подарками и не заботился о том, чтобы мне всегда было хорошо, хотя я ничего подобного не заслуживала?

Он вывел меня из нищеты. Изложил все причины, по которым такое решение было для меня лучшим. С тех пор он заботился так, словно я и в самом деле была в его сердце и душе. Когда он смотрел, я видела в его глазах нечто вроде глубокого увлечения. Но не верила в его любовь.

Да, но с какой легкостью я поверила в то, что Варелли любит меня.

— Вам нужна помощь? — спросила горничная через дверь, постучав перед этим. — Через полчаса ужин.

Ну да, с ужасом подумала я. Адам ненавидел, когда опаздывали. Неужели мне действительно хочется рисковать и раздражать его, особенно в тот момент, когда по неизвестным причинам он странно снисходителен.

Я этого не заслуживала. Ни на минуту не заслуживала его доброты, и, наверное, именно этим осознанием и угрызениями совести я так от него убегала. Я боялась не его, а того, что сделала.

— Не нужна. — ответила я, зная, что горничная увидит мои слезы, а этого хотелось избежать. — Я справлюсь сама.

Я заставила себя встать, собрала письма с кровати и тут же бросила их в огонь, горящий в камине. Я благословила в то же время тот факт, что была осень и в камине горел огонь. Однако я не могла отогнать себя от мысли, что ведь настанет момент, когда придется рассказать обо всем этом дракону. Хоть я предпочла бы избежать этого. Как это сделать? Когда это сделать? Не будет ли хуже, когда пройдет время? А теперь… Теперь я уже злоупотребляла его добротой. Если сейчас он узнает о неверности, то наверняка быстро пожалеет о своей доброте ко мне.

Вскоре я пожалела, что не попросила горничную о помощи, потому что руки дрожали так сильно, что надеть платье казалось почти невозможным. Однако я не позвала ее, все еще стыдясь собственного вида и того, что женщина могла увидеть следы слез на лице. Или, что еще хуже, остатки писем в камине.

Я ему скажу… Я расскажу дракону обо всем, что произошло между мной и Варелли… Но не сейчас. Это был не подходящий момент.

Вдруг я услышала стук в дверь, и кто-то вошел без приглашения. Я прекрасно знала, что в этом доме есть только один человек, который мог это себе позволить. И с облегчением поняла, что стою спиной к двери.

— Я думал, ты уже готова. Я достаточно ясно выразился, сказав, что не люблю ждать. — жестко сказал Адам.

— Прошу прощения. — ответила я, не решаясь взглянуть через плечо на мужчину, который, как вскоре поняла, сделал несколько шагов ко мне.

— Горничная тебе не помогла? Я выпорю это ленивое создание. — прошипел он.

— Нет, нет, это не ее вина. — тут же ответила я, боясь, что бедную женщину накажут за то, в чем она не была виновата. — Я думала, что справлюсь сама, но… Но у меня были проблемы с шнурованием. — я указала на корсет, который все еще торчал из-за расстегнутого платья.

***

АДАМ

Я почувствовал странный комок в горле. Не первый раз в жизни я видел женское белье. Тем более это я выбирал сам. Было бы также ложью сказать, что за последние годы мне ни разу не довелось заглянуть в местный бордель.

И все же на этот раз все было по-другому. Я почувствовал странное смущение, и при этом что-то вроде вдохновения, как будто мне предстояло прикоснуться к самой богине. Ведь именно этим для меня и была Лиана.

— В следующий раз я прослежу, чтобы горничная как следует помогла тебе. — мягко пообещал я, застегивая пуговицы изумрудного платья.

Я прекрасно знал, что могу делать это быстрее, чтобы не ждать, но на этот раз это было не ожидание.

Я застегивал с медлительностью. Каждую пуговицу в отдельности, неспешно. Материал корсета медленно исчезал за бархатом платья. В этот момент я понял, как сильно мне хотелось бы совершать прямо противоположные движения. Видеть, как платье опускается на пол, прежде чем дотянуться до шнурков корсета.

Однако это был неподходящий момент. Я все еще боялся напугать молодую невесту, не имеющую много знаний в какой-либо сфере любви.

И все же я не мог отказать себе в одной слабости. Как только платье было должным образом застегнуто, я положил обе руки ей на плечи и наклонился к девушке, чтобы нежно коснуться губами ее шеи. Как я и ожидал, она немного напряглась и набрала воздуха, но не отстранилась, что я воспринял со странной радостью.

Зная, что она не сможет больше терпеть эту близость, я наконец отступил от нее на шаг, после чего предложил свою руку, которую Лиана с некоторым колебанием приняла. Она еще не смотрела мне в глаза, но я решил, что это проявление смущения.

Сейчас я понял еще один важный момент. С того момента, как я вошел в ее покои, она ни разу не обратилась с раздражающей фразой "Ваша Милость". Легкая улыбка заиграла на моих губах. Может быть, все не так безнадежно.

Когда Лиана положила руку мне на плечо, я слегка коснулся ее свободной рукой и позволил себе улыбнуться, глядя ей в глаза. Я предпочел бы, чтобы и она смотрела на меня, но она упорно избегала смотреть в мою сторону. Я слегка улыбнулся, забавляясь при воспоминании о том, как она кричала мне "Уходи!"

***

ЛИАНА

— Я хотел бы, чтобы после ужина ты осталась со мной в зимней гостиной. — заговорил он, когда мы пересекли коридоры, направляясь к столовой. — У меня такое впечатление, что мы потеряли слишком много времени.

Его слова вызвали странное ощущение в моем желудке. Ибо я вспомнила о свадьбе, дата которой неминуемо приближалась.

— Хорошо. — ответила я через некоторое время, делая все возможное, чтобы не обращаться к нему каким-либо образом. Зная, что использование слов "Ваша Светлость" — не лучший выход, и называть его своим именем не вариант, я должна была очень тщательно подбирать слова, когда разговаривала с ним.

— Не надо быть такой молчаливой. — сказал он наконец. — Со мной.

Ты бы радовался, если бы знал, что я натворила? — подумала я, понимая, что снисхождению герцога действительно нет конца.

— Я постараюсь. — нерешительно ответила я, дрогнувшим голосом.

Герцог нахмурился и задумался.

Наконец мы вошли в столовую, и на этот раз мужчина сам отодвинул стул для меня, я слегка кивнула в знак благодарности, прежде чем сесть. Никогда еще я не чувствовала себя такой смущенной. Но хуже всего было осознание того, что я сама виновата. Если бы я не думала о Варелли. Я не могла ни на секунду не думать о том, что могу потерять. Доверие герцога. Свою совесть. Возможно, счастье на всю оставшуюся жизнь.

***

АДАМ

Она глубоко вздохнула, и когда она это сделала, я с изумлением посмотрел на нее. Девушка вела себя странно. Она не только молчала, но и вообще избегала любого лишнего контакта. Она снова стала бесстрастной куклой, как в путешествии.

— Ты хорошо себя чувствуешь, моя дорогая? — спросил я, присев напротив нее, после чего внимательно посмотрел на нее. — Мне вызвать доктора?

— Нет, милорд. — ответила она. — Я чувствую себя прекрасно.

— Ты молчишь и ни разу не посмотрела на меня, хотя я ясно дал понять, чего от тебя жду. — заметил я.

Лиана на мгновение замешкалась. Она прикусила губу, на что я очень старался не обращать внимания. Слуги суетились, подавая еду к столу. Кажется, присутствие молодой барышни заставило всех захотеть пройти мимо нее. Это был первый новый гость за столом за долгое время. Кроме того, юная барышня должна была отныне постоянно обедать здесь и вскоре стать герцогиней.

Наконец она решила поднять глаза и улыбнулась. Однако улыбка не охватила глаз, все еще полных ужаса. Я по-прежнему был уверен, что я пробуждал в ней этот страх, и это заставляло меня чувствовать трудно объяснимую смесь стыда, сострадания и гнева. Я хотел бы, чтобы она хоть раз посмотрела на меня по-другому.

***

ЛИАНА

— Не знаю, о чем говорить. — объяснила я через некоторое время, нервно перебирая пальцами.

Я была рада, что дракон этого не видел.

— О чем угодно. О том, как ты себя чувствуешь, как тебе нравится это место. О уроках, которые ты проводила в последнее время. Ты не можешь сказать, что в последнее время ничего интересного не происходило, моя дорогая. — он довольно горько улыбнулся, взяв чашу в руку и отпив из нее глоток вина. — Есть много тем, на которые мы могли бы поговорить. Много моментов, которые мы должны наверстать из-за определенных… Неудобств.

Эти слова заставили меня покраснеть, но я на всякий случай не отводила глаз. Я знала, что дракон увидел румянец, но ценила тот факт, что он никак не прокомментировал это.

Значит, он по-прежнему не винил меня, хотя имел на это право. Может быть, было бы лучше, если бы он прокричал это в лицо. Возможно, тогда я не испытывала бы таких угрызений совести.

— Я была очень занята, — призналась я наконец. — Но не в плохом смысле. Думаю, мне нравится проводить так время, обучаясь.

***

АДАМ

— Отлично, потому что впереди еще много чего тебе предстоит выучить. — ответил я. — Помимо всего прочего, научиться вести разговор во время обедов и после них. Это очень важный навык, потому что из-за того, кто я есть, мне придется довольно часто устраивать обеды или другие виды общественных мероприятий. В последнее время я избегал этого, чтобы не доставить тебе неудобств, но мне придется вернуться к этому.

На мгновение мне показалось, что она улыбнулась. Когда я упомянул о том, что заботился о ее комфорте. Или это было только мое воображение?

— Спасибо. — неуверенно ответила она.

Я вздохнул и отставил чашу. То, что было на тарелке, меня мало интересовало, хотя я был поклонником хорошей еды и спиртных напитков. Однако в этот момент другое привлекало мое внимание. Что-то гораздо более важное, чем самая лучшая кухня.

— Почему ты до сих пор не называешь меня по имени? — спросил я наконец, и сквозь голос пробилось вкрадчиво скрываемое раздражение.

Лиана не ответила, отчего рука крепче сжалась на ножке чаши. Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Мне нельзя было терять контроль над собой. И над зверем, который рвался наружу каждую минуту. Особенно в присутствии Лианы. Я еще помню, как ее напугал мой частичный оборот в дракона.

Я не мог привести к тому, что страх вновь возьмет верх над ней. Мы только что зашли так далеко. Я не хотел этого терять.

— Ты не можешь его произнести? — спросил я сдержанным тоном, все еще не открывая глаз.

— Могу, милорд.

— Тогда почему ты этого не делаешь?

Закусив губу, Лиана опустила глаза. С каждой секундой ее молчание раздражало меня все больше и больше, и мне было сложнее сдерживать бурлящие эмоции.

— Потому что это будет означать… Отношения, которых между нами не существует. — ответила она шепотом.

Мускулы челюсти дрогнули, и я на всякий случай поставил чашу на стол. Я не хотел иметь в руках ничего лишнего.

— Вот в чем дело, моя дорогая. — пояснил я, и голос слегка задрожал. — Если ты будешь звать меня по имени. Ты привыкнешь к моему присутствию. Вот к чему я стремлюсь. Не для того, чтобы позорить тебя, а для того, чтобы избежать позора после свадьбы.

— Вот как. — прошептала она.

— Скоро состоится бал в твою честь. — добавил после минутного молчания я, немного восстановив самообладание. — Тогда я представлю тебя компании. Подготовка к свадебной церемонии также находится в завершении, поэтому я думаю, что мы должны установить конкретную дату в ближайшее время.

Я сделал паузу и посмотрел на Лиану, ожидая ответа.

— В ближайшее время. Не слишком рано? — спросила она неуверенно.

— Я считаю, что она должна состояться до конца года. Желательно в середине декабря. — спокойно ответил я. — Или в начале, но полагаю, ты не одобришь второй вариант.

***

ЛИАНА

Я почувствовала странное ощущение в желудке. Это не имело никакого отношения ни к еде, ни к вину, которое я выпила для успокоения нервов.

— Как вы сочтете нужным, милорд. — пробурчала я наконец.

— Ей-Богу, Лиана, настанет ли такой момент, когда ты назовешь меня Адамом? — перебил он, наморщив лоб. — И нет, не "что сочту нужным". Я отметил, что хочу установить эту дату вместе с тобой. Я не собираюсь отдавать тебе приказ. Я просто признаю, что было бы нецелесообразно затягивать эту помолвку до бесконечности, учитывая тот факт, что мы живем под одной крышей.

Трудно было не признать его правоту. Я еще раз прикусила губу и кивнула.

— Тогда позвольте мне подумать об этом. — попросила она.

Адам слегка улыбнулся.

— Только не думай слишком долго. — ответил он, после чего снова взял чашу. — А теперь выпьем за наше счастливое будущее, моя дорогая.