Я тебе не невеста, царевич!

Глава 22

Потоптавшись на месте, Велемир поймал пробегающую мимо служанку и спросил, не видела ли та царевича Дмитра. А потом отправился в сад, где старшенький на пару с невестой метали топоры в мишень. Притом, судя по радостным вскрикам, Альма попадала куда чаще.

Когда вышел к ним, вначале Велемир увидел принцессу, растрепанную, раскрасневшуюся и полностью счастливую, затем – Дмитра, который не отводил от нее взгляда и глупо улыбался.

– Кажется, им уже плеснули этого зелья, – заметил Иней шепотом.

А Велемир покачал головой. Сейчас Альма размахивала своим топором и доказывала, что тот вонзился в мишень ближе к центру. Дмитр же чертил разные линии, соединяющие лезвие топора с центром. Затем закатил глаза, магией призвал перо и начал там же писать разные формулы и расчеты по ним. Альма хмыкала и говорила, что никакими хитростями тот не отменит ее меткости. И вообще, они легко могут перебросить топоры и проверить все еще раз.

Нет, такое никаким зельем не подделаешь.

– Давай Велемир нас рассудит, – сдался Дмитр.

– Конечно твой брат будет за тебя! – вспыхнула Альма. – Вот этого смазливого певуна спросим, – тут она ткнула в Инея.

Тот вначале обиженно поджал губы, а затем уверенно отправился к мишени. Там он остановился, задумался, затем и вовсе плюхнулся на одно колено и начал что-то шептать, поглаживая зазубрины на деревянном разрисованном щите. Дмитр даже подался ближе к Велемиру и шепотом спросил:

– Чего это он?

– Очередную дурь сочиняет.

– Не спугните вдохновение! – вмешалась Альма. – Прошлая его песня, про молот, просто шедевр! Обычно мне посвящают всякую муть про краткий взор и золотые косы. А там! Взмахи молота, брызги крови, поверженные враги…

При этом она мечтатель прислонила руку к щеке и сложила брови домиком.

– Вот таких песен я хочу!

– Я тоже. Слушал бы и слушал, – хмыкнул Велемир, за что тут же получил тычок от брата. Но впервые не обиделся на это, а беззаботно толкнул его в плечо, точно они до сих пор были мальчишками.

– Взор, точно! – просиял Иней. – Вот чего мне не хватало! – После этого он вскочил на ноги и продекламировал: – Был взором он робок и в постели не смел, и в цель, куда метил, попасть не сумел!

Альма довольно подбоченилась, наверняка не уловила второй смысл этой фразы, а Дмитр устало потер переносицу.

– Ты его мне в наказание притащил, да?

– И себе, – признался Велемир. – Но вообще мы пришли по другому поводу.

– Узнали маленький секрет вашей свахи, – поддержал его Иней. – И решили поделиться по доброте душевной.

Дмитр недоверчиво уставился на него, а Велемир вытащил из кармана флакон и передал его брату. Если не поверит – отдаст магам, те точно расскажут о содержимом и том, у кого эта вещь хранилась долгие годы.

– Приворотное зелье, – пояснил Велемир.

– И кого она хотела охмурить? – Дмитр растерянно повертел флакон, пошептал над ним заклинания, затем передал Альме. – Отца?

– Не-а. Привязать вас друг к другу. А то постоянно ссоритесь и не дотягиваете до идеала ее прошлых подопечных.

– Да и она не идеал, – пожал плечами Дмитр. – Еще ни в одном из отцовских испытаний мы не лидировали. Только дружку твоему больное вдохновение запускали, – на этом он махнул головой в сторону Инея, а тот довольно подвигал бровями. – Слушай, певун, может тебе заплатить? Буду подкидывать по паре златов в месяц, а ты вычеркнешь меня из репертуара?

– Хочешь купить творца? – притворно возмутился тот.

– Я даже знаю, через кого это выгоднее сделать, – заметил Велемир.

Думается, Любашина предприимчивость не позволит пройти мимо такого предложения. А Инею даже на пользу будет переключиться на кого-то в своем стихоплетстве. Полон дворец народу, а он прицепился к несчастному Дмитру. И сейчас изображал оскорбленную невинность и негодующе задирал нос.

– Да, да! – всполошилась Альма. – Хочу еще песню про себя!

– Учти, у него половина песен о персях, вон уже все рифмы к ним вычерпал, – пояснил Велемир.

– Так если оно красиво, – на этом принцесса огладила себя по бокам и выпятила нерифмующиеся части вперед, – то отчего бы и не спеть?

Дмитр только прикрыл глаза ладонью, но всему его облику было понятно, что та самая новая песня об Альме будет оплачена. Как и то, что братец проследит за ее пристойностью и красотой.

– Тем более я теперь без свахи, – задумчиво продолжила принцесса. – Некому о моей безупречности.

Потом она замолчала и потерла большим пальцем подбородок. Нахмурилась. Повертела в руке молот. Подбросила его пару раз и только затем опять заговорила:

– Поверить не могу, что Илора в самом деле такое вытворяла… А ведь она была ученицей Мелрика Мудрого, наверняка у него и умыкнула зелье. Ну-ка дай!

Она тут же выдернула у Дмитра флакон повертела его и торжествующе воскликнула, когда обнаружила нужное клеймо и остатки стертой от времени этикетки.

– Пойду Васе расскажу, она упадет! – закончила принцесса и без всякого перехода дружески пихнула Велемира в плечо. – Спасибо, что предупредил и не дал нас опоить! Вот сразу видно – нормальный мужик, другого бы моя подруженька и не выбрала! А Дмитр все ноет, какой ты корыстный и злобный. Мол, наш волчок готов загрызть за корону!

На последней фразе Альма изменила голос, понизив его, и огладила воображаемую бороду, подражая Дмитру. Старшенький на это закатил глаза, а Велемир поспешил его еще разок уколоть.

– Это он свои недостатки на других переносит. Сам-то так и грезит о троне Тридевятого.

– Мечтай, не мечтай, а пока там вполне надежно сидит Ратмир, и еще лет тридцать просидит, – заметила Альма. – Но оно и к лучшему: поживем беспечно, пока есть возможность. И что нам делить? Три царства на четверых, уж есть, где развернуться. Тем более ваше с Васей велико…

На этом она подмигнула Велемиру и чуть ли не бегом унеслась в сторону дворца. Но ближе ко входу замедлилась, расправила плечи и чинно поплыла, как и положено настоящей принцессе.

– Какова, а? – заговорил Иней. – Про такую в самом деле можно песни сочинять. Что-то вроде: пламенный дух в строгих одеждах, поцелуи твои горячи как и прежде…

– Я ему сейчас голову оторву, – без лишних эмоций произнес Дмитр.

– Не стоит, так умрет героем, его песни в летописи войдут. И нечего тебе так злиться, он же стихоплетствует, а не целоваться к принцессе лезет!

Хотя тут как знать. К Элейне же Иней полез! А она на тот момент была свободна всего лучину, и всегда так брезгливо корчилась, когда заходила речь о разного рода бардах, скоморохах и прочих.

Хотя, кто знает, может это друга и раззадорило, подтолкнуло к действиям.

– Тем более она не слишком-то и настроена, – покачал головой Иней под тяжелым взглядом Дмитра. – Похоже, Илора ей все-таки накапала своей любовной отравы, иначе и не объяснить, зачем Альме такой женишок.

– Как будто с тем, зачем наш Велемир Василисе, все понятно, – хмыкнул Дмитр. – Вот уж кто мог бы выбрать себе женишка получше. Пальцами бы прищелкнула, очередь до гряды бы выстроилась.

– Ну здесь-то все понятно, это я ему помог ее поймать. Выбирал, как для себя, – самодовольно ответил Иней.

Теперь уже Велемиру захотелось разок стукнуть Инея. Оставить пару синяков на его лице, чтобы не светилось так превосходством. Нет, ну подумать только, взял и разболтал все Дмитру! Еще бы рассказал, как Велемир насильно натянул Васе кольцо.

Но от мыслей его отвлек слабый шорох в кустах. Вроде как ветку ветром тронуло. Мелочь, но отчего одну?

Потому Велемир резко подался в ту сторону, вдохнул воздух, но человеческого запаха там не было. Да и кто бы спрятался в тех зарослях, которые насквозь просвечивают?

– Значит, есть и от тебя польза, – хмыкнул Дмитр. – Ради одного этого стоило тебя вытащить из Зеленого. Непростая, видимо, была задача: выследить Василису и поймать. А потом еще уговорить сюда ехать, чтобы она вас по пути на сто частей не покромсала, прямо по заветам ее батеньки.

– Что сказать, у нас слаженная сватовская команда, – с прежней бравадой ответил Иней. – Видел бы ты Любашиного коня в деле… Так что нужна будет помощь с этим – обращайся.

– Ага, конечно, коня первого и кликну. Наверняка случайно где-то с Василисой встретились, – прозорливо ответил Дмитр, затем снова сосредоточился на Велемире. – Весело тут с вами, поболтали, почти как семья настоящая. Но дела не ждут, потому встретимся на следующем отцовском испытании.

Когда он удалился, Велемир на всякий случай обшарил те самые кусты, но не нашел там ни следа чьего-то присутствия. Ни запаха, ни отпечатков, ни травы примятой. Почудилось, наверное.

– Ты чего? – возник рядом Иней и тоже сунул туда любопытный нос.

– А ты чего? – Велемир без всякого стеснения припал к земле и все обнюхал, но с прежним результатом. – Кто просил о Василисе болтать? Нашел ее, вы гляньте! За баней поймал и ко мне притащил.

– Да не больно-то она и упиралась, небось и сама была не прочь вблизи на твои стати полюбоваться, а не только через дыру в стене. Так что все целиком твоя заслуга – и приманкой умело посветил, и колечком подсек, когда наша рыбка клюнула.

– В твоем пересказе оно еще дряннее выглядит, чем было на самом деле. А если Василиса в самом деле царская дочь…

На этом Велемир выпрямился и запустил руку в волосы. От тревог и мыслей его обоняние стало чудить, вот сейчас вроде тиной пахнуло и гнилью, хотя среди царского сада таким запахам взяться было неоткуда.

– А она бы сказала, что здесь нет разницы, чья дочь. Насильно кольца натягивать все равно мерзко, – тут же влез Иней. И возразить ему было нечего. Да и Велемир уже тысячу раз отругал себя за тот поступок.

Но когда думал о том дне, до сих пор было жутковато, что они с Василисой могли бы и не встретиться. Выбери Любаша другого жениха для своего плана – и все бы сорвалось. Или если бы Иней не поймал сваху-неудачницу. Или Василиса взяла бы и врезала как следует…

А как зол тогда был Велемир, какие гадости говорил… Одно слово – разум помутился от усталости и злости.

– И все же, чья она дочка, ты разузнал? – продолжил Иней.

– Кого-то из тех, кто не на земле правит, иначе мы были бы знакомы. Или морского царя, или правителя небесного града, или Кощея. Хотя не припомню у них дочек.

– Ну, – Иней хлопнул его по плечу, – кто придет тебя убивать, тот и папка. Рано или поздно узнаешь.

– Да не буду я этого ждать. Выполню последнюю отцовскую придурь, и пойду нормально с Васиной родней знакомиться. Рядом со своими-то выжил, значит и с теми сладить смогу.