У кошки девять свиданий

12. После третьего свидания: Сигизмунд в прострации

— Это все канарейка! Она виновата во всем! Если бы не канарейка...

— И часовню тоже она развалила? — я закусил ус и задумчиво посмотрел мимо чаек. Потому что если бы посмотрел прямо на них, убил бы взглядом. Испепелил на месте.

— Ка… какую часовню? — они аж заикаться начали. Та, что раньше была толстой и лихой, сегодня ночью сделалась потрепанной и несчастной. Та, что раньше была несчастной, стала похожа просто на комок встопорщенных перьев. Птицееж какой-то с укоризненным клювом. А самая незаметная щеголяла изрядно поредевшим хвостом и то и дело нервно икала. Видно, ей досталось больше остальных.

— Напилась и буянила, — отрезал я.

— Об этом мне не докладывали! — оживился герр Гусинус. — Наложу административное взыскание!

— Так! — хлопнул я лапой по балконному полу. — Канарейка ни при чем! Это шутка такая. Цитата. Давайте ближе к делу, а? Я к тому, что нечего винить маленькую птичку в своем огромном провале.

— Понимаете, Ваше котейшество, — усталый и слегка помятый городской эльф вздохнул так горестно, что даже цветок — в комнате, на подоконнике, за двойным стеклом — поник и запечалился. — Понимаете… Иногда случайности — это просто случайности. Не подстроенные нами. Вот мы на такую случайность и напоролись.

Я внимательно пошевелил ушами, но ус изо рта не выпустил.

— Канарейка не сумела вовремя предупредить нас о том, что Инна пойдет на свидание. Потому что просто не знала об этом. Та никому в офисе ничего не сказала и ушла слишком быстро.

— Поэтому мы узнали, что надо срочно выдвигаться на задание, очень поздно, — лихая чайка потерла об оконную раму полосатый красный клюв и нервно сглотнула. — Один из домовых Адмиралтейской передал сообщение герру Гусинусу, что ваша подопечная не поехала домой, а направилась к Новой Голландии. Зачем-то.

— Ну, ну о… о… она могла с по-по-подругой там встречаться, например. Ма-ма-мало ли, за-за-зачем по-по-пр-пр-фр... — да, раненой чайке явно досталось по первое число.

— Но мы решили подстраховаться и даже успели туда явиться раньше, — встрепанный комок перьев пытался звучать убедительно. — Только на маскировку времени не хватило.

— А еще мы не мо-мо-мо-могли ле-летать.

— Почему? — удивился я.

— Там были воздушные змеи. Карлос их боится, — комок перьев обвиняюще ткнул крылом в толстую чайку. — Фобия. К тому же, мы в контрах с тамошними чайкам. Хипстота псевдоевропейская, ну? Зажрались там на туристических харчах, объявили зону закрытой для остальных и атакуют нарушителей воздушного пространства. Из-за спешки мы решили не получать у них разрешения на влет, а вошли ногами!

— Ногами, значит, — протянул я и попытался себе представить это зрелище. М-да. Ногами.

— И всё шло отлично! Мы планировали засечь Инну со вражеским объектом, и когда стемнеет и начнется шоу, подобраться к ним…

—...И клюнуть объект. Чтоб он… ну, потерял всякое желание…

— То есть задумали членовредительство в прямом смысле этого слова? — уточнил герр Гусинус, а я не выдержал и немного постучался лбом о стенку.

— Ага-а-а-а, — хором ответили чайки и просияли. — Именно. Норм же идея, да?

Нет, я ничего не стал отвечать на это. Просто безысходно махнул лапой. Продолжайте, мол.

Продолжил говорить городской эльф. Он явно чувствовал себя очень… “неочень”. Видимо, привык делать все идеально. Сейчас же я наблюдал картину “фиаско контролфрика во всей красе”.

— Я был на подстраховке. Собирался отвести глаза окружающим, когда чайки перейдут в наступление. И ровно в тот момент, когда шоу началось, а они были готовы стартовать, на меня буквально налетел вчерашний домовой.

— А почему его здесь нет? — возмутился я. — Герр Гусинус, вы не говорили, что вписали его в состав на эту операцию…

— Не вписал, потому что он не должен был там оказаться, — отрезал гусь. — Сам первый раз о нем слышу. Он что, проявил личную инициативу? Похвально, конечно, но вне тактических указаний личная инициатива наказуема!

Я ведь уже упоминал, что герр Гусинус нежно любит канцелярит, да? Эльфа, видимо, тоже все эти “указания” и “тактика” жутко коробили, поэтому он поспешил заговорить снова:

— Господа, домовой пришел туда повеселится. Это, вроде как, в нашем городе пока не запрещено? Или пока ваши грандиозные своднические планы не сбудутся, всем волшебным существам, зверям и птицам ходить строго по линеечке и лишний раз чихнуть не сметь?

— Кхм, — сказал я. Эльф определенно зарвался, и стоило бы поставить его на место. С другой стороны, была доля правды в его словах… Любовь герра Гусинуса к порядку бесила многих — и не только среди присутствующих на этом балконе.

— Так вот. Домовой, по сути, спас операцию от полного провала.

— То есть вот этот ужас — не полный?

— Как говорится в анекдоте, ужас, но не ужас-ужас-ужас. А мог бы быть ужас в кубе. Или даже в четвертой степени. Я еще не решил, — эльф стиснул зубы так сильно, что аж скулы позеленели. — Домовой пришел на фестиваль. чтобы — простите, ваше великолепное котейшество — поесть того самого МОРОЖЕНОГО.

В этом месте я впал в прострацию. Прочистил горло. Покрутил лапой ус. Забрался на кресло, улегся, прикрыл голову лапами и глухо промолвил:

— Я понял. Кто-то нас проклял. Однако продолжайте.

— Итак, домовой пришел к тележке Зураба, чтобы украсть мороженое, и услышал, как тот говорит о каком-то Артеме, который только что здесь был. А потом, когда ел украденное под кустом, внезапно увидел Инну, которая почему-то шла с другим мужчиной. Заозирался по сторонам, чтобы выяснить, далеко ли Артем и кто из наших его контролирует… И — слава всем богам ши! — заподозрил неладное. Со всех ног побежал искать кого-нибудь и налетел на меня.

Эльф сглотнул и нервно хихикнул.

— Тогда я ушел со своего поста и начал заглядывать в души людей, чтобы быстрее отыскать Артема. К тому же, заглядывать в лица в темноте не так эффективно. Ну… и нашел. В траве. На пузе.

— Пьяного? — спросил толстый несчастный Карлос. — Это бы объяснило его… дальнейшее безумие в отношении нас.

— Трезвого, как стеклышко. И такого целеустремленного, что я даже не успел его одурманить. Только начал колдовать морок… и случайно отключил Артему самоконтроль. Он явно выслеживал именно вас, господа чайки. Он вас запомнил с прошлого раза. И, как я понял, очень, очень хотел поговорить по душам.

Герр Гусинус досадливо стукнул ребром крыла по ножке кресла.

— Поняли, да? Теперь без маскировки никуда! Или вас лучше вообще снять с операции?

— Нет!

— Нет

— Н-н-н-не-не-нет!

Чайки завопили хором, выпучив глаза. Я страшно шикнул на них и даже замахнулся лапой — не хватало еще, чтобы Инна проснулась от шума и обнаружила нас тут во всем великолепии.

— Мы исправимся! — покаянно прошептал комок перьев. — Правда-правда!

— Ну, а дальше было одновременно грустно и весело. Артем гонялся за чайками. Я пытался исправить свою ошибку, гонялся за Артемом и пытался сразу обращать вспять учиненные им разрушения. В итоге ни один воздушный змей не пострадал…

— А жаль...— прошептал Карлос, показательно уставившись в сторону.

—… и ни один человек не получил травму тоже.

— А во-во-вот я по-по-получила, — обладательница поредевшего хвоста грустно кивнула. — Приче-че-чем дважды.

— Извини, Кармен, — развел руками эльф. — Ты супер-тренированный агент, и я в тебя верил. А вот люди от удара ТАКИМ сачком по голове могут и в страну вечных грез отправиться. В итоге Артем упал…

— На-на-на меня…

—… и на Артема упали одиннадцать воздушных змеев, два владельца этих самых змеев, подоспевший охранник и самая любопытная из зрителей.

— А она что там делала?

— Выкладывала сторис в соцсети.

— То есть мы сейчас во всей инсте и тик-токах страны? — уточнил я упавшим голосом.

— Не страны, а Санкт-Петербурга. И только в тех, которые я не успел стереть.

— Спасибо, — искренне сказал я. Очень искренне. — Вы сделали все, что могли.

Эльф махнул рукой:

— Не всё! Многие я упустил. Потому что срочно отводил глаза и наводил морок на всех присутствующих, выкапывая Артема из-под завала и перетаскивая его при помощи магии подальше от эпицентра событий. Нам ведь не нужно, чтобы истинную пару Инны арестовали за хулиганство в особо крупных размерах?

— Совсем не нужно.

— Вот и я так подумал. Немного почистил ему память и привел в чувство. Вот и все.

— У меня последний вопрос, — я так и не вышел из прострации, но все же хотелось расставить последние точки над “и”. — Кто-нибудь понимает, как вообще Артем там оказался?

— Я проверил его телефон, — эльф беспомощно развел руками. — И выяснил. Ему позвонил тот самый Зураб. Наверно, хотел угостить мо…

— Ни слова больше, — я спрыгнул с кресла. — Прощайте, господа. До связи.

И ушел спать. Просто спать. Подальше от этого безумия.