Тороп

Глава 24

Ох, тяжёлая хмарь ночного кошмара с трудом покидала голову. Через окошко выглядывало раннее утро. Решив, что ещё пожалуй рано, подремал некоторое время. Пока окончательно остатки сна меня не покинули. Плюнув на предупреждения колдуна(прости учитель) решил худо-бедно провести утреннее омывание. Не думаю что возможно смыть татуировку. Хоть и не было в прежней жизни такой практики, логика говорила что ничего страшного случиться не должно. Терпеть сие издевательство, было невыносимо. Кожа вновь зудела и чесалась. Добавляло раздражение мерзкое ощущение грязного тела. Я просто физически обонял как от меня воняло. Не могу … Вьевшаяся привычка следить за собой. Да и оркам спасибо, народ сам по себе чистоплотный. Без балды — провёл ты весь день на вёслах, занимался погрузкой-разгрузкой корабля или просто работал — всегда найди время привести себя в порядок. Иначе — обчество не поймёт. Братом решил заняться после водных процедур. Учитель точно время не обозначал. Сказал два раза в день. Следуем инструкции.

На всякий случай оглядев Троя и найдя у него небольшие улучшения отправился в зал. Разделив завтрак с вышибалой, что заменял трактирщика в его отсутствие. Услышал, заодно, от здоровяка ценную информацию. К моему удивлению выяснилось, что при трактире существует баня, в которой можно вполне привести себя в порядок. Неожиданно, приятный однако разрыв шаблона. До этого момента приходилось пользоваться более простыми способами. Дав пару медных монеток подавальщице, получил взамен кусок чистого полотна — видимую замену полотенца, небольшой кусочек мыла и вязаную мочалку. Последнее в принципе не пригодилось. Помня наказы учителя решил сильно не нажимать. Убрать грязь, запах и достаточно. Не переусердствовать. Через пятнадцать минут я грелся на солнышке, сидя на стопке сложенных брёвен на заднем дворе трактира. Оставив на себе только штаны и накинув простыню на плечи, защищая свою татуировку от солнца. Получая удовольствие от хорошей погоды, лёгкого ветерка и ощущения чистоты. Босые ноги упирались в небольшой обрубок бревна, осязая прохладу и шероховатость дерева. Вчерашняя пустота, заполнившая моё сердце, тихонько слилась, оставив после себя печаль и осознание одиночества. Зуд кожи уменьшился и почти не доставлял раздражения. Хорошо то как…

— Эй парень!

Неожиданный окрик выбил из блаженной расслабленности. Открыв один глаз, с неудовольствием посмотрел на источник неприятных звуков. Невысокий, стройный молодой человек, прилично одетый, весьма смазливой наружности, в свою очередь уставился на меня

— Заработать не хочешь?

— Нет

Слово вылетело из меня опережая мысли.

— Нужно разгрузить фургон. Тяжелые вещи занести. Дам медную монету.

Продолжил пижон. Жаль что глухой.

— Ну?

— Не хочу

Закрыл глаза и приготовился дальше наслаждаться утренней негой. Увы, молодой хуманс не хотел успокаиваться.

— Ладно, два медяка

— Отвали

— Не понял …. Это ты мне?

— Нет, маленькому зелёному гному.

— Кому? Да ты издеваешься! Ну ка — встал!

Молодец начал краснеть щеками. Злость или волнение. Надулся как гусь … Да пофиг …

— Ой! Мальчик, посмотри, это не я там побежал … за твоими баулами

— Кого ты сопляком назвал?

Взбесился скандалист

— Девушка? Не распознал …

— Ты…..! Я ….

Парень выжал из себя незамысловатое ругательство. Ну … так. Не от души. Но грубо. Кинул лениво в ответ:

— Выходя из себя, закрывай рот, малыш. Зубов много не бывает.

Дальнейшему препирательству помешал смех. Такой приятный и звонкий как колокольчик. Интересно. Открыв оба глаза я увидел пару хумансов. Крепкий мужчина средних лет, кряжистый, с широкими плечами, производивший впечатление бывалого воина. Вторым, точнее второй, была молодая красивая женщина, имеющая явно сходные черты лица с пареньком. Расслабило меня хорошо, не услышал как подошли. Нельзя так. Пара улыбалась, глядя на пыхтящего от злости молодого засранца.

— Что Арвид? Нашла коса на камень? Что ты хочешь от молодого человека?

— Совсем слуги обнаглели. Работать не хочет, хамит в ответ.

— Наш фургон уже разгружают. А этот парень не из прислуги.

Мужчина повернулся в мою сторону.

— Ладно парень, извини.

— Нет.

— Пойдём… что?

Хуманс полностью развернулся, удивлённо рассматривая меня.

— Тебе не за что извиняться. Пусть извинится он.

— Ты не слишком много на себя берёшь?

— Беру сколько могу. Своя ноша не тянет.

— Хамишь?

С ленцой переспросил воин

— Похоже?

Отзеркалил я. В разговор вмешалась женщина:

— Мэд, этот человек слишком нагл. Пусть Арвид его проучит

Смазливому красавчику только этого и надо было. Всё равно что сказать — фас, для собачки. Встав в горделивую позу, подняв подбородок, он обратился ко мне:

— Слезай, разберёмся как мужчины. Если не трусишь.

— Легко

Недолго думая я сбросил с плеч простыню и сиганул вниз. Стоя в двух шагах от противника я не спешил начинать, внимательно следя за руками. Смертоубийства не надо, а пару оплеух вполне к месту

— Стой! Арвид нет!

Одновременно закричали хумансы. Впрочем, тот сам не делал попыток пошевелиться, уставившись на мои татуировки. Воин подошёл ближе.

— Вот демоны… Совсем старый стал, не могу орка от человека отличить. Арвид! Извинись перед достойным кригсманом.

— Почему я должен перед ним извиняться?

Возмутился парень

— Он сам …

— Потому что ты на ровном месте задел воина орка своими словами.

Перебил его мужчина.

— А чего он…

— Он отдыхал и ничего тебе не должен. Ты его незаслуженно оскорбил. По закону он может вызвать тебя в Круг.

— Пусть вызывает.

— Арвид! Успокойся! Ты не прав. Ты хочешь что бы мы за тебя просили прощения?

Вмешалась женщина. Парень попыхтел, налился краснотой, завис, всё же выдавил:

— Прошу прощения. Недостойное поведение… э… не разобрал…

— Прощаю. Всего хорошего.

Подхватив простыню и завернувшись в неё наподобие римского сенатора я кивнул на прощание и проследовал в трактир. Люди смотрели вслед. Последнии слова были лишними. И ситуация дурацкая. Зачем на рожон переть… гонор этот… глупость полная. Остатки прошлой жизни, помноженные на боевой задор зеленокожего недоросля. Бред … с чего так плющит …

Не задерживаясь внизу прошёл сразу в нашу комнату, к брату. Сделал как мог, вроде не напортачил. Трой спал. Аура кажется стала насыщенней. Хорошо. Выздоравливай брат, ты мне ох как нужен. Одев чистое спустился вниз. Махнул рукой. Подавальщица подскочила моментом, выгрузив кашу сдобренную маслом, куски нарезанной буженины и морс.

Через пять отвалился от стола. Можно подумать чем заняться дальше. И … решил пройтись по городу. А на прогулке мне понадобятся деньги. Вернулся в комнату. Нацепил кошель на пояс. Хотя находился в городе несколько дней, времени посмотреть его толком не было. Восполним любопытство. Себя покажем и других поглазеем.

Не спеша брёл по улицам, рассматривая причудливую архитектуру и вывески на домах. Хозяева использовали первый этаж, как правило, под лавки и магазинчики. На втором жили. Удобно, всё в одном месте. И под присмотром круглые сутки. На встречу попадались в основном люди, но иногда встречались и более интересные существа. Отличающиеся внешними данными, цветом кожи и порой размерами конечностей. Я, как человек отдавший немало времени, увлечению фантастикой, затруднялся вспомнить аналоги и дать название разновидностям местных аборигенов. Было интересно наблюдать за жизнью города и его жителей. Действительно город был мультинациональный. Люди жили вперемешку с другими существами, да и между собой были представителями не одной расы. Совсем чёрных я не видел, но были белые, желтые, красные и даже кажется синие. Впрочем, скорее всего, это были уже не люди. Со временем больше узнаю про местную жизнь. Так неспешно, час за часом, обходил город, смотрел на здания, людей и нелюдей, магазинчики, лавки. Улыбался молодым красивым девушкам. Сторонился и пропускал группы воинов и гружёные повозки. Любопытство и интерес к новому восполнялось полным ходом. И сие действие приносило удовольствие.

Расслабленность и сыграла со мной злую шутку. Выйдя на площадь в центр города я упёрся в торговые ряды. Где купцы и прочий люд, кто имел желание торговать, но не имел своих лавок, разложили свой товар на столиках, телегах, а кто и просто на земле. Присутствовали здесь и местные кочевники, люди вполне европейской наружности. Отличающиеся а основном одеждой и своеобразными причёсками. На лошадях запрещено появляться на торговой площади. Поэтому жители степей перемещались пешком, смешно ступая своими кривоватыми ногами. Развалы рынка ломились от товара всякого и разного. Народ торговал вещами простыми и понятными, хотя порой встречалась и явная экзотика. Надо сказать назначение некоторых вещей и предметов были за гранью моего понимания. Сложно было воспринимать товаром старые коряги, лепёшки непонятного нечто, очень похожие на коровье… ну сами понимаете что или набор полупрозрачных больших слизней в медном тазу. Антураж и зрелищность вокруг производили впечатление и просто поневоле заставляли ходить с открытым ртом. Неожиданно меня толкнули в спину на вонючего громилу, заросшего чёрной бородой по самые брови. Пытаясь удержаться я упёрся ему в грудь. Здоровяк, с руганью, оттолкнул меня на парня тащившего полупустой мешок. Тот, выронив свой куль, повис на мне, пытаясь не рухнуть на землю. За руку схватился другой паренёк, рыжий и веснушчатый, как бы помогая мне не упасть. Когда я обернулся, было уже не понятно — кто и что такое сотворил. Народа на торговой площадке было много, каждый занимался своими делами, и лишь некоторые обратили внимание на мою неуклюжесть. Найти виновника было уже невозможно. Не став слушать остроты про деревенщину что ворон считает, я направился дальше. Лишь выйдя с площади до меня дошла мысль, что — что то не так. Проведя рукой по поясу наконец понял что смущало. Тяжёлый кошель, что оттягивал пояс испарился в неизвестные дали. И кажется, понял, кто этому поспособствовал. Вот же, ишак… Зачем весь кошель с собой потащил? Мог бы сунуть пару монет в пояс и всё. На что мне их тратить здесь? Одет, обут и нос в табаке. Умные мысли не сразу в голову приходят. Настроение испортилось. На ровном месте… вёл себя как последний дурак… твою то… дебил

На волне злости и раздражения я вернулся в свою временную обитель. Посмотреть как там Трой. Никаких изменений. Что может случиться в таком состоянии? Спит и спит. Было бы что реально серьёзное — учитель бы предупредил. В мягкотелости не замечен. Посижу внизу, среди народа.

Пытаясь расслабиться и отвлечься, скатился через пять минут в самокопание. Крут был Тоха, а кинули как лоха. Тиская в руках кружку с холодным пивом я всё больше погружался в чёрную депрессию, по детски наивно мечтая найти и наказать негодяев. Ненависть и злоба расцветали буйным цветом, пока одна неожиданная мысль не прорезала туман моих фантазий озарением молнии. Чему тебя дубина колдун учил? Сидишь здесь, пузыри пускаешь. В песочнице воздушные замки строишь. Сам же учителю идею подал. Не, с головой явно беда… Не отбрасывая мысль в долгий ящик я выскочил на улицу. Небо темнело, наступил вечер. Надо торопиться. Я закрыл глаза и представил кошель каким он мне запомнился. Потёртая замшевая кожа тёмно коричневого цвета, шёлковый шнурок затягивающий горловину. Приятная припухлость от количества медных и серебряных монет. В основном серебряных… моих монет… МОИХ… сволочи… найду уродов! Уничтожу! Ярость охватившая меня и живоё воображение сделали своё дело. В голове словно щёлкнуло и в воздухе запахло корицей. Запах? Почему запах? Я представлял себе что то вроде нити или верёвочки видимой просто глазами. А, ладно, пусть будет запах. Тем более что ноги сами понесли меня как хорошую ищейку по тонкому аромату петляющему в воздухе. Не думал что такое возможно. Уворачиваясь от людей и огибая препятствия я быстрым шагом шёл к своей цели, еле сдерживаясь, что бы не побежать. Путь мой не повторял дневные бестолковые шатания. Хорошо что мой нюх, или что это было, вёл меня по понятному маршруту, не заставляя прыгать через заборы и залезать в дома. Шёл по улицам и переулкам всё быстрее приближаясь к своей цели. Запах, что вёл меня по следу, становился более густым и насыщенным. Наконец путь закончился у небольшого старого трактира на окраине города. Не долго думая я толкнул дверь и ввалился в помещение. Были бы мозги — наверное надо было заранее продумать свои действия, но к сожалению, живя с орками я отвык от сложных комбинаций. С парнями всё было просто и понятно. Здесь друг, там враг. Зачем усложнять жизнь, если есть простые решения. Были конечно у нас и светлые головы, думающие за несколько ходов вперёд, но к стыду своему — общался с другими, расслабился, отдался на волю течения жизни. Несёт куда то само собой и не паришься… О чём это…

Влетел я с ходу в шалман, именно такой образ всплыл в голове, когда узрел окружающую публику. А публика с интересом уставилась на меня. Народец был ещё тот, мутный донельзя и весьма неприятный

— Вечер добрый достойным бродягам и прочему люду! Подсознание сработало на автомате. Жизненный опыт и сериалы, многочисленные и любимые, оставили неизгладимый след в памяти. Вот так с ходу, не задумываясь. Глядя на мерзские рожи ничего другого сразу и не сообразишь. Народ расслабился и вернулся к своим делам. А у меня появилось время оглядеться по сторонам. Несколько столов, массивных и неподъёмных. Скудное освещение от масляных чадящих ламп. Помещение заполненное людьми. Чьи рожи и ухватки не оставляли места для широкой фантазии. Дно общества, в местном варианте. Надеюсь что больше воры, чем серьёзные бандиты. Хотя какая разница, кто нож в печень воткнёт.

Дружную гоп компанию, лихо обобравшую меня, я заметил сразу. Так и сидели втроём. Заросший детина и двое парней. За отдельным столом в уголке. Заставленным кружками пива и большими тарелками с закусью. По глазам вижу — узнали родимцы погорельца. Недолго думая присоединился к празднику жизни. На мои гуляем, чего стесняться

— Здорово парни!

И сразу кабатчику:

Эй, хозяин! Лучшего пива сюда! Друзья угощают

— С чего нам тебя угощать, поц?

Прогудел здоровяк. Ох и воняет же от него…

— На мои гуляете

— Попутал? Наша казна, руки не протягивай

— Не мужик, кошель мой, дорог как память

— Парень, ты случаем не охр…

— Вот только начал

— А не пошёл бы ты…

— Что Ахрим? Проблемы?

Сбоку подошёл сухощавый седой мужик, с заметным рубцом на левой щеке.

— Да вот, Шрам, поц каких то денег требует…

Деловой перевёл взгляд на меня:

— Кто будешь?

— Раб Божий, сшит из кожи.

— Чего хочешь?

— Парни заблудились, не своё взяли

— Много было?

— Мне много не надо. Мне нужно саоё

— А ты скромный.

— Беру ношу по себе …

— Что б не падать при ходьбе?

Закончил ухмыльнувшись Шрам.

— Врагов не ищу. Но и обид не прощаю.

— Да не пошёл бы он! Чем докажешь?

Не выдержал рыжий.

— На том поле где ты мышей ловил — я всех котов передушил. Кошель мой лежит у твоего приятеля в суме, что с правого бока весит. Тесёмочкой шёлковой перевязан.

— Ну и что. Было ваше — стало наше. Чего с тобой базарить!

— Базарят бабки на базаре. Мы разговоры разговариваем.

Снова включился Шрам:

— Не хотят тебе бродяги барыш отдавать. Работу сделали, на Общее занесли. Какие вопросы?

— Моё дело сказать — их услышать. На нет и суда нет

Пожал плечами

— И что делать будешь?

С интересом спросил Шрам.

— Чужого мне не надо, но своё я возьму, чьё-бы оно не было. Я подумаю. Надумаю — узнаешь.

— Угрожаешь? Умереть не боишся?

— Если умру — только со смеху.

Бестолковый разговор. Пора уходить, пока народ мирно настроен. Я встал из за стола

— Без радости была любовь, разлука будет без печали. Не прощаюсь. Ещё увидимся.

— Да заходи, если что.

Осклабился Шрам. Гоп компания заржала ну веселитесь… пока. На улице стемнело. Эта часть города практически не освещалась. Как в народе говорят — хоть глаз выколи. Вот сейчас моё второе зрение и пригодится. Подойдя к поленнице, привалившейся к стене кабака, выбрал полено покрепче и поухватистей. Еле успел успел отойти на пару десятков метров и встать в небольшой проём между домами, в переулке, как дверь шалмана распахнулась и выкатились две фигуры. Двое из ларца — одинаковых с лица, рыжий и русый парни. Мне повезло. Здоровяка не было, то ли уже набрался хорошо, то ли зазорно такой рутиной заниматься. Парни огляделись, ругнулись и пошли в мою сторону. Дорожка нахожена, хоть и не видно ни зги, шпарят на автомате по привычке. Маршрут в голову забит, темнота делу не помеха. Ну и чудненько. В моём случае с обзором было хорошо. Как будто армейский ПНВ включил. Серенько, без ярких красок, а так, что требуется — всё видно.

— Далеко наверное ушёл

— Не, темно. Здесь до поворота по прямой шагов двести, нагоним

— Не слышно что то. Может затаился где? Ждёт?

— Кишка тонка

— Опасный тип

— Да гусь залётный. Не понял куда попал.

— А как он нас нашёл?

— Не знаю Рыжий

— Надо было кошель оставить

— Не смеши. Шрам подумает что испугались

— Чуйка у меня… нехорошая …

Что там с интуицией я не дослушал. Шагнул тихо за спину, как только поравнялись со мной, поленом пометил парня в голову. Хрустнуло, тело начало валиться на напарника.

— Рыжий! Ты что…

Парень крутанулся, резко сбрасывая товарища с плеча. Буквально из ниоткуда в руке появился нож. Резкий вор. Впрочем, его это не спасло. Три движения поленом и второе тело легло поперёк первого. Спасибо Трою за науку, не зря он меня гонял. Сняв аккуратно суму(дурацкое название, но как выглядит так и пишется) я достал мою прелесть. Однако ж… Похудел кошелёчек… Незадача. С сомнением поглядев на отдыхающих, решил заняться мародёрством. Двигала мной грудная жаба и незаслуженная обида на хамское поведение. Увы, не судьба. Добычей стало несколько медных монет, нож и свёрнутый свиток. Негусто. Хотел было выкинуть бумагу, читать по местному всё равно не умею, но в последний момент передумал и сунул за пазуху. Может рецепт какой интересный, пригодиться. Ну а нет — найду другое применение… на растопку например. Скрипнула дверь трактира. Наружу начала выливаться пьяная компания. Пора и мне, пока на горячем не прихватили