У кошки девять свиданий

7. Второе свидание: голодная злая Инна

“Привет! Забыл сказать еще об одном классном результате: ты прошла со мной 1756 метров по плохой погоде и не зная о финальном месте назначения! Это, в среднем, на 700 метров лучше, чем у предыдущих претенденток. Уверен, что осознание собственной крутости мотивирует тебя на следующее свидание со мной! Целую, Павел”.

И время отправки смс: 7.27.

— И тебе доброе утро, — сонно пробормотала я, заблокировала номер отправителя и удалила сообщение. На семьсот метров лучше, ну, надо же, какое достижение! Мне как-то даже стало жалко предыдущих “жертв” Павла. Интересно, он со всеми специально встречался в такую мерзкую погоду, чтобы жизнь медом не казалась?

— Мррр, — запел проснувшийся Сигизмунд и потянулся всеми четырьмя лапами. И хвостом. И вывалился с лежаночки боком на пол.

— Что, слишком сладко потянулся? — расхохоталась я, тоже скатилась с кровати, и следующие несколько минут мы тискали друг друга, шипели, смеялись и мяукали. За окном было солнечно и ярко. Крыши домов блестели так, будто какой-то великан рассыпал по городу осколки золотистого стекла.

Вчерашнее ощущение неловкости, ненужности и неуместности почти совсем стерлось. Жаря яичницу в залитом солнцем кухонном уголке, я прикидывала, как действовать дальше. Отказаться от спора всегда успею. В конце концов, если бы он был мне совсем не интересен как челлендж, то я сразу не стало бы ввязываться.

Пошла на поводу у исследовательского азарта, что уж.

Но главное…

Я ж не зря сказала девчонкам про: “Как-нибудь само пусть устроиться”. Во мне жила тайная мысль о том, что любовь с первого взгляда и вправду может прятаться среди бесчисленных анкет в тиндере… Дурацкая такая, детская, наивная мечта. Я тряхнула головой, отправляя её обратно, скрываться на самой дальней “полочке” сознания. Будем относиться ко всему этому как к игре.

— Да, Сигизмунд? — задумчиво спросила я и нарисовала красным фломастером жирную красную звездочку на холодильнике. Подумала и добавила в строку еще восемь точек. — Гляди на мои достижения!

— Мяу, — Сигизмунд кивнул так серьезно. как будто я продемонстрировала ему диплом о повышении квалификации, по меньшей мере. Или билет на Таити с доплатой за место для кота. Кстати, о Таити…

— Ты ж составишь мне компанию в парке Муми-Троллей? — спросила я. — Вот выиграю и покатим туда в какие-нибудь выходные…

Сигизмунд кивнул и просиял.

Обожаю. Иногда мне кажется. что он и вправду понимает всё, что я ему говорю.

Настроение окончательно улучшилось, яичница с ржаным хлебом была божественно вкусная, по комнате прыгал солнечный зайчик, и, уходя на работу, я даже решилась надеть куртку полегче и яркий полосатый шарф. А пока ехала в метро, продумывала план: что надо обсудить с кандидатом, прежде чем соглашаться на свидание.

Итак. Никаких прогулок в неизвестные места.

Кафе выбираю я.

День встречи выбираю я.

Сначала пообщаться подольше. Чтобы отсеять неадекват.

И всё будет отлично. Или хотя бы хорошо. Просто не может не быть.

— Ну ка-а-а-ак? — спели мне программисты хором, когда я возникла на пороге офиса.

И я рассказала, “как”.

В результате аргумент про “хорошего мужика” был срочно похоронен на кладбище забытых мемов, а лучшим ответом на любой вопрос стало: “Это я тебя проверяю!”

— Почему ты сделал ошибку в коде?

— Это я тебя проверял!

Или:

— Кто утащил из переговорки все карандаши?

— Это мы коллег проверяли!

Или:

— Мужчина, вы опять два компота взяли!

— О, простите, это я вас просто проверял!

Начальство же молча вывесило на стене у себя над головой плакат: “Идет перманентная проверка всего”.

А уже во второй половине дня, отправившись перекусить и одновременно потупить в телефон, я наткнулась в тиндере на анкету парня, который был похож на мою студенческую любовь. Высокий, рыжий, с очень светлой кожей и с романтичным именем Михель. Я задумчиво провела пальцем по его фото… Матч! Надо же. Улыбнулась и первая написала: “Привет!”

Давно я так не наслаждалась разговором ни о чем. И ведь не сказать, что Михель был особенно остроумным собеседником. Перлы красноречия? Искрометные шутки? Искусный флирт? Нет, нет и нет. И, тем не менее, чем дальше мы болтали, тем более тепло я поглядывала на экран смартфона.

Казалось, что мы знаем друг друга уже тысячу лет. Учились на одной и той же прикладной математике (только в разных городах), смотрели одни и те же фильмы. слушали одну и ту же музыку… Он не только внешне походил на мою симпатию из прошлого. Осторожно расспросив Михеля о любимых сортах пива, хобби и планах на жизнь, я поняла: да они фактически клоны! Вот это да! И несмотря на то, что еще утром я планировала мариновать кандидата номер два многодневными разговорами, сейчас я поняла: встречаемся как можно быстрее. Не-е-ет, такое сокровище нужно самой, я же не смогу спокойно сидеть и думать, вдруг другая девушка успеет окрутить его раньше, чем мы лично познакомимся.

Надо сказать, что я порядком волновалась, набирая:

“Скажи, а какие планы у тебя на вечер?”

“Какой из вечеров?”

“Например, сегодня… Ну, или завтра!”

Пауза. Пока он молчал, я совсем не могла работать. Вертелась на компьютерном кресле, как уж на сковородке. Потом вышла в коридор, доскакала на одной ноге, будто играя в классики, до клетки с канарейкой и дунула ей на грудку, распушив перышки. Та в ответ расфуфырилась и что-то нежно затинькала. Видимо, в качестве поддержки.

Тут наконец пискнул телефон.

“”Буду очень рад увидеть тебя сегодня. Давай в восемь?”

“Давай!”

“В каком-нибудь кафе или ресторане? Куда бы ты хотела пойти?”

Вот это звучало особенно мило после вчерашней проверки. И грело душу. Та-а-ак, и куда я хочу пойти?

— Чуваки? — я вернулась в наш кабинет и замерла в дверях. В позе живого вопросительного знака. — А посоветуйте уютный ресторан? Чтобы мило, приятно и оригинально. И вкусно!

— Макдональдс на Рубинштейна! — сразу же ответил хор голосов.

Нет, ну кто бы сомневался.

— А что-нибудь попроще? Не такое роскошное?

В итоге, перебрав несколько вариантов — “этот слишком далеко”, “тут счета головокружительные просто”, “бронь столиков минимум за неделю” — мы остановились на новом ресторанчике неподалеку от Дворцовой площади. Меня просто покорила его краткая характеристика на сайте: “Гибрид кухни в стиле пост-фьюжн и традиционных грузинских мотивов”. Интересно, как это? Сациви с дефлопе? Веганские хачапури по-хипстерски? Лобио из органической фиолетовой фасоли с кремом из сельдерея?

— Вот сама и увидишь, — сказали мне, выставляя за дверь офиса с теплыми напутствиями и дружескими тычками в бок. — А потом нам расскажешь!

— То есть вы не просто так за меня переживаете…

— Конечно, не просто! Мы уже поняли, что у нас тут неделя любовного угара. Каждое утро — новый повод для веселья.

— А если… — я не выдержала и расплылась в улыбке. — Если он окажется настолько хорош, что следующих свиданий не понадобится? Это ж будет совсем не смешно.

— Придется сменить ржач на радость, — отрезало начальство и подтолкнуло меня в спину. Иди, мол. Не задерживай колесо фортуны. Не мешай любовному угару писать свою летопись в сердцах всего технического отдела.

Ну, ок.

И я побрела к метро, не пряча телефон в карман.

“Отличный выбор! — прокомментировал Михель название ресторана. — Правда, могу задержаться минут на десять… В любом случае, напишу тебе”.

“Хорошо!”

Без пяти восемь я уже была на месте. Нам забронировали маленький столик в уголке. Я уселась и погладила кончиком пальца столешницу из узорчатого лакированного дерева. Если бы не салфетки с абстрактными узорами, можно было бы представить, что ты попал в средневековье или к эльфам. К эльфам-генацвале! Я невольно хихикнула. Традиционные мотивы и фьюжн, говорите? Поглядим…

— Инна! — прогремел вдали радостный бас. — Иннуля! Ты ли это?

— Я, — даже не оборачиваясь, я уже точно знала, кто приближается ко мне со спины. Покосилась на экран смартфона. “Прости, как я и боялся, на десять минут опоздаю. Закажешь пока что-нибудь, чтобы не скучать?”

— Ин-ну-лень-ка! — раздалось уже совсем под ухом, и я вздохнула.

Нет.

Скучать ближайшие десять минут мне точно не придется.

Обогнув столик, с изящной грацией бегемота на стул напротив буквально рухнул мой бывший одногруппник. За те несколько лет, пока мы с Рафиком не виделись, он стал в два раза толще, что при росте метр пятьдесят превращало его фактически в колобка, разжился масляно блестящей лысиной, клетчатым спортивным костюмом, как в фильме Гая Ричи “Джентьмены”, и остался таким же громким. А еще упорным. Ничто не могло остановить Рафика, если он желал с кем-то общаться, тусоваться или, наоборот, жаловаться на жизнь.

За четыре года совместной учебы вся наша группа поняла одно: тут не работали ни намеки, ни правила приличия, ни общепринятые нормы. Если кто-то хотел избавиться от компании Рафика, то действовал только вопль “неееет!” или посыл в дальнее пешее эротическое путешествие. Желательно еще указывать рукой направление движения.

Любые другие слова и жесты Рафик толковал в свою пользу как “да, конечно!”.

При этом он был веселый, легкий на подъем, отличный товарищ, который всегда готов помочь и поддержать. Что называет, душа коллектива. Только не обычная, а в превосходной степени. Поэтому коллектив порой от своей души несколько уставал.

Не было ни одной девчонки на курсе… да что там, не было ни одной женщины на всем факультете, которая ни разу не попала бы в прицел рафиковых “серьезных намерений”. Мне вот “повезло” на третий год учебы. За окнами аудитории распускались листочки, светило солнышко и последние сосульки погибали под напором потепления, а Рафик каждый день таскал мне цветы и, взяв за руку, проникновенно шептал:

— Иннуля, ты лишь скажи, что стоит меж нами, и я это у-ни-что-жу!

И страстно сверкал глазами.

Он заказывал мне песни на радио, которое я не слушала, покупал пирожные в шоколаде, который я терпеть не могу, дарил билеты на балет, от которого я всегда была безбожно далека. Рафик желал развлекать меня, холить и лелеять, но делал это исключительно теми способами, которые казались правильными ему. И уже через две недели я перешла от вежливых намеков к яростной обороне.

Благо, Рафик подолгу не осаждал свои предметы страсти и быстро переключался на другие. Поэтому ко мне домой в окно третьего этажа пытался залезть всего пару раз по водосточной трубе. А затем начал обхаживать первокурсницу, которая жила на первом. Должно быть, не понравилось падать в колючие кусты с воплем: “Я как Ромэээээо, к своей Джульеееетте!”

А потом у нас как раз закрутилось со студенческой любовью с параллельного потока, и ухаживания Рафика забылись, как страшный сон. Перешли в разряд “будет, о чем рассказать подругам за рюмкой чая!”

Надо сказать, что в любой другой день я бы обрадовалась встрече с ним. После выпуска наша группа так толком ни разу не встретилась больше — разъехались по разным городам и странам. Видели друг друга только в соцсетях, и я скучала.

Но только не сегодня. Я похолодела, представив свидание с Михелем в компании Рафика. Который будет подливать нам по очереди вина и рассказывать развеселые истории из прошлого в духе: “А потом Инна залезла на стремянку, сняла футболку и…”

Нет.

Только не это.

— Как дела? — тем временем Рафик поерзал на стуле и устроился поудобнее, всем видом демонстрируя. что он тут надолго.

— Хо… хорошо, — я заправила волосы за ухо, лихорадочно пытаясь отыскать внутри себя смелость для того, чтобы послать Рафика. Но оказалось, что со студенческих времен это искусство было утрачено вместе с умением не спать по три ночи, готовясь к экзамену, или рисовать шпаргалки тайными знаками на коленках, а потом выдавать их за татуировки.

— Вот и славненько, — улыбнулся он мне во весь рот.

— Я тут вообще одного человека жду…

— Ну, так где он? — Рафик показательно покрутил головой туда-чюда. — Еще не пришел ведь?

— Еще нет…

— Так я скрашу твое ожидание! — он радостно набросился на меню, как раз принесенное официанткой. Удержал ее возле столика. — Погодите, не уходите! Я сразу закажу…

— Рафик, я…

— Да я тут все меню знаю! Так, девушке салат “Каприз”, ягненок с перепелиными яйцам и фирменное мороженое “Улет”! А мне острую долму и лобиани!

— Гляжу, ты совсем не изменился, — пробормотала я. — Все еще точно знаешь, что нужно девушке, даже если ей это не нужно.

— Слушай, ну, я ж тебе не мешаю заказывать самой! — нет, Рафика было невозможно смутить. — Просто ты попробуешь то, что сама выбрала, а потом то, что я. И поймешь, кто был прав.

— Ладно, — сдалась я. Все равно он уже лишил меня удоволдьствия от медленного изучения меню. — Еще вот эти хачапури, пожалуйста. И лимонад.

— В каком порядке нести блюда?

Я прислушалась к себе. Есть хотелось очень сильно.

Даже не так.

Не есть, а жрать!

Видимо, от волнения. Уже второй вечер я приходила на свидание голодная, как волк.

— По мере готовности.

— Тогда… — официантка на секунду замялась. — Первым будет десерт, они у нас уже готовы и…

— Несите мороженое, — улыбнулась я. — Ничего не имею против десерта перед горячим.

Ну, а что? Как раз съем мороженое до прихода Михеля, чтобы задобрить желудок и потом не набрасываться на салат и мясо с урчанием.

— Иннуль, ну, что ты такая напряженная? Не рада мне?

— Рафик, у меня свидание, — вот и утраченный навык вернулся. — И твое присутствие, оно… Немного неуместно, понимаешь?

Он замахал руками:

— Что ты! Что ты! Конечно, понимаю! Клятвенно обещаю уйти, как только твой ухажер заявится!

— Правда? — я подозрительно сощурилась.

— Клянусь! — Рафик кивнул так энергично, что за малым не стукнулся лбом об стол. — Расскажи. чем занимаешься теперь? Я вот сначала в Москву подался…

Нет, пожалуй, я все же была ему рада. Общие воспоминания и культурный бэкграунд всегда сближают.

Через пять минут принесли мороженое. Оно было удивительного красно-оранжевого цвета и напоминало кипящую лаву. Лава изливалась из шоколадного жерла вулкана по центру тарелки. Выглядело… необычно. Я вооружилась ложечкой.

— Самое необычно мороженое в Питере! — радостно прокомментировал Рафик. — Вот увидишь, оно тебя удивит.

И оно действительно… удивило.

Сначала я почувствовала яркий апельсиновый вкус и какие-то восточные специи. Это было необычно, очень свежо, и чуть пощипывало язык. Я съела еще пару ложек, и тут…. Аааа!

— Иннусик, ты чего кашляешь? — встревожился Рафик.

— С че… чем оно? — с трудом проговорила я, пытаясь понять, что происходит. Третья ложка превратила меня в дракона, у которого в горле застрял кусок собственного огня.

— С кайенским перцем! — радостно провозглясил Рафик. — Правдо же, круто?!

Я вскочила и заозиралась по сторонам.

Мне не хватало воздуха и страшно хотелось пить.

Напитки еще не принесли… Куда, куда бежать? На улицу, чтобы подышать? Или в бар? Молоко! Я помню, перец надо запивать молоком! Пусть оно только у них будет! И я рванула бегом к спасительному бару, надеясь. что не начну таки выдыхать огонь и не спалю тут все к чертовой бабушке!

И тут приключилась жопа. В прямом смысле этого слова.

В проход передо мной выдвинулась джинсовая задница и перегородила всю дорогу. Владелец задницы наклонился к столику, на котором высилось — аааа! — такое же проклятое мороженое, как у меня, и самозабвенно его фотографировал. Набранная скорость уже не позволяла мне ни сменить курс, ни затормозить, а на мой крик фотограф не среагировал. На полном ходу я врезалась в его задницу, и мы оба свалились на пол. Вместе с мороженым и парой стульев.

— Смотри, куда идешь!

— Смотри, куда оттопыриваешься!

Мы хором завопили и начали вставать, он попытался мне помочь, но я оттолкнула руку, вскочила сама и рванула дальше. Потом! Всё потом! Скачала пить, потом всё остальное!

Слава небесам, в баре было молоко. Мне даже отдали чей-то коктейль, сорвав его с подноса уже уходившего в зал официанта. Дали пачку салфеток, утереть слезы, и сочувственно спросили:

— Улет, да?

— Он самый.

Вот что, Инна, бывает с девочками, которые доверяют чужому выбору, не прочитав состав блюд в меню.

Потом я медленно пошла обратно за столик. Хотела извиниться перед несчастным фотографом, но его уже не было… Даже осколки тарелки с мороженым успели убрать.

Я выудила из кармана смартфон и посмотрела на время. Михель опаздывал на пятнадцать минут. Надо ему написать и спросить…

“Ты скоро будешь?”

Я уже подошла к своему столику, отправила сообщение Михелю… И тут у Рафика звякнул телефон.

Так.

Нет.

Не может быть.

Рафик смотрел на меня невинными глазами и откусывал от фасолевой лепешечки.

Я медленно опустилась за стол перед ним. Набрала еще несколько сообщений, одно за другим.

“Где ты?”

Звяк.

“Меня тут чуть не сожгли мороженым”.

Звяк.

“Один старый приятель”.

Звяк.

“Слушай, мне показалось, у нас очень много общего… Или ты заранее знаешь всё про мои интересы?”

Звяк.

“Так беседовать мог бы тот, кто меня хорошо изучил. Раньше”.

Звяк.

— Тебе там пишут вовсю, — кивнула я Рафику на телефон. — Может, ответишь?

— Забыл выключить звук, — улыбнулся он. — Думал, не так быстро спалюсь.

— Ага… — я поглядела в потолок, переваривая информацию. Надо сказать, она не слишком хорошо переваривалась. — То есть это был ты.

— Увидел твой профиль и обрадовался! Подумал, вмешно будет встретиться по воле тиндера. Повспоминать старое. Ну, и новое чего начать… — Рафик так нежно и призывно улыбнулся, что я тут же быстро сказала.

— Я теперь живу на двадцать втором этаже. Слишком высоко лезть. И кустов внизу нет.

— Инну-у-у-уль…

— Ты совсем дурак, да? На что ты надеялся, когда меня обманывал?

— Эй-эй, это не обман. а невинная шутка! Вот если бы я специально завел такой профиль и…

— То есть это твой постоянный? — я от удивления даже перестала злиться на мгновение. — Ты из-под него знакомишься с девушками?

— Ну, да… А что?

— Там же на фото совсем не ты!

— И что? — Рафик пожал плечами. — Договариваюсь о встрече, потом пишу, что задержусь… Подсаживаюсь к девушке и пытаюсь ее обаять. Затем у “Михеля” случаются срочные дела, он сообщает, что не придет… А я тут как тут, веселый, галантный и такой милый!

— Очень, очень галантный. И милый, — я тоскливо посмотрела на тарелку с салатом, которую как раз принесли, подхватила сумочку и поднялась. — Хорошего тебе вечера.

— Иннуля, ты что, серьезно уйдешь? — Рафик растерянно развел руками. — А как же я?

— С Михелем поболтаешь, когда он придет, — пожала я плечами, развернулась и пошла прочь. Удивительное свидание получилось, да. В стиле фьюжн.