Волкодав

Глава 17

На заводе ПаккардСиммонс встретил меня как старого знакомого.

— О, Роберт, приветствую! — Он улыбнулся широко. — Что-то вы, господин Фуллер, зачастили к нам. Неужто снова по делу от тех кражах?

— Да нет, Уолт, я сегодня, можно сказать, с частным визитом. Мне тут машину немного… помяли. — Я кивнул в сторону Паккарда. — А где можно получить лучший сервис для Твин Сикс, как не на заводе, на котором его собрали?

— Очень верное решение, мистер Фуллер, — усмехнулся Симмонс. — Но мне, как скромному начальнику охраны, наверное, не стоит тебе что-то советовать или консультировать. Давай я позову нашего главного инженера Чарльза Винсента. Чарльз — отличный парень, он сразу о тебе позаботится.

— Да, конечно, спасибо, Уолт. Буду очень признателен.

Винсент появился минут через пять. Мужчина лет пятидесяти, с седеющими висками и прямой осанкой. Никакого комбинезона или иной рабочей одежды — белоснежная рубашка, темно-серый жилет с часовой цепочкой, безукоризненный костюм. Его можно было принять скорее за клерка или, может быть, бизнесмена средней руки, но никак не за главного инженера.

И, в принципе, это многое значило. Раз он может себе позволить выглядеть так, значит дела на заводе идут очень хорошо, техническая культура на самом высоком уровне. Хотя руки у него рабочие надо признать. Но раз главный инженер так выглядит значит работает как хорошо отлаженный механизм.

И именно такой механизм мне сейчас и нужен.

— Мистер Фуллер, — он протянул руку. Рукопожатие крепкое, уверенное. — В прошлый раз не получилось с вами познакомиться. Очень рад, очень рад. И примите мои искренние соболезнования по поводу ваших родителей. Ваш отец был нашим клиентом много лет. Прекрасный человек, истинный джентльмен. Я лично контролировал выполнение его заказа, и он очень тщательно подходил ко всем вопросам, связанным с этой машиной.

— Спасибо, — я кивнул. — Да, отец её любил.

— И не зря. Твин Сикс — наша гордость. — Винсент улыбнулся. — И лучшая машина Америки, что бы там ни заявлял мистер Форд со своих кричащих безвкусных рекламных плакатов. Давайте пройдём в сервисный цех, посмотрим, что случилось с вашим красавцем.

Сервисный бокс был просторным, ярко освещённым электрическими лампами под потолком. Рядом — стеллажи с инструментами, подъёмник, всё как нужно. Два механика в комбинезонах уже были, как говорится, на низком старте.

Помимо этих двух солидных мужчин, тут же были и подмастерья. В одном из них я с радостью узнал Мирко. Сербский протеже явно меня узнал, но не подал виду. Всё-таки наша с ним небольшая шпионская игра требовала того, чтобы нас ничего не связывало. То, что мистер Роберт Фуллер — агент Бюро расследований, на заводе знали многие. И если я хотел, чтобы Мирко был по-настоящему ценным источником информации, нашу с ним связь, естественно, нужно скрывать.

Мистер Винсент медленно обошёл машину. Сначала осмотрел всё остальное, а затем приступил к оценке повреждений. Движения профессиональные, методичные, взгляд цепкий. Сразу было видно, что от этих внимательных глаз мало что укроется.

Он присел на корточки у радиатора, провёл пальцами по пробоине. Заглянул под капот, осмотрел всё там. Затем такой же тщательной инспекции подвергся салон — простреленное стекло, пробитая крокодиловая кожа заднего дивана.

Через полчаса был готов вердикт.

— Радиатор пробит насквозь, — констатировал Винсент. — Ремонту не подлежит, так что здесь полная замена узла. Стекло, само собой, тоже. Его просто… нет, нужно ставить новое. Покраска — машину нужно красить целиком, иначе будет разница в тоне. Бургундский металлик — сложный цвет. Подобрать точь-в-точь невозможно, так что только полностью красить.

— Понятно, — ответил я. — Сколько времени потребуется?

Винсент вытащил из кармана жилета кожаную записную книжку, раскрыл, достал карандаш. Что-то прикидывал, записывал цифры, чёркал.

— Я так думаю, что с радиатором проблем не будет. Они у нас всегда в наличии. Стандартная модель. Установка, проверки, настройки — неделя, хотя даже не неделя, но дней пять. Стекло тоже три-четыре дня. — Он поднял глаза. — Вместе с покраской недели две. Так что, если говорить об этой части наших проблем, то здесь чуть больше двух недель, да.

Он замолчал, подумал пару минут и продолжил.

— Но есть загвоздка. Основная проблема сейчас — это обивка салона.

— Крокодиловая кожа? — догадавшись, спросил я.

— Именно. Ваш отец заказал премиум отделку для этого автомобиля. — Винсент заглянул в салон, провёл рукой по сиденью водителя. — Крокодиловая кожа из Луизианы, ручная выделка в Новом Орлеане. Это специальная технология дубления, чтобы кожа оставалась эластичной, но при этом износостойкой. Натуральный цвет без окрашивания. Видите эти переливы? Это природный рисунок тамошних аллигаторов. Такой материал мы, к сожалению, не держим на складе. Это делается только под заказ.

Он закрыл дверь машины и повернулся ко мне.

— Само собой, у нас есть контракты и контакты в Новом Орлеане. Тамошняя мастерская работает с нами уже десять лет, но на подготовку кожи нужно время. Плюс доставка сюда, в Детройт. Это месяц минимум. Возможно, даже недель пять-шесть. Так что не раньше… — Он прикинул в уме. — Я бы рассчитывал на конец ноября. Это реалистичный срок, когда мы сможем отдать вам машину.

Я кивнул и задумался.

Твин Сикс был гордостью и любимцем как отца, так и матери Роберта. Мощь под капотом, скорость, разгон. Плюс вся эта кожа, полированное дерево панели, латунные детали, инкрустация. Машина за пять тысяч долларов, это дороже, чем иные дома.

И на самом деле она этого стоила. Это не кричащая роскошь нуворишей, не кристаллики Сваровски по всему капоту и не звуковая система из тех, что слышно за пару километров. Нет, это как раз породистая, уместная роскошь. И в том виде, в котором отец Роберта получил эту машину с завода, Паккард был цельным — каждая деталь, начиная с двигателя и заканчивая этой треклятой аллигаторовой кожей, работала на создание единого образа.

Параллельно с моими размышлениями Винсент говорил о том, что прямо сейчас у них, естественно, есть варианты обивки поскромнее.

— Обычная говяжья кожа, но тоже очень качественная, которая используется для машин стоимостью четыре-четыре с половиной тысячи долларов, что тоже космос по нынешним временам. Но это, очевидно, будет уже не то.

Мне, как наследнику Фуллеров и как владельцу этого замечательного автомобиля, было просто нельзя делать столь очевидное понижение уровня машины и выбирать дешёвую говяжью кожу.

Вариантов не было. Как говорят французы, «noblesse oblige», положение обязывает. — придётся ждать.

— Я понял, мистер Винсент, — остановил я размышления главного инженера Паккарда. — Ждать — значит ждать. Давайте делать так, как положено. Скажите, у вас есть подменные машины? Я даже готов заплатить.

— Ой, нет, мистер Фуллер, к сожалению, эта услуга у нас не распространена. — Винсент развёл руками. — Я понимаю, почему вы спрашиваете о подменной машине. После вашего красавца пересесть за руль арендного Бьюика или поделки старины Генри — это всё равно что есть не столовыми приборами, а топором. Но, к сожалению, здесь мы вынуждены вам отказать. Если бы буквально вчера вы пришли, то, само собой, я бы пошёл вам навстречу. У нас долго стоял, скажем так, бесхозный Твин Сикс. Не спрашивайте, как он у нас появился. Это, конечно, была бы комплектация попроще, но в базе всё та же машина. Но забрали вчера. Так что здесь я вынужден вам отказать.

— Ничего страшного, мистер Винсент. Я что-нибудь придумаю. Спасибо. Значит, конец ноября?

— Да, всё верно. Это реалистичные сроки.

— Что ж, буду ждать.

Закончив все дела на заводе Паккард, я отправился в офис на Федерал-стрит, где меня ждал Кокс.

Он сидел за своим столом, заваленным папками и бумагами, и сосредоточенно курил. Когда я вошёл, мой непосредственный начальник поднял глаза и кивнул.

— Что ж, специальный агент Фуллер, могу вас поздравить. — Тон у Кокса был нарочито официальным, но глаза улыбались, и я видел, что у него отличное настроение.

— С чем?

— Террано раскололся. Большой Винни оказался только снаружи большим и страшным. Как ребята капитана Маккензи на него чуть-чуть надавили, он превратился в маленькую сопливую девочку. Раскололся аж до самого донышка — полностью. Мы знаем всю схему их работы здесь, в Мичигане. Имена, адреса, явки, пароли, всё. Оказалось, у него здесь почти полтора десятка контрагентов. Партнёры не только в Детройте, но и в нескольких других городах штата — Толедо, Гранд-Рапидс, Флинт. Плюс, само собой, за пределами Мичигана — Кливленд, Чикаго, Питтсбург. Мы знаем, если не всё, то очень многое.

Он открыл папку, достал несколько листов, исписанных аккуратным почерком.

— Вот, смотри. Это протокол допросов.

— Ага, спасибо, — сказал я, подошёл к своему месту, сел в кресло и, закурив, приступил к чтению.

Да, Кокс не преувеличивал. Объём информации, которую поведал Винни, оказался очень и очень большим. И если это всё подтвердится, то через какое-то время за решёткой окажутся не один десяток человек.

Единственное, что меня смущало, так это то, что по всему выходило, что следы тянулись на самый верх — к людям в серьёзных кабинетах. Складывалось впечатление, что цепочка могла закончиться где-то на уровне, как минимум, администрации губернатора, а то и выше — в Сенате или Конгрессе. Что, в принципе, неудивительно. Коррупция, организованная преступность — она на самом деле немыслима без поддержки на самом верху.

Но даже то, что есть сейчас, — это отличная работа.

Закончив чтение, я поднял глаза. Увидев это, Кокс продолжил:

— Так что, Роб, ты уже полностью оправдал своё появление в Бюро. Ты и твой Маузер внесли неоценимый вклад в это дело. Без твоих фокусов на Лэйк Шор Драйв Террано бы ушёл, а все остальные, кого мы взяли в том особняке, — мелкие сошки. По большому счёту только Винни представлял большой интерес. Так что поздравляю тебя с этим успехом.

Он затянулся сигаретой.

— Что там у тебя с машиной?

— Да ничего. На два месяца я без колёс.

— Я бы на твоём месте подумал о том, чтобы завести себе тачку попроще, — сказал Кокс. — Агент на Паккарде — это всё равно что белый слон в джунглях. Слишком уж приметно. Да и мне было бы жалко подставлять такую красоту под пули. Нет, конечно, у богатых свои причуды. Но пять тысяч долларов — это пять тысяч долларов.

— Да вы, агент Кокс, прям источник неоценимой мудрости, — улыбаясь, но при этом саркастически ответил я. — Настолько неоценимой, что я бы и сам до этого никогда не додумался.

Кокс усмехнулся.

— Само собой, что использовать Твин СИкс в качестве служебной машины я не буду. И мне и вправду нужно что-то попроще. Правда, пока ещё не знаю что.

— Но ты человек не бедный, Роб. Да и голова у тебя работает правильно. Думаю, что ты разберёшься.

Кокс откинулся на спинку стула.

— Кстати, пришла информация из Вашингтона. Генеральный прокурор уже копытом бьёт и требует наших активных действий по красным. Так что готовьтесь, господа.

Он обвёл кабинет взглядом. Остальные агенты подняли головы и посмотрели на него.

— Где-то с начала следующего месяца нас ждёт очень много работы. Осведомители предоставили нам достаточно информации, так что рейды и аресты планируются массовые. Совещание по этому поводу я собираю завтра. Притом прямо с утра, так что, господа, прошу не опаздывать. Чарли, тебя это касается в первую очередь.

Пейн, наш молодой мастер дробовика, вспыхнул смущением и тут же уткнулся в бумаги.

Причина этого была совершенно определённая. Чарли неожиданно для себя закрутил бурный роман. И вот уже третий день подряд катастрофически опаздывал на работу. Притом его дама сердца оказалась особой либеральных взглядов, особенно это касалось, скажем так, половых вопросов. Так что агент Пейн банально засыпал в её объятиях очень поздно и, соответственно, раз за разом не слышал сигнал будильника.

Остаток дня прошёл в рутинной работе с бумагами. Кокс был прав, говоря о том, что девяносто процентов нашей работы — это как раз бумаги.

Домой на такси я отправился только в восьмом часу. Милица к тому моменту уже ушла.

Я выгулял Рекса. Мой постоялец уже полностью обжился у меня дома и вёл себя очень по-хозяйски. Глядя, как эта наглая животина устраивается на своё любимое место возле камина, я снова подумал о том, что надо бы навестить в больнице хозяйку Рекса.

А то нехорошо получается. Это из-за меня она попала на больничную койку. Её собака живёт в моём доме, а я так ни разу и не сходил, не извинился.

Вроде как и не обязан. Да и за Рексом меня тоже никто не заставлял приглядывать. Я мог вполне отказать той симпатичной медсестричке.

Но всё-таки правильнее сходить, извиниться и сказать, что собака в хороших руках.

Но это потом, потом. А сейчас мне нужно подумать о том, какие всё-таки колёса выбрать вместо Паккарда. Какая машина мне нужна для того, чтобы использовать её в качестве рабочей.

Вечером я сидел в кабинете с бокалом виски и обдумывал варианты.

И вариантов, на самом деле, по большому счёту достаточно.

Самый очевидный и самый простой — купить тот же самый Додж Бразерс, за которым я гнался. И из-за которого мой Паккард оказался в ремонте.

Машина меня, на самом деле, даже впечатлила. Особенно то, с какой лёгкостью Додж протаранил ту злосчастную телегу с молоком. Он её буквально, как будто бы не заметил. И после я осмотрел машину, само собой, после того как её вытащили из озера. Никаких серьёзных повреждений её морда не получила.

То есть самый настоящий танк.

Вроде бы то, что нужно. Но это только на первый взгляд мне подходит, потому что он сейчас выпускается с одним единственным мотором. Вот этот четырёхцилиндровый с мощностью в тридцать пять лошадиных сил. То есть я могу купить такую же машину, какая была у Террано.

И это мне не подходит.

Потому что на пороге «Ревущие двадцатые». На пороге эпоха бутлегерства. И уже в следующем году, а уж в двадцать первом так уж точно, начнётся пора самых настоящих уличных гонок. Бутлегеры убегают, стражи порядка догоняют. Всё весело, задорно. Прям романтика, чтоб её.

И нет никакой гарантии, что мне не придётся участвовать в таких вот гонках. Да, формально мы не полиция. А бутлегерами вообще, по идее, должны заниматься ребята из Министерства финансов, «Alcohol Tax Unit». Но, как показывает практика, человек предполагает, а Бог располагает. По машине Террано я тоже как бы не должен был стрелять, однако Винни сидит за решёткой исключительно благодаря моему Маузеру.

Так что мне нужна машина, способная догнать вот такие вот Доджи. Да и в принципе всё, что выставят против нас ребята, решившие нажиться на алкоголе.

Поэтому базовый Доджмне не подходит.

И тут мне пришла в голову мысль про самого настоящего волка в овечьей шкуре.

Взять Форд— пусть даже и подержанный. Воткнуть в него шестицилиндровый двигатель от Бьюика или Хадсона. Усилить кузов, мощный двигатель при стоковом кузове будет означать то, что всегда есть вероятность того, что машина просто разорвётся на части. Усилить рулевое управление. Подшаманить с карбюратором. Ну, в общем, собрать на базе Форда T новую машину. И на вот таком вот кастоме гоняться за плохими парнями с пацанским шиком. Еще бы, я же на уникальной тачке!

Это вроде как даже интересная мысль.

Тем более что Детройт — это автомобильная Мекка сейчас. Концентрация механиков и инженеров мирового уровня в этом городе максимальная. Как-никак столица американского автопрома, где под дюжину автомобильных заводов различных производителей. А это, соответственно, тысячи и тысячи рабочих, сотни инженеров и механиков.

В теории есть кому сделать мне машину.

Но есть одно «но».

Самоделка, как бы ты над ней ни работал, есть самоделка. Особенно сейчас, когда техническая культура, хоть и бурно развивается, но всё равно ещё не на самом высоком уровне. И вероятность чего-то незапланированного в любом случае велика.

Остаться посреди дороги в машине, которая вдруг превратилась в ведро с болтами, мне как-то не хотелось.

Поэтому надо смотреть на, скажем так, заводские варианты.

И лучшим из них является, безусловно, Хадсон Супер Сикс

Одна из самых, если не самая быстрая и мощная машина нужного мне сегмента. Закрытый кузов, вместительная, семьдесят шесть лошадиных сил, шестицилиндровый мотор, прекрасные для нынешнего времени разгонные характеристики.

В общем, да. Хадсон Супер Сикс смотрится безальтернативным победителем в этом импровизированном конкурсе.

И стоит он при этом больше, значительно больше, чем Додж. И само собой больше, чем Ford. Две с половиной тысячи долларов придётся отдать за этого красавца

Это, конечно, не пять, но всё равно деньги приличные. Особенно для агента, получающего меньше ста пятидесяти долларов в месяц.

Я в любом случае куплю эту машину. Деваться некуда.

Но нужно задуматься о том, где брать деньги. С такими тратами весь доставшийся мне в наследство капитал растает достаточно быстро.

Собственно, с этими мыслями я и уснул в итоге, наметив для себя на следующие пару дней план по покупке новой машины и придумыванию стратегии легального заработка, который позволит мне держать нужный уровень как расходов, так и жизни.