Алора Брют и Драконий приют - 2ч

65

ГЛАВА 14

Плотно поработав с травником зелёных драконов, я смогла разбить все растения Шепчущей чащи на три большие группы: лианы, ползучие и шепчущие. Всевозможные вьюны и лианы, несмотря на ядовитость и кровожадный характер были самые безобидные, потому что не умели маскироваться и не передвигались. Если ты знаешь, что вон тот канатообразный и похожий на удава экземпляр способен тебя задушить, ты просто не будешь неподвижно стоять рядом. С цветами все было понятно, они все немного изменились и усилили свойства своей пыльцы. Но пример Сейдрака указывал, что дракону достаточно принять порцию “яда”, чтобы выработать иммунитет. Примерно так же работал и сок жгучих растений: если первые капли оставляли на теле Сейдрака ожоги, то спустя несколько регенерацией его кожа вообще перестала реагировать.

Когда поделилась этими наблюдениями с первым целителем, он предложил приготовить для драконов пилюли и жидкие концентраты. Мне в помощь выделили несколько целительниц для сбора ингредиентов и уже спустя неделю снадобья были готовы.

Если бы я знала, что за этим последует!

Алдрак решил повышать иммунитет адептов академии самым радикальным образом: мои концентраты стали добавлять в воду в общих душевых. Причем четкого графика подачи “яда” не было, чтобы никто не смог избежать опрыскивания.

Как при этом выяснилось, что всему виной я и мои исследования? Разумеется, Сейдрак разболтал! Теперь меня называли Алорой Ядовитой или мастером ядов. И это когда меня саму интересовали в первую очередь природные кристаллы, вырастающие на корнях растений.

— Превосходно. Можете закапывать, — приказала я Охрону и Мейджу, с трудом сдерживающих хищный куст.

Я изучила его корень, пересчитала и измерила кристаллы и теперь собиралась вернуть кустик в землю.

— Как же сбор урожая? — озадачился Мейдж.

Парни из команды Сейдрака несколько недель изводили меня просьбами о варке особых зелий, пока я не предложила создавать зелья по бартеру: драконы помогают мне в чаще, я — готовлю для них снадобья. Сейдрак все ещё старался сопровождать меня во время походов в чащу, но у него тоже хватало забот. Точнее, его просто придавило грузом ответственности и всеобщих ожиданий.

Первая заработавшая арка портала сделала его местным героем, но радость несносного дракона была недолгой: ровно до того момента, как он осознал, что ему теперь придется настраивать все порталы Эльгара. Или хотя бы их большую часть.

Страж и лидер команды был в шоке. У него хватало обычных забот помимо обязательной учебы, становиться мастером порталов он не собирался, но в то же время Сейдрак прекрасно понимал, что больше некому. И от этой ответственности у парня просто сносило башню. Кажется, впервые великовозрастный мальчик-Сейдрак был вынужден делать то, что ему не нравилось, причем делать это хорошо и на благо окружающих.

Было ли мне его жаль?

Нет. Сейдраку давно было пора повзрослеть.

***

Из Шепчущей чащи я побежала на сводные занятия рейнджеров. Магистр Магдрак вел спецкурс для следопытов, бывающих в Пустоши. На этих учебных слётах бывали и первогодки, но по большей части они проводились для старшекурсников. Главы других факультетов вели похожие занятия и для стражей, и для жрецов. Просто Магдрак оказался быстрее и первый убедил Алдрака, что мне стоит посещать именно его лекции по Пустоши.

Весь расклад мне сдал Сейдрак. Я после этого ещё долго осмысливала информацию, а потом спросила у Алдрака, как же так вышло, что Магдрак, который терпеть не может найденышей, сам вдруг пригласил меня на свои занятия. Алдрак ответил, что глава рейнджеров просто бережет своих адептов. И для их безопасности в Пустоши готов рискнуть и сотрудничать хоть с лысым гоблином.

Чем именно рисковал глава жрецов, для меня до сих пор оставалось загадкой. А вот сравнение с лысым гоблином повеселило, точнее, забавной оказалась реакция Алдрака, осознавшего, что именно он ляпнул. В тот день я получила удивительный опыт и выяснила, что слушать комплименты, когда тебя держит на руках взволнованный дракон, очень приятно.

Да и то, как ко мне теперь относился Магдрак, тоже радовало. Нет, любимым учеником я для него не стала. Скорее, теперь я была любимой занозой. Раздражающей, неконтролируемой, но полезной. Оценив мои возможности, Магдрак стал меньше ко мне придираться. На его лекциях, неизменно начинающихся с последних новостей из Пустоши, я чувствовала себя птенцом, наконец-то прибившимся к стае. И, как и всякий птенчик, жадно хватала все зерна знаний.

— Вчера драконы Южной заставы проводили вылет к Костяным гнездовьям. Госпожа Брют, вы не ошиблись, северный участок этого гиблого места оказался пуст и нашим стражам удалось потушить множество призрачных костров.

У костяных драконов не было своих природных источников магии, только рукотворные. Для их создания некроманты проводили жуткие ритуалы, чтобы огонь жертвоприношений зажигал костры, питающие магию мертвых. Чаще всего такие святилища создавались под землей, и поэтому их было так сложно обнаружить.

Жутко? Ещё как! Магдрак никогда не скупился на детали и с огромным удовольствием ими шокировал. Но, чем больше я узнавала о Пустоши, тем лучше могла расшифровывать увиденное в поисковых сферах, создаваемых моим котлом.

— Жаль, что мы не можем полностью уничтожить рассадник нежити! — запальчиво воскликнул адепт-первокурсник.

С первогодками я так и не смогла найти общий язык. Все они дружно называли меня госпожой Брют и, как мне казалось, опасались.

— А в самом деле, — подхватила я. — Почему вы просто не можете объединиться и уничтожить святилища, находящиеся в центре Пустоши?

— Последний дракон, попытавшийся их уничтожить, плохо кончил, — мрачно поведал Охрон.

— Погиб?

— И он, и вся его боевая группа. Говорят, Хардрак был одержим идеей всеобщей зачистки. И мечтал превратить Пустошь в плодородную долину.

Услышав имя отца Сейдрака, я незамедлительно ухватилась за возможность получить информацию.

— А что случилось с Хардраком?

— Был предан и убит. А с ним и более десятка сильных драконов сгорели в призрачном пламени ритуальных костров, — глухо произнес Магдрак. — Думаю, на этом мы закончим сегодняшнее занятие.

И куратор рейнджеров стремительно покинул аудиторию, оставив всех нас в полнейшем недоумении. Обычно Магдрак, наоборот, задерживался после занятия. Ему казалось, что мы успели позорно мало. А тут взял и сбежал!

— Что это с ним? — тихо спросила я у Охрона.

Член команды “Яростных” отвечал в рейдах за разведку, поэтому не пропускал лекции Магдрака.

— Магистр Магдрак тоже был в группе Хардрака. Он разделял его взгляды и был уверен, что Пустошь можно уничтожить. Он один из немногих вернулся из Костяных гнездовий. Думаю, ты просто пробудила неприятные воспоминания.

Внезапно меня посетила идея.

— А как можно побольше узнать об этом рейде?

На меня посмотрели, как на праздного зеваку, желающего потанцевать на чужих костях.

— Вы же сами сказали, что во время рейда случилось нечто странное.

— Информация о рейде засекречена. Но состав участников можно найти в памятной книге. Её копия хранится в библиотеке.

— Спасибо, Охрон, — я поднялась со стула, чувствуя на себе пристальные и чересчур любопытные взгляды.

— Госпожа Брют, а как долго вода в душевых будет так зверски щипать?

— А сколько после ваших пилюль должно мутить?

— С чего вы взяли, что травить драконов — хорошая затея?

В общем, претензий ко мне накопилось много. И это когда я всего лишь предоставила первому целителю отчет о моих исследованиях. Использовать его плоды на практике была уже идея Алдрака, но крайней драконы выставили меня. Да что там крайней. Они из меня какого-то монстра сделали!

Мысленно, в лучших традициях Сейдрака, я помянула дохлого гоблина. А потом невозмутимо объявила, что хороший иммунитет, как и хорошие мышцы прокачиваются через боль, а если у кого-то есть особые пожелания — пусть направляют их лорду Алдраку.

***

Книга Памяти оказалась документом с ограниченным доступом. Узнав, что я хочу попросить ее в библиотеке, Фырдрак уверенно объявила, что ничего не получится. Документы такого уровня можно было получить только с разрешения глав факультетов или самого лорда Алдрака. Мне же почему-то не хотелось обсуждать настоящего отца Сейдрака с тем, кто его вырастил.

— Умеете, вы, Алора, находить интересные темы для исследований, — задумчиво произнесла Фырдрак.

— Наверное, это потому, что я чувствую сопричастность. Во время моего первого рейда, ставшего гиблым для драконов алой стаи, тоже много странного случилось.

— Можно сказать и так. Никто доподлинно не знает, как Хардрак угодил в засаду. Его рейнджер была не только отличным следопытом, но и хорошо знала Пустошь.

— А эта рейнджер случайно была не из алой стаи?

Я спросила наугад, и Фырдрак кивнула：

— Калидра была лучшим рейнджером Дагара. Она знала Пустошь лучше, чем кто-либо. Но это не помогло. В тот вылет многие драконы были захвачены и принесены в жертву призрачному пламени.

А магистр Магдрак, кажется, до сих пор винил себя за то, что выжил.

От обсуждения погибших драконов мы перешли к детям. Фырдрак считала, что им давно пора снова вернуться на тыквенное поле. Точнее, она считала, что детям пора вылететь из гнезда, то есть начать практиковаться за пределами классной комнаты. Но в замке они будут привлекать к себе слишком много внимания, да и вклиниваться в расписание драконов ей больше не хотелось.

— Один раз ради нас потеснились, второй — сочтут за вызов, — глубокомысленно произнесла она.

— А мне казалось, что и ваш первый демарш с разделением, был ничем иным, как вызовом, — от двери раздался низкий голос Зангарца.

Официально полукровку из рода зеленых и алых драконов пригласили, чтобы поработать с мальчиками. На самом деле разделение детей на группы было всего лишь прикрытием для другого ученика, осваивающего новый, опасный дар. Когда Сейдрак смог настроить первый наземный портал, а потом запустил на парящем острове одну из погасших арок, дракон сообщил, что ему больше нечего передать Сейдраку. Я думала, что тот, кто называл себя Зангарцем, вернется в долину Зангар, но он объявил, что с удовольствием продолжит обучение мальчиков основам магии.

— Арс, хорошо, что вы зашли, — кисло произнесла Фырдрак. — Мне нужно обсудить с вами общие тренировки детей.

— Так госпожа-наседка решила вывести цыплят из гнезда? — хохотнул дракон.

Пока не работал портал, он на своей спине возил мальчиков на тыквенное поле, когда как Фырдрак предпочитала проводить занятия в классной комнате.

— Мы с лордом Алдраком с удовольствием присоединимся к общему занятию, — быстро вклинилась в перепалку я, чтобы погасить спор.

Соперничество Зангарца и Фырдрак не вредило занятиям, но каждый хотел, чтобы именно его воспитанники продемонстрировали большие успехи.

— Как только мы с коллегой согласуем время и место, то дадим вам знать, — скорбно произнесла драконица.

— Да что там согласовывать? В поле их выводи — и все, — проворчал Зангарец.

На что Фырдрак фыркнула и задрала нос, всем своим видом показывая, что она думает о тыквенном поле. А ведь пока в Эльгаре не появился зеленый дракон, Фырдрак прекрасно занималась с детьми на поле. Кажется, я ошиблась, и противостояние этих двоих уже мешало учебе моих детей.

Обязательно обсужу это с Алдраком.

Удивительно, но называть Алдрака по имени без привычного титула было даже проще, чем перестать “выкать”. Теперь мы виделись не просто каждый день, а по нескольку раз на день. Когда же вожак покидал Эльгар, то мы поддерживали связь через переговорный артефакт. И этих бесед на расстоянии я ждала не меньше, чем личных встреч.

Алдрак несколько дней находился в Пустоши. Отправился через портал на заставы. Он лично несколько раз в неделю бывал на укреплениях черных драконов и по приглашению посещал форты других стай. Лучший поисковик живого не чувствовал костяную магию, но его опыт и умение предугадывать ходы некромантов ценились в Альгаре и делали его уникальным стражем.

А еще у него была я и мой котелок, умеющий чувствовать мертвых. Принять это дополнительное свойство зельварного артефакта было непросто. Мой котел тоже поначалу выплевывающий поисковые сферы во время варки снадобий, тоже понемногу приспособился и осознал, когда стоит выдавать сюрпризы, а когда лучше удержать их в себе. Теперь он подавал активные сигналы, когда чувствовал что-то действительно важное, но мог и включаться в работу по моей просьбе. А еще мы учились взаимодействовать в паре с картографом Кимом.

Найденыш наконец-то определился с тем, чем ему хотелось бы заниматься. Исследования всего Альгара сменили желанием помогать в Пустоши.

— Уже освободилась? — Ким приподнял голову от карты, которую составлял.

Сейчас Кима волновали ритуальные костры некромантов. С моей помощью он наносил их на карту, а дальше мы передавали сведения рейдовым группам для проверки.

В Пустошь меня брали крайне редко, рассудив, что если мой дар работает на расстоянии, то не стоит подвергать ценный ресурс лишней опасности. Магдрак именно так и заявил Алдраку, а вожак мигом согласился, что мне лучше оставаться в Эльгаре.

Так вместо активных вылетов в Пустошь я получила взятку в виде неограниченного доступа к парящим островам Эльгара и их уникальной флоре в компании самого удивительного экскурсовода, которого я могла только пожелать.

Да, Сейдрака разжаловали из моих помощников, едва он разобрался со своей магией, а первый целитель подтвердил, что мои методы повышения сопротивляемости к ядам работают. Драконы, принимавшие мои пилюли, теперь могли не бояться кровошипа из Шепчущей чащи, не ловили глюки от хрипящего вьюна и приобрели сопротивляемость ко многим измененным растениям, растущим на земле вблизи Эльгара.

На Парящих островах особо опасных растений не было вовсе. Зато их было так приятно исследовать в компании Алдрака, знающего каждый остров не хуже замка, над которым они парили. А все потому что вожак всех черных драконов был их творцом, выплеснувшим при создании всю тоску по миру, который был для него потерян. И вот этот Алдрак, хранящий память о прошлом, но спокойно и уверенно смотрящий в будущее, затронул мое сердце.

— Алора, если ты сегодня не в форме, мы можем перенести работу над картой.

Голос Кима заставил меня осознать, что я уже несколько минут смотрю в окно.

— Прости, задумалась. От Алдрака до сих пор не было вестей.

— Плохих вестей с застав не было тоже. Так что предлагаю немного поработать ради того, чтобы скверные новости и дальше пролетали мимо.

— Давай попробуем, — кивнула я и призвала котел.

Чтобы мой артефакт показывал мертвых, ему было не обязательно варить суп, кашу или какое-то сложное зелье. Хватало огня, разожженного с помощью чарокамня, и воды. Но когда я догадалась добавить к этой комбинации карту, поисковая магия заработала эффективнее и стала отчасти управляемой. Теперь я могла направлять поисковую сферу в конкретную часть Пустоши, даже туда, где ни разу не бывала.

— Алора, нам не нужна Южная застава, — в голосе Кима чувствовался мягкий упрек. — В последний раз мы были здесь.

Парень нетерпеливо постучал кончиком карандаша по карте, где был отмечен ритуальный костер. А некроманты никогда не создавали единственный источник магии мертвых, значит, где-то под землей находилось святилище. Мне предстояло направить сферу под землю и как следует поблуждать в темноте, а потом, если повезет, то я наткнусь на магию, от которой меня полночи будет колотить озноб.

Малика как-то предсказала, что я скоро перестану мерзнуть по ночам. Причем проделала это мимоходом в своей типичной манере “Говорю, что знаю, но не все понимаю”, а я потом несколько дней озадачивала Алдрака внезапным приступом стыдливости.

— Алора, если ты не форме, мы можем отложить, — напомнил о себе Ким.

— Потерпи. Сейчас нырнем. — И моя поисковая сфера сначала замерла над небольшим ритуальным костром, а потом ударилась в него, чтобы почувствовать связанные с ним источники магии.

И переместилась.

Я угодила не просто в источник магии мертвых, это был своего рода портал, перекинувший меня в подземный храм. Я не знала, понял ли Ким, что произошло, и насколько четкую картинку дает моя сфера. Мое сознание растворилось в ней, а я боялась ограничивать контакт, чтобы случайно не разорвать связь. Интуиция подсказывала, что сейчас я нащупала нечто действительно важное.

Алдрак. Южная застава.

— Моя рейдовая группа обнаружила и погасила все ритуальные костры. Ваша леди снова облегчает нам жизнь, лорд Алдрак.

Интонация, с которой комендант Южной заставы называл Алору Брют “леди”, указывала на безусловное одобрение и восхищение даром Алоры. Но драконы Эльгара умели видеть не только дар, многие в академии уже оценили характер этой девушки. Даже Магдрак не устоял. Теперь все ждали, когда же их вожак подведет свою леди к священному пламени, чтобы обменяться клятвами, а потом унесет в свое гнездо, пустующее со дня великого переселения.

Черное Гнездо всегда было пустым.

Алдрак построил его из упрямства только потому, что таков был их план с Исарой. Они должны были начать новую жизнь в этом мире, забыв о прошлом. Вот только Исара не смогла пройти через портал. Магия этого мира просто выбила из нее дар и погасила огонь, пылающий в сердце.

Все произошло так быстро. Они были уверены, что оторвались от преследователей, когда осилили пространственный переход. Но внезапно сердца драконов начали гаснуть. В день они потеряли почти половину переселенцев, а отдав последние почести погибшим, просто двинулись дальше. Впереди была битва за новые земли, которые нужно было сделать пригодными для проживания, а впоследствии и защитить от прорвавшейся из Драконара нежити и костяной магии. Алдрак никогда ни с кем не обсуждал тот день. Даже Удрак, Магдрак и Снодрак знали, что эта тема для него под запретом. Но сейчас Алдрак чувствовал, что готов довериться Алоре, потому что она стала для него по-настоящему особенной…

— У леди Брют особый дар. Лорд Алдрак, вы же понимаете, что однажды костяные разрушители поймут, что наш успех основан не на удачливости рейнджеров?

— Понимаю. Именно поэтому Алора и не бывает в Пустоши.

— Я не знаю, как работают ее поисковые сферы, но если в них есть что-то от ментальной магии…

— Думаешь, костяные драконы ее почувствуют?

— Чтобы что-то увидеть, нужно быть готовым что-то показать в ответ. Вы же помните, как это работало в Драканаре?

— Алора не менталист. А ее сферы находят цели случайным образом, — уверенно объявил Алдрак, хотя сердце дракона сжалось от тревоги за ту, которая стала для него новым смыслом жизни, долгие годы наполненной лишь долгом и воспоминаниями.

Комендант заставы сказал лишь то, что Алдрак и сам знал. Он давно заметил, что поисковые виденья Алоры становятся точнее. Она теперь чувствовала ритуальные костры некромантов, могла отслеживать магию мертвых, между Алорой и Пустошью установилась особая связь, а это означало, что костяные маги смогут тоже ее обнаружить.

***

Алора

В этот раз было все иначе. Поисковая сфера показала мне не тайник и не святилище, а женщину. Драконицу. Мне уже доводилось видеть мужчин-некромантов. Худощавых, седых, с отсветом призрачного пламени в глазах. Эта женщина была не такой. Для начала она не была некромантом, природа ее магии была иной, но в то же время она была мертвой, как другие костяные драконы. А еще она меня видела.

— Так-так, значит, альгарцы начали нанимать человеческих ведьм для шпионажа за Пустошью, — плавно растягивая слова, произнесла она и протянула руки к призрачному пламени.

Я не ошиблась, тайник находился глубоко под землей. Обычный огонь никогда бы не смог здесь разгореться, но как мертвым не нужно было дышать, так и мертвому огню не требовался воздух.

А драконица продолжала лениво меня рассматривать, чуть ли не по локоть погрузив руки в огонь. Он был ее источником магии и, возможно, помогал поддерживать нашу связь.

— Как ты определила мою расу и вид дара? Ты поисковик живого?

Улыбнувшись, женщина кивнула.

— Удивлена?

— Только тому, что не задумывалась об этом раньше. Драконы ищут следы костяной магии, вы занимаете тем же самым в Пустоши, вот только ищете живых.

— Ошибаешься. Костяным нет смысла искать то, что и так известно. Все знают, где находятся живые драконы, где расположены их заставы и города.

— Тогда, что ты ищешь?

— Не твое дело! — огрызнулась драконица.

Так значит, дело было не во мне. У костяной была задачка поважнее, чем поиск человеческой ведьмы. И драконы четырех долин ее не интересовали. Но я знала, что ценят все драконы, независимо от принадлежности к стае.

Магию.

— Тебя тоже интересуют потерянные дары?

Женщина поджала губы, но не стала отвечать на вопрос, тем самым давая понять, что моя догадка верна.

Поисковая сфера всегда искажала изображение, словно показывая его через изогнутое стекло. Вот и сейчас лицо женщины было слегка вытянутым, но я была уверена, что узнаю ее, если увижу снова.

— Кто ты? Назови свое имя!

Женщина медленно повернулась и посмотрела на меня, а потом неожиданно бросила:

— Спроси Алдрака, он знает, кто я такая. А еще спроси, как он намерен сохранить тебе жизнь, ведьма.

C этими словами костяная драконица направила в мою сторону огненный шар.

Моя поисковая сфера лопнула сразу, и это когда я точно знала, что призрачная магия не способна мне навредить. Зато Ким этого не знал, поэтому выбил огненный чарокамень из-под моего котла.

— Ким! Зачем?!

— Она тебя увидела! Чем ты думала, когда продолжила разговор, позволяя ей себя изучить?

— Только не говори Алдраку! — воскликнула я, когда Ким потянулся к кольцу.

У него и Оллина остались особые артефакты, позволяющие поддерживать связь с драконом. Скверна отступила, а тела парней восстанавливались после тяжелой болезни, но Алдрак не спешил рвать с ними связь. Они общались с вожаком ближе, чем другие найденыши. Вот и сейчас Ким явно собирался доложить о том, что показала моя поисковая сфера.

— Предлагаешь утаить от вожака костяного поисковика живого? — сухо уточнил Ким, одним вопросом давая понять, что речь идет не только о моем желании, а о всеобщей безопасности.

И Ким был прав. Я не могла ставить свое “не хочу” выше безопасности всей долины и поэтому скорбно кивнула:

— Зови лорда Алдрака.