Во власти Скорпиона. Начало

Глава 3

Служанка боязливо входит в комнату с подносом в руках. Огибает переломанную мебель, хрустит туфельками по осколкам посуды.

М-да, дела Скорпионовых и так не в лучшем состоянии. Судя по тому, что я видел по дороге сюда, земли вообще наполовину заброшены. А тут ещё и я погром устроил. Нехорошо.

Как вообще вышло, что я превратился в гигантского скорпиона? Решаю пока не задумываться об этом. Есть дела поважнее.

Хорошенькая на мордашку служанка ставит передо мной поднос. Осматриваю её с головы до ног. Интересно, а в этом мире все такие аппетитные или это я голодухи?

Перевожу взгляд в тарелки. Там жареное мясо, картошка и какой-то салатик. Набрасываюсь на жратву, как дикий зверь. Девчонка еле руки успевает убрать.

— Приятного аппетита, господин, — тараторит она и сматывается.

Бросаю взгляд на её круглую попку, вздыхаю, а затем возвращаюсь к еде.

— Сева, я… — говорит сидящий рядом Пересмешников.

— Тихо! — тычу в его сторону ложкой.

Это даже не столовый нож, но адвокат всё равно пугается.

— Я всего лишь хотел…

— Ща поем и побазарим, — бурчу с набитым ртом.

Какое же блаженство! Походу в больничке кормили совсем плохо, раз моё новое тело с таким остервенением поглощает настолько простую еду. Уверен, дворяне питаются куда изысканнее.

— Что сделаем? — переспрашивает Пересмешников с таким видом, будто я ему леща отвесил.

— Пообщаемся, — поясняю. — Хотя можешь начинать оправдываться. Тебя как зовут-то?

— Василий Ан…

— Значит, Вася, ваш род хотел отжать у нашего поместье и всё остальное?

— Почему ты так раз…

— Слышь, адвокатик, — недобро зыркаю на слащавое лицо Пересмешникова. — Я типа граф, да? Обращайся ко мне на «вы».

«Это правильно, конечно, — вдруг звучит в моей голове голос Севы. — Но ты и правда разговариваешь, как… э-э…»

«Давай, не стесняйся», — мысленно усмехаюсь.

«Ты должен изъясняться изящнее. Дворяне так не говорят».

«Ну пардоньте, ваше превосходительство, я по-другому не умею».

«Придётся научиться», — вздыхает Всеволод.

Адвокат тем временем дуется. Оскорбился, что ли? Какой нежный. А вот мутить хитрые схемы не постеснялся. Сейчас я его заставлю всё рассказать.

Довольно откидываюсь на стуле и отодвигаю пустые тарелки.

— Нормально здесь кормят. Не то что в дурке. Ладно, адвокатик, колись. Что вы уже успели отжать? И давай без глупостей. Я сил набрался, могу опять в монстра превратиться.

Безбожно вру, потому что понятия не имею, смогу ли опять так сделать. Но Пересмешникова пронимает. Аж затрясло бедолагу.

— Всё не так, как ты… вы думаете, — начинает он. — Наш род помогает вашему с решением юридических вопросов…

— Ага, и поэтому вы решили отобрать у нас поместье?

— Помимо прочего, Скорпионовы должны нашему роду немало денег. Вы же прекрасно знаете, кем был ваш отец.

«Кем был наш отец?» — с интересом спрашиваю у Севы, я-то понятия не имею.

«Картёжником», — хмуро отвечает тот.

— И что, он проиграл много денег кому-то из вашего рода? — спрашиваю я.

— Алексей Михайлович пользовался нашими услугами и не оплатил большую часть из них, — задрав нос, сообщает Василий. — Так что можете считать, что мы просто забираем своё!

«Это правда?» — интересуюсь мысленно.

«Может быть, — как-то тихо отвечает Сева. — Может, всё не так плохо, как мы подумали, и Пересмешниковы правда помогают нам?»

«Не будь таким наивным, пацан. Они хотели дом у вас забрать. Здесь явно не так чисто, а этот Пересмешников лепит».

«В дворянских делах не всё так просто. Но я не знаю, как на самом деле, меня держали подальше от семейных…»

Голос резко обрывается. Зову его, но безуспешно.

Блин. Что-то с духом парня не так, раз он временами пропадает.

— Ладно, с этим разберёмся, — говорю я. — Может, мы вам что-то и должны, но такими методами ни фига не получите, понятно?

— И что же вы намерены делать?

— Посмотрим, — зловеще улыбаюсь я. — Пока что гуляй, Вася. Эй, кто-нибудь! Проводите этого ган… джентльмена к выходу.

Пересмешников, поморщившись, медленно выходит из комнаты. А я ловлю за руку слугу, который отправляется следом, и шепчу на ухо:

— Слышь, надо пропасти этого фраера. Справишься?

— Что? — недоумевает слуга.

Тру глаза и вздыхаю:

— Я говорю, проследить за ним надо. Узнать, куда поедет и с кем будет встречаться.

— А, что ж… Могу попросить гвардейца.

Опа, у меня гвардейцы есть? Ништяк. Суровые пацаны под рукой лишними не бывают.

— Делай, — киваю я и отпускаю слугу.

Оставляю слуг убираться в столовой, а сам отправляюсь в спальню на втором этаже. Вечерок неспокойный выдался, надо бы и отдохнуть.

Ни хрена пока что непонятно, но в целом мне здесь нравится. Опять же тело молодое, симпатичное. Подкачаться ещё успею, а, вообще-то, я красавчик. Патлы только укоротить не помешает. Что за мода на странные причесоны у этих дворян? Вот у нас…

Ай, не до этого пока.

По дороге заруливаю в кабинет отца и беру все документы, которые могу найти. Надо разобраться, кто там кому и сколько должен. Что-что, а считать я умею.

Захожу в спальню и нос к носу сталкиваюсь со служанкой, которая выносила мне еду. Пышная грудь девицы упирается в мою. Глазки широко открываются, а с пухлых губок слетает:

— Ой… Простите, господин.

— Что ты, радость моя, всё хорошо, — улыбаюсь и обнимаю красотку за талию, не давая отойти. — Напомни, как тебя зовут?

— Ольга… — с придыханием шепчет девица.

— Так что ты делала в моей спальне, Оленька? — пожираю её глазами.

— Готовила для вас постель, Всеволод Алексеевич. Вы такой молодец! — вдруг восклицает она.

Я, конечно, молодец. Но пояснение её внезапной похвалы не помешает.

— Ты про что сейчас?

— Про то, как вы этого Пересмешникова на место поставили! Давно пора, а то он здесь как хозяин себя ведёт. Хорошо, что в доме настоящий мужчина появился, — Ольга с восхищением смотрит мне в глаза.

— Спасибо, милая, — улыбаюсь я. — У тебя ещё есть какие-то дела?

— Немного, — она прикусывает нижнюю губу и ещё плотнее прижимается ко мне своим горячим юным телом. — Я… могу вам с чем-то ещё помочь?

— Возвращайся, как освободишься. Покажу тебе кое-что…

— С радостью, господин, — шепчет девушка.

Она уходит, оборачиваясь у двери, а я заваливаюсь на кровать и начинаю изучать документы. В местных законах я не силён, но цифры складывать умею. И красные штампы на просроченных квитанциях тоже вижу.

По всему выходит, что финансы Скорпионовых в глубокой заднице. Род задолжал не только Пересмешниковым, но и много кому ещё.

Хреново дело. Но ничего, разберусь.

«Сева, ты здесь?» — откладывая бумажки, спрашиваю я.

«Да», — как будто издалека раздаётся ответ.

«С тобой всё нормально? Вечно пропадаешь куда-то».

«Всё плохо, — честно отвечает Всеволод. — У меня почти не осталось сил. Ядро магии в нашем теле опустело из-за превращения…»

«Как это мы вообще превратились?» — спрашиваю я, пока Оленька не вернулась.

«Благодаря Скорпиону-богу».

«Ну, я так и подумал. С ним можно ещё разок пообщаться? Есть пара вопросов».

«Он сам решает, когда разговаривать с последователями, — вздыхает Сева. — Послушай меня, это важно! Мой дар так и не был раскрыт, потому что восемнадцать мне исполнилось в больнице. Тебе надо…»

Шкет не договаривает и опять исчезает. Вот блин! Надеюсь, с ним всё будет в порядке. Не нравится мне это.

Что он там про ядро магии какое-то сказал? Я типа чародеем могу стать? Было бы прикольно. Насколько я понял, без магии в этом мире никуда. С ней, по крайней мере, лучше, чем без неё.

Ладушки, завтра разберёмся. Надо бы отдохнуть.

Дверь спальни еле слышно скрипит. Приподнимаюсь на кровати и вижу, как входит Оленька. Щёлкает замок, и девушка сбрасывает с себя платье, оставаясь только в белом кружевном белье.

Ух ты. А она подготовилась.

— Вы позволите, господин? — чуть покраснев, шепчет она.

— Иди сюда, красавица, — откидываю одеяло. — И не надо называть меня господин. Этой ночью я для тебя просто Сева…

Психиатрическое отделение. Утро. Кабинет главврача

Солнце едва успело осветить верхушки деревьев, а кабинет уже наполняется коллегами. Срочный консилиум.

Врач сидит на хлипком стуле и ковыряется в зубах зубочисткой, выковыривая остатки завтрака. Настроение — хуже не придумаешь.

Тему собрания не сообщили, но догадаться несложно.

Побег графа Скорпионова наделал шуму. Николай уверен, что полетят головы. И его, возможно, тоже. Лечащий врач не уследил за дозировкой лекарств. Даже спорить смысла нет — так и есть. Надо было впаять этому гадёнышу по полной.

Хотя как это вышло Николай не понимал. Всю ночь думал, но единственный вариант, что пришёл ему в голову — Всеволод не пил пилюли.

Другого объяснения поведению пациента врач придумать не смог. Даже в малых дозах седативный эффект налицо. А тут даже бегать смог.

Медсестричка, по чьей вине графёныш оказался на улице и дал дёру, тоже сидит за столом, стараясь не отсвечивать, и поглядывает на главврача.

А тот, в свою очередь, с каменным лицом пялится на остальных.

Дверь кабинета резко открывается. Удар о стену заставляет Николая вздрогнуть.

«Проверка?» — скользит первая мысль, но реальность куда хуже.

В комнату вплывает хорошо знакомая врачу фигура. Он моментально отводит взгляд, чтобы не выдать знакомства.

Мужчина в дорогом пиджаке осматривает собравшихся врачей и цокает:

— Ну как же так, Георгий Аркадьевич, — начинает он с порога, даже не позволяя главврачу отреагировать или представить его. — Граф Скорпионов болен, а вы подвергаете его жизнь опасности. Это немыслимо!

— Анатолий Гаврилович, — главврач пружинит и кланяется. — Мы ни в коем случае не оправдываемся, но…

— Какое «но» может быть в этой ситуации? — тяжело вздыхает Пересмешников-старший. — Я представляю род графа. Как я буду смотреть в глаза Алисе Станиславовне? Вы хоть в курсе, что ваш подопечный устроил в поместье? — в голосе Анатолия Гавриловича проскальзывает сталь. — Мой сын лишь чудом остался жив.

Все моментально утыкаются взглядами вниз и упорно делают вид, будто изучают стол, заваленный бумагами.

Николай презрительно кривит губы, но быстро возвращает лицу нейтральное выражение. Уж кто-кто, а он точно знает, в чём причина такого буйного поведения наследника рода Скорпионовых. Но ему хорошо заплатили, чтобы он молчал и делал вид, словно всё так и должно было быть.

— Виноваты, Анатолий Гаврилович, — заходится в объяснениях главврач. — Но вы же понимаете, что теперь граф совершеннолетний. Если он не буйный…

— Разумеется, он буйный! — восклицает Пересмешников. — Вы чем меня слушаете? Мне искренне жаль мальчика, но вы ведь сами знаете, у них это семейное. Вы же в курсе, что случилось с его матерью? Ах, бедная Василиса Никитична.

Пересмешников вздыхает и склоняет голову, будто скорбит о женщине.

— Это не должно повториться со Всеволодом Алексеевичем, — грозно говорит он. — Надеюсь, мы друг друга поняли? И разберитесь уже со своими работниками, которые явно не знают, как нужно обращаться с психически нездоровыми людьми.

— Конечно, Анатолий Гаврилович, — сквозь зубы цедит главврач.

Николай был прав — головы полетят. И не одна…

Утром просыпаюсь рано. Настроение отличное. Солнышко ярко светит в окно, а рядом со мной сопит обнажённая Оля. Её белое бельё раскидано по комнате.

Встаю с кровати, походя шлёпаю девушку по крепкой попке и направляюсь в туалет. У меня отдельный сортир, в коридор выходить не надо. Так что даже трусы не надеваю, топаю голышом.

Отличные условия жизни, я скажу. Отродясь таких удобств не видел. В общаге так вообще общий толчок на этаж был. Так что тут я как сыр в масле. А дела со временем поправлю.

Настроение, может, и отличное, а вот чувствую себя не очень. Голова побаливает, тело ломит. Не выспался, что ли из-за ночных утех? Или простудился? Всё же в море искупался, а потом бегал мокрый. Эх, говорила мне мама — не бегать на ветру в мокром.

Или всё же это из-за вчерашнего превращения?

Начинаю справлять нужду, как вдруг перед глазами всё затягивает серый туман. Все звуки пропадают, голова кружится, как будто я на карусели оказался. Какого чёрта происходит⁈

Я вдруг понимаю, что нахожусь совсем в другом месте. Вокруг нет ничего, кроме того самого тумана, а передо мной высится здоровенный членистоногий силуэт.

— Чудище, это ты? — усмехаюсь.

Силуэт придвигается ближе, взгляд чёрных глаз не отрывается от меня ни на мгновение.

— Поуважительнее, смертный, — грохочет голос Скорпиона. — Запомни раз и навсегда, я твой бог! Именно благодаря мне ты переродился в этом теле, так что будь благодарен.

— Базара нет, спасибо тебе. Но ты себя в зеркало видел? Чудище как есть.

Скорпион угрожающе щёлкает клешнёй перед моим лицом. Отмахиваюсь, как от мухи — нашёл чем пугать, и спрашиваю:

— Мы где сейчас?

— В моём мире.

— Ты здесь живёшь? — оглядываюсь по сторонам. — Скучноватое место, хоть бы мебель поставил. Ты типа мою душу сюда вытащил или как?

— Да, можно и так сказать, — в голосе Скорпиона чувствуется раздражение.

— Это хорошо, я как раз хотел спросить кое-что. То, как я вчера превращался в монстра — это можно повторить?

— Понравилось?

— Не особо, — пожимаю плечами. — Но всяких дебилов раскидывать — в самый раз. Ты бы видел, как они перепугались, чуть в штаны не наделали. А может, и наделали, я не проверял.

— Эта способность — один из моих высших даров, — гремит членистоногий. — Ты не можешь использовать её когда вздумается, только с моего позволения. Теперь послушай внимательно, смертный!

— Ага, рассказывай.

— Ты должен активировать свой дар и воскресить угасшее ядро магии, — говорит Скорпион. — Должен развивать своё тело, свою магию и становиться сильнее. Должен возвысить свой род и привлекать ко мне как можно больше последователей!

— Что-то до фига я должен. С чего бы это? — спрашиваю я, скрещивая руки на груди.

— С того, что это сделает сильнее и меня. Взамен ты сможешь получить дары… Считай, что это выгодно нам обоим.

А этот Скорпион молодец. Понял, что тупым давлением от меня ничего не добьёшься, и начал ништяки подкидывать.

— Ладно, и что надо делать?

— Добудь макры, — отвечает Скорпион.

— Это что за хрень? — вскидываю брови, мне явно требуется пояснение. А нет какого-нибудь глоссария по миру, а?

— Это кристаллы, в которых заключена магическая энергия. С их помощью ты сможешь пробудить ядро. Всеволод объяснит, как это сделать… Если успеет.

— Что значит, если успеет?

— Будешь тянуть — Всеволод исчезнет навсегда. Времени осталось очень мало. И есть ещё кое-что. Ты же в курсе, что твоё тело отравлено и умирает?

— В смысле? — я аж на месте подскакиваю.

— В прямом. Всеволод не просто так оказался в психбольнице. Его травили, и травили долго… А тебе предстоит с этим разобраться.

— Как? Где противоядие достать?

— Поторопись, — вместо ответа говорит Скорпион.

В следующий миг я вновь оказываюсь в туалете. Так и стою перед унитазом, даже сделать свои дела до конца не успел. В этом мире прошло не больше секунды.

Ничего себе новости. Охренеть! Я думал, проблемы у меня только с деньгами, а, оказывается, всё гораздо хуже. Угораздило же меня.

Надо ещё и с магией разобраться, и для этого достать какие-то макры. А самое интересное — я, оказывается, отравлен и вот-вот могу откинуть копыта.

Весело, ничего не скажешь…