Услышу тебя через тысячу миль

Глава 36

Из дворца в Аргадане сопровождение Китти переместилось на заставу Штильмана. Технически Клод мог открыть портал и на форсбергскую, однако протокол законного пересечения границы предписывал отметиться на ней и пересечь «по-человечески», то есть без использования какой-либо магии. Поставив штампы в придорожной грамоте и проскакав около полумили, отряд снова оказался на родной территории.

Здесь Дебре распорядился Клоду открыть для всех проход в Форсберг: нужно было уже не ментально, а лично доложить о выполнении операции и передать замороженные тела нападавших в тайную службу. Серж не сделал этого раньше, так как хотел, чтобы на процедуре «снятия показаний» присутствовал он сам или хотя бы доверенное лицо. Так что сейчас маршал выдал Лоре письмо к герцогу Валлину, возглавляющему тайную службу. В общих чертах обрисовал ситуацию и попросил позволения присутствовать его человеку на допросе.

Йохан, конечно, поймет, в чем смысл, но противиться не станет. Дело явно государственной значимости – нападение на принцессу! Через Лоре же Серж «просмотрит» процедуры во всех мелочах, словно собственными глазами. Быть может, это позволит маршалу что-то вспомнить, и у них появятся какие-то зацепки, если некроманты окажутся бессильны.

– Заберешь меня отсюда послезавтра вечером, – распорядился маршал Клоду.

Портальщик выгнул удивленно бровь, однако молча кивнул. Ему же тоже понятно, что «снять показания» напрямую с памяти у Дебре уйдет несколько часов от силы, но приказ есть приказ. Серж же хотел хоть какое-то время оставаться в относительной близости от Китти. Мало ли как там во дворце будут разворачиваться события. Если принцесса попросит помощи – с заставы намного быстрее добираться. Хотя сейчас стоило сосредоточиться на расследовании. Когда портал за его людьми схлопнулся, Серж наконец отдал своего коня кому-то из обслуги и быстро направился к начальнику заставы.

При виде его погон и знаков отличия пограничники округляли глаза, отдавали честь и разбегались по щелям словно мыши. Понятно, что высокое начальство здесь бывает нечасто, хотя все равно какая-то… гипертрофированная реакция. Похоже, у кого-то тут рыльце в пушку. Но сперва о главном.

Дебре распахнул дверь в кабинет капитана Ушваля резко и без стука. Сидящий за столом мужчина, обрюзгший и годящийся Сержу в отцы, от неожиданности подскочил и уже собирался разразиться гневной тирадой на посмевшего ворваться посетителя… А потом, осознав, кто перед ним, замер, как кролик перед удавом.

Напротив него сидел кто-то из младшего офицерского состава, более молодой и с лучшей реакцией. К тому моменту, когда Серж разорвал зрительный контакт с Ушвалем, он успел сгрести со стола и спрятать во внутренний карман расстегнутого мундира игральные карты. Поздно, конечно, – маршал словно сфотографировал каждую деталь обстановки и каждую эмоцию, проскочившую на лицах обоих пограничников, как только он переступил порог. Стоило задать капитальную трепку, только у Сержа сейчас в голове были другие приоритеты.

– Покиньте помещение, – скомандовал маршал, и более молодой чуть ли не испарился с места.

Капитан тоже рванул ко входу, но Дебре преградил ему дорогу.

– А вы, позвольте спросить, куда?

– Э-э-э… Ну-у-у… Господин маршал, вы же распорядились…

– Вас это не касается! Сядьте!

Вместо того чтобы вернуться на свое рабочее место, Ушваль шлепнулся на ближайший от входа стул, опасливо моргая маленькими глубоко посаженными глазами. Дебре огляделся, развернул от стола то кресло, на котором еще минуту назад сидел партнер капитана по картам, и, закинув ногу за ногу, прищурился. У Ушваля стояла положенная для его ранга защита сознания, которую Дебре снял бы без проблем. Впрочем, не хотелось лишний раз марать руки. К тому же капитан, пусть и с ничтожной вероятностью, мог оказаться невиновным, а не хотелось бы настраивать армейский состав против менталистов.

– Вы боевой маг второго уровня и прошли войну, – это был не вопрос, а констатация, но Вел кивнул.

Не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы вычислить эти факты и без его ответа. Поставить во главе заставы неодаренного не могли, а в боевые маги брали только со второго уровня. На первый же Ушваль явно не тянул. К тому же возраст – всех одаренных одиннадцать лет назад задействовали в боевых операциях.

– Чем вы занимались во вторник?

– Надо посмотреть график. Если это не мое увольнение, то…

– Капитан, вам прокинули ментальный канал для связи с эскортом принцессы…

– Да-да! Мы так ждали ее высочество! Хотя отряд почему-то выехал сразу к заставе Штильмана, ко мне никто не обращался. А что, разве какие-то проблемы? Я слышал, что принцессу уже представили его высочеству.

– О, у вас очень большие проблемы! Я тот менталист, с которым вы должны были поддерживать связь. А когда мне потребовались сведения, вы валялись в стельку пьяным, ведь так?! – Серж лишь чуть-чуть повысил голос, но Ушваль враз поник, как пожухший лист.

– Я… честное слово, впервые за все годы! Демоны попутали! Да и не так много я принял, чтобы сутки дрыхнуть! Здоровье-то уже не то. Господин маршал, мне пару месяцев до отставки, пожалейте. Ну ей-богу, всего раз! – и… капитан сполз прямо со стула на колени, сложив руки в умоляющем жесте.

Сержа передернуло.

– Встаньте сейчас же и не позорьте мундир! – прошипел он сквозь зубы.

Как же они проморгали? Как допустили, что боевой маг (!), ветеран войны (!!), начальник пограничной заставы (!!!) мог так опуститься?

Ушваль послушно забрался назад на сидение и весь аж съежился.

– Я примерно представляю, как все было, и могу в подтверждение моей версии сейчас просто прошерстить вашу память. Однако я даю вам один шанс рассказать все самому. Подробно и без утайки. Думаю, трибунал, – в этот момент лоб капитана покрылся мелкой испариной, – учтет это, а также ваши прошлые заслуги.

– В понедельник увольнительная у меня, – то и дело сбиваясь, затараторил Вел, словно опасался, что маршал может передумать. – Вечером пошел в трактир в картишки перекинуться. Там народ свой по большой части, ну и пришлые, кто в ночь границу пересекать не хочет, заночевывают. Купцы там в основном, ремесленники или к родне кто…

– Один из незнакомцев предложил вам партийку, – решил ускорить процесс Серж.

– Трое! Их было трое! Купчишка такой… зажористый, с кошелем. Сын его молодой и еще кто-то, – Вел зажал виски руками, видимо, испытывая приступ сильной головной боли, но силясь вспомнить, как незнакомцы выглядели.

Серж скрипнул зубами: магическое воздействие с отводом глаз, аналогичное тому, что Дебре совсем недавно применил, чтобы поговорить с принцессой «наедине», было налицо.

– Не мучайтесь – не вспомните. Что дальше происходило?

– Не повезло – проиграл. И вроде как карта шла, но потом все перебивали и перебивали. Много проиграл… – и тут вдруг на лице Вела появилось просветление. – Так вы из-за этого, да? Я отдам! У меня там часы золоченые, еще кое-что есть. До города выберусь, продам и все верну! Вот же слово офицера!

– Не интересуют меня ваши долги, – рявкнул уже Серж, не сдержавшись. – Незнакомец достал бумагу, на ней при вас составил долговую расписку и потребовал для надежности – ведь сумма большая – подтвердить магическим скрепом. Так?!

– Так, – обреченно выдохнул капитан.

– И вам, боевому магу второго уровня, даже в голову не пришло, что чернила могут быть исчезающими, а на бумаге за вашей подписью потом появится другой текст? Как вы вообще академию закончили?!

– А я и не учился. Я так, сам. В армии остался после войны.

Ну ясно. Кадров тогда безумно не хватало, брали всех, кто выжил. Однако, имея такую должность, умудриться настолько деградировать? А исчезающие чернила – это и не магия зачастую, а чистая химия. Не зря Дебре тогда бумага вполне подлинной показалась. Опять садаахским душком пахнуло.

Маршал наложил на Ушваля заклинание ареста и подытожил:

– Капитан Ушваль, вы арестованы за проявление халатности, вызвавшей угрозу жизни принцессы Катаржины Форсбергской и повлекшей гибель одного из магов ее сопровождения. Передавайте все дела вашему заму. Послезавтра за мной придет портал, и я заберу вас в столицу.

Больше с капитаном разговаривать было не о чем, и маршал покинул помещение. Если бы Ушваль и рискнул бежать, то у него все равно ничего бы не вышло: привязка к Сержу, отойди капитан от него больше чем на пятьсот ярдов, даст приступ такой запредельной головной боли, что арестованный свалится на месте. В качестве дополнительного эффекта у заклинания присутствовала полная «порталонепроходимость». Кто бы и куда бы ни открыл для Вела проход, он всегда станет закольцовываться и выбрасывать арестованного на том же месте, на котором «взял».