Во власти Скорпиона. Начало

Глава 11

Указ простой. В связи с хаотичным открытием множества разломов…

Короче, император объявил, что с завтрашнего дня все желающие могут зарегистрировать организации по охоте на монстров и закрытию этих самых разломов.

А через год та организация, которая проявит себя лучше всех, будет признана единственной официальной и получит солидный грант от короны. Все остальные будут ликвидированы.

Крутое соревнование. Как раз по мне!

— Хотите поучаствовать, ваше сиятельство? — интересуется Олег.

— Спрашиваешь! Конечно, хочу. Завтра первым делом. А сейчас, скажи, пусть тачку готовят, — говорю я. — Мне надо кое-куда съездить!

Ранее вечером. Адвокатский дом Пересмешниковых

В просторном кабинете горит приглушённый свет. Анатолий Гаврилович расхаживает перед массивным столом, нервно поправляя манжеты идеально выглаженной рубашки. Его взгляд прикован к двери — он ждёт.

Дверь бесшумно открывается, и в кабинет проскальзывает Анастасия, соблазнительно виляя крутыми бёдрами. Её походка уверенная, в глазах читается предвкушение.

— Ну? — с нетерпением спрашивает он, еле сохраняя спокойствие.

— Я всё узнала, — воркует Настя, без спроса усаживаясь на диван и закидывая ногу на ногу. — Он в субботу поедет в горы. К расщелине недалеко от особняка. Говорит, там у рода тайник с деньгами. «Заначка», так и сказал.

— И ты ему поверила? При каких обстоятельствах он тебе это сказал? — Пересмешников впивается взглядом в в девицу.

— А это не ваше дело. Вы платите мне за информацию, а не методы её добычи. Всеволод предложил мне поехать с ним, — Настя пожимает плечами. — Я, конечно, отказалась. Слишком подозрительно. Но он говорил об этом так уверенно. Нет причин не верить.

— Хм, — задумывается Анатолий Гаврилович. — Возле их дома есть лишь одна расщелина. Он и правда думает, что там что-то есть?

— Думаю, да. Может, он не совсем в себе. После больницы всё-таки. Играет в сильного графа, а сам — чистый ребёнок. Мне его почти жаль, — она делает паузу, но тут же добавляет: — Но дело есть дело.

Пересмешников медленно садится и откидывается в кресле. Складывает пальцы домиком и смотрит в пространство перед собой.

Тащиться в горы в поисках тайника рода? Это не план взрослого человека. Это бред сумасшедшего или отчаянная выходка идиота. После погрома в имении и истории с ростовщиком — больше похоже на первое. Граф Скорпионов окончательно перестал адекватно оценивать реальность.

Идеально. Сумасшедший, который лезет в безлюдное место на поиски несуществующего клада. С ним может случиться всё что угодно.

— Узнай точное место. Потом получишь своё, — говорит Пересмешников, продолжая размышлять над тем, как лучше использовать эту информацию.

— Слушаюсь, — Анастасия поднимается с дивана, нарочито выпячивая грудь.

Он засматривается на секунду. Хороша чертовка. Жаль, у него правило — не спать с теми, кто на него работает.

— И, Настя…

— Да, Анатолий Гаврилович?

— Если у тебя к этому выродку есть хоть капля глупой симпатии — выбрось из головы. Он уже мёртв. Ты просто сообщила дату его похорон.

Она бледнеет и быстро кивает, выскальзывая из кабинета.

Пересмешников поворачивается к окну: уже вечереет. Можно возвращаться в поместье, а по дороге будет время подумать о том, как лучше подловить этого мальца. Не хочет тихо сгнить в психушке, значит, будет иначе…

В субботу вроде обещали дождь.

Горы в такую погоду опасны. Особенно для одинокого сумасшедшего, который ищет клад.

Анатолий звонит в колокольчик. В кабинет входит молчаливый человек в простом костюме.

— В субботу, — говорит Пересмешников, не оборачиваясь. — Точные координаты сообщу позже. Возьмите людей. Пусть будет похоже на несчастный случай. Если мальчишка найдёт что-то ценное — заберёте. Главное — чтобы он не вернулся.

Человек молча кивает и выходит.

Анатолий Гаврилович забирает свой кожаный портфель и выходит из кабинета.

«Отлично, — думает он без эмоций. — В субботу у меня на одну проблему станет меньше».

Натягиваю свой повседневный костюм и бросаю взгляд в окно, где гвардейцы вовсю начищают тачку.

— Молодцы, — улыбаюсь, моя ласточка должна сиять.

— Господин, — в приоткрытую дверь стучит капитан. — Мы готовы выезжать.

— Супер. Найди мне двоих самых шустрых и незаметных из наших пацанов. Дашь им одно поручение. Подробности лично.

Олег коротко кивает:

— Будет сделано, ваше сиятельство.

Чиркаю детали задания для гвардейцев и спускаюсь, выхожу на свежий воздух и вдыхаю полной грудью. Сегодня, чую, у меня будет отличный день. Рядом со мной вырастают двое из ларца. Крепкие, в глазах огонь.

Отлично подойдут — рожи как у меня в прошлой жизни.

— Слушайте сюда и запоминайте. Вам надо проследить за одной персоной. Кто, куда, с кем встречается, все детали. А потом незаметно повязать и доставить сюда.

Протягиваю им лист с заданием. Мужики переглядываются и ржут:

— И это всё тоже нам привезти? — спрашивает один. — Вы же не?..

— Как пойдёт, — отмахиваюсь. — Задание ясно?

— Так точно! — чеканят хором.

— Тогда, выполнять, — улыбаюсь и иду к машине.

Чтобы создать сильный отряд, нужны база, машины, оружие, а главное — надо людям зарплату платить. Макр третьего уровня, который у Евграфыча, может уйти дорого, но долгов рода всё равно не покроет. Этих денег в любом случае надолго не хватит. Надо где-то срочно бабок намутить…

И я точно знаю, где.

Подхожу к машине, хлопаю по крыше, а потом прыгаю внутрь — настроение огонь.

— Олег, теперь гони в гостиницу «У моряка». Надо с человеком одним пообщаться.

— Есть! — бородач давит на газ.

Сижу в салоне, смотрю в окно на мелькающие кипарисы, а в голове раскладываю всё по полочкам. Охота на монстров в разломах — это же три в одном! Макры добываем, бабки с алхимиков и торговцев ресурсами срубаем, да ещё и народную любовь завоёвываем.

Люди будут знать, что это граф Скорпионов их от тварей защищает. А указ императора… Это же воистину роскошь. Год на то, чтобы всех конкурентов поставить на место, и стать единственным царём и богом во всём Крымском охотничьем деле. Мечта.

Прямо как в лихие девяностые из моей прошлой жизни. Тот же хаос, и кто первый успел схватить, тот и стал хозяином положения. Значит, будет жёсткая конкуренция, делёжка зон влияния, разборки. И кровь.

Возможно, много крови.

Но меня это не пугает. Я как раз из таких, кто в такой каше умеет плавать.

И, уверен, граф Котов, с которым мы кальмара мочили, не откажет мне в помощи. Он же говорил, что сам охотой занимается. И бабосы у него водятся, это сразу видно. Да и чувак он адекватный.

До гостиницы доезжаем лихо. Вижу, как рыжий попивает апельсиновый сок, стоя на крыше и с явным наслаждением наблюдает за морем, которое прекрасно видно с его положения.

Ярослав, как и ожидалось, не отказывается меня принять. Сидим с ним на той же террасе, пьём кофе. Я без лишних прелюдий выкладываю ему всё как есть: про указ, про свои планы и про то, что нужны инвестиции.

— Суть простая, — говорю я, отхлебнув своего напитка. — Император даёт год, чтобы занять лидирующее положение. У меня есть законное право основать отряд. Я знаю, где отличный участок земли с разломом, и у меня большие амбиции. У тебя — опыт, связи и, что важнее, капитал.

Вглядываюсь в лицо Котова, но пока не вижу в нём и намёка на то, что мои слова его задевают или неприятны. Так что продолжаю.

— Я делаю всю грязную работу: набираю людей, воюю с тварями и конкурентами, отжимаю зоны влияния. Ты вкладываешь деньги и получаешь свою долю. Без тебя я буду канителиться вдвое дольше, без меня ты будешь лезть в чужие законные владения. Вместе — мы покроем пол-Крыма за полгода. Всё по чесноку.

Котов слушает, его зелёные глаза хитро сверкают. Он крутит в руках чашку:

— Интересно, — протягивает он. — А если конкурент окажется сильнее? Если не «отожмёшь»?

Проверяет. Не виню, я бы тоже почву прощупывал, вложения нужны нешуточные.

— Ставки высоки, Ярослав. Но я не из тех, кто пасует. Уже были и бандиты, и монстры покрупнее. А я всё ещё здесь. Риск — это часть игры. Без него прибыль будет как пресная каша.

— Ха! Нравится мне твой настрой! — заливисто смеётся рыжий. — А долю как видишь?

— Чистая прибыль пополам. Твои инвестиции возвращаются тебе первым делом. Все расходы на содержание отряда, лечение, похороны — моя забота. Ты — инвестор, я — оператор.

Котов задумывается, постукивая пальцами по столу. Потом резко встаёт и протягивает руку.

— Идёт! Деньги выделю. И даже кину клич среди знакомых охотников. Пусть едут на службу к Скорпионову, лучшему работодателю Крыма! Но бумаги — обязательно. Моя контора подготовит договор к вечеру.

— Идеально, — я крепко жму его ладонь. — Будет ждать твоего гонца с документами. Пусть привозит прямо в имперскую канцелярию в Симферополе, завтра я буду там.

— Договорились, дружище! — Котов хлопает меня по плечу. — Сейчас же дам распоряжение.

— Отлично! Улажу дела и первым делом утром зарегистрирую отряд, — говорю я и поднимаюсь в рост.

Ярослав тоже встаёт и с улыбкой показывает на кофе.

— Благодарю. У меня правда дела.

— Всеволод, да ты прирождённый предприниматель, — хвалит меня Ярослав. — Всё по делу. Мне нравится.

Мы жмём друг другу руки. Всё, договорились. Партнёрство заключено, и Котов обещает, что его юрист пришлёт все необходимые бумаги.

— Удачи, дружище! — кричит мне вслед Ярослав, когда я уже спускаюсь к машине. — Покажи всем, где раком зимуют!

— Обязательно! — кричу в ответ и запрыгиваю в салон. — Олег, гони к водопаду Учан-Су.

Капитан с недоумением поворачивается ко мне.

— А, — улыбаюсь, — у меня там важная и весьма неромантичная встреча, — поясняю я, предвкушая веселье.

Капитан ухмыляется в бороду и выруливает на трассу.

Надо уже закрыть один вопрос, а сегодня прямо идеальная погода для того, чтобы полетать с горы.

Петляем между гор. А в моей голове крутятся цифры, списки, планы. Теперь у меня есть сильный партнёр. Первый шаг сделан. Утром сделаю второй, а пока…

— Не пропусти поворот, — говорю я Олегу, когда вижу знакомый указатель. — К водопаду Улан-Су.

Капитан бросает на меня быстрый взгляд, но ничего не спрашивает. Сворачивает с дороги на узкую грунтовку. Машина подпрыгивает на кочках. Кипарисы сменяются густым смешанным лесом, воздух становится влажным, прохладным. Слышен далёкий, но мощный рёв воды.

Вскоре мы оказываемся на небольшой смотровой площадке. Машину приходится оставить подальше в тени деревьев, где есть возможность развернуться. Я выхожу, потягиваюсь и подхожу к обрыву.

Вид потрясающий! Всю жизнь мечтал здесь побывать, но так и не вышло. А теперь я здесь живу. Всё же справедливость есть.

Скалы, поросшие мхом, зелень, а вода с грохотом обрушивается белой пеной вниз. Водяная пыль висит в воздухе радугой.

То, что надо…

Стою, смотрю минуты три, наслаждаюсь моментом. Спокойствие перед бурей. Потом поворачиваюсь к Олегу, который терпеливо ждёт в сторонке.

— Красиво.

— Да, ваше сиятельство, — соглашается он. — Но зачем мы здесь?

— Ждём гостей, — улыбаюсь я и сажусь на большой валун.

Ровно через полчаса по дороге поднимается тачка — старенький, но крепкий грузовичок. Он останавливается рядом. Из кабины выпрыгивают двое гвардейцев, те самые, что утром получили задание. Они открывают кузов.

Оттуда они выкатывают большую, дубовую бочку из-под вина. Выглядит солидно.

— Куда прикажете, ваше сиятельство? — спрашивает один из них, вытирая пот со лба.

— Сюда, к самому краю. Аккуратнее, она нужна нам целой. Пока.

Олег наблюдает за этой вознёй с явным недоумением. Его борода шевелится, он явно хочет спросить, но сдерживается. Бочку с грохотом устанавливают в метре от обрыва, над самой пропастью, где водопад начинает своё падение.

— Отлично, — говорю я. — Теперь вторую часть.

Гвардейцы кивают и идут обратно к машине.

— Ваше сиятельство, простите, но… бочка? — не выдерживает Олег. — На обрыве? Мы что, вино будем спускать?

— Не совсем, — усмехаюсь я. — Будет шоу. Наберись терпения, капитан. Хорошее представление всегда стоит того, чтобы его дождаться.

Сидим ещё минуту, пока гвардейцы открывают задние дверцы грузовика и вытаскивают оттуда Стёпу Финансиста.

Он выглядит так, будто его только что разбудили посреди ночи. Лицо серое, глаза выпучены, дорогой пиджак помят. Руки у него связаны за спиной обычной верёвкой, а во рту кляп.

Стёпа озирается, видит меня, водопад, бочку на краю обрыва — и его лицо обретает такое выражение, что я еле сдерживаю хохот.

— Отпуфтите! — бубнит он сквозь кляп. — Это поизвоу! Я внаю свои пава!

Чего он там лопочет, половину не понимаю. Даю знак гвардейцам, и ему освобождают рот.

— Привет, Стёпа! — кричу я ему, улыбаясь во весь рот. — Как настроение? Вид оценил? Красиво тут, правда?

Его подводят ко мне, но чем ближе тащат к обрыву, тем меньше он хочет орать и дёргается как умалишённый.

— Зачем… зачем вы меня сюда привезли? — тараторит он. — Я всё сделал, как вы сказали! Долгов нет! Я…

— Тише, тише, — перебиваю я его, поднимая руку. — Всё правильно. Долгов нет. А помнишь, что я тебе обещал в тот день, в твоём кабинете?

Он смотрит на меня пустыми глазами, губы шевелятся, но звука нет. Он не помнит. Или делает вид?

— Напомню, — говорю я, подходя к нему вплотную. — Я сказал: «Не вздумай мстить. Ещё раз увижу — в бочку посажу и в море выброшу. Как в сказке». Помнишь такую сказку, Стёпа? Про царя, который собственную жену с сыном так прокатил?

Он резко бледнеет, будто из него всю кровь выпили. Задыхается.

— Нет… вы не можете… это… это…

— Дворяне, Стёпа, свои обещания выполняют, — говорю я мягко, почти отеческим тоном. — Дело чести. И ты дал мне прекрасный повод своё обещание выполнить. Ментов ко мне прислал, помнишь? После нашего душевного разговора. Это было очень некрасиво. Не по-пацански.

— Я не… это не я! — он вдруг оживает, начинает метаться, но гвардейцы крепко держат его за плечи. — Они сами приехали! Кто-то настучал! Я клянусь!

— Ага, кто-то, — киваю я. — И про колье Спинороговой кто-то узнал? Случайность, да?

Он замолкает. Понимает, что попался. Его взгляд бешено мечется, ища выход. Упирается в бочку.

— Что вы собираетесь делать⁈ — его голос срывается на визг.

— А что по-твоему? Обещал — выполняю. Бочка, обрыв. Всё как в сказке. Правда, тут не совсем море, но водопад — тоже неплохо. Лететь будешь долго. Подумаешь о жизни.

Киваю гвардейцам, а те подтаскивают его к бочке и поднимают, чтобы туда засунуть.

— НЕТ! — он дико вопит, пытаясь вырваться. — Я всё отдам! Что угодно! Только не убивайте!

Я делаю вид, что задумываюсь.

— Всё отдашь? Интересно. А что у тебя есть, Стёпа? Я ведь в прошлый раз уже всё ценное забрал. Деньги, золотишко. У тебя что, ещё что-то осталось? Штаны, пожалуй. Но они мне не нужны. Ты, поди, намочил их уже.

— Машину! — выкрикивает он. — У меня есть машина! Новая! В гараже! Берите её!

Я прищуриваюсь.

— Правда? А то бочка тебя заждалась уже. Я человек слова, Стёпа. Если соврал — полетишь. Ты уверен?

— Клянусь! Ключи в сейфе! Код — три-семь-ноль! Заберите её! Только отпустите!

Я смотрю на него долго, заставляя извиваться в тишине, которую не заглушает даже водопад. Потом вздыхаю.

— Ладно. Вижу, ты раскаялся. Отдай ключи и документы моим людям — и свободен. Но послушай, Стёпа… — я наклоняюсь к его уху. — Если это опять какая-то подстава — на следующей неделе вернёмся сюда. И бочка будет поменьше. Чтобы ты вошёл в неё только в сложенном виде. Улавливаешь?

Он судорожно кивает:

— Улавливаю… Клянусь…

— Отлично. Олег, — поворачиваюсь к капитану. — Поезжай с нашим другом и гвардейцами. Забери машину. Документы, ключи. Если что-то не так — возвращайтесь сюда и завершите обещанное.

— Слушаюсь. А это? — чеканит он и кивает на бочку.

— А это — чтоб неповадно было и чтобы никто не думал, что слово графа Скорпионова — пустой звук.

Я даю знак гвардейцам. Они с силой толкают бочку к обрыву.

Дубовый цилиндр с грохотом падает и разлетается на щепки. Несколько секунд — и его поглощает белая пена внизу. Зрелище, надо сказать, внушительное. Даже Стёпа замирает, с ужасом наблюдая за полётом своего потенциального гроба.

— Вот так, — спокойно говорю я. — Всё. Разборки окончены. Олег, действуй.

Капитан и два гвардейца грузят обмякшего Стёпу обратно в машину.

Солнце уже клонится к закату, окрашивая водяную пыль в золото. Всё прошло, как по нотам. Машина — отличный актив. Продать или оставить себе, ещё подумаю.

Олег смотрит на меня с довольной ухмылкой:

— А вы куда? Ещё и один. Уверены, что охрана не нужна?

— Меня ждёт встреча с одной красавицей.

— С той жаркой парикмахершей, что ли? — тут же оживает он. — Настей?

Я смотрю на темнеющий лес и улыбаюсь:

— Нет, капитан. Меня ждёт рыжее солнышко.