Угасающий мир. Потоки времени

Глава 7

ВЛАД

— Я сказал держать удар, — донеслось сквозь пелену дикой боли. — Слабак.

Скрючившись на покрытом искусственной травой полу, я мог только хватать ртом обжигающий воздух. Ко мне уже спешил лекарь, на ходу вскидывая руки. От кончиков его пальцев на мое избитое тело полилась анестезирующая, дарящая блаженство прохлада. Вскоре дикая боль отступила и я смог подняться на ноги. Главный куратор Бруно Мелагре стоял, скрестив руки, в ожидании когда я смогу продолжить тренировку.

— Слабак, — снова повторил он, презрительно прищурившись. — У вас на Земле совсем не умеют воспитывать молодежь. Ты дерешься как пища.

— Пища не дерется, — парировал я, сплевывая кровь. — За это полагается смерть.

После того, как нас с Ильей занесло в Угасающий мир, по земным меркам прошло примерно месяца три, наполненных ежедневными изнуряющими тренировками и иногда лекциями. Благодаря занятиям лингвистической магией я уже вполне сносно объяснялся на местном языке. Правда, пока это выглядело как разговор с легким акцентом, но меня заверили, что в дальнейшем акцент пройдет. В любом случае пока акцент вполне укладывалось в нашу с Ильей легенду, что мы прибыли в поместье из дальней провинции, чтобы удостоиться чести быть принятыми в орден Печати.

— Тогда вставай и дерись как будущий адепт, — приказал Бруно и я снова принял боевую стойку.

Если честно, я так до конца и не понял, зачем в мире, явно превосходящем наш по техническим возможностям, да еще с потомственными магами, было так необходимо умение лупцевать друг дружку голыми руками и ногами, но тем не менее рукопашный бой являлся обязательным пунктом программы по воспитанию аристократии из числа вампиров и адептов ордена Печати и членов их семей. Причем в случае с людьми из ордена Печати возможность подраться считалась особой привилегией.

Строжайший запрет на бойцовские навыки со стороны людей был тесно связан с тем, что в настоящий момент в Угасающем мире правили исключительно вампиры. Они принимали законы, следили за порядком, распределяли ресурсы, владели основными богатствами. Люди, за небольшим исключением, согласно Главного закона считались пищей. Пища представляла из себя низшее сословие, расходный материал. Пища не имела права оказывать сопротивление и обязана была по первому требованию вампиров безропотно отдавать им свою кровь. За ослушание полагалась смерть. Правда, подчинение требованиям Главного закона тоже не гарантировало жизнь, так как иногда бывали случаи, когда вампиры выпивали всю кровь и несчастная жертва погибала. Так запросто могли забрать ребенка из рук матери и вернуть бездыханное тело. Компания голодных вампиров могла зайти в дом и выйти из него, оставив позади себя обескровленные тела хозяев. Подобное поведение со стороны вампиров не поощрялось, но и не запрещалось. Причем не поощрялось не из гуманных побуждений, а исходя из принципа рационального расходования ресурсов. Проще говоря, все это напоминало отношение пастухов к стаду безропотных баранов.

Так что неудивительно, что мало кто из сословия пищи доживал до преклонных лет. Нищета, хроническая анемия, невежество, полное бесправие были их уделом. Подозреваю, что люди в Угасающем мире до сих пор не вымерли исключительно из-за того, что у вампиров чувство насыщения длилось гораздо дольше, чем у людей.

Но все проблемы местного населения меркли на фоне того, что планета, вращаясь в ледяном космическом пространстве вокруг угасающих дряхлых Старцев, стремительно остывала. Громадные купола, возведенные над здешними населенными пунктами и прилегающими окрестностями, существенно спасали ситуацию, но за их пределами начиналось царство холода. И если в районе экватора можно было хоть как-то выжить вне купола, то с увеличением широты мороз безжалостно впивался в свои жертвы смертельными иглами, высасывая жизнь и обращая тела несчастных в глыбы льда. И вот в этом стремительном остывании Угасающего мира и скрывалась разгадка, из-за чего адептам-людям ордена Печати и членам их семей давались немыслимые с точки зрения правящей верхушки привилегии: право не кормить вампиров своей кровью, нормальное образование, питание, жилье и возможность оттачивать боевые навыки.

Обо всем этом мы с Ильей узнали довольно быстро. Уже на следующий день, едва мы успели позавтракать под заботливым взглядом дородной мадам Даниэлы, как нас пригласили в просторный кабинет с зеркальными стенами Великого магистра Эсте. Сам хозяин восседал в пурпурном кресле с непроницаемым видом, а рядом расположился Бруно Мелагре. В отличии от величественного магистра, Главный куратор сильно смахивал на застывшего хищника перед прыжком, его взгляд прожигал, словно рентген.

— Господа, — проговорил хозяин кабинета после обмена приветствиями и великодушным приглашением присесть, — мне бы хотелось поподробнее узнать, откуда вы прибыли.

— Наша родная планета называется Землей, — начал свой рассказ Илья. — Вполне заурядная планета, вращающаяся третьей по счету вокруг желтого карлика под названием Солнце с периодом 365 суток и наклоненная по оси…

— Это все, конечно, интересно, но скорее для астрономов, — не слишком вежливо перебил его Бруно. — Нас сейчас больше интересует, кто в вашем мире стоит у власти: люди или вампиры?

— Люди, — уверенно ответил Илья. — Вампиры у нас существуют исключительно в мифах, никто не может поручиться, что видел их в реальности.

Замечательно, и это говорит парень, который на момент нашего знакомства охотился на вампира, принял меня за вампира, даже проверил мою кровь на принадлежность к вампирам и орал про здешний воздух, пропитанный смертью. Хотя, может он и прав, осторожность превыше всего, кто его знает, какой тут расклад. Ладно, пусть болтает, тем более что меня все равно местные жители на данный момент по-любому не понимают.

— Мир, свободный от вампиров… интересно, — хмыкнул Бруно. — У нас в Угасающем мире иной расклад, поэтому я бы не советовал вам распространяться про нахождении людей у власти, дабы не быть обвиненными в государственной измене. И уж тем более не советовал бы относиться к вампирам как к мифическим персонажам.

— Почему? — с настолько простодушным видом поинтересовался Илья, чуть не погибший вчера в вампирской паутине, что я сразу мысленно поставил ему пять баллов за актерское мастерство. Станиславский бы точно оценил.

— Думаю, имеет смысл немного ознакомить вас с историей Угасающего мира, — вступил в разговор господин Эсте.

Он нажал на подлокотник и перед нами в воздухе засветился огромный экран. Еще пасс рукой — и перед ним возникло что-то вроде пульта с разноцветными кнопками. Достопочтенный Эсте пробежался по клавиатуре пальцами, унизанными массивными перстнями, и экран заполнился изображением космоса с кучей звезд. Еще мгновенье — и грань между экраном и комнатой исчезла, изображение обволокло нас. Зеркальные стены, пол, потолок — все растворилось в бездонной черноте космоса. Мы словно парили в невесомости в бесконечном пространстве, между разноцветных всполохах пульсаров и губительных червоточин черных дыр, почти физически ощущая яростный жар пылающих светил среди смертельной ледяной пустоты. Наши тела словно превращались в пепел и покрывались коркой льда одновременно.

Но парение в невесомости длилось недолго: неведомое космическое течение подхватило нас и мы провалились, понеслись на бешеной скорости в устрашающие глубины Космоса. Вокруг нас со всех сторон кружились, ослепляли, мерцали, пульсировали белые, желтые, красные, голубые звезды, сбиваясь в потоки. Потоки закручивались в спирали галактик. Галактики пронзительно вибрировали, окутывались туманностями и уносились прочь. А мы продолжали нестись сквозь пространство.

Наконец мы нырнули в один из звездных потоков и помчались к двум белесым светилам, вращающимся друг вокруг друга. Только наши глаза начали адаптироваться к их сиянию, как из-за светил выскочила планета в сверкающих точках. В течении следующих секунд вращающаяся поверхность планеты стремительно приближалась и вскоре точки превратились в громадные прозрачные купола. Вокруг них искрились белоснежные снега, чернел на экваторе суровый океан, но внутри куполов виднелась зелень, зеркала водоемов. Города невиданной архитектуры мелькали в тусклом дневном сиянии и сверкали огнями на ночной стороне планеты. Это было грандиозное зрелище!

Планета тем временем продолжала свое вращение. Гигантские купола проплывали перед нами, сменяли друг друга. В районе экватора их было много, практически все между собой соединялись блестящими артериями дорог, напоминающих стеклянные трубы. Но ближе к полюсу плотность поселений заметно падала, между редкими куполами простирались огромные ледяные пространства. Я обратил внимание, что некоторые купола были разрушены. Снежные бури проносились над ними, безжалостно заметая остатки строений.

И посреди этой ледяной пустыни внезапно из-за горизонта вынырнул огромный купол с уродливым разломом, змеящимся через всю поверхность. Под ним сверкала полуразрушенная гигантская башня. Часть обломков парила над ней вопреки всем законам гравитации. В памяти тут же пронеслась драка с Ильей, осознание попадания в чужой, враждебный мир, дикая сцена с Элиной и вампирами. Я непроизвольно подался вперед, пытаясь более пристально осмотреть то место, куда мы с Ильей первоначально телепортировались. И в следующее мгновенье меня снова обжег взгляд-рентген Бруно Мелагре. Я непроизвольно бросил ответный взгляд, но Главный куратор уже переключил свое внимание на изображение планеты.

— Две звезды, которые вы только что наблюдали, — тем временем раздался плавный голос господина Эсте, — это два белых карлика под названием Старцы. Когда-то давным давно их тепла хватало всем, живущим в нашем мире. Но потом их сияние начало стремительно угасать, а вместе с ними начал угасать наш мир. На тот момент существовало два государства: государство, где правили люди, и государство, где правили вампиры, а люди влачили жалкое существование в статусе пищи. К сожалению государству людей в условиях стремительного остывания планеты не повезло больше всего: их земли находились ближе всего к Северному полюсу. Каждый год планета теряла живительное тепло, каждый год от морозов погибали урожаи, скоту не хватало травы на пастбищах летом и тепла в зимнее время. Начался тотальный голод, а с ними эпидемии. Поля превращались в ледяные пустыни, птицы замерзали в полете, зверей не спасали их укрытия. Водоемы промерзали до дна вместе с рыбами и прочей живностью. Вымирали целые села, на улицах городов не всегда успевали убирать трупы несчастных. Тогда люди разработали и построили первые купола, спасающие от холода. Это давало надежду выжить. Но было уже поздно: государство вампиров, находящееся на более теплом экваторе и значительно меньше пострадавшее от изменения климата, почувствовало, что их военная и численная мощь значительно превосходит мощь государство людей и напало на государство людей.

Пальцы господина Эсте пробежались по клавиатуре и изображение космоса с планетами, звездами и Угасающим миром в гигантских куполах исчезло. Мы опять сидели в своих креслах посреди просторного кабинета с зеркальными стенами.

— Война вошла в историю как Великое противостояние, — продолжил рассказ Великий магистр. — Государство людей, и так балансировавшее на грани вымирания, было почти полностью уничтожено. Многие купола подверглись разрушению и их жители погибли.

— Да, мы заметили обломки.

— Тогда вы, наверное, обратили внимание на один из разрушенных куполов, с огромной сверкающей башней? — поинтересовался Бруно.

— Вроде под конец что-то мелькало, но я не успел толком ничего рассмотреть, — пожав плечами, как можно более непринужденно ответил Илья и я опять мысленно восхитился его выдержкой.

— Это Кронполис, бывшая столица государства людей.

— Ее тоже разрушили во время Великого противостояния?

— Нет, катастрофа случилась гораздо позже, — резко бросил Бруно Мелагре. — Влад тоже не успел ничего рассмотреть?

И снова его взгляд-рентген обжег нас. В этот момент Бруно еще больше стал похож на хищника перед прыжком. Опасное ощущение, что еще мгновенье — и куратор вцепится нам в горло. Я, подражая Илье, тоже как можно непринужденнее пожал плечами. Повисло неловкое молчание.

— Давайте вернемся к нашей истории, — наконец прервал затянувшуюся паузу Великий магистр. — Итак, вампиры победили, но при этом они прекрасно понимали, что стремительное остывание планеты вскоре поставит на грань исчезновения и их государство. Обдумав ближайшее будущее, победители оставили в живых людей, умеющих строить и обслуживать купола, а так же членов их семей, и наделили их особыми, по сравнению с пищей, привилегиями. Так возник орден Печати.

— Поэтому мы иногда называем себя орденом зодчих, строителей куполов, — вставил реплику Бруно.

— Каменщиков? — спросил Илья.

— Ну в каком-то смысле можно и так сказать, — кивнул Бруно.

— А разве вампиры не могли просто обманом или под пытками узнать технологию возведения куполов и обойтись без вашего ордена?

— Могли. Однако, купола функционируют не только за счет своей конструкции, но в значительной степени за счет магии людей, недоступной вампирам, поэтому победители наступили на горло собственной идеологии, что все люди — низшие создания, и даровали адептам ордена Печати право не служить пищей для вампиров, — ответил Бруно. — Так что в Угасающем мире у вас, господа, есть всего лишь два пути: или присоединиться к сословию пищи, или вступить в наш орден.

— Мы с удовольствием вступим в ваш орден, — моментально согласился Илья. — Пищей уж точно не хочется становиться.

— Даже не сомневаюсь, — кивнул Великий Магистр. — Но не все так просто, мы не можем принимать всех подряд, количество мест в нашем ордене ограниченно. Для вступления вам необходимо пройти обучение и сдать стандартный экзамен.

— И когда состоится экзамен?

— Через несколько триад.

Триад? Интересно, сколько это по земным меркам.

— Не беспокойтесь, при должном старании вы сумеете подготовиться, — заметив наши колебания, улыбнулся господин Эсте.

— Отлично, — улыбнулся Илья в ответ и я вместе с ним, — тогда мы готовы.

— Хотелось бы отметить, что стандартный экзамен не означает, что он легкий, так что не советую расслабляться, — недобро усмехнулся Бруно. — Часть соискателей не справляется с заданиями и выбывает из борьбы, что для людей означает быть выкинутыми в ранг пищи. Нередки случаи, когда во время экзамена соискатели получают увечья или погибают. Поэтому с сегодняшнего дня я лично займусь вашей физической подготовкой. Для развития остальных способностей будут приглашены дополнительные учителя.

— На время обучения вам будет присвоено звание претендентов, что защитит от обязанности снабжать кровью вампиров, — проговорил Великий магистр. — Вам выдадут специальные метки и браслеты, подтверждающие ваши привилегии. Но я бы все равно не рекомендовал покидать пределы поместья: вы еще плохо знаете местные порядки и можете легко попасть в неприятную ситуацию.

Само собой мы не горели желанием снова попасть в неприятную ситуацию наподобие встречи с мерзкой Элиной и ее кровожадными приятелями, поэтому опять дружно кивнули в знак согласия.

— По поводу цветов браслетов, — проговорил Великий магистр. — Черный цвет означает, что его обладатель вампир. Белый — адепт ордена Печати. Синие, как у вас, выдаются претендентам на время подготовки к экзаменам. Так же синие браслеты выдаются членам семей адептов ордена Печати. У пищи либо красные браслеты, либо они просто отсутствуют. В браслетах содержится информация о ваших именах. Снять и надеть браслеты можно только с помощью специального устройства.

— Ого, как все серьезно, — заметил Илья.

Господин Эсте бросил на него недовольный взгляд и продолжил:

— Для всех непосвященных вы прибыли из дальней провинции Угасающего мира под названием Маджор. Находится она почти на Южном полюсе. Внутри маленького купола исследовательская станция и небольшой поселок. Жителей мало и они годами не общаются с внешним миром, поэтому данный вариант самый безопасный. Само собой про Землю ни слова.

Мы в третий раз кивнули в знак согласия. Вслед за этим нам было объявлено, что аудиенция окончена и под обжигающим взглядом-рентгеном Бруно мы покинули зеркальный кабинет Великого магистра Эсте.

— Заметил, как нам ловко подсунули изображение Кронполиса? — усмехнулся Илья, как только мы остались одни в покоях.

— Угу. А заодно заметил и внимательный взгляд Главного куратора. Уверен, что дай ему волю — и наш милый разговор сегодня превратился бы в жесткий допрос.

— С изощренными пытками и членовредительством, — захохотал Илья. — По этому Бруно сразу видно, что он садист. В любом случае нам надо держаться вместе и выдавать здешним обитателям минимум информации. Предлагаю следующую версию нашего появления в Угасающем мире: я чуть не сбил тебя на мотоцикле, от испуга ты сиганул сюда, сразу в покои замка, неосознанно прихватив меня с собой. Так мы избежим разговоров про вампиров. Идет?

— Ну если проработать детали, то вполне годная версия. Главное, больше не пересекаться с той мерзкой троицей вампиров.

— Ну если в поместье одни люди, претенденты по логике тоже — то риск нарваться на вампиров минимальный.

— Хотелось бы на это надеяться.

Не успел я это проговорить, как распахнулась дверь, вошла мадам Даниэла и объявила о нашем переселении из роскошных апартаментов в обычные комнаты в гостевом корпусе. Так что, увы, но счастье в виде королевских кроватей с балдахинами, трапез в гостиной с изысканными яствами и прибегающими по первому щелчку сексапильными девицами закончились.

Как выяснилось попозже, сексапильные девицы остались, но относились к нам уже как к обычным смертным. Если честно, я был немного обескуражен, так как в голове уже крутились душещипательные сцены из ближайшего будущего, проясняющие мои внезапно открывшиеся способности, телепортацию в бывшую столицу людей Кронполис, а затем в роскошные покои и прочие обстоятельства, ну да ладно, надеюсь, попозже все узнаем. Главное, пока мы получили кров и защиту от вампиров, что уже по меркам Угасающего мира было невероятным везением.